Хочешь, я буду тебя любить?

Прошло около месяца.

      Юрий пытался отойти от произошедшего, местами забывая события вовсе. Виктор выпустил его, отпустил…выкинул? Он просто уехал. Просто встал утром, развязал Юрия, взял чемоданы и уехал.       Пшеничные волосы потускнели, оставляя проблески белых волосков, в венах кровь ходила с нежеланием, под кожей не было более никого теснящего. Стало легче? Телефон пискнул, заставляя отвлечься.

12.24 Мила Бабичева Привеет, котик! Как отдохнул? Тебе понравилось? С нетерпением жду подробностей! Возвращайся скорее в Ледовый, по секрету, даже Яков соскучился, он изначально не хотел отпускать вас в такой долгий отпуск :D

      Юра непонимающим взглядом смотрел на экран. Отдыхал? Почему она спрашивает только сейчас? Какой отпуск? Что, блядь, происходит? Открывая все странички Никифорова он понял. «Легенда фигурного катания — Виктор Никифоров объявил об отпуске. Также он сказал, что он возьмет с собой восходящую звезду — Юрия Плисецкого. Увы, но г-н Никифоров так и не сообщил куда они собираются ехать…»       Через пару дней Юра вернулся в Ледовый. Все, что в нем осталось — тихая ненависть к этому ебучему мудаку Никифорову, которая плескалась где-то на дне души. — О! Ну наконец-то вернулся! — негромко проголосила Бабичева, аккуратно подъехав к бортику, вытянув Юрия на лед, обняла так, будто все органы хотела до капли выжать. — С возвращением, — сказал спокойно и с легкой улыбкой Гоша, пожав руку прибывшему. — А где Яков с Лилией? — немного с опаской почти прошептал Юра. — А, да ты же не знаешь! Они снова сошлись. Прям как парочка себя ведут, тихонько убегают и возвращаются раскрасневшиеся и радостные. Юра скривился, будто съел что-то мега кислое. — А чего ты не поехал с Витьком в Японию? — Чего..? — Ты что, в инст не заходил? Посмотри. И правда. Никифоров укатил в Японию. К какому-то жирному по имени Юри. Фу, его имя еще и созвучно с именем Юрия, какая гадость. Ну да и хуй с ним. Столько времени упущено, столько надо тренироваться, чтоб вернуть прежнюю форму. Теперь-то никакого Никифорова в его жизни.       Единственным напоминанием о Викторе этом мудиле остаются лишь кошмары и редкие панические атаки.