Нотка

- Готов? – спросил Эдвард. Олли стоял с завязанными шарфом глазами и сгорал от нетерпения: - Еще спрашиваешь, так долго ехали и еще дольше шли! Эдвард снял повязку и Олли сначала зажмурился от яркого весеннего солнца, ударившего ему в глаза, но моргнув пару раз, замер. Он стоял в прекрасном парке, деревья еще были голые, но птицы уже украшали это место своими голосами, а сквозь остатки мерзлой корки снега выбивались первые цветы: белые подснежники и лиловые крокусы. Прямо перед ним на постаменте в рост человека восседала Нотка. Она ласково смотрела на него своими мраморными глазами и в приветливой звериной улыбке растягивала морду, забавно высовывая кончик языка, будто дразнясь. На постаменте прямо перед глазами красовалась выпуклая надпись «соединяющая сердца». Олли очнулся, только когда Эдвард вложил в его руку розу с острыми шипами. - Эдвард, - выдохнул наконец Олли, - это прекрасно, как тебе это удалось? Она как живая! - Это мой дар ей, - серьезно произнес Лумис, взглянув в каменные глаза, - я ведь так и не поблагодарил ее за тебя, - и он обнял музыканта, поцеловав его висок, и добавил, - я не мог ее просто сжечь, я должен был ее похоронить, пусть и на специальном кладбище. - Она оставила меня, - качнул головой Олли и присев, опустил розу в специальную каменную вазочку у подножия постамента. - Но ты не один, - продолжил за него Эдвард и крепко сжал его руку, ощутив как крепко сжимают ее в ответ.