Хочешь, я буду тебя любить?

      Никто не скажет ему, что в тот вечер Никифоров, будучи абсолютно пьяным, нашел какую-то девушку на одну ночь, с которой веселился как мог, предчувствуя ненависть со стороны Юрия.       В первые месяцы Виктор был так нежен, рассыпая теплые поцелуи по всему телу, согревая своим телом, укутывая от мира и доставляя наслаждение.

Лишь глаза свои ледяные За домыслы разные прятал, И взгляды его хмельные Уносились в миг ароматом, Оставляя внутри лишь больные Раны, которых с десяток. Таких зовут — чумные, А привкус у них — горьковатый.

      Длинные пальцы проводили по коже так, что та взрывалась, оставляя ноющие полосы по всему телу, острые зубы оставляли кровавые следы, крепкие ладони сжимали кожу до багряных синяков. Будто лезвие ножа прошлось по грудной клетке, оставляя разрез, вот-вот и он залезет туда своими пальцами, вскроет со скрежетом ребра и достанет еще бьющееся сердце. Очередной удар ноги пришелся совсем некстати, в животе сразу потяжелело, отчего юноша больше стал похож на эмбрион, нежели на человека. Ноги подводили, становились ватными, глаза слипались из-за слез. Руки были перевязаны тугой простыней. От белоснежной кожи осталась лишь прозрачность бледности, все остальное пространство заполняла безумная любовь, которой Никифоров отдавался полностью, издеваясь над Юрием так, как умел. Воск стекал по ребрам, но было уже все равно. Глаза были завязаны жесткой тканью. Небольшие точки ожогов, оставленных от сигарет уже, казалось, не ныли. Затекшие руки не чувствовались. Ноги от тяжести побоев совсем очерствели.

Раскол.

      Приходили какие-то люди, смеялись, выпивали, уходили. Дни сменяли ночи, ночи сменяли дни, возможно, прошло уже несколько недель. Я был один. Возможно, я никому не нужен. Нет. Нужен. Виктору нужен. Он ведь не зря не отпускает меня, он хочет показать насколько меня любит. Он точно не бросит меня. Ведь больше никто обо мне не заботится, да? А кому еще…? Виктор, ты же хотел меня любить? Люби, умоляю, только не бросай. — Здравствуй. Липко-душное, разрастающееся гнилыми цветами, разливающееся по венам, оставляя привкус меди на губах. Блеск в глазах, метание, поиск. Руки трясутся.

Мир наполняется? Рассыпается. Собирается? Лопается. Срастается? Разламывается. Восстанавливается? Разрушается.