Месть утратит свой вкус...

POV Люсин. Время давно перевалило за полночь. Мне начинало казаться, что мы ошиблись, и никто сюда не придет. Настроение испортилось окончательно, когда на другой конец лавочки сел какой-то человек. Тебя еще тут для полного счастья не хватало! Из-под края газеты я попытался разглядеть своего нежданного соседа. Он был одет во все черное, и полностью сливался со мраком ночи. На голову был накинут большой капюшон, практически полностью скрывающий лицо. На руках черные перчатки. Поначалу мне показалось это очень странным, но мало ли мужчин одеваются в черное. Да и середина весны далеко не жаркое время, так что и капюшон вполне можно было объяснить. И все же… Что-то меня всерьез настораживало в этом типе. Только что? Точно! Его поза! Ноги были широко расставлены и, казалось, напряжены. Видно было только одну руку, мирно покоящуюся на ноге. Спина прижата к спинке, но также не расслаблена. Вдобавок, он просто сидел, чуть опустив голову. «Бежать» — подсказывал мне внутренний голос. Непонятно почему, но я решил последовать его совету. Однако, стоило мне лишь шелохнуться, как ногу что-то укололо. Странное чувство с поразительной быстротой стало распространяться по телу. Только попытавшись снова встать, я понял что это было. Он вколол мне какое-то вещество, парализующее тело. Я попытался закричать, но горло сдавило и вырвался лишь слабый хрип. — Чем больше ты сопротивляешься, тем быстрее вещество достигнет сердца, — раздался мужской голос, но какой-то механический. У него явно устройство для замены голоса. Сомнений не было. Я наткнулся на члена «Е». Мужчина посмотрел на часы и спокойно вошел через главный вход. Я ожидал услышать звуки стрельбы или драки, но была лишь пугающая тишина. Мне ничего не оставалось, как ждать. Со смертельным веществом по телу распространялся страх. Неужели я вот так просто проиграю свою битву? Через некоторое время взгляд снова зацепился за силуэт мужчины, идущий ко мне. Из моего кармана вытащили телефон. Что-то набрав, он положил аппарат прямо перед моим лицом: — Защити себя, прежде чем нападать на другого, — с этими словами он скрылся. — Вы позвонили в службу скорой помощи, слушаю вас, — раздался из мобильника женский голос. Но я все равно не мог произнести ни слова, лишь хриплое дыхание вырывалось из легких. — Кажется, там человеку плохо, — обратилась она к кому-то, — нужно срочно отследить номер. Дышать становилось все труднее, зрение мутнело с каждой минутой. Но врачи не заставили себя долго ждать. Послышалась спасительная сирена машины скорой помощи. Сознание я не потерял, но реальность воспринимал плохо. Помню только больницу, врачей и два укола, после которых мне резко стало лучше, и я заснул. Утром в своей палате я обнаружил только Ирвина. У дяди важная встреча в другой стране, и его не стали беспокоить, так как сейчас я в полном порядке. — Что произошло? — задал я наиболее интересующий меня вопрос. — Прости нас, мальчик. Он пустил усыпляющий газ, мы ничего не смогли сделать. — Как? — Через кондиционер. Газ медленно отравлял воздух, а мы и не замечали, — голос Ирвина был полон вины. — Пуля пропала, камеры засняли лишь черную тень. Фигуру полностью скрывала широкая черная кофта. Также лицо не было зафиксировано ни на одной из камер. — Дайте угадаю, в телефоне вы тоже ничего не нашли. Что ж, они профессионалы, — произнес я. — Через 2 дня у вас выездная поездка. Тебе стоит как следует отлежаться, — капитан поднялся, чтобы выйти. — Постой! Как меня спасли? — я не мог понять, как врачам удалось так быстро вывести неизвестный яд из организма. — Рядом с тобой лежал наполненный шприц. Когда врачи смешали немного его содержимого с твоей кровью, то она очистилась от яда, поэтому тебе все же вкололи его. Не стоит об этом сейчас, отдыхай, — дверь за Ирвином захлопнулась. Он оставил мне противоядие? Да что за бред? Зачем безжалостному убийце спасать одну никчемную жизнь? Лагерь располагался в горах, покрытых густым лесом. Марк встретил меня у входа в больницу. Из-за небольшого осмотра мы не успели поехать на общем автобусе, поэтому пришлось добираться своим ходом. К вечеру мы были на месте. В домах горел желтоватый свет, а значит, все уже успели расположиться. — А, прибыли, — нас встретил Эрен, тренер по боевым искусствам. — Простите за опоздание, — изобразили мы крайнюю степень сожаления. — Да все в порядке. Вот только два свободных места остались лишь в нашем с Шотом доме. Пошли, — махнув рукой, он направился к дому. — Говорил я тебе, все места разберут, — шепотом сказал я. — Да брось. Будто так плохо жить с тренером и Шотом, — Марка ситуация явно забавляла. Домики располагались на сваях, как защита от диких животных. Поднявшись по небольшой лестнице, мы ступили внутрь. Отделка комнаты была очень скромной, но по-своему уютной. Вдоль стен располагались по две одноместные кровати. На стенах развешаны ковры с замысловатыми узорами. Пол устелен ковровыми дорожками. У окна стоял небольшой деревянный стол. Шот сидел с сигаретой на одной из кроватей, внимательно всматриваясь в карту, кажется, он раздумывал над завтрашними учениями. — Ты какой пример курсантам подаешь? — в шутку возмутился тренер. Шот лишь кинул на него насмешливый взгляд, картинно выпуская дым. Хмыкнув, Эрен показал нам наши кровати. Сбросив на них сумки, мы решили попросить тренера о дополнительном инструктаже, так как первый мы пропустили. — Шот, — окликнул Эрен, жестом возлагая эту обязанность на него. Тот, в свою очередь, достал из ящика еще одну карту и протянул её нам. — Вас разделили на группы по 5 человек, состав указан сверху. Главная задача — разминировать бомбу, заложенную вот здесь, — ткнул он в карту. — Завтра сюда прибудут выпускники нашей академии, чтобы помочь нам с вашей подготовкой. — Но бомба одна, а команд много, — начал Марк, — победа за тем, кто обезвредит её первым? — Скорее за тем, кто вообще сумеет до нее добраться, — усмехнулся тренер. Видимо, на наших лицах застыл немой вопрос, ибо Шот продолжил: — На вас будут надеты повязки, оповещающие нас о вашей «смерти». Как только на ней гаснет лампочка, вы убиты. На всем протяжении пути расставлены многочисленные ловушки и испытания. Главные из них — минное поле, засада с рукопашным боем и снайпер. — Кто будет снайпером? — надеясь, что моё предположение неверно, спросил я. Шот многозначительно улыбнулся, убивая эту надежду. Нам не добраться до бомбы… — Уже поздно. Пора ложиться, — скомандовал Эрен, — я пройдусь по домам. — Я помогу, — поспешил за ним Марк. Внутри появилось странное чувство, стоило мне остаться с Шотом наедине. Сердце сильнее забилось, а дыхание с каждой секундой становилось все чаще. Это страх? Ненависть? Нет, что-то другое. Пока я отчаянно пытался разобраться в себе, Шот поднялся. Затушив сигарету о стоящую на столе пепельницу, он стал переодеваться. При виде его обнаженной спины, всплыли воспоминания о нашей первой встрече. О тепле его ладони, держащей вместе со мной пистолет, и странном чувстве защищенности, что я чувствовал спиной. Откуда-то появился порыв вновь почувствовать тепло его тела, вдохнуть едва различимый запах апельсина, что тогда исходил от него. От этих воспоминаний внутри начал скручиваться тугой узел. Испугавшись собственных же чувств, я поспешил к выходу. — Ты чего? — остановил меня его голос. — Пойду… помогу тренеру, — сказал я первое, что пришло в голову. — Думаю, они и сами справятся, — равнодушно кинул он, — иди ко мне. Рука Шота зазывающе похлопала по кровати. — Что?! — кажется, слишком громко спросил я, так как на лице Шота читалось удивление. — Хочу показать тебе карту, — объяснил он. Вот идиот! И чего так нервничать? Каждый шаг давался с большим трудом, видимо, потому что приближаться к нему я сейчас хотел меньше всего. Осторожно устроившись рядом, я постарался сосредоточить все внимание на карте, но в ушах раздавался лишь стук собственного сердца. Голос Шота звучал отдаленно, я почти не слышал его. В голове была лишь одна мысль: хочу коснуться его. Но почему? Разве я могу влюбиться в другого человека? И что будет, когда я встречу свою пару? Кстати, а какое имя написано у него? Я попытался зацепиться взглядом за надпись на запястье, но её хорошо скрывал длинный рукав кофты. Стоп… А в первый день…попытался вспомнить я. Точно, на ней был широкий кожаный браслет. -… так что скажешь? — его вопрос мгновенно вывел меня из раздумий. — О чем? — не понял я. — О том, что я тебе рассказываю тут уже минут 10. Ты вообще слушал? — Я, кажется, задумался. — С тобой все нормально? — он протянул руку к моей шее, отчего я машинально отшатнулся, чем еще сильнее удивил его. — У тебя слишком частое дыхание, проверь пульс, — сказал он, складывая карту. — Я в порядке, — дошел я до своей кровати, — доброй ночи, — отвернувшись к стене, я накрылся одеялом. Идиот… Он всего-то хотел прощупать пульс. Ну что я делаю, черт возьми! Так, ладно, не думай о нем! Нельзя думать об этом! Я попытался сосредоточить все внимание на узоре настенного ковра и незаметно для себя заснул. Разбудил нас оглушающий сигнал тревоги. Марк летал по комнате, стараясь закрепить ту самую повязку. Свою я нашел на столе, на них уже горели зеленые сигналы. Наспех собравшись, мы вылетели на улицу, где объявляли о заминировании территории. Всем отрядам было поручено немедленно выступать. Кроме меня и Марка в команде было еще 3 человека. Парни уже ждали нас у домика. Я бегло огляделся. Мда, погода не радовала: вдалеке виднелись черные тучи, а сквозь завывания сирены можно было уловить легкие раскаты грома. Наверняка, будет неслабая гроза. Но учения никто пока не отменил. — Готовы? — воодушевленно произнес Киран, один из членов нашего отряда. — А то как же! — поддержал его боевой настрой Марк. — Тогда вперед, — с этими словами я двинулся к лесу. Против моего лидерства никто ничего не имел, поэтому дебаты мы не устраивали. Первостепенной задачей было добраться до небольшого озера, на дне которого спрятан сундук с подробным описанием устройства бомбы. Как нам объяснил Шот, этот пункт не являлся обязательным, но он предупредил, что самим разобраться в механизме бомбы будет до невозможности трудно. Плюс ко всему нам были выданы небольшие электронные карты, где можно было заметить маленькие зеленые точки — курсантов, что еще не выбыли. Спустя полчаса первые точки начали гаснуть. Видимо, кто-то решил не заморачиваться на поисках схемы. Но для них, наверняка, был подготовлен отдельный подарок. Но расслабляться, ведь уже скоро покажется выход к озеру, а по закону жанра здесь должна быть ловушка. Уж слишком хорошо мы шли до этого. — Парни! — окликнул нас Марк, уже через несколько метров обнаруживший первую мину. К сожалению, на разминирование всего пути нам потребовалось немало времени, но все же мы выбрались на небольшой песчаный берег. Чуть правее от нас лежали акваланги. Спуститься под воду решил Итан, а мы принялись изучать карту. Многие уже выбыли. Я поймал себя на мысли о том, что пытаюсь определить местонахождение Шота. Скорее всего он будет ждать нас в конце пути, этакий урок: «не теряйте бдительности до самого конца». Вскоре парни подошли к нам со схемой, которая и вправду оказалась весьма запутанной. Решив разбираться с ней по прибытию на место, мы двинулись дальше. Спустя час пути, на относительно ровном участке поверхности нас ожидала небольшая «перестрелка». Засада была продумана весьма тщательно, ведь обойти этот участок было невозможно. Вследствие этого мы потеряли сразу двух бойцов. — Еще не склеил ласты, рыжик? — послышался сбоку до ужаса мерзкий голос. — Безумно рад видеть тебя в полном здравии, Виктор, — ехидно улыбнувшись, ответил я. Виктор перешел к нам на втором году обучения, и почему-то сразу же невзлюбил меня. Впрочем, чувства у нас полностью взаимны. — Язвишь? — изогнул он бровь. — Даже не пытался, моя антипатия абсолютно искренняя, — ответил я тем же. — Парни, хорош. Смотрите лучше, — встрял Марк, показывая карту, — вот в этой области начинают гаснуть все точки. — Открытая и довольно узкая тропа в гору. Дальше небольшая возвышенность, — анализировал я. — Идеальное место для снайпера. И мы как раз подошли к нему, — подхватил мою мысль Виктор. В его команде осталось всего 2 человека. Неплохо, однако, продуманы учения. — По пути нам удалось достать 2 дымовые шашки, — продемонстрировал их Виктор. — Нам тоже, — не остался в долгу Киран. — Скрыться он прицела снайперской винтовки тут будет трудно, но если мы используем дым, есть шанс пробраться. Виктор недовольно скривил лицо. Как бы сильно нам не хотелось объединяться, другого выхода не было. Мы спрятались за толстыми стволами деревьев, перед началом тропы. Виктор снял с себя куртку и, надев ее на палку, стал медленно выводить из-за дерева. — Ты чего делаешь? — уставился я на него. — В кино видел, — пожал он плечами. — Серьезно думаешь, что Шот поведется на это? — Там Шот?! — А ты не знал? — Нам не говорили, кто именно будет снайпером. — Рад был сообщить хорошую новость. — И что теперь? — Кидаем последовательно шашки, ждем пока распространится дым и выступаем. Так, стараясь не привлекать лишнего внимания, пробегаем тропу, — предложил я. — Ну, да. Шашками-то мы точно лишнего внимания не привлечем, — хмыкнул Марк. — Не остри. Ветер довольно сильный, дым быстро развеется. Деревья нам не помогут, поэтому осталось выигрывать за счет скорости. Парни согласно кивнули. По команде каждый из них взял шашку и закинул её, распределяя силу так, чтобы упали они одна за другой. Подождав несколько секунд я подал знак, и мы рванули с места. Дым пробирался в горло, видно не было даже очертаний местности, не говоря уже о парнях. Пока я бежал, услышал равно 3 выстрела. Практически одновременно мы скрылись за огромными камнями в конце тропы. — Твою ж мать… — вырвалось у меня. Повязки горели лишь у нас с Виктором. Парни с досадой сняли свои. — Он не бил наугад. Точно в цель, — словно восхищаясь произнес Виктор. В глубине души я тоже поражался его точности, но сейчас понимал, что нас теперь только двое. Переглянувшись с Виктором, мы резко рванули с места, слыша вслед напутствующие слова поддержки. Маршрут проходил по краю небольшого обрыва. Где-то посередине той дистанции меня вынудила остановиться резкая боль в голове. Внезапно все вокруг стало кружиться с невероятной скоростью. Виктор, за время пока мы бежали, успел вырваться немного вперед, вследствие чего уже не мог видеть меня. В памяти неожиданно всплыли слова доктора: «введенный вам препарат был довольно сильный. Несмотря на антидот, его не удалось полностью вывести из организма. Побочные эффекты продлятся еще некоторое время. Возможны сильное головокружение и боль. Будьте предельно осторожны.» Я пошатнулся, отчего нога наступила на что-то маленькое и твердое, наверняка, камень, который тут же откатился, и я, потеряв равновесие, рухнул вниз по склону. Стараясь по возможности прикрывать голову руками, я с невероятной скоростью летел вниз, чувствуя под собой каждый камень, сшибая мелкие кусты. Вскоре все закончилось, и я оказался на относительно ровной поверхности. Уже лежа на спине, я благодарил природу за этот не слишком большой обрыв, иначе не собрать мне было бы костей. Тем не менее этого хватило, чтобы боль сковала все тело. Голова не переставала кружиться, из-за чего я полностью терял ориентацию в пространстве. Прямо надо мной уже нависала темное, заполоненное тучами небо. Я попробовал приподняться, но стоило мне подвинуть ногу, как она отозвалась резкой болью. Кажется, вывернута. Тем временем раздались раскаты грома, яркая молния прорезала густые тучи, и дождь хлынул с невероятной силой. От безысходности я закрыл глаза, ощущая как крупные капли бьют по телу. Не помню сколько прошло минут… или часов, но я услышал голос, упрямо старающийся добраться до моего сознания. И вот я уже чувствую под собой чью-то широкую и теплую спину. Усталость всё же берет своё, и сон полностью завладевает моим сознанием.