Враги ли мы?

***

      За окном обычная примитивная для осени погода, слякоть и надоедливая грязь, приятный запах озона, наполняющий истерзанные от боли легкие. Красота деревьев спадает на холодную землю, оставляя ветки деревьев нагими и засохшими. Сквозь небо, закрытое серыми унылыми тучами, еле как пробивается яркий и веселый лучик солнца, прерывая тоску в сердце от очередного дня.       В доме четырех друзей, если двух из них можно назвать друзьями. Двое из них настоящие враги, сероглазый коммунист и черноглазый алкоголик, - в полном смысле этого слова - чьи глаза были полностью наполнены черным цветом. Кстати, как раз сейчас у них завязалась очередная драка, причем с пустого места. Томас в очередной раз назвал хентайные журналы Торда полным «дерьмищем», а коммунист в красной худи обозвал его гитару «Сьюзен» палкой со струнами. Другие два друга, а именно Эдд Гоулд - любитель колы - и Мэтт Харгривз, - заядлый самолюб - пытались отодрать Ларссона от Риджуэлла, который чуть ли не вырывал волосы из пышной шевелюры алкоголика, торчавшей в разные стороны, словно шипы.       Остальную часть дня друзья сидели молча, просматривая каналы по ящику, который давно надо было заменить. Томас и Торд сидели на разных сторонах, прямо на краях красного и мягкого дивана, а Мэтт и Эдд иногда переглядывались, смотря то на Тома, то на Торда. У обоих сидящих на лице была лишь злость и ненависть к друг другу, от чего рыжеволосый и кареглазый чуть вздыхали, с какой-то грустью смотря телевизор. Им всегда было интересно, от чего же появилась такая ненависть? Они, конечно, не должны были вмешиваться в любовные отношения, но всё же любопытство и беспокойство были сильнее, потому Гоулд и Харгривз твердо решили спросить у Тома после ужина, что же происходит. Вы спросите меня, почему же именно Тома? (Потому что гладиолус). Только потому, что черноглазый был более открыт друзьям, чем любитель хентая Торд. Но было бы странно, если бы эти двое поперлись в комнату Томаса, поэтому решили послать коммуняку в магазин, это дало бы им время.

***

      После ужина Эдд попросил Торда купить продуктов, ибо их реально оставалось очень мало. — С чего это Я должен идти за продуктами? Вон, Томаса пошлите, все равно ничего не делает, кроме того как бухает. — по лицу Ларссона расползлась ухмылка. От чего «ежика» даже передернуло, этот самый шипастый со злостью посмотрел на врага. — Тебе сказали, вот ты и иди, хотя бы вонять своими сигарами не будешь! — Томас привстал со стула и оперся руками о стол, с усмешкой глядя в серебристые глаза. — Запах моих сигар намного лучше твоего перегара, Томас — Торд так же привстал, опираясь руками о стол, сдерживаясь, чтобы этим самым столом не влепить черноглазому по его самодовольной роже. В серых глазах мелькнула частица ненависти. — Так! А ну хватит! — не выдержал Эдд, встав со своего стула и ударив руками по столу, все сразу обратили на него внимание — Торд, пожалуйста, сходи в магазин, на сдачу можешь себе что-нибудь купить. —       Наступила небольшая угнетающая тишина, все смотрели на Эдда, от чего кареглазый чуть сжался, отводя свой взгляд куда-то в сторону. Всё затишье прервал выдох со стороны Торда, все перевели взгляд на него. — Ладно, схожу я в ваш магазин. — Коммунист выпрямил свою спину и засунул руки в карманы своей толстовки, зло посмоторев на Томаса, который так же выпрямился. — Вот и отлично — парень в зеленой худи улыбнулся своей обычной и теплой улыбкой. Всё это время Мэтт смотрел на происходящее и молчал, продумывая план последующих действий.

***

      Вот Торд скрылся за дверью дома, осторожно её прикрыв. Томас давно сидел у себя в комнате, играя какую-то незамысловатую мелодию, щипая пальцами струны своей гитары. Эдд и Метт сидели на диване, посматривая телевизор, но после того как убедились, что коммунист всё же ушел, направились в комнату к своему другу. Перед тем, как войти, друзья постучали в дверь алкоголика. После стука «мучения» гитары затихли и послышались тихие и шархающие шаги, которые направлялись к двери. Повернув ручку, дверь открылась. Томас стоял в своих любимых черных джинсах и серой футболке с изящным рисунком черепа, чуть оперившись о косяк двери. Его пустотно-черные глаза в недоумении уставились на двух стоящих перед ним друзей, вскинув свои брови. — Эм, что-то случилось? Чего вдвоем приперлись? — на лице Томаса застыл вопрос, Эдд и Мэтт чуть помялись, из-за чего пепельноволосый выдохнул, отойдя от двери, и скрестил руки на груди, выпустив изо рта надоедливое — Ну? — — Нужно поговорить, — наконец выдавил из себя бедный кареглазый. — Насчет чего? — сейчас Томас реально был в небольшом шоке. Может, они решили поговорить о том, насколько он часто пьет, или типо того? — Это насчет Торда, — в отличие от Эдда, уверенно сказал парень с рыжей шевелюрой. В ответ на его слова Томас закатил глаза и чуть цыкнул, захлопывая дверь. Но Мэтт подставил ногу, не дав той закрыться полностью. — Я не буду говорить о этом уёбке, ясно? — черноглазый со всей силы пытался закрыть эту чертову дверцу! Но физические составляющие его тела всё же поддались силе голубоглазого. И недовольно простонав, он всё же пустил друзей в комнату.       Томас взял со своей кровати гитару и, поставив ту в дальний угол своей комнаты, уселся на постель в черно-белую клетку да уставился на своих друзей. Эдд сел рядом с алкоголиком, забрав у того флягу с любимым напитком черноглазого, - водкой - получив в ответ лишь недовольное мычание, а Мэтт уселся на стул напротив этих двоих. — Ну, и с чего вы решили спросить меня о Торде? — С ненавистью в словах проговорил пепельноволосый, он ужасно не хотел говорить об этом ублюдке, но друзьям (тем более очень настырным) отказать не мог. — Вы постоянно ссоритесь… Это очень странно — Начал свою «речь» кареглазый, рыжеволосый кивнул, давая понять, что согласен со словами друга — Вы, что, реально так ненавидите друг друга? —       Том увел взгляд в сторону комнаты, опустив руки на колени и чуть их сжимая; наступило молчание. Две пары глаз уставились на него с вопросом, так и не получившие ответа. — Ну, раз уж это так, то из-за чего такая агрессия друг к другу? — Мэтт подумал, что «молчание знак согласия» и прервал угнетающую тишину. После слов рыжеволосого Томас... сжался? Продолжая так же молчать, а по его рукам прошлись небольшие мурашки, от чего волосы на ручёнках встали дыбом. Парни переглянулись, смотря на черноглазого в удивлении, его поведение было… шокирующим для них? Но последующие фразы их повергли в полный шок. — А с чего вы взяли, что я его ненавижу? — не поворачивая головы, проговорил молчун. В его словах была доля усмешки?       Глаза друзей в шоке округлились, а их челюсть могла бы достать до пола; те, не переставая, пялились на своего друга. — Т-так, подожди, то есть ты хочешь сказать, что… — Начал Эдд, но его слова дополнил голубоглазый вместе с ним. — Ты его любишь? — в полном удивлении и шоке проговорили его друзья.       Томас сжался ещё больше. Тот хотел провалиться сквозь землю. Он еле выдавил из себя своё «Да», от чего щеки вспыхнули. Кареглазый и рыжеволосый просто не знали, что сказать, их глаза бегали по комнате в поиске того, что ответить, но и в мыслях у них не было, что... - Не говорите ему... прошу... - прервав тишину, проговорил Томас, повернув голову на друзей - у нас и так отношения не очень, не хочу их испортить сильнее... -       Мэтт и Эдд вздохнули, кивнув головами, а Томас опустил голову, закрыв лицо руками. Кареглазый протянул алкоголику его флягу и ушел, забрав с собой голубоглазого. После того как они вышли, были слышны поспешные удаляющиеся шаги. Харгривз и Гоулд лишь пожали плечами, уйдя по своим комнатам, обдумывая происходящее.

***

Pow Торд

      Купив все продукты и простояв в очереди супермаркета, которая, на удивление, была не длинная, я наконец возвращаюсь домой! Господи, никогда не любил ходить за покупками и не полюблю никогда. Хотя, за сигарами ходить я люблю. Усмехнувшись своим же мыслям, я зашел в дом. Осторожно прикрыв дверь, было уже довольно поздно, Эдда и Мэтта уже не было на диване, так что, расставив продукты на кухне, я спокойно отправился в свою комнату. Но, вот что странно, какого хера я слышал, что Эдд и Мэтт о чем-то говорят в комнате Тома? Опять ругают его за его алкоголизм? Мне стало очень интересно, ведь любопытство было моей главной слабостью. Подойдя к двери, я прислушался, кладя ухо на деревянную дверь своего заклятого врага, с усмешкой надеясь на то, что сейчас услышу как его ругает мамка Эдд. Но не тут-то было... — Ну раз уж это так, то из-за чего такая агрессия друг к другу? — по голосу было похоже, что это говорил Мэтт, они что, говорят обо мне? Любопытство всё сильнее втянуло меня в этот разговор.       Странное молчание наполнило его комнату, отчего мне стало не по себе. Не подумайте, я не испугался, я просто не хотел спалится на том, что подслушиваю их разговор. Но после долгой тишины, я услышал голос Томаса... — А с чего вы взяли, что я его ненавижу? — От такой неожиданности я даже чуть глотнул свою слюну. Мой злейший враг не ненавидит меня? Пф, нет, да не может такого быть... Моё шоковое состояние было не сильным и я думал, что этот мудак всё же шутит, но.. — Т-так, подожди, то-есть ты хочешь сказать, что… — Начал Эдд, после чего его слова дополнил Метт. — Ты его любишь? — их голос был наполнен шоком, их шок был намного меньше, чем мой, я был в полном ступоре..       Голос Томаса дрожал.. Я первый раз в жизни слышал, когда его самоуверенность и ненависть заменила мягкая и нежная натура.. Его краткое "да" звучало словно выстрел в мою голову, я не знал что делать. Черт-черт-черт! Да быть такого не может! Я отошел от двери, взявшись за голову, и чуть прошипел. Мне же так наплевать на него, но почему, почему сейчас так сжимается сердце?! Остановив свою панику, я посмотрел на дверь, услышав ещё несколько фраз от Томаса.. - Не говорите ему... прошу... у нас и так отношения не очень, не хочу их испортить сильнее... - его голос звучал.. печально? Он не хотел портить со мной отношения? Отношения ли вообще?.       После я услышал, как шаги направляются к двери, и рванул по коридору к своей комнате; главное, что бы не заметили, я не должен это знать.. Черт, и как теперь это скрыть? Что мне делать дальше? Что мне делать, если мой враг тайно влюблен в меня? И враг ли он вообще теперь?.. Что. Мне. Делать?.. -конец 1 главы-