Caffe Americano
5 декабря 2017 г., 23:27
Джину казалось, что все это будет намного проще: с глаз долой — и из сердца вон! Но не тут-то было…
Во-первых, перед глазами все еще стоял тот тяжелый и надтреснутый взгляд Джиёна, когда он уходил, как-то устало вздохнув. Во-вторых, Джин мысленно метался между двумя правдами — «Он занят, и поэтому он не звонит» или «Ему нет до тебя дела, и поэтому он не позвонит больше никогда», и в глубине души старался не склоняться ни к одному из этих выводов, поскольку понимал, что тогда придется признать и второй план, который стоял за каждым из них.
И Джин внутренне уже был даже готов к тому, что будет скучать по Джиёну. Или еще чего помелодраматичнее… Но все случилось не так. Джин разозлился. На кого и за что — непонятно. Но когда кто-нибудь при нем упоминал о Джиёне, его чуть не подкидывало от злости. Он гневно сверкал красивыми глазами, он огрызался и шипел. И хорошо, что бантаны — народ понятливый. Поэтому принимали внутренние метания своего старшенького как данность.
А Джин, видимо, в качестве самозащиты, начал заебывать всех и каждого разговорами о Джиди. Где бы кто бы что ни говорил — все в итоге сводилось к глубокомысленному выводу Джина в стиле «Да уж, Джиён бы прострелил тебе мишень за такие косяки!» или «Нееее, если делать это в стиле Джиена, то так, чтобы все охуели!». Сначала это было забавно, потом потихоньку начало подбешивать. Дольше всех продержался Чонгук. Он слушал подробности о жизни Дракона с приоткрытым по-кроличьи ртом, пока не поймал себя на мысли, что Джин уделяет больше внимания не подробностям драконьей жизни, а своему собственному восприятию этих самых подробностей. И в этот момент он решительно отморозился от таких разговоров.
Только Хоби грустно следил за Джином взглядом, будто все его метания понимал без слов. В один из дней, когда Джин вздыхает особенно тяжело, Хосок подходит к нему, кладет голову на плечо и сообщает, что готов выслушать все, что у Джина накипело в сторону Дракона.
Джин сначала отнекивается, потом дуется, потом находит нужным смириться и, утащив Хосока в укромное место, выкладывает ему всю свою историю недодружбы с Драконом.
— Когда ты впервые понял, что хочешь, чтобы Джиён тебя поцеловал? — спрашивает внезапно Хосок.
— Чт. …то? — давится собственным возмущением Джин. — Я не… Я не…
— Ой, я тебя умоляю! Все, кто общается с ним больше пяти минут, начинают хотеть его поцелуя.
Джин отворачивается возмущенно, что-то пыхтит в сторону, что-то буркает пару раз.
Хосок улыбается и гладит его по рассыпающимся на лоб рваными кончиками волосам:
— Мне кажется, я сам до сих пор этого хочу.
Джин пристально смотрит ему в глаза.
— А ты… — начинает он, но прерывает сам себя. — Хотя, нет. Я не хочу, наверное, этого знать.
— И все-таки, когда? — мягко, но настойчиво заглядывает ему в лицо Хосок.
— Наверное… когда он стрелял в тире…. — задумчиво тянет Джин. — Или, наверное, нет… наверное, когда мы были в Дэгу… Или…
Хосок приобнимает его широкие плечи.
— Эй! — отодвигается, опомнившись, Джин. — Но это еще не повод причислять меня к вашей радужной братии!
— Безусловно, нет, — соглашается, хитро улыбаясь, Хосок. — Но если недавно разговоры о мужских поцелуях вызывали у тебя спонтанную неконтролируемую истерику и позывы к рвоте, то сейчас ты сидишь и всерьез размышляешь над тем, когда тебе впервые захотелось, чтобы тебя поцеловал мужчина. Ай! — и Хосок вылетает за дверь, потирая ушибленный затылок.
Не сказать, чтобы после этого разговора что-то уж сильно изменилось в жизни Джина или в его отношении к Джиди или даже к Хосоку. Но Хосок этими своими провокационными беседами добился главного: Джин сдетонировал. Он начал ДУМАТЬ. И ДУМАТЬ он начал в нужную сторону.
А потом наступила американская лихорадка, и Джина захлестнула волна возможностей и искушений. И хотя компания посредством грозно насупленных бровей ПиДи-нима и смехотворно серьезного выражения лица менеджера строго-настрого предупредила ребят о недопущении маломальских провокаций, Джин все-таки заметно расслабился: ему казалось, что вот сейчас будут новые впечатления и новые эмоции, и вся эта тяжелая для него история с Драконом пройдет как страшный сон.
