Нелегко быть главным

      Прошло чуть меньше месяца. Задание майора было выполнено, оставалось только дождаться вертолетов эвакуации и покинуть Зону вместе с людьми полковника Ковальского, чтобы уже на месте предоставить полный отчет о проведенной операции.       Но прежде Дегтярёв должен был кое с кем встретиться, он вернулся на станцию Янов.       Логичнее и безопаснее — Александр понимал — было бы отправить Черепу сообщение, убедив в несерьезности восприятия сталкером их отношений. Но так майор поступать не хотел. Каждодневно стараясь уверить себя в обратном, он все же любил наёмника. Они понимали друг друга с полуслова, их чувства были взаимны и ожидания крайне редких встреч угнетали. Только, в отличие от наемника, Дегтярёв не был так свободен в действиях; прежде следовало разобраться с основными проблемами, а потом, возможно, удастся вновь увидеть мужчину. Майор не тешил себя напрасными надеждами, но он хотел бы, чтобы Череп понял. Если все объяснить наемнику, сказать правду, что действительно полюбил…       Многие сочли бы происходящее между ними абсурдом и аморальным поведением, но парни умели скрываться и пока обоим ничего не грозило.       Уже почти стемнело, когда майор добрался до заброшенной деревни и того самого дома, одну комнату которого составляли лишь пол и угол стен — две стены, идущие на улицу, полностью обрушились; зато вторая комната была абсолютно цела и заваливаться в ближайшее время не собиралась. На полу «комнаты под открытым небом» уже был разведен костер. В этот раз ждать пришлось Черепу.       Александр шагнул на обшарпанный фундамент. В костре трещали дрова и языки пламени плясали, распространяя тепло.       Дегтярёв засмотрелся на огонь, на время забыв о том, зачем он тут.       — Череп, — позвал он, наконец, негромко. Мутантов привлекать не стоило.       — Я здесь, — отозвался тот из глубины дома и майор догадался, что наемник ждет его внутри, хотя и здесь было неплохо.       Александр исполнил это желание, но только он ступил в пустую, на первый взгляд, комнату, — глаза еще не привыкли ко мраку — как появившийся сбоку Череп обхватил его бедра и прижал сталкера к столу, вжимаясь в его спину. Дегтярёв, хоть на секунду и утратил контроль над ситуацией, весьма не смутно догадался к чему идет дело, а этого он допустить сейчас не мог, хоть и желал больше всего на свете. В контексте плана это было бы фатальной ошибкой. Чертовски правильной ошибкой!       — Послушай, Череп, — попытался ненавязчиво отодвинуться майор, но тот не позволил. Это проявление власти и силы с его стороны только распаляло. Руки наемника блуждали везде, где могли достать, оглаживая и сжимая. Он целовал шею, уже расстегивая комбинезон мужчины, а сталкер разрывался между тем, что правильно, по его мнению, и тем, чего он так хочет каждый раз. И Череп снова понимает его больше, чем он сам.       Со стороны могло бы показаться, что их связывает только секс, но то, сколько времени у них было друг на друга оправдывало всё. Будь его чуть больше…       — Кость, прошу, не надо. — попытался вяло сопротивляться Дегтярёв. Тот не обратил внимания на невразумительные мольбы. — Череп!       Мужчина дернулся, все же твердо решив выбраться, но наемник перехватил его руки, заблокировав за спиной и нагнул майора, уже дальше стаскивая комбинезон сталкера, заставив облокотиться о стол. Ботинком раздвинул ноги Дегтярёва, чтобы подобраться ближе.       Александр смирился. Просто попытался расслабиться. Хуже от этого не будет, а перерыв предстоит долгий, если не бесконечный. Весьма пессимистичный прогноз.       Череп вошел буквально рывком, сорвав с губ майора стон, хотя тот и был готов к подобному. Как же это возбуждало… Лицо горело и сталкер коснулся лбом холодной поверхности стола. Наемник двигался внутри, свободной рукой оглаживая спину майора, трахал, вбиваясь все глубже.       Дегтярёв едва подавил нервный смешок, подумав кое о чем. Узнай какой-нибудь полковник Ковальский, чем сейчас занимается его извечный спаситель с главой наёмников… Причем, с полного согласия. Н-даа.       Александр до крови кусал губы, стараясь не поддаваться на провокацию и попросту не скулить от нарастающего вместе с темпом удовольствия, разбавленного непринужденной болью, что стоило неимоверного напряжения и рваного шумного дыхания, которое Череп, трахая почти грубо, с оттяжкой, будто пародируя изнасилование — об этом говорила и поза майора в этом спектакле — выбивал из груди сталкера.       Наёмник знал как нравится партнеру, и тот просто растекался по столу. В конце концов, больше не имея возможности держать свое тело под контролем, майор простонал, сквозь толчки:       — Прошу… Череп… отпусти руку. Мужчина выполнил пожелание, и Дегтярёв со стоном облегчения потянулся ей к своему члену, хоть это было и неудобно, и кончил даже раньше наёмника.       Тяжело дыша, Череп отодвинулся, застегивая комбинезон. И как только у него хватало сил сохранять вертикальное положение?       — Прости, если обидел тебя. Мне было это нужно, — он почти невесомо коснулся ладонью низа обнаженной спины мужчины. Жест, пропитанный долбаной нежностью.       Майора потряхивало, сердце колотило о разогретую поверхность стола как бешеное — казалось, на этот стук сбегутся все мутанты Зоны — в ушах гудело.       — Не извиняйся, — Дегтярёв предпринял попытку подняться, и еле устоял на ногах. Череп придержал его с обеспокоенным видом.       — Ты в порядке?       — Да какой там, — майор постепенно приходил в себя, обняв наёмника и устроив подбородок на его плече. — У меня никогда и ни с кем подобного не было, — сказал он взволнованно. — Просто помни об этом.       — Так ты не сердишься? — уточнил Череп. Ему поведение сталкера начинало казаться странным. Майор попытался улыбнуться в районе его плеча.       И ему придется лгать, что никогда не любил? Что не чувствовал неуклюжей заботы в этих объятиях. Что не хочет повторить этот грубый секс прямо сейчас, стонать от удовольствия, подаваться навстречу и целовать любимые губы.       Дегтярёв отстранился, потирая руку. Потом вспомнил, что до сих пор фактически обнажен, и поспешил исправить это. Затем они вернулись к костру.       — Череп, я должен с тобой поговорить, — придержал его за плечо майор. Он должен был сказать это как только увидел наёмника. — Я был не до конца честен с тобой. Тот оглянулся, непонимающе взглянув на сталкера.       — Что?       — Я не совсем тот, за кого себя выдаю. У меня была своя легенда и я ее придерживался. Не только в случае с тобой, но лишь в этом случае мне действительно стыдно за свою ложь. В Зоне мне нужно было кое с чем разобраться; дело подошло к концу, и теперь я возвращаюсь на Большую Землю. Должен так поступить. Наверняка это означает, что я исчезну навсегда, но ты… попробуй понять. — майор перевел дух после такой тирады. — Ты знаешь, я не хочу этого.       Боже, как сложно оказалось уместить в одно предложение: «Я не люблю тебя» и «Ты же знаешь, что я лгу.»       — Я виноват во всем этом, только полный идиот поведет себя так. Я ужасно сожалею.       Череп смотрел на него очень серьезно, но явно еще не до конца понимая.       Майор достал из кармана аккуратно свернутый пополам лист и протянул его наёмнику. Тот растерянно взял его. Как же это казалось трудно.       — Здесь всё. Можешь прочесть при мне, я отвечу на любые вопросы. Хочешь — ударь меня, избей, я заслуживаю этого.       Череп исподлобья посмотрел в лицо сталкера и в его голубых глазах отразилось пламя, означавшее решимость. Он резко смял блокнотный лист, с десяток раз переписанный майором, и швырнул в огонь, радостно принявший новую пищу.       — Зачем? — едва слышно прошептал Александр, глядя на вспыхнувшие за секунду и стремительно превращающиеся в ничто труды своего признания. Вопреки ожиданиям Дегтярёв почувствовал какое-то облегчение. Ему не нравилось то, что он написал. Это было и правдой и нет. Но ему совсем не был понятен этот вульгарный жест.       Он поднял негодующий взгляд на наёмника, но тот шагнул вперед, обняв плечи мужчины и сжав в крепких объятиях.       — Что бы там не было написано, и кем бы ни был ты, — прозвучал его твердый голос над самым ухом майора. — Не уходи. Не оставляй меня. — он взволнованно выдохнул: — Прошу…       Сталкер на какое-то время выпал из реальности, теснее прильнув к Черепу и обняв его торс, теряя опору под ногами.       Ему всегда нравилась Зона, она была его домом еще до того, как превратилась в кошмар наяву. Но даже это не мешало любить родной город и его окрестности не меньше. Оставалось только послушать наёмника, жадно впиться в его губы, целовать долго, до изнеможения… Но майор не имел права решать что-то сам. По крайней мере, на данный момент.       — Черт! — оттолкнул он мужчину. Дегтярёва захлестнуло отчаяние. — Если бы ты прочел то, что должен был знать с самого начала — ненавидел бы меня сейчас, а не просил остаться. У меня задание и я должен его выполнить; а ты был лишь одним из средств достижения цели! — ложь майора пробила броню Черепа и тот шокировано отступил. «Неужели этому можно поверить? Неужели ты поверишь, Череп?!»  — Мне нужно идти. — грубо бросил Александр, поднимая винтовку и закидывая ее ремень на плечо.       Наёмник не двигался и, воспользовавшись его замешательством, Дегтярёв покинул развалины, рассеянно повторив себе под нос одну фразу из сгоревшей исповеди: «Но мне было хорошо с тобой».       Крикнуть это Черепу он так и не решился.       Небольшой марш-бросок позволил майору добраться до станции «Янов» в рекордно короткий срок. Благо, здесь пути без аномалий и с минимумом мутантов он знал. Ночью разгуливать по Зоне не самая хорошая и безопасная идея. Уже у ворот мужчина опустился на землю.       Все вышло намного хуже, чем он предполагал. Дегтярёв ожидал от наёмника чего угодно: оскорбления, негодования, ненависти, растерянности. Ярости. Но никак ни желания любой ценой удержать майора рядом. Ценой, в большей части, недомолвок, секретов и обмана со стороны сталкера.       «Я не смогу забыть тебя…» — пронеслось в голове. Но Александр помнил об основной миссии и сейчас это было важнее всего.       Важнее чувств и даже важнее жизней.