Противостояние

Читайте медленно и вдумчиво, не спешите проглотить все для галочки. Лучше лишний раз остановитесь и создайте вокруг себя маленький мир. С уважением, Niki Desmond.

The Neighbourhood — Flawless

       Резко одернув в сторону занавеску из плотной, немного потертой ткани, не так давно найденной в одном из уцелевших ящиков на челноке, Кларк выскочила из палатки и, окинув строгим взглядом зеленую поляну с примятой травой, только сильнее сжала свои хрупкие ладони в кулаки. Сделав несколько уверенных шагов вперед, Гриффин вновь внимательно осмотрела всю территорию лагеря чуть сощуренными глазами в надежде отыскать среди толпы подростков высокий мускулистый силуэт виновника ее испорченного настроения. Но взамен наткнулась лишь на хорошо знакомую копну густых темных волос и синюю клетчатую рубашку, которая уже изрядно потрепалась за все время нахождения «Сотни» на Земле. Это был Финн.        Парень любезно подавал Рейвен нужные ей инструменты для ремонта очередного устройства, чудом сохранившегося при «мягкой» посадке челнока. Его предназначение Кларк было неизвестно — девушка никогда не разбиралась в механике, да и не особенно стремилась овладеть этим навыком сейчас, находясь на Земле. Ведь, по ее мнению, здесь были проблемы и поважнее, причем они касались не только землян. Можно даже уверенно заявить, что бо́льшей проблемой для Кларк Гриффин сейчас является именно Беллами Блейк.       Больше и минуты не раздумывая, девушка тут же сорвалась с места и, преодолев поляну за считанные секунды, настойчиво уставилась на макушку темноволосой подруги.        — Рейвен, — окликнула ее Кларк более чем серьезным голосом.        — А? — Рейес резко подняла голову и устремила сосредоточенный взгляд на лицо Гриффин. — Ты что-то хотела, Кларк? Я сейчас немного заня…        — Ты видела Беллами? — не дав ей договорить, Кларк сразу задала интересующий ее вопрос, уже вовсе не обращая внимания ни на остальных ребят, которые находились поблизости, ни на Финна, который, в свою очередь, бегло переводил любопытный взгляд с одной девушки на другую.       — Нет, — выпрямившись, спокойно ответила Рей и, взяв небольшой кусок какой-то ткани, служившей ей рабочим полотенцем, принялась тщательно вытирать свои запачканные руки. — Но я видела Октавию, — прежде выдержав небольшую паузу, дополнила шатенка, с читаемым намеком сверкнув глазами в сторону узенькой заросшей тропы, ведущей через лес прямо к реке, которая на данный момент являлась единственным источником воды для всего лагеря.       Пояснения Кларк не требовалось. Обе девушки прекрасно понимали, что вероятность найти Беллами поблизости от сестры куда выше, чем часами слоняться в неизвестных направлениях по всему лесу в его судорожных поисках. Поэтому, кивнув Рейвен в знак благодарности, Кларк сразу направилась к реке, все крепче сжимая кулаки, чтобы никто из лагеря не увидел ее ладоней.

***

      Отводя подальше от лица бесчисленные ветви деревьев, девушка пробиралась через чащу леса, изредка шепча себе под нос все известные оскорбления, направленные, несомненно, в адрес Блейка, по вине которого Кларк пришлось оставить работу и на время доверить присмотр за ранеными Харпер. Гриффин, правда, до посинения возмущало то, что вместо плановой перевязки раны Уэллса, полученной во время недавней охоты на крупного зверя, она должна в самом прямом смысле теперь охотиться на этого напыщенного уолденского парня, которого, кажется, и вовсе ничего не волнует, кроме его сестры. И возмущение Кларк стремительно возрастало каждый раз, когда ее ботинки, до недавних пор достаточно чистые, оказывались в очередной луже, полной грязи, появившейся после вчерашнего дождя. А с румяных уст то и дело слетали новые «любезные» высказывания в сторону все того же Блейка, когда, шагая, Гриффин снова и снова спотыкалась о сломленные сильными порывами ветра огромные ветки.       Вскоре же до ушей голубоглазой наконец-то донесся знакомый шум реки, бушующей из-за сильного потока воды, и Кларк ускорила шаг. А оказавшись уже за пределами прохладного леса и ощутив под ногами прибрежные камни, девушка подняла голову, впоследствии чего вспышка яркого солнечного света больно ударила по глазам, заставив Кларк резко зажмуриться.       Как только Гриффин свыклась, она сразу внимательно осмотрелась по сторонам, жадно впиваясь глазами в каждую деталь. Но никого хоть немного похожего на Беллами поблизости не было. Больше сказать, здесь вообще никого не было, кроме стайки крохотных птичек, прилетевших испить горной воды. И чем дольше Кларк неосознанно задерживала на них свой взгляд, тем больше проникалась их необыкновенной красотой. Девушка сразу отметила для себя, что никогда раньше не видела таких на картинках в папиной потертой энциклопедии, а уж тем более собственными глазами на Земле. Это и заставило ее проявить еще бо́льшую заинтересованность, и Кларк сама не заметила, как, подобравшись поближе, присела на самый край камня, внимательнее вглядываясь в их окрас. В сердце уже не буйствовал тот ураган ненависти и раздражения, его заполнило какое-то тепло и неведомая ранее легкость.       Но неожиданно раздавшийся хруст сухой ветки прямо за спиной девушки, заставил птиц сиюминутно вспорхнуть ввысь и скрыться среди ветвей благоухающих деревьев, а ее — быстро обернуться. На мгновение сердце Кларк болезненно сжалось от чувства страха за собственную жизнь, ведь потерять бдительность в лесах, полных землян, все равно, что собственноручно подписать приговор на смерть в страшных муках.       Но увидев того, кто это сделал, Гриффин переполняли смутные чувства. То ли это было облегчение, то ли еще бо́льшая злость, когда вместо самого страшного предположения — землянина, уже готового жестоко расправиться с ней, она увидела Беллами с его свойственной легкой ухмылкой, взъерошенными темными волосами и, главное, со специально разломанной пополам веткой в руках.       — Испугалась, принцесса? — самодовольно улыбнувшись, протянул Блейк, снова переведя взгляд на ветку, точнее на то, что от нее осталось.       Голос его был низким и бархатистым, спокойным и в то же время, по обыкновению, излишне надменным. По телу белокурой словно пропустили заряд тока, заставивший ее сердце биться еще быстрее. И казалось, что желание раз и навсегда стереть с его лица хамскую улыбку самодовольства достигло всякого предела. Но каково же было собственное удивление Кларк, когда простое желание стремительно переросло в действие, и, решительно встав на ноги, она мгновенно сократила ту дистанцию, удерживающую их на более или менее безопасном расстоянии, после чего характерный звук смачного шлепка эхом отозвался в чаще леса.       Между двумя молодыми людьми повисло гнетущее молчание, на протяжении которого грудь Кларк бегло вздымалась, рот жадно и часто хватал воздух, а ладонь бешено пульсировала от удара.       — …Оу, — с повернутой в сторону головой непринужденно выплюнул парень, словно она сделала сейчас нечто такое обыденное по отношению к нему.       Но когда Беллами вернул взгляд обратно на Кларк, в его глазах вспыхнуло что-то дикое и даже зловещее, вследствие чего девушка непредумышленно сглотнула от странного ощущения, вмиг охватившего все ее сознание.       — Осмелюсь предположить, что ты уже нашла мой «подарок», — подозрительно осмотрев Гриффин с ног до головы прищуренными глазами и после глубоко вдохнув речной воздух, воодушевленно отметил Блейк, словно теперь он восхищался своей шалостью, словно маленький ребенок.       — Ты, правда, считаешь, что это смешно? — стиснув зубы, в недоумении прорычала Кларк и, резко подняв руки на уровень головы, развернула их ладонями прямо к лицу парня.       — Согласись, это действительно достаточно смешно, — пустив глухой смешок, ответил брюнет, фамильярно осмотрев запачканные ладони столь возмущенной его поступком девушки.       В первые секунды после пощечины Кларк, правда, показалось, что она позволила себе лишнее, но сейчас на место ничтожных сомнений пришла лишь еще бо́льшая ненависть. Гораздо больше той, что охватила ее сердце в тот самый момент, когда, вскрыв перекошенную баночку с предполагаемыми обезболивающими таблетками, ей на руки пролилась насыщенно-зеленая жидкость.       — Да ладно, Кларк, будь же ты хоть чуточку проще, — заметив всю ту «борьбу» сразу нескольких эмоций на ее бледноватом, немного выпачканном сажей и пылью лице, хмыкнул Беллами, едва ли заметно пожав мускулистыми широкими плечами.       — Знаешь, на самом деле, мне искренне жаль, что зеленка уже высохла, — внезапно устремив на него суровый несвойственный ей взгляд, холодно оборвала Гриффин, а как только она поймала на себе вопросительный и одновременно чуть удивленный взгляд Белла, продолжила: — Я была бы безгранично счастлива, если бы ладонь отпечаталась на твоем смазливом лице.       И вновь между Беллами и Кларк, стоящими прямо напротив друг друга на огромном камне, повисла тишина, оставившая каждого на мгновение наедине со своими мыслями и несказанными словами.       — М-м-м, — неожиданно закусив нижнюю губу, первым нарушил молчание Белл, — оказывается, в тихом омуте… — уже было продолжил свою колкую фразу парень, но с уст девушки быстрее сорвалось недостаточно уверенное «замолчи», когда сделав еще один шаг ему навстречу, она практически уткнулась своим лбом в подбородок Блейка.       — Что у вас здесь происходит? — знакомый обоим голос Октавии ловко пресек грозные переглядки Кларк и Беллами, заставив их переключить все свое внимание на младшую Блейк, которая держала в одной руке свой лук, а во второй — безжизненные тела двух пушистых зверьков, больше напомнивших Гриффин несчастных кроликов.       — Ничего, О, просто принцесса снова показывает свой псевдо-характер, — покосившись на сестру, объяснился кареглазый, а затем, лукаво подернув уголок рта вверх, отстранился от Кларк и попятился назад, к Октавии.       После этих слов Гриффин чуть ли не подавилась собственной злостью, но ничего более не сказала. Она лишь смотрела вслед семейству Блейков, сжимая кулаки и отчаянно покусывая внутреннюю часть щеки.       В безуспешных попытках хоть немного унять бушующие через край эмоции она отвернулась к реке и, стараясь дышать ровно и размеренно, вслушивалась в шум воды, в котором пыталась найти успокоение. Но более чем неожиданно чьи-то сильные пальцы резко и больно вцепились в ее запястье, после чего еще быстрее развернули Кларк лицом к своему хозяину. И все внутри оборвалось в момент, когда жесткие губы Беллами принудительно и даже грубо впились в чуть приоткрытые от изумления губы девушки, а его холодные крепкие руки расположились на ее тонкой шее, чуть сжимая горло. Казалось, земля ушла из-под ног, а ненависть переросла в раздражающую зависимость от его прикосновений.       — Что ты творишь? — резко, но при этом достаточно расторопно, прервав поцелуй, хрипло прошептала Кларк ему в губы, не раскрывая глаз.       — Никто ведь не запрещал мне этого, принцесса, — подобно ее блаженно тихому тону прошептал Блейк и, не дав ей больше произнести и слова, вновь накрыл губы этой взбалмошной, упертой и так сильно раздражающей его Кларк Гриффин своими в очередном поцелуе.