Несчастный гитарист

Verge-Owl City *** Вторник, 9:30, школа Александры. — Мда, — Финн нервно крутил в руках ручку, изучая красные отметки на карте. — Что будем делать? — Джун безнадежно смотрела на этот чертов лоскуток бумаги, переводя взгляд на рядом сидящего всезнайку. — Предлагаю встретиться у меня после уроков и обсудить это, — Вулфард наконец-то оторвался карты, бросив свой внимательный и сосредоточенный взгляд в сторону подруги. — Да, хорошо

***

Пасифик бульвар, 14:40. Дом Финна был выполнен в райтовском современном стиле. Цвет мокко идеально сочетался с цветом топленого молока. Огромные окна идеально дополняли стиль дома. Внутри дом так же косил под современный стиль. Весьма дорогой паркет цветом темного дуба, ворсяной белоснежный ковер. В углу скромно расположилась ажурная ваза, стоявшая на стеклянной тумбочке с цветами. С теми самыми розами. Небольшая арка вела в просторную гостиную, а та в свою очередь вела на второй этаж дома. Комната не была изощрена какими-то украшениями и безделушками. И это Джун безусловно нравилось. Финн плюхнулся на кожаный стул, жестом руки показывая на рядом стоящий пуф, так же обитый искусственной кожей пепельного цвета. — Итак, — начал кудрявый, — восемь нападений за последнии три недели. Это чертовски много. Девушка прикусила нижнюю губу, внимательно осматривая карту, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. — У тебя были видения за последние три дня? Джун отрицательно покачала головой, все еще всматриваясь в карту. Ведения попали после длительного отсутствия в клинике. Так, Нельсон парк, библиотека, Нью-Йорк скул.подождите-ка. — Финн! — Джун крикнула это настолько громко, что на втором этаже отдавалось эхо. Всезнайка невольно дрогнул, переведя на подругу непонимающий взгляд, — все места нападения образуют некую дорожку, смотри, — Джун вела указательным пальцем по карте, следуя по красным меткам, — и все они ведут. — К горе Фромм — закончил Финн. — Именно, — подтвердила его слова Паркер, все еще держа палец на карте. — Джуни, ты просто чудо! — Финн прильнул к ее телу, обхватив худощавую талию своими сильными «музыкальными» руками. Всезнайка чмокнул девушку в щеку, сжимая тело все сильнее. Осознание того, что Финн только что поцеловал ее, хоть и в щечку, пришло не сразу. Да и к всезнайке тоже. Он был таким радостным, никогда не видела его таким. Внезапный приступ радости и восторженности прошел. А вот объятия Финна становились еще крепче. От этого щеки Джун пылали багровым румянцем, а взгляд блуждал по комнате, осматривая все что угодно, только не лицо Финна. Смотреть уже пятую минуту на темно-синие шторки было не очень-то интересно, и ее взгляд все-таки упал на бездонные карие глаза Вулфарда. На его лице играла нежная улыбка, от чего нос смешно морщился. Длинные ресницы, обрамляющие карие глаза, невольно дрожали, а все тот же любящий взгляд смотрел прямо в ее темно-зеленые, с карим отливом, глаза. Прямо как в какой-нибудь мелодраме, где в главной роли выступает Леонардо Ди Каприо и Марго Робби. Расстояние между лицами двух обнимающихся подростков уменьшалось с каждой секундой, от чего сердце билось чаще, а воздуха стало катастрофически не хватать. Его пухлые, слегка потрескавшиеся губы накрыли пурпурно-розовые, выделявшиеся на бледном лице губы Джун. Этот поцелуй был таким нежным, чувственным и осторожным. Финн провел тыльной стороной ладони по разгоряченной щеке, от чего по телу прошлись тысяча мурашек. Девушка запустила свою дрожащую руку в его кучерявые волосы, нежно поглаживая затылок. Время на минуту остановилось. Она не обращала внимания ни на то, что за окном собирались свинцовые тучи, предвещая грозу, ни на то, что миру угрожает серьезная опасность, и уж тем более ни на то, что Моника попросила ее вернуться пораньше, дабы поужинать с семьей Либерхеров. Это ее сейчас мало волновало. Волновал только Финн. Его нежный поцелуй, дурманящий аромат парфюма, ласковые и любящие объятия. Всезнайка отстранился от ее губ. — Я кажется люблю тебя, Паркер, — прошептал Финн, прижимаясь к виску девушки, обжигая его своим горячим, учащенным дыханием.

***

Бич-авеню, 18:40. Раньше ей не было знакомо то самое чувство бабочек в животе. Ну а сейчас, ее тело трепетало от неописуемой радости и наконец-то, наступившего счастья. На губах все еще застыл тот самый поцелуй. Мой первый поцелуй. С лица Джун не сходила нелепая улыбка, пропитанная ликующей восторженностью. Прохожие оборачивались ей в след, бросая презрительные взгляды, ведь ее хорошее настроение выделялось среди серой массы Ванкувера, на фоне гнусной пасмурной погоды. Дома во всю шла подготовка к приходу «желанных гостей». Джун не хило досталось от Моники за опоздание, но ее слова она попросту пропускала мимо ушей. — Джуннивуд, быстро переодеваться! Ты же не хочешь распугать всех гостей? А что их не устроит моя любимая пижама с пандами? Джун лишь закатила глаза и нехотя поплелась выбирать себе платье на сегодняшний вечер. Финну она ничего про ужин не сказала, иначе пришлось бы час выслушивать лекции о том, что ей нельзя пересекаться с ним. Даже несмотря на то, что это вовсе не ее прихоть.

***

Дом Паркер, 20:00. Отец приветливо улыбался пришедшим гостям, Моника мило беседовала с Анжелой. Джун же в свою очередь тихо сидела на диване, поглаживая Майкла по спине. В последнее время, она даже привязалась к этой несносной собачке. — Джун, черт возьми, — в гостиную вошел разъяренный отец. — Что? — непонимающе спросила та. — Кнам вообще-то гости пришли, уж будь добра, подними свою пятую точку и живо за стол О, Боже, будто мы на приеме у папы римского. Джун недовольно фыркнула и встала с уже полюбившегося кожаного дивана. К чему вообще все эти званые ужины? Девушка наигранно улыбнулась гостям, с которыми ей придется провести целый вечер, выслушивая скучные реплики родителей, и ловить на себе взгляды их деловитого сыночка, который к слову, напялил на себя дорогой смокинг. Выпендрежник. Вечер, в целом, проходил «очень весело». Джун уже битый час возилась в своем греческом салате, так и не положив ничего в свой рот. Все внимание было уделено Джейдену и его занятиям по боксу. Господи, как же это, черт возьми, интересно. Разбавляли всю эту гнусную атмосферу мысли о Финне, и о их предстоящей миссии на горе Фромм. Да, ехать туда не из безопасных занятий, но проводить их туда обещал брат всезнайки-Николас, к слову, очень даже приятный молодой человек. На часах пробило ровно 22:40, а гости даже и не собирались уходить. — Джун, у тебя потекла тушь, — совсем тихо сказала Моника. О Боже, спасибо! Джун со скоростью света бросилась наверх в уборную. Может ей показалось, но она явно слышала стук в дверь на балконе в своей комнате. Джун тихо пробралась в спальню. На улице хлыстал дождь и было довольно ветрено, дабы не простудится, девушка накинула на себя любимую черную кофту. — Финн? Как тебя сюда занесло? — промокшие волосы всезнайки тормошил ветер, но при этом на его лице красовалась лучезарная улыбка. — Все ради тебя, дорогая Джун усадила Финна на кровать и дала ему свою теплую кофту. Его нижняя челюсть дрожала от холода. — Я принесу тебе чай, — девушка нежно поцеловала всезнайку в лоб. Его ни в коем случае нельзя выводить из комнаты, дабы избежать скандала с Либерхером. — Стой, — Финн потянул меня за руку к себе, — тушь, — коротко бросил всезнайка, осторожно стирая потекшую «химию» с ее щеки своим большим пальцем. И тут, по классике жанра, с первого этажа раздается громкий хохот. — У тебя гости?