Dual

      Надо отметить, что школы в Японии в период подготовки к осенним фестивалям — вещь достаточно жуткая. А после уроков — особенно. В просторных коридорах есть почти стопроцентная гарантия того, что в тебя сейчас кто-то влетит, а покинуть здание школы после четырёх часов кажется уже невозможным. В чём вся суть тогда? Осенний фестиваль в старшей школе Кайджо не был каким-то новшеством или вообще чём-то из ряда вон выходящим. Каждая секция, каждый класс должен выбрать тематику, выбору которой предшествуют жаркие дискуссии в студенческом совете, а когда тема выбрана и утверждена, ребята самостоятельно изготовляют реквизит и прочее. Школа выделяет достаточное количество денег для подготовки. А потом дело, считайте, за малым. Наверное. Миямото, как один из членов баскетбольного клуба, долго думала, что вообще им можно делать. Если надо демонстрировать то, чему они научились, то всегда «пожалуйста». Вот вам трёхочковый, вот вам данк — получите и распишитесь. Кроме того, студсовет на нечто подобное даст добро. Возможно. Время близилось к половине пятого. Уже в общем-то надо было бежать на тренировку, но девушка задержалась в классе. Юмико свалила на волейбол. У них там, кстати, тоже что-то будет. Но суть сейчас не в этом: Акина теперь не знала вообще с кем посоветоваться. Касамацу, Морияма и Кобори в этом участвовать не будут — они ведь третьекурсники: типа учатся. Вот Кисе мог бы дать пару неплохих советов, но его в школе из-за сегодняшней фотосессии не было, да и обращаться за помощью к нему не хотелось. Рёта просто очень любит чувствовать себя незаменимым. Когда дверь в кабинет неспешно раскрылась, Миямото внимания не обратила и продолжила что-то записывать. Однако, когда четыре букета цветов легли на парту прямо перед ней, девушка все же оторвалась и непонятливо глянула на трёх парней, среди которых был Савада. Как раз только его она и знала. — Вы, что, цветочный ограбили? — настороженно поинтересовалась Акина, непонятливо глядя на букеты. — Курьер просил передать тебе спасибо, — отозвался Савада, облокотившись о стену. — Ты, считай, ему за десять минут недельную выручку сделала. — Ничего себе... — произнесла Миямото, теперь глянув на цветы: каждый букет абсолютно отличался от другого. — Я за всю свою жизнь столько цветов в подарок не получала. — Там ещё целая машина этого добра, — заметил другой парень: брюнет в очках. — Серьёзно что ли? — скептично поинтересовалась Акина. В кабинет неспешно зашёл и Морияма, а потом, заметив троих первогодок и девушку с цветами, поинтересовался: — Миямото-сан, поклонники? — Это не мы, — отрицательно помотал головой Савада. Ну, так-то ясно, что не они: с двумя из них Акина вообще не знакома. Видит чуть ли не впервые. Однако, пришедшее на телефон смс тут же все пояснило. «Я знаю, что сейчас ты закатила глаза, но мне все равно. По правде, мне это всегда очень нравилось＼(^o^)／ я честно-честно старался и надеюсь, что тебе понравится( ◠‿◠ )» Поразительно. После двадцатого посыла нахер Кисе все равно старается обратить на себя внимание. — Мы можем идти, Миямото-сан? — поинтересовался Савада, устало зевнув. — На тренировку давай, — добавил Морияма и, проследив, как все трое покинули класс, глянул на Миямото: — Отлично выглядишь. С этим нельзя было не согласиться. Утром Акина минут сорок стояла у зеркала и заплетала косу, а потом художественно её же растрёпывала. На девушке так же был легкий клетчатый пиджачок и такие же клетчатые брюки, сужающиеся у щиколоток. Стильно и со вкусом. — Благодарю, — вежливо кивнула парню Миямото и улыбнулась. — Зато теперь есть украшение для класса. — Что-то Кисе прям расщедрился, — довольно проговорил Йошитака, немного изумленно глядя на букеты. — Нашла, чем его очаровать? — Не выдумывай. — Не видел, чтоб он ещё кому-то дарил цветы, — задумчиво признался брюнет, а потом вновь бросил взгляд на букеты. — Тем более в таком количестве. И тут в класс неожиданно зашёл сам Касамацу, злой, как обычно. Глянув на цветы, потом на менеджера и Йошитаку, он поинтересовался: — А что происходит? — обведя взглядом класс, поинтересовался он и мрачно поглядел на парня с девушкой. Зол Юкио был именно из-за того, что их обоих нет на тренировке. — Морияма, твою мать, ты квартиру продал? — Не обращай внимание, семпай, — отозвалась Акина, привлекая внимание капитана. — Это всё Кисе. — Подкатывает, — с усмешкой добавил Йошитака. В кого-то точно букеты полетят. — Значит так, — хмуро начал Касамацу, скрестив руки на груди. — Все подкаты и прочее в свободное время. А сейчас на тренировку. Надо ещё по поводу этого фестиваля поговорить.

. . .

      В этот раз в спортивном зале была совсем другая атмосфера: во-первых, было очень тихо. То есть никаких фанаток блондинчика, а вследствие этого и Касамацу был спокоен. Вообще, по его словам, он всегда спокойный и добрый. Морияма, услышав это от капитана, не постеснялся поржать, за что и получил. Но нет, Касамацу-семпай добрый. Даже слишком. Ну, чем они сейчас занимались? Тренер лишь дал пару наставлений парням из других составов, а для основного вроде как решил устроить разгрузочный день, правда, те все равно решили покидать мяч в корзину. — Это как наркотик, — негромко заметил Кобори, следя за тем, как тренер нещадно гоняет других. Касамацу лишь повёл плечом. — Так тихо, спокойно и торжественно, да, Касамацу? — хитро улыбнулся Морияма, вяло отправив очередной мяч в корзину. — Без Кисе-то? — уточнил Юкио, а потом глянул в сторону. — У меня вон тот придурок есть. Все перевели взгляды на Хаякаву, который после каждого неудачного броска Накамуры старался сделать подбор, сопровождая эти действия криками и неясными ругательствами. — Хаякава! Накамура! — подозвал обоих Касамацу, параллельно ударяя мячом о паркет. Даже Миямото, теперь говорящая о чём-то с Мориямой вздрогнула. — Надо обсудить кое-что, — добавил он уже в более спокойной манере. — Фестиваль, да? — уточнила Акина, внимательно глядя на парней. — Именно, — кивнул капитан. — За баскетбольный клуб отвечаете вы. Миямото-сан, ты будешь за главную. — Но почему я? — удивилась девушка, разведя руки в сторону. В глазах у неё читалось явное недопонимание. — Ты тут самая ответственная, — ответил за брюнета Кобори. — А мы будем учиться, так что... — Так что полагаемся на вас, — дополнил Касамацу. — Нет, жизнь не кончена в восемнадцать, семпай, — с усмешкой заметила Акина. Благо, у Юкио, как у адекватного парня, рука на девушку не поднималась, хотя на неё он посмотрел крайне тяжелым взглядом. — А делать-то что? Вопрос был, кстати, адресован всем. И вот каждый погрузился в глубокую думу, растянутую чуть ли не на долгие пять минут. — Ребят, вот вам наводящий вопрос, — прервала весь мыслительный процесс Акина. — Чем вообще можно заниматься в баскетбольном клубе? — Я очень надеюсь, что ты не считаешь нас придурками, — отозвался Морияма. — Нет, не сегодня, — отрицательно покачала головой девушка и улыбнулась. — Я правда ведь не знаю, что баскетбольный клуб может делать на фестивале. — Я знаю! — крикнул Хаякава, оттолкнув Накамуру и оказавшись точно перед Касамацу. Тот сделал шаг назад. — Что, если устроить соревнования по данкам? — Или по трёхочковым? — подхватил идею Йошитака. — Это, конечно, все замечательно, — медленно кивнул Касамацу. — Но, попрошу заметить, что вряд ли кого-то это заинтересует. — Семпай, ты меня прям пугаешь, — улыбнулась Миямото. — Я тебе точно говорю, что больше половины учеников этой школы обожают следить за всеми вашими матчами. Кроме того, надо ведь показать на этом фестивале, что мы можем. В этих словах есть смысл. Баскетбольный клуб Кайджо ведь действительно очень популярен. Правда, это неудивительно, что Касамацу считает, будто всем будет пофиг — он ведь постоянно тренируется и огромное количество учеников на трибунах преимущественно не замечает. — А ещё, если мы просто выставим Кисе на входе, все разом прибегут, — прибавил Морияма. — Куда ж команде без талисмана? — усмехнулся Касамацу. — Вот-вот, — кивнула ему девушка, а потом глянула на часы. Время близилось к шести. — Блин! Вы можете, пожалуйста, без меня решить? Мне просто идти надо, — заметив взгляд Касамацу, добавила: — Очень срочно. — Да, конечно, — благосклонно разрешил Юкио. — Тогда сообщишь обо всем Кисе. И передай ему, что за очередной пропуск я заставлю бегать его вокруг нашей школы. — Я вам не почтовый голубь! — возмутилась Миямото, пусть и совсем не резко. — Оставьте личные разногласия на потом, — устало сказал Касамацу. — Ла-а-адно, — обречённо протянула Акина, подхватила сумку и уже было направилась к выходу из зала, но все же остановилась и добавила: — На худой конец ему письмом сообщу.

. . .

      Улицы Йокогамы даже вечером не пустовали: народ вечно куда-то спешит. Мимо не так быстро проезжают автомобили, и практически каждое встречное кафе забито посетителями. Осенний воздух приятно холодит кожу, но, скорее, этот воздух даже больше похож на летний. Ветерок колыхал верхушки невысоких деревьев по сторонам улицы. Каштановые волосы Акины из-за этих невнятных легкий дуновений слегка растрепались в косе, но, надо признать, выглядела она хорошо. «Чёртов фестиваль, — между тем думала она, не спеша шагая по тратуару, — что делать-то мне там?» И тут ей в голову пришла просто нереально по масштабности клёвая идея. Это же по сути обыкновенный фестиваль. Кроме того, они ведь старшеклассники, а это значит, что звать можно вообще кого угодно. Быстренько набрав номер и поняв, что вообще-то сейчас на неё могут и начать ругаться, Акина все же прислушалась к монотонным гудкам. Трубку взяли только спустя секунд десять, и голос на том конце был слегка недовольный. — О-о, кто звонит! — с придыханием проговорил собеседник. — Рад тебя слышать! Случилось что-то? — Ну-у-у, — протянула Акина, быстро обходя людей на улице, — хотела вообще-то спросить, как дела. — Нормально, нормально, — дружелюбно отозвался парень на том конце. — А твои? — Отлично, — ответила девушка. — Тебе точно удобно говорить? — Пока капитан не видит, могу себе это позволить, — было слышно, что парень улыбнулся. — У нас тоже злой капитан, — сказала Миямото, живо представив себе, как Касамацу кидает мяч в Кисе. — Я бы не сказал, что наш прям злой. Просто требовательный, наверное. Он, кстати, из Поколения Чудес. Слышала о них? — Спрашиваешь ещё, — произвольно махнула рукой Миямото, глядя по сторонам. — Я же теперь менеджер в баскетбольном клубе Кайджо, ты знал? — Видел твои твиты. Мно-о-ого твитов, — лукаво проговорил парень. — А в Кайджо разве не Кисе Рёта из Поколения Чудес? — Я иногда просто фигею от того, что их все знают! — Их знает точно каждый баскетболист Японии. Слушай, на меня уже даже тренер косо смотрит. Давай, может, я тебе перезвоню? Как думаешь? — Я вряд ли успею, бли-и-ин, — расстроенно протянула Миямото и глянула на противоположную сторону улицы, где располагалось очередное кафе. — Я что звонила-то... Хотела тебя пригласить к нам в школу на фестиваль. — Ну ты издеваешься? — вопрос был риторическим, и парень на том конце хмыкнул. — Знаешь, сколько от Киото до Йокогамы тащиться? Кроме того, я не думаю, что Акаши разрешит пропустить субботнюю тренировку ради какого-либо увеселительного мероприятия. — Но мы же хорошие друзья, Котаро... — обидчиво протянула Акина и даже слегка нахмурилась. — В баскетбольном клубе будут какие-то соревнования. Вроде бы и по данкам, и по трёхочковым. — Интригуешь, — отозвался Хаяма. — Это типо как в НБА? — Типо да, — довольно кивнула Миямото. — И передай капитану, что это для тебя как тренировка. — Я похож на бессмертного? — было слышно, как Котаро усмехнулся. — Я попробую в общем! Напишу тебе позже, когда тренировка закончится. Пока! — Давай-давай, — на этом Акина отключилась и глянула на дисплей телефона. Уже солнце начинало садиться, а, вот, прохожих все не становилось меньше, как, собственно, и посетителей в кафе на другой стороне улицы. Туда Миямото и решила зайти, заметив на витрине объявление о том, что требуются новенькие официантки. Простите, конечно, но текстом это было больше похоже на рекрутскую повинность. Мол, служить должны все и без каких-либо исключений. Зато теперь можно не пользоваться деньгами родителей. «Сильная и независимая, блин, нашлась.»

. . .

      В последнее время Кисе как-то частенько начинал задумываться, причём ещё и надолго. Он, было, даже думал, что начинает стареть, но нет. Не в этом дело. Стоит отметить, что уйти глубоко в себя заставляла чуть ли каждая вещь, начиная от простой песни и заканчивая чуть ли не картинами на стенах в студии. Фотосессия завершилась ближе к восьми вечера. То есть Рёта проторчал тут около шести часов. В этот раз без Азуми, что, кстати, его радовало. На улицу Кисе вышел не в особо хорошем расположении духа. Музыка в наушниках играла не так громко, поэтому было слышно шум проезжающих автомобилей и остальной шум крупного города. POV Кисе Касамацу-семпай меня точно когда-нибудь убьёт. Помню, как в Тейко «посчастливилось» пропустить тренировку из-за очередной фотосессии... Даже сейчас слышу голос Акаши-ччи. Его это непререкаемое «Рёта, ещё один пропуск и за основой будешь наблюдать со скамьи запасных.». Но я-то не виноват. Да я вообще и так постоянно думаю, что реально раздражает. Миямото-ччи не ответила мне на сообщение, кстати. Не хочется признавать, но мысли-то все преимущественно о ней. И почему я вообще так парюсь? Говорит, что я двуличный. Так почему я такой? Я просто знаю, что заставить говорить о себе легко, но знаю также, что для этого всегда нужно быть разным, ведь, так сказать, высший свет не терпит одного и того же. Почему тогда я сволочь? Мне, скажем, просто скучно, ведь я учился, преуспевал везде, где только можно. В спорте — особенно, конечно же. Но разве в этом суть? Чем больше я делал успехов, тем больше и уставал от жизни, пока не вступил в баскетбольный клуб. Сравните меня с человеком, зевающем на балу, если так угодно, потому что в таком случае я бы ждал карету, чтобы свалить оттуда. Я просто бедненький богатенький мальчик. Как бы сказать... Всё слишком легко, поэтому я и стал таким. Тебя все считают хорошим, никто не предполагает даже, что в тебе есть какие-то отрицательные качества, и ты просто становишься хуже. Признаю-признаю: да, я двуличен, да, я люблю внимание к своей персоне и терпеть не могу, когда остаюсь незамеченным. Правда, одно дело — внимание девушек. Мне от этого не жарко, не холодно. Их расположения слишком легко добиться. И это ужасно скучно. Однако, в таком случае куда лучше, когда из-за тебя страдают. И да, мне нравится это. Я как-то даже чувствовал восторг от подобного. Самолюбие, а не сердце, самая слабая часть у нас, мужчин. Я понятия не имею, как это объяснить, но, лишь глянув на девушку, я бы смог точно сказать, влюбится она в меня или нет. А потом смогу так же легко заставить страдать её. И уж, поверьте, после каждого взгляда в мою сторону ей будет, как минимум, неприятно от мысли, что мне плевать. А потом мысли обо мне её вообще не будут отпускать. Благородно? Конечно же, нет. Я всегда жду чуда, жду того, что со мной случится что-то ужасно интересное, что заставит меня волноваться, но этого просто не происходит. Да меня даже статьи о себе в журналах не радуют особо! А я ведь всегда был общительным, отходчивым даже. Но просто нет такого человека, кто понял бы меня в совершенстве. Даже с ребятами из Тейко мы дружили, как мне показалось уже на третьем году обучения, только на площадке. И все, главное, видят во мне хорошее. Я, на самом деле, не считаю себя плохим парнем. Я ведь предельно добр и мягок со всеми. Но иногда так хочется дать себе волю... Миямото-ччи первая, кто заметил мою натуру. Раскусила, наверное, ещё во время того злополучного матча с Тоо. Да она меня поразила ещё при первом знакомстве, не дав установить свои порядки. Она видит, что я не милашка, по которому массово сохнут девчонки. Она словно знает меня полностью, хоть я и не особо стараюсь с ней общаться, но я совру, если скажу, что меня не умиляют её проявления беспокойства за моё здоровье. Ни одна девушка мне ещё подобного не говорила. «Кисе-кун, поскорее выздоравливай!» не в счёт, так как уже надоело и слишком банально. Признаться, ни одна на меня ещё не злилась. Да и как тут злиться? Я же очарователен. Наверное, уже напрасно думаю, что никто не устоит, ведь из-за всех этих издевательст со стороны Миямото-ччи у меня явно появляется комплекс неполноценности. Но мне ведь должно быть пофиг? Хотя... Кого я обманываю? Я думаю о ней гораздо чаще, чем любой уважающий себя мужчина мог бы признаться. После неё просто невозможно продолжать жить дальше, как ни в чем ни бывало. Никакая другая девушка не может держать меня в узде, как Миямото-ччи. Только она. Даже Азуми со своей напускной гордостью и всей той историей после расставания рядом не стоит. Я ей всё же благодарен за веселое время, я бы и сейчас с ней хорошо общался — только мне с ней скучно... И этого не изменить. POV Кисе За этими размышлениями Рёта и не заметил, как оказался уже на своей улице. Но главное — песня в наушниках после такой думы была в тему: Cause I may be bad, Потому что я могу быть плохой, But I'm perfectly good at it. Но я в этом мастер. Прям судьба какая-то, по-другому и не скажешь. И уже напротив двери своего дома Кисе оглянулся и посмотрел на противоположную сторону дороги. Миямото цветы вообще получила? Кто знает этих курьеров? Могли напутать. «С какой стати меня это так волнует?» — все та же мысль вновь начала тревожить. Ничего же она ему не сделает, если он зайдёт ненадолго? Так, ради интереса. Не пошлёт же она его в сотый раз подряд? Хотя, она как раз может.

. . .

      Домой Акина вернулась в половину девятого. Хидео, представьте себе, вообще не возмущался. Он лишь пожал плечами и, получив от сестры ответы на все свои вопросы, пошёл готовить ужин. В этот раз даже без издёвок и подколов обошлось, что с его стороны вообще странно. Приболел, может? Или просто устал. Что касается работы, то все прошло отлично. Хозяйка кафе довольно милая дама, Айяно Сугавара. Для персонала, конечно же, строго и официально — Сугавара-сан. Об остальных можно и не говорить особо много: Акина в такое время застала только двоих девушек, примерно её же возраста. Может, старше на год-два. Имён она не имела возможности да и желания узнать. Все равно потом познакомится. Кафешка эта была вполне приличным заведением (в неприличное подростка бы не приняли). Никакого алкоголя — лишь чай, кофе, коктейли и горячий шоколад. График гибкий, поэтому появляться в этом кафе по работе нужно лишь по четвергам и пятницам. Кайф. Однако ж, нет. Миямото ещё даже толком не переоделась, когда в дверь позвонили. Оставалась лишь гадать, кого именно принесло в такое-то время. Были, конечно, предположения, но Акина уверена не была. Зато, когда дверь раскрыла, даже гостя пропустила. — Привет, — поздоровался Кисе, проходя в дом, и внимательно оглядел девушку. — Классно выглядишь. — Да я в курсе, — отозвалась Миямото, проследив за его взглядом, а потом облокотилась плечом о стену. — Это всё, зачем ты пришёл? Ну, пока. — Погоди, ты чего? — блондин живо расстегнул чёрную ветровку, а потом довольно улыбнулся. — Как тебе цветы? — А Ватанабэ тебе за такое не вставит? — устало поинтересовалась Акина, скрестив руки на груди. — Хотя, так тебе и надо. — Да пофиг мне на неё, — отозвался Кисе и оскорблённо глянул на неё из-под светлой чёлки. — Пойдём в кафе лучше? — Ой, какой джентльмен, — девушка покачала головой. — Вставай в очередь. Брат меня сегодня ужином кормит. Если хочешь, оставайся. Если, нет — дверь сзади тебя. — Блин, ну что за фигня? Я ж серьёзно. — Ну я тоже серьёзно, — кивнула Миямото. — У нас с братом сегодня праздник, — она повернула голову в сторону кухни и, услышав там громкие звуки, крикнула: — Да, Хидео? — Ага, — отозвался тот, гремя кастрюлями ещё больше. Акина перевела на Рёту взгляд, отчего тот как-то повёл плечом. Стоя к нему достаточно близко, она в очередной раз признавала то, что он действительно красавчик. Чего только стоит эта вечная полуулыбка, украшающая его смазливое личико двадцать четыре часа в сутки. — Ну ладно, — вдруг быстро согласился Рёта и снял обувь. — Давай здесь. Они прошли на кухню, где хозяйничал Хидео. Заметив перед собой блондина, он тут же оторвался от готовки. — Вау, Кисе Рёта собственной персоной, — брюнет протянул ему руку. — Ты в баскетбол играешь, да? — поинтересовался блондин, пожав тому руку. — Было дело, — отозвался Хидео. — Даже против твоей школы играл. Я был на третьем году обучения в Западной Камате. Кисе название школы точно знал, но, вот, противников не запоминал. Будь на его месте сейчас Мурасакибара, выразился бы в более грубой форме, сказав, что слабаков нафиг забывает. — Чайник, — привлекла внимание брата Акина. Тот живо подорвался с места и отключил газ. Чай он разлил по чашкам несколько минут спустя, а потом спросил у Кисе: — А ты, кстати, что тут делаешь? Рёта словно в прострации находился. Поэтому, услышав вопрос, отреагировал не сразу, но Миямото ответила быстрее: — Он насчёт фестиваля пришёл. Блондин кивнул, а потом перевёл взгляд на девушку, которая стояла к нему спиной и что-то делала у столешницы. Чёрт, это было уже несмешно, ведь он в который раз уже задерживает взгляд на ней: на этих каштановых волосах, на этой фигуре, да и вообще часто внимание обращает. — И что там с фестивалем? — поинтересовался Кисе, отводя взгляд в сторону. Он хоть и согласился с ней, а пришёл не за этим. Повод был один, правда, неявный даже для него: он, видимо, на подсознательном уровне хотел её увидеть сегодня. — Пока не знаю, но ребята что-то говорили про соревнования по данкам и трёхочковым. — В НБА есть такие соревнования, — заметил Рёта, скучающе подперев голову рукой. — А ты там будешь главной звездой, — предупредила блондина Акина, так и не повернувшись к нему. — Только если хорошо попросишь, Миямото-ччи. Блефует ведь. Она это прекрасно поняла. Просто знала то, что Кисе очень любит баскетбол и всегда рад покидать мяч в корзину. — Кисе, ты сидишь на моей кухне в моём доме и пьёшь мой чай, — проговорила она, обойдя стол и встав уже сзади него. — Я, короче, пойду, — вдруг быстро сказал Хидео и вышел из кухни. Вот как бы он себе чего-нибудь не напридумывал. Парень с девушкой проводили его разными взглядами: она — слегка раздражённым и недопонимающим, а он — испуганным. Мало ли, что Акине в голову придёт, когда тут, на кухне, вокруг ножи? А она ещё и за спиной у него стоит. Правда, когда Рёта почувствовал её руки на своих плечах, вмиг усомнился в её адекватности. Да и в своей, откровенно говоря, тоже. — Что ты делаешь? — недоверчиво спросил он, ловя кайф от её движений. — Разминаю тебе плечи, дебил, — отозвалась она. От каждого её движения, казалось бы, должно становиться лучше, но для Кисе это было как-то очень уж странно. Он просто капец, как напрягся. И почему так? Потому что он её сейчас вообще не понимает. Вылить кофе, обозвать его, послать нахер сорок раз — дела для неё обыденные. Но уж точно не такая, хм-м-м, забота. — Окей, ради клуба и повыпендриваюсь, — кивнул Рёта. — Спасибо большое, Ваше Высочество, что согласились, — Миямото даже реверанс сделала. Вот, к ней вернулся привычный настрой. — А класс наш что будет делать? — проигнорировав её слова, спросил парень. — Староста что-то говорил про кафе, — пожала плечами Акина. — Им осталось это лишь в студенческом совете обсудить. Теперь ты можешь идти. — Да ты издеваешься, — махнул рукой Кисе, как ей показалось, даже расстроенно. — Я вообще не за этим пришёл. — Только не говори, что извиниться, — попросила его Акина. — Это уже раз десятый будет. — Нет, мне просто интересно, сколько раз ты ещё меня пошлёшь, перед тем, как нормально выслушаешь, — уже в коридоре сказал парень, надевая обувь. — Морияма-семпай это всё подкатами назвал. Может, он и прав. Со стороны это так и выглядит. Рёта, конечно, всегда видел разницу между обычным подарком и так называемым желанием подкатить, но в этот раз и сам затруднялся с ответом. Не мог же он в самом деле влюбиться? Просто глупо влюбиться. После всех этих разборок, которые, кстати, продолжаются и по сей день. — Какие подкаты? — как можно удивлённее поинтересовался он и, надев ветровку, оказался буквально даже меньше, чем в полушаге от Миямото. Ей пришлось поднять голову, и именно в этот момент она встретилась взглядом с его глазами, которые из-за освещения в коридоре стали каким-то уж прям совсем тёмными. Кисе не отступил. Ему вспомнился тот внезапный поцелуй. Им обоим после этого стало пофиг, они забыли даже, но ведь маловажный случай имеет жестокие последствия. — Дверь сзади, — без особых эмоций сказала девушка, кивнув ему. Но все же её немного выбил из колеи тот факт, что этот придурок стоит сейчас так близко. — Давай теперь без всех этих порывов? — Как хочешь, Миямото-ччи, — пожал плечами Кисе, все ещё стоя так близко. — Но, может, я просто очень хороший парень и пытаюсь дружить со всеми? — Хорошая шутка. Действительно же, она видит его настоящим. Не полным безэмоциональным, саркастичным ублюдком или нравственным калекой. А таким, который в разнообразных условиях может быть разным. — Тогда я просто серьёзно скажу тебе: извини меня, — его глаза чуть ли не светились, в них можно было заметить много различных эмоций. Акина не отступала, даже взгляд не отвела, но когда Рёта наклонился чуть ниже, непроизвольно задержала дыхание, ведь жест недвусмысленный. Хотя, чего стоило ожидать? Блондин, блекло улыбнувшись, достал из кармана конфетку (из своей гримерки взял) и протянул девушке. — Хочешь? Миямото, нахмурившись, несильно оттолкнула его от себя, а Кисе, весело улыбнувшись, развернулся. — Вот ты умна, красива, целеустремлённа, — проговорил он, внимательно глядя на неё. — Идеал девушки. Ты мне даже нравишься... — Извини, — слишком уж спокойно сказала Акина и пожала плечами. — Но ты не в моем вкусе. — Честно? — уточнил Рёта, чуть склонив голову набок и словно пытаясь найти хоть какие-то ложные эмоции на лице девушки. — Честно, — кивнула та, отчего у парня в организме слегка повысился уровень раздражения. — «Ты умна, красива, целеустремлённа». Перечисляя все мои качества, ты вряд ли чего-нибудь добьёшься. Самое большее, что я обещаю — это дружба, где у тебя все шансы. Миямото живенько выпроводила его за порог, но заметила, что блондина, кажется, малость выбесила и даже выбила из колеи. — Спокойной ночи, конфетка, — протянул он, прямо выделяя каждое слово, просто развернулся и просто пошёл домой.