I
5 декабря 2017 г., 22:59
Морти редко открывал комнату со стертыми воспоминаниями после того, как попросил не стирать память об очередном посещении. Рику хоть и казалось это не совсем логичным, однако Морти настоял на своем, сказав, что хочет понемногу восстанавливать воспоминания и принимать свою вину. Парень, повзрослев физически и, в особенности, морально, принял решение, что если он хочет продолжать их с Риком приключения, он должен начать учиться на своих ошибках. Ученый поначалу ругался и, кажется, слишком сильно переживал за парня, что тот в какой-то момент не выдержит. Однако Морти, даже иногда из-за скуки, бывало, заглядывал в комнату и постепенно откладывал колбы в коробку «просмотрено».
В этот раз он собрался с силами и дернул ручку двери, входя в темную не освещаемую комнату. Лампы накаливания затрещали, моргая и приходя в нормальный режим работы после долгого перерыва. Морти подошел к одной из полок и уже остановил взгляд на колбе, надпись на бирке которой гласила: «геноцид керулон-32». Парень глубоко вздохнул, заранее представляя, что может вскоре увидеть. Однако в последний момент он отдернул руку, замечая то, что ни разу не видел здесь за все свои шесть визитов: в самом низу под полками стояла черная, незаметная с первого взгляда, металлическая коробка, плотно прижатая к стене. Морти нагнулся и вытащил ее, осматривая со всех сторон. Убедившись, что коробка вроде как была не опасна для жизни, он приподнял пальцами крышку и заглянул внутрь. В специальном углублении лежала колба, похожая на все остальные в этой комнате, однако цвет был насыщенно-сиреневым.
Это показалось странным, но он решил, что либо это слишком плохое воспоминание, либо слишком хорошее. В любом случае Морти уже забыл про возможный геноцид и сосредоточился на яркой сиреневой колбе в своей руке. Зажмурившись, он сжал ее и направился к креслу со шлемом. Надев запылившийся шлем, Морти аккуратно установил колбу и откинулся на спинку.
– Морти, ты в порядке? – перед глазами возникает обеспокоенное лицо Рика, – Малой, не смей тут подыхать. Ну же, – он трясет Морти, ожидая хоть какой-то реакции. У парня ломит все тело, и он, наконец, будто просыпается и начинает кашлять, пытаясь вобрать как можно больше воздуха в промежутках.
– Вот так, малыш. Не надо пугать меня, – голос Рика стал намного спокойнее и расслабленнее.
Откашлявшись и начав нормально дышать, Морти облокачивается о холодную каменную стену и смотрит на ученого сонными глазами.
– Будто тебе есть дело.
Рик поднимает брови вверх, а затем нахмуривается и резко встает.
– Конечно, я не ждал спасибо за спасение твоей тощей задницы, но если тебе кажется, что мне нет, – он развернулся и показал воздушные кавычки, – никакого ебанного дела, то катись к хуям, пидорас.
– Э-это, что, была сейчас агрессивная забота? – Морти оперся руками о землю и попытался встать.
– Да мне похуй, что это было, мелкий пиздюк. Я поехал домой, а ты можешь оставаться здесь и дальше ныть о том, что дедушка Рик эгоистичный ублюдок.
– Даже в самых мокрых снах представить себе не мог, что тебе настолько н-не все равно, – Морти наконец встал и выпрямился.
– В смысле? – кажется, Рик был впервые озадачен.
– Проехали. Открывай свой портал, я х-хочу домой, Рик.
– Давай так, пиздюк, ты здесь и сейчас рассказываешь, какого хера ты сейчас имел в виду, а только потом я п-подумаю, – он рыгнул, – везти твою тушу домой или нет.
Морти вздыхает и чувствует сильную слабость.
– Я-я сболтнул лишнего, Р-рик. Я хочу домой и я устал, просто увези меня домой.
– Не хочешь ты по-хорошему, пес.
Морти только хотел возразить против этого прозвища, как вдруг оказался сильно прижат к каменной стене.
– Выкладывай, как есть, мелкий.
Дыхание Рика опаляло кожу щек, а запах алкоголя, который, наверное, впитался в халат ученого, будто проникал в тело Морти, пьяня.
– Я-я...
– Что, – Рик зажимает рукой горло парня, – ты, – он смотрит ему в глаза, – имел, – еще пауза, – в виду, сука.
Рик теряет дар речи, когда видит, как Морти закусывает губу и слегка слышно стонет.
Сиплым голосом от сжимающей руки горло Морти едва произносит: «Ты просто хочешь услышать это, не так ли?». И, словив злой взгляд Рика, добавляет: «Твоя взяла. Я хочу тебя».
Рик отступает, отпуская шею Морти, и обеспокоено смотрит на него.
– Какого... – он даже не может продолжить фразу, наблюдая за тем, как Морти, прикрывает глаза, потирая место, где пару секунд назад его сжимали пальцы Рика.
– Кто же знал, что ты любишь удушения.
– Малой, заканчивай с этой нихуя не смешной шуткой, – в последний раз Рик будто попытался увидеть в этой ситуации розыгрыш.
– Да ладно тебе, Рик, не прикидывайся дурачком, блять, – Морти начал идти в его сторону.
– М-морти, кажется, ты не совсем п-понимаешь, – Рик впервые говорил, так заикаясь. Он явно переживал.
– Просто ответь, хочешь ты или нет, – Морти подошел вплотную.
Рик замолчал, наблюдая за парнем, но когда руки того коснулись его груди, залезая под халат и двигаясь вверх к шее, он резко втянул воздух через нос и прикрыл глаза.
– Хочешь, – настойчиво повторил Морти, – или нет.
Рик распахнул глаза и, увидев пьяный мутный взгляд паренька, который облизывал свои пересохшие губы, быстро подался вперед.
– Пиздец как хочу, Морти, просто пиздец, – он успел прошептать ему это в губы, прежде чем втянуть в быстрый и горячий поцелуй с привкусом терпкого алкоголя.
Морти был прижат к стене, Рик облизывал его бледную шею, кусаясь и рыча. Парень подался бедрами вперед, постанывая в плечо Рика, чувствуя каждое прикосновение слишком горячо и сильно. Пальцы больно сжимали его бедра, сбитое дыхание кружило голову, Морти выгибался в спине, царапая руки и спину Рика, он сходил с ума то ли от своего возбуждения, то ли от сильных рук и горячего языка Санчеза. Морти вело от новых ощущений, от невероятной опаляющей близости, от которой все сознание переворачивалось с ног на голову, но даже этого было недостаточно. Он будто во сне, ватной рукой находит запястье Рика и направляет его, позволяя крепко обхватить шею, на которой уже виднелись синяки.
– Сильнее, – Морти тихо шепчет, смотря на него из-под опущенных ресниц и разводя ноги.
Рику срывает крышу от шепота, от стонущего Морти, который заводится от удушья, от молодого податливого тела и бледной красивой кожи, которую хотелось кусать и облизывать раз за разом.
Не прекращая поцелуи, Рик резкими движениями расстегивает ширинку Морти, проникая рукой под резинку его трусов, и проводит ею по возбужденному члену. Ответом на новую ласку послужил громкий сильный стон парня.
– Да, господи, – Морти выгнулся в спине, цепляясь руками за шею Рика, еще раз двинув бедрами навстречу его руке.
Санчез свободной рукой задирает футболку парня, начиная гладить его грудь и соски. Продолжая водить по твердому члену, второй рукой он перешел на спину, спускаясь вниз, стягивая трусы окончательно и сжимая его ягодицы.
– Рик, – Морти опять стонет, сладко и с придыханием, в прямом смысле трется о него, закрыв глаза и забываясь, словно ловя приход от наркотика.
Рик проникает пальцем между его ягодиц и массирует анальный выход. Морти прижимается к нему, кусая губы и не прекращая стонать.
– Давай, Рик, – Морти шепчет, задевая влажными губами его ухо, а затем посасывает мочку и целует шею.
Рик прикладывает свои пальцы к мокрым губам Морти и наслаждается тем, как тот берет их в рот, посасывая. Он облизывает их, вбирая до конца и постанывая. Пальцы выскальзывают с пошлым мокрым звуком, оставляя влажные полосы на красной щеке.
Рик рычит и отрывается от него всего на мгновение, чтобы грубо развернуть спиной к себе, сразу же прижимая к поверхности и вдыхая запах волос.
Морти прижимается к твердому камню, послушно отводя таз назад, и прогибается сильнее от нажатия ладони Рика на поясницу. Санчез проводит языком по голой спине парня, чувствуя его дрожь и тяжелое дыхание. Он массирует его изнутри смазанными пальцами, ловя тяжелые вздохи и хриплые стоны.
Когда яркие мерцания удовольствия перед глазами начинают уже сводить с ума, Рик наконец-то расстегивает свои брюки и проводит членом между ягодиц Морти. Парень дрожит и подается задницей навстречу Рику.
Он входит аккуратно, стараясь сдерживать себя, как можно сильнее, чтобы не сорваться. Морти закусывает нижнюю губу и сильно царапает свою руку, пройдя ею по острому камню на стене. До этого момента он даже не знал, как любит боль.
Рик кусает его за плечо и резко входит, выбивая протяжный стон.
– Громче, – выдыхает Рик.
Морти прогибается, повернув голову вбок, облизывает губы:
– Сильнее.
Рик устал считать, сколько раз за последние полчаса сходил с ума. Он сжимает бедра Морти и начинает набирать темп, наслаждаясь тем, насколько тот горячий, тугой и податливый. Все сливается: укусы, толчки, стоны, царапины, крики.
– Боже, блять, Морти, – Рик закрывает глаза и чувствует долгожданную разрядку.
Морти изливается на пол и чувствует, как член Рика выскальзывает из него. По бедру течет горячая сперма, а по телу разливается запредельное удовольствие, смешанное с усталостью и дремотой.
– Прости, малыш, – Рик застегивает брюки и проводит пальцем по мокрой щеке парня.
Морти подскакивает на кресле. Он стягивает шлем и пытается перевести дыхание.
Время вокруг застывает, а воздух искрится возле кожи. В голове эхом проносится горячий шепот Рика, и тело вспоминает жаркие прикосновения. Какие-то остатки разума кричат, что все это было неправильно, и удалить это воспоминание было хорошим решением. Но тело явно против такой несправедливости. До Морти медленно доходит, что все это время во снах всплывали отрывки из удаленного воспоминания. Только, конечно, жить с осознанием, что это была реальность, а не очередной сон, спровоцированный кучей подростковых гормонов, было сложно. Морти поджимает колени к телу и замечает, что все участки кожи стали слишком чувствительны. Перед глазами вспыхнула картинка, где Рик кусает его шею, задирая футболку. Морти прикрыл глаза, чувствуя, как краснеет. Он понимает, что это слишком нравится, что этого слишком не хватает. Он вновь откидывается на спинку кресла и думает, чьим же решением было это удаление. Думать мешает сильное возбуждение, туманящее голову, направляющее руку медленно провести между ног.
– Морти, – тихий низкий голос отвлек.
Парень вскочил на кресле, подняв взгляд на стоявшего в дверном проеме Рика. Тот перевел взгляд на пробирку, поджал губы и закрыл за собой дверь.
