Парень моей девушки

До последнего в этом году экзамена остаётся чуть-чуть. Но совсем не это волнует Чонгука. Мысль, захватившая его вечером того дня, когда он полез с кулаками на Джисона, волновала его и все выходные, так что он уже не мог ей воспротивиться. Он садится за компьютер и набирает в поисковике. ─ Чонгуки, зайди на кухню, ─ зовёт мать. Противиться матери сложнее, чем этой мысли, так что Чонгук встаёт из-за стола и выходит из комнаты. Матери надо помочь приготовить ужин. Что ж, времени у него достаточно, чтобы накрошить некоторые продукты и помешать суп. ─ А я пойду вещи достираю, ─ улыбается мама. ─ Спасибо тебе, милый. Однако он продолжает думать об этом, пока чистит картошку и нарезает её. Что же, в конце концов, он чувствует к Тэхёну? Это просто такая сильная дружба? Настолько, что хочешь… Неважно, что хочет Чонгук. Важно, что он чувствует. На самом деле, таких чувств он не испытывал никогда. Даже к Ынби, даже тогда, когда смотрел на неё в тот день, грустную, запущенную, выжатую, словно лимон. И даже до Ынби не было ничего такого. К матери он, конечно, тоже испытывает совершенно иные чувства. Это даже словами не описать, какая теплота и нежность. К Тэхёну он так же чувствует теплоту и нежность, но… Он с выдохом опускает нож на доску. Он совершенно запутался и не знает, что ему делать. Признаться… сначала, конечно, себе. Есть подозрение, что он просто не может принять себя такого, в этом состоит основная сложность. Его мысли, спутанные, разбросанные в беспорядке, прерывает настороженный голос матери. ─ Чонгуки, ты меня прости, конечно, ─ начинает аккуратно она. Голос слышится из его комнаты, ─ но ты не мог бы подойти сюда. И у него, правда, нет никаких задних мыслей, пока он добирается до своей комнаты. Только когда подходит к встревоженной матери, у которой даже губы дрожат, вспоминает про запрос в поиске и так и оставленную открытую вкладку. ─ Ты же объяснишь это как-то, да? ─ голос у матери тоже дрожит. ─ Это же какая-то шутка, да? Чонгук даже если и хотел бы, никак не смог бы это объяснить по-другому. «Что делать, когда кажется, что ты гей?». По запросу вылезли не только статьи по терминологии, определению ориентации, но и картинки слева. Весьма недвусмысленные картинки, которые мама решает просто проигнорировать. Но привлекает его другое фото. На чёрном фоне белая надпись, перечёркнутая красными полосами: «Скажи нет ЛГБТ». А правда, что если мама отреагирует негативно, даже если Чонгук гей? Ну, во всяком случае, питает к парням столько же симпатии, сколько к девушкам. Одного взгляда на маму хватает, чтобы забыть об этих мыслях и кинуться успокаивать её, поглаживая по волосам. ─ Мам, успокойся, мам, ─ продолжает он шептать ей у уха, думая, что же сказать ей. ─ Ну, мам. ─ Нет, ты мне скажи, ─ она делает попытку отпрянуть, но Чонгук утыкается ей лбом в плечо, и она тоже протягивает к нему свои руки. Уже немного успокоилась. ─ Что же это такое, ну? Что за непотребство? ─ Мам, ну, ─ начинает он. ─ ЛГБТ состоит не только в этих картинках. Ваша любовь с папой не из одного этого же состоит? ─ Что ты?! ─ она бьёт его легонько кухонным полотенцем и тут же притягивает к себе, покачиваясь. Надо сказать, он никогда не думал над своим отношением к ЛГБТ-сообществу. То есть, он ещё не сталкивался с людьми, которые к этому сообществу относились, поэтому и не знал, какое у него к ним отношение. Сейчас он понимает, что даже не нейтральное ─ положительное. ─ Мам, это такие же люди. И они тоже любят. Просто… ─ Не тех людей они любят, ─ упрямо говорит мать. Теперь уже очередь Чонгука закатывать глаза и щипать её за бок. ─ Какая разница, кто кого любит. Они сидят, обнявшись. На последнюю реплику сына мама никак пока не отреагировала, поэтому он думает, что она ещё размышляет над этим. Она опускает голову ему на плечо, судорожно выдыхая. ─ Нет никакой разницы, пока это не касается нас, ─ наконец говорит она. ─ Но ведь уже касается! Ты же это ищешь в интернете, значит, ты уже задумываешься. Она резко поднимает голову, прекращая обнимать Чонгука. Смотрит на него шокировано, что он не находит себе место под этим взглядом. ─ Неужели, вы с Ынби расстались из-за этого? Ты начал влюбляться в какого-то парня? Чонгук вздыхает, прикусывая губу от напряжения. Хотел бы он ей ответить, да не знает что. Он ведь даже не знает, прав в своих догадках или нет, для этого и лез в интернет. Но теперь маме нужен прямой ответ. Теперь ему надо обмозговать свой выбор. ─ Ну, фактически, да, ─ осторожно произносит Чонгук. ─ Но она тоже виновата. Просто… нет, всё сложно. Он даже не хочет объяснять маме всё это и зря её волновать. Однако не знает, что сказать, чтобы успокоить, но не упустить возможность его… нетрадиционной ориентации. ─ Вечно вы всё усложняете, ─ с выдохом улыбается мама. ─ Хотите показаться взрослыми? Чонгук пожимает плечами, вновь обнимает её, надеясь, что она перестанет ждать от него ответа на вопрос, который он сам не знает. ─ Мам, я не уверен, ─ говорит он. ─ Но есть вероятность. Она грустно смотрит на открытую вкладку с несколькими статьями, выхватывает взглядом строчку «Если ваш сын обнаружил себя геем, в этом нет ничего страшного». Разумеется, нет ничего страшного, он же не тёмной магией увлёкся. Но всё-таки хотелось бы внуков и обычной жизни, а не всего этого… Она прижимает голову сына к груди, кивая своим мыслям и целуя его в макушку. ─ Хорошо, сынок, ─ наконец изрекает она. ─ Я приму твой выбор, каким бы он ни был. Чонгук улыбается, льнёт и целует её в плечо. ─ Но знай, что я хотела бы, чтобы твои догадки были неверными, ─ он поднимает голову и видит её спокойную улыбку. Слов хватает только на слабое «спасибо». Как же он благодарен этой женщине за всё. ─ Он хоть красивый? Чонгук вмиг краснеет, цокая языком и дуя губы. Хороший вопрос, да. Мама довольна им: заливается смехом, утирая слёзы, и не может насмотреться на сбитого с толку сына. ─ Красивый, ─ бубнит себе под нос Чонгук, вспоминая прямой нос у своей шеи, прикрытые веки с дрожащими длинными ресницами и приоткрытые губы с ранкой в уголке рта. ─ Я не сомневалась в твоём вкусе. Мама уходит, говоря, что с ужином справится сама, а он пусть лучше подумает обо всём как следует и примет своё окончательное решение. Чонгук же понимает, что решение он примет точно не сегодня. После заключительного экзамена он выходит из кабинета усталым и вымотанным: преподаватель, зная о хорошем отношении Чонгука к предмету, решил прогнать его, кажется, по всем билетам, напоследок не забыв упомянуть, что Чонгуку следует выбрать будущую профессию по этому предмету. Чонгук свои сильные стороны знает и именно так и хочет поступить, но постоянные упоминания об этом заставляют его подумать об обратном. Он набирает номер Тэхёна. Ещё вчерашним вечером они договорились встретиться после экзамена и отпраздновать уже полноценное окончание сессии. Тэхён бубнит в трубку, чтобы Чонгук приходил к нему. Спал, значит, думает Чонгук, заканчивая разговор. Он, откладывая телефон в карман, уже хочет выйти из университета, как его останавливает чья-то рука. Поворачиваясь, Чонгук в лёгком удивлении замечает Ынби. Она выглядит лучше, чем в тот день, в который он видел её последний раз. Посвежевшая, выспавшаяся, вновь с повседневным макияжем на лице. Ынби улыбается ему. ─ Привет, ─ он улыбается в ответ, не скрывая радости видеть её такой. ─ Вижу, тебе уже лучше? ─ Да, я взяла себя в руки, ─ она смущается, поправляя прядь волос. ─ Я хотела поговорить. ─ Ты прости, но у меня сейчас дела. Может, в следующий раз? По тому, как она поджимает губы и опускает взгляд, видно, что она разочарована. Но Чонгук ничего не может поделать: Тэхён важнее неё. ─ Хорошо, ─ кивает она. ─ Я тебе вечером напишу и мы договоримся о встрече? ─ Да, конечно, ─ он вновь улыбается. Прежде чем закончить разговор, он говорит: ─ Хорошо, что ты взяла себя в руки. Рад был видеть тебя. Он машет ей рукой на прощание и выходит из университета, двигаясь по направлению к дому Тэхёна. Он старается не думать, о чём они будут говорить с Ынби, потому что эти мысли погружали его в какую-то серьёзность и задумчивость. Он уже знает, что расскажет об этом Тэхёну, потому что не привык утаивать что-то от него, но всё-таки хотелось сохранить эту беззаботную весёлость. Он добирается быстро, звонит в звонок, ожидая ответа. Тэхён появляется на пороге, открывая дверь и пропуская внутрь друга. ─ Ну что, как сдал? ─ улыбается он. ─ Хорошо, ─ Чонгук снимает обувь и проходит вглубь. ─ Привет, пятый курс, ─ он поднимает руки в торжествующем жесте и с облегчением их опускает. ─ Наконец-то, ─ Тэхён уже сидит на диване, кладя на стол последнюю тарелку с печеньем. Такие посиделки стали их некой традицией. ─ Я уже устал учиться. Чонгук садится рядом, расслабляясь сразу же и даже не пытаясь посмотреть, что идёт по телевизору. Он закрывает глаза. Слышатся диалоги, тихое чавканье. ─ Это «Друзья»? ─ спрашивает Чонгук. Тэхён положительно отвечает, ставя чашку обратно на стол. Чонгук борется с желанием завалиться на колени Тэхёна от внезапно накрывшей его усталости, но когда тот протягивает к его волосам руку, массируя голову, не сдерживается. В конце концов, так поступают и друзья. Когда голова Чона плавно опускается ему на ноги, он не вздрагивает и не дрожит, только продолжает массировать кожу плавными движениями. Ему не нужно спрашивать «устал?», чтобы понять, что это так. Чонгук уже даже не слушает диалогов, полностью расслабляясь в руках Тэхёна. ─ Что, даже чаю не выпьешь? ─ раздаётся смешок. ─ Не, ─ тянет Чонгук, поворачиваясь к Тэхёну и сталкиваясь носом с его животом. ─ Я хочу тебе кое-что рассказать. ─ Валяй, ─ Тэхён внешне не реагирует никак, когда внутри весь сжимается, хотя Чон больше ничего не делает. Ему интересно, всегда ли он будет вызывать в нём такие чувства? ─ Ынби подошла ко мне. Хотела поговорить, но я сказал, что занят. Мы договорились, что она напишет мне вечером, чтобы мы встретились и поговорили. Чонгук дышит ровно, но ему отчего-то становится жарко. Рука, до этого лежащая вдоль тела, касается бока Тэхёна. Пахнет он шампунем и печеньем, немного комнатным теплом. ─ Воу, ─ отвечает он. ─ И ты не противился? ─ Нет. ─ Как она себя чувствует? ─ Уже лучше, ─ бубнит Чонгук, трясь головой о Тэхёна. Тот вздыхает и чувствует, как жар разгорается внизу живота. ─ Ты что же, решил мне изменить? ─ Тэхён старается пошутить, но Чонгук резко распахивает глаза, надеясь, что он этого не видит. ─ Вот какой подлец. ─ Да, я такой, ─ сдержанно отвечает, стараясь больше не двигаться, но и не напрягаться. ─ А что? Ты уже имеешь на меня права? ─ Конечно, мы же вместе с тобой спали, ─ каким-то образом Чонгук чувствует, что Тэхён улыбается. ─ Теперь ты обязан выйти за меня. Чонгук всё-таки напрягается. Значит, Тэхён помнит. Он и не забывал. Вечер, который они провели в максимальной близости друг с другом. Чонгук закрывает глаза, стараясь унять поднимающуюся дрожь в теле. Вчера утром он всё решил и поспешил рассказать об этом матери. Та приняла это, поджав губы и крепко обняв сына. А после они пошли смотреть фотографии Тэхёна, чтобы его мать оценила выбор. ─ Годится, ─ улыбнулась она, выдыхая. Чонгук вспоминает это, и его постепенно накрывает волной. Тэхёнова рука не останавливается, мягко массирует голову, поправляя пряди волос и изредка касаясь лба. ─ Почему жениться? ─ это не единственный вопрос, который тревожил Чонгука, но он решил задать почему-то его. ─ Ты же сам сказал, что в яойной манге я был бы пассивом, ─ говорит он это так спокойно. Боже, как можно так сводить Чонгука с ума, он же скоро не выдержит. ─ Отвечай за свои слова. Чонгук сглатывает, чуть сжимая бок Тэхёна и тут же опуская. Какую же игру они затеяли? Он не знает ни правил, ни выделенного им времени, он говорит интуитивно и надеется, что делает правильно, но каждый раз страшно ждать ответа. ─ Непременно, ─ а после (видимо, он решил ответить за свои слова) он приподнимает футболку Тэхёна и аккуратно целует его в живот. Тот вздрагивает, прекращает движения рукой и весь напрягается. Сериал уже не смотрел никто из них. Чонгук боится смотреть вверх, встретить укор во взгляде, поэтому прячет глаза, с жаром дыша. Тэхён не говорит ничего. Он замер, отсутствующим взглядом смотря в стену. Глаза щиплет, голова устало откидывается на спинку дивана. ─ Чонгуки, а ты когда-нибудь чувствовал… что-то такое, что не мог объяснить? Оно почему-то появляется всякий раз, когда находишься с определённым человеком, а пока его нет, ты думаешь только о нём. Даже если решаешь уравнения, всё равно незаметно для самого себя думаешь о нём. Но… тебе кажется это запретным. Чонгук чувствует, как его накрывает. Дрожь бьёт сильнее, и, кажется, Тэхён чувствует это, но ничего не говорит. Совершенно ничего после. А что же должен ответить Чонгук? Что он должен сделать? Должен ли вообще? Конечно, он чувствовал. Чувствовал и чувствует до сих пор, прямо сейчас, с Тэхёном. Неужели это отправная точка? Неужели это признание? Чонгук может признаться тоже? Но каким образом? Голова тяжелеет от мыслей, глаза слезятся. Он, не контролируя своих движений, поднимается и начинает внимательно вглядываться в тэхёновы глаза, стараясь найти ответ там. Но он просто смотрит и дрожит, ожидая. Предатель. Разве они так договаривались? Разве это честно? Чонгук приближается. Что-то подсказывает, что надо приблизиться, настолько близко, чтобы дыхание касалось чужой щеки, чтобы ресницы дрожали и ярко светились глаза. Он приближается, опаляя дыханием губы. Тэхён с мольбой во взгляде смотрит, сощурившись, и… закрывает глаза. ─ Да, ─ отвечает Чонгук, а после мягко целует его в щёку.