Сон в зимнюю ночь

Сначала не было ничего. Пустота. Тьма. Но потом на безжизненном чёрном полотне начали прорисовываться очертания. Всё постепенно обретало смысл, структуру, формы. Окно в толстой белой раме. Треснутое стекло. Что-то светлое там, снаружи. Ночь существовала только в двух цветах: тёмно-синий и белый. Снег казался сгустками облаков, каким-то образом очутившимися на холодной земле. Когда окно распахнулось, он невесомо выпрыгнул на улицу. Асфальт цокал под ботинками, осколки льда трескались. Впереди отчаянно мерцало нечто белёсое, бестелесное и эфемерное. Он побежал, пытаясь догнать этот одинокий свет, непонятно откуда взявшийся посреди снежной ночи. Но сколько бы он ни бежал, «светлячок» не становился ближе. А вокруг лишь тёмные силуэты деревьев, сугробы, дома без единого огонька в глазницах окон. Он остановился, осматриваясь. И в этот момент всё существо сковал ужас: он ощутил холодный воздух, что резанул по лёгким; он ощутил, как дуновение целует его щёки и уши. Он почувствовал всё это. И это было попросту невозможно…

***

Тальков так и не догнал огонёк: тот исчез. Более того, было совершенно непонятно, из какого окна он выпрыгнул. Долго мужчина бродил по тёмным дворам, но так и не нашёл того выхода… или входа? Когда в фиолетовом небе кротко засмеялся рассвет, стали появляться редкие прохожие. В большинстве своём это были люди заспанные и с виду злые. Да, счастливые в это время ещё спали… — Извините, — обратился Игорь к семенящему мимо парню лет двадцати, — какой это город? — Питер. Опохмеляться надо, — бегло ответил парень, даже не остановившись. Игорь проводил его взглядом, а после с совершенно странным чувством потрогал своё лицо. Как непривычно было касаться прохладной кожи, ощущать небритость, знакомые черты. Сердце бешено заколотилось в груди. С трудом держась на ногах, Тальков вышел через арку и оказался на широком проспекте. Рекламных щитов было чересчур много, автомобили совсем другие, яркие вывески… У Игоря на миг закружилась голова. «Это точно Питер? Не заграница? Да нет, откуда… Русский же текст, да и тот пацан говорил на нашем языке… Архитектура старых домов знакомая, та же… А вот всё остальное…» — Тальков, еле передвигая ногами, пошёл вперёд. Прохожие сновали туда-сюда, машины гудели. Город жил. Тихо было лишь во дворах… Пока. Остановившись возле витрины модного салона красоты, Игорь уставился в своё отражение. Он ничуть не изменился: всё тот же задумчивый взгляд и небрежный вид, русые волосы до середины шеи, серые уставшие глаза… Живой. Словно и не умирал. Повернув голову вправо, он увидел одиноко стоящую на остановке молодую женщину. Она нервно курила, крепко сжимая тонкими пальцами в чёрных кожаных перчатках сигарету. Хмурилась, сбрасывая в сторону пепел. Взгляд был устремлён на дорогу, в ту сторону, откуда должен был прибыть транспорт. Игорь медленно приблизился. Женщина смачно затянулась, бросая на него вопросительный взгляд. — Извините. Вопрос прозвучит глупо, но мне очень нужно знать… — хрипло пробормотал Тальков. — Денег не дам, — хмыкнула незнакомка, свободной рукой сжимая воротник своего тёмно-песочного пальто. — Какой сейчас год? — резко выдал Игорь. — Э… — она странно улыбнулась, — ну, допустим, 2011-й. А что? — Боже. А месяц? — Февраль. Перебрал маленько, да? Бывает. Тальков странно посмотрел в лицо, озарённое насмешкой и снисходительным сочувствием. А после кивнул и пошёл прочь. Он шёл долго, пока физическая усталость не засела в ногах. Тогда он опустился на лавку на ближайшей остановке. Что теперь делать? Куда идти? Боже, сколько лет прошло! А, может, всё ему просто снится? Ведь люди не возвращаются после смерти. По крайней мере, не так… — Надо позвонить… — пробормотал вдруг Тальков и тут же понял, что не встретил по дороге ни одного автомата. Значит, нужно найти учреждение, где есть стационарный телефон. Игорь остановил взгляд покрасневших глаз на «Торговом техникуме», находящемся напротив. Поднявшись, он прошёл в это белое двухэтажное здание. Возле гардероба, за столом сидела вахтёрша. Как в старые добрые времена. Тальков вежливо попросил позвонить, взглянув на белый аппарат, стоящий на столе. Старушка улыбнулась: — Вы так на одного певца похожи! — Правда? Хм… — Тальков постарался выразить удивление. — Неужто никогда не говорили? — Не припомню. Так можно позвонить? Мне очень нужно. Очень. — Да, конечно, — кивнула вахтёрша, быстро надевая очки и более детально рассматривая Игоря, — как брат родной на певца одного похожи… только фамилии не могу припомнить… бунтарь такой был. Убили его давно. Тальков нервно схватился за телефон, ощущая странную дрожь от её слов. После кода Москвы, он по памяти набрал номер своего доброго друга Лёшки Глызина. Но монотонный голос ответил: «Номер, который вы набираете, не существует». Игорь положил трубку на рычаг, тяжело вздыхая. Возможно, он поторопился. Если бы Глызин взял трубку, что бы он сказал? Он ведь сам пока ничего не понимает… Ощущая на себе восторженно-пытливый взгляд вахтёрши, Игорь вышел из здания техникума.