Fashion

Мерное покачивание вагона и стук колес поезда, мчавшегося прочь из Парижа, убаюкивали МинШин. Все происходящее казалось ей сном, а овеянное сонной дымкой безмятежности и вовсе походило на сказку. Голова девушки покоилась на груди СуХека. Она слышала биение его сердца, чувствовала дыхание, ласкавшее волосы. За окном пролетали бесконечно красивые лавандовые поля, подсвеченные багровым закатным солнцем, обещавшим скрыться за линией горизонта через несколько минут. Ленивые облака причудливых форм уже окрасили свои макушки в холодные оттенки ночной синевы. Мир за окном был ярок, словно живописное полотно импрессиониста. МинШин хотелось, чтобы время замерло, и она бы могла наслаждаться этим мгновением чуточку дольше, чем предусмотрено судьбой. СуХек забронировал нормер в отеле в небольшом городке недалеко от Марселя, куда и держал путь поезд. Мужчина убрал телефон в куртку и покрепче обнял МинШин, а она ласково взяла его за руку и стала ее поглаживать. Они оба не привыкли к безумствам, срывам графиков и планов, но именно сейчас, рядом друг с другом, все это вдруг сделалось привлекательным. Побег от всего знакомого и привычного помог вдохнуть свежего воздуха, прояснить мысли и наполнить сердце покоем. Поезд быстро мчался по рельсам, унося прочь от Парижа, где остались Виктор, ЧжиЕн, КымЕн и надвигающаяся лавина проблем, которую он уже распланировал и готов был запустить. И МиШин, и СуХек понимали, что их поступок во многом неправильный, потому что в данной ситуации нужно было бы остаться с людьми, нуждавшимися в них, но делать этого не хотелось. Оба чувствовали, что другой возможности сбежать от реальности вдвоем у них больше не будет никогда. - Для чего мы это делаем? – спросила МиШин в полудреме, когда лавандовые поля утонули в ночном сумраке. - Просто так, - прошептал СуХек. – И чтобы ты поняла, что есть жизнь за рамками твоего прошлого, даже если оно подобралось так близко. Все, что было, уже прошло. Хочу, чтобы ты это поняла и начала все с чистого листа. - Я уже много лет боюсь верить в подобные слова, - МиШин грустно улыбнулась, но щеки ее тронул румянец, ясно говоривший о том, что она всем сердцем верила СуХеку. – Слишком уж они прекрасны. - Ну, значит, у меня есть целая ночь и утро, чтобы они перестали казаться тебе сверхъестественными и невероятными, - СуХек улыбнулся и поцеловал МиШин в макушку. - Это нереально, - МиШин рассмеялась, хоть и без особой уверенности в том, что затея СуХека обречена на провал. - Что ты там говорила при нашей первой встречи Виктору? «Нет ничего невозможного. Чем сложнее задача, тем интереснее ее решать», - СуХек посмотрел в глаза девушки. – Я настолько проникся этой идеей, что хочу проверить. Поезд, на котором был совершен поспешный побег из Парижа, держал свой путь в Марсель, но перед тем как прибыть в крупный портовый город, где жизнь кипела двадцать четыре часа в сутки, он останавливался в небольшом городке. Он так же мог похвастаться тем, что расположен на побережье, но туристы неизменно проезжали мимо него. Тут жили в основном рыбаки, ложившиеся спать на закате, просыпавшиеся за несколько часов до рассвета, чтобы подготовить свои суда к утренней рыбалке. Потому в городке не было шумных ночных клубов, обилия круглосуточных кафе, оживленной ночной жизни. Редкий человек встречался на улице, когда на небе загорались бесчисленные огоньки звезд. Главными достопримечательностями этого города уже не одно столетие были лишь шум моря да свежий соленый морской воздух, заставлявший дышать глубже и чувствовать себя свободнее. СуХек и МиШин сошли с поезда как раз за одну остановку до Марселя. Они зарегистрировались в отеле сразу же, чтобы не тревожить хозяев небольшого уютного местечка глубокой ночью, потому что планировали немного прогуляться. Пара пришла на пляж, где днем, скорее всего, местные жители раскладывали лежаки и расстилали полотенца, чтобы погреться под лучами жаркого солнца. Море тут не было усеяно небольшими лодочками и внушительного размера рыболовецкими судами. Просматривалась колышущаяся на волнах линия горизонта, стремительно сливавшаяся с морем из-за сгущающихся сумерек. МиШин присела на усыпанный галькой пляж и, скинув обувь с ног, протянула их к ласковым морским волнам. Девушка подставила лицо свежему ветру и сделала глубокий вдох полной грудью. Она уже и не помнила, когда последний раз просто так сидела на берегу моря, не думая о проблемах и невзгодах. Морской запах неизменно напоминал ей о родной приморской деревеньке в Корее, где он провела детство и юность. В те времена она часто приходила на пляж с друзьями. Именно на пляже родной деревушке МиШин впервые поцеловал одноклассник, который безумно ей нравился. Из-за воспоминаний на губах девушки расцвела беззаботная улыбка. - О чем думаешь? – СуХек снял куртку и накинул ее на плечи МиШин, а затем присел рядом. Она придвинулась поближе к мужчине и положила голову ему на плечо. - Вспоминаю детство, - уклончиво ответила девушка. – Я выросла в небольшом приморской деревушке, потому у моря часто вспоминаю о Корее. Слишком давно там не бывала. Иногда тоска все-таки находит. - Никогда не хотелось вернуться? – спросил СуХек. - Зачем? – девушка встала на ноги и, получше укутавшись в куртку мужчины, сделала шаг в море. Вода поглотила ее щиколотки. Песок приятно щекотал кожу. – Мама давно переехала в Англию, больше родственников в Корее не осталось. В Европе много работы, у меня есть имя и хорошая репутация. СуХек тоже встал и, подойдя к МиШин, обнял девушку со спины. Пряди ее волос, подхваченные ветром, ласково скользили по его щекам. Легкий запах свежих духов, навевавших воспоминания о лавандовом поле, которое они проезжали по дороге сюда, проникал в легкие. Тепло разливалось по его телу. Мужчина не хотел сильно привязываться к МиШин. Он изначально знал, что их отношения затухнут, как только показ закончится, и ему придется вернуться в Корею. Но сейчас не хотелось терять эту девушку, улыбавшуюся миру несмотря ни на что. Все пытались убедить ее в том, что она слаба, но СуХек был уверен, что не встречал более сильного человека. Рядом с МиШин ему было легко и спокойно. Рука девушки нежно легла на запястье СуХека и чуть сжала его. Она словно робко говорила, что не хочет отпускать его, что он нужен ей. - А если я попрошу тебя вернуться? – бархатный шепот мужчины ласково коснулся уха МиШин, и девушка почувствовала, как по ее телу побежала волна мурашек. - Если попросишь, то я брошу все и вернусь, - после недолгого раздумья ответила девушка и ярко улыбнулась. – Только, надеюсь, ты не станешь просить меня об этом. - Почему? – СуХек крепче прижал к себе МиШин. - Потому что, чем короче сказка в реальной жизни, тем больше в ней волшебства. Я бы хотела, чтобы ты остался прекрасной сказкой, что помогла изменить жизнь к лучшему. - Думаешь, в Корее это невозможно? - Там слишком много злого волшебства. Все прекрасное довольно быстро будет растоптано прессой, засыпано ворохом проблем. МиШин неожиданно повернулась лицом к СуХеку и посмотрела в его темные глаза. Девушка нежно погладила холодными пальцам его щеку и улыбнулась. - Я прекрасно понимаю, что между нами происходит нечто вроде курортного романа. И не хочу, чтобы ты думал, что должен брать на себя какие-то обязательства. Это странно, но рядом с тобой я чувствую, что справлюсь со всем. Даже с расставанием. Может, я, на самом деле, не такая слабачка, как все говорят? - Ты не слабая, - нежно сказал СуХек. – Просто так получилось, что никто никогда в тебя не верил. И ты перестала верить в себя. Знай, что с этого момента я всегда буду верить в тебя. Что бы ни случилось в будущем. Где бы мы ни оказались. Я всегда буду тем, кто верит, что ты справишься. СуХек увидел, как в глазах МиШин блеснули слезы. Его губы нежно коснулись вначале одного века девушки, затем второго. Он ощутил солоноватый привкус ее печали и боли, сквозь который пробивалась сладость благодарности и нежности. Девушка привстала на носочки и поцеловала мужчину, а он сильнее притянул ее к себе, не желая, чтобы их близость прекращалась. У них была всего одна ночь, чтобы подарить друг другу любовь, накопившуюся в сердце, и сохранить этот дар в прекрасном воспоминании, оглядываясь на которое оба будут улыбаться и чувствовать тепло друг друга. Виктор суетливо прыгал по комнате, натягивая первые штаны, что попались ему под руку. Затем, не глядя, вытащил из шкафа рубашку, и, надевая ее на ходу, пошел к входной двери. Уже пару минут в нее раздавались громкие ритмичные стуки. Режиссер никого не ждал, но знал, что его гостем в поздний час этого мрачного дня мог стать только ЧжиЕн. Виктор посмотрел в глазок и тяжело вздохнул. Модельер действительно стоял на пороге с большой бутылкой виски. Режиссер открыл дверь. - Не думал, что ты так рано спать ложишься, - окинув Виктора оценивающим взглядом, сказал ЧжиЕн. – Но сегодня мне плевать. У меня вот-вот начнется истерика, и не без твоей помощи я оказался в подобном состоянии. Так что сегодня ночью ты обязан пить со мной, пока я не потеряю сознание. Ясно? Виктор кивнуть не успел, а ЧжиЕн уже протиснулся в номер и уверенно зашагал в гостиную, даже не потрудившись снять тяжелые ботинки, угрожающе постукивавшие металлическими вставками. Утром модельер был одет в кеды, изрисованные смайликами. Сейчас его настроение явно изменилось не в лучшую сторону. Он подошел к бару, достал из него пару стаканов и перешел на диван, перед которым стоял журнальный стол. - Чего встал на входе? Иди сюда. Говори, что все будет хорошо, так как больше это делать некому, - ЧжиЕн наполнил стаканы виски больше чем наполовину, а затем полностью осушил свой. Виктор за это время только успел подойти к дивану. - Не переживай ты так. Откуда нам знать, что случится завтра? Может, КымЕн просто наводит панику, - Виктор взял свой стакан и сделал небольшой глоток. Он не верил в свои слова, зная, насколько мстительным и гадким может быть его наставник. - Слабое утешение, так как проблемы уже начались, - ЧжиЕн нервно усмехнулся. – Мне позвонили две модели и сказали, что их переманили на показы более известных модельных домов. И это еще суток не прошло! Чего мне ждать завтра?! - Всего, чего угодно, - вздохнув, честно признался Виктор и сделал большой глоток виски. – КымЕн прогнил насквозь, и я понятия не имею, чего от него ожидать. - Издеваешься?! – У ЧжиЕна на самом деле начиналась истерика. Он рассмеялся от слов Виктора. – Утешитель из тебя неважный. И почему ты отправил СуХека куда-то с МиШин?! Они сейчас нужны здесь оба!!! - Нет, - Виктор покачал головой. – Сейчас нет. Завтра понадобятся, тогда и вернутся. По правде, я такой мудак, ЧжиЕн. Ничтожество, - Виктор усмехнулся и отпил еще один смачный глоток виски. Он откинулся на спинку дивана и посмотрел в потолок, а в это время модельер вновь наполнил бокалы. - И с чего ты пришел к подобному выводу? - Потому что сейчас мне страшно, что все может рухнуть. И виноватым во всем буду только я, - Виктор почувствовал, что на глаза наворачиваются слезы. – С самого начала во всем виноват только я. КымЕн убедил меня, что МиШин использует меня, а я поверил и оттолкнул ее. Убедил себя в том, что это она нуждается во мне и ничего не может сама, а затем убедил в этом ее. И она поверила. Столько лет считала себя ничтожной. А на самом деле… На самом деле она гораздо сильнее и смелее меня. Если бы я хоть раз подумал о ее чувствах, встал на ее сторону, поддержал… Ничего бы этого не произошло. - Все это, конечно, трогательно, - после недолгой паузы сказал ЧжиЕн, пристально глядя на Виктора, - вот только ничем нам не поможет. Что было – то было. Этого не изменить. Нам подвластно только настоящее и будущее. - Вот потому я и отправил МиШин с твоим другом подальше отсюда, - Виктор, наконец, сел прямо, и, сделав глоток виски, пристально посмотрел на модельера. – Все это время он раздражал меня только из-за ревности и зависти. Я понимал, что, даже по сравнению с ним, начавшим отношения с МиШин из-за дурацкого спора, я - ничтожество. Твой друг знает, какие слова подобрать, чтобы помочь, а она полностью доверяет ему. - И какой во всем этом смысл? - КымЕн ничего не сможет сделать, даже если постарается, но только в том случае, если мы с МиШин выступим против него сообща, - Виктор улыбнулся. – Давно прошло то время, когда мы были его беспомощными учениками. Я это понимаю, а вот он всегда был себе на уме, потому упускает это из внимания. Сколько бы не было у него связей, у нас с МиШин на двоих их гораздо больше. Вдвоем мы сможем защитить твой показ. - Наконец, я услышал что-то ободряющее, - с тех пор как вошел ЧжиЕн впервые почувствовал, что истерика сдает позиции. Он позволил себе немного расслабиться и откинулся на спинку дивана. Модельер посмотрел на режиссера, словно впервые увидел его за этот вечер. Виктор выглядел разбитым в дребезги: мешки под глазами, взъерошенные волосы, мятая рубашка, спортивные домашние брюки, слезы на глазах. ЧжиЕн окинул взглядом комнату. Повсюду были разбросаны листы бумаги, исписанные от и до идеями и расчетами, разрисованные схемами. Виктор не знал отдыха и работал над показом даже сегодня, после того, как отдал женщину, которую любит, другому мужчине. - Я сделаю все, чтобы твой показ состоялся и прошел отлично, ЧжиЕн, - после долгой паузы сказал Виктор. Он посмотрел в глаза модельеру и улыбнулся. – Потому что он помирил меня и МиШин, и теперь я снова могу быть рядом с ней хотя бы как друг. Чтобы это не заканчивалось, чтобы это было не напрасно, я сделаю все. Ты прав, прошлое не изменить, но будущее в наших руках. Потому теперь не буду вести себя, как кретин. Иначе снова упущу самого дорого человека в своей жизни. - Вот теперь я совсем спокоен, - ЧжиЕн улыбнулся и сделал глоток виски.