His Story

Я никогда не думал, что начало учебного года могло принести мне столько неудобств. Мне всегда нравилось преподавать в старших классах. Школьники там уже были скорее взрослыми, чем детьми, их шутки становились действительно смешными, они волновались о своем будущем и, по большей части, меня слушали, и мне не приходилось тратить большую часть урока на их успокоение. Но в этом году все вдруг изменилось. Эта Кейт Лоуренс, откуда бы она ни взялась, должна была быть проклята. За ее очаровательную внешность, ум и те же самые интересы, что и у меня. И пусть меня заодно проклянут за то, что однажды я решил найти ее страничку в «Фейсбуке» и узнал все это. С таким знанием жить было очень тяжело. В самом себе меня теперь смущало практически все. А особенно – то, что мне было двадцать четыре, то, что я был учителем, и то, что мне определенно нравилась моя ученица. Я понял, что мои дела плохи, когда она приснилась мне сегодня ночью. Могу ли я считаться извращенцем, если мне приснилось свидание с моей шестнадцатилетней ученицей? Этот вопрос преследовал меня весь рабочий день, а затем – и всю репетицию. Я так глубоко задумывался над тем, причислять себя к числу педофилов или нет, что пару раз забыл вступить в свою партию. Еще парочку раз я перепутал слова. Луи всегда щепетильно относился репетициям. Он считал, что мы должны делать все идеально. Ошибок должно быть мало. А еще лучше – вообще не быть. Кто знает, когда настанет наш звездный час? Мы должны быть к нему всегда готовы. Когда я сорвал уже третью песню, Софи объявила перерыв. Она заметила все те разъяренные взгляды, что Томлинсон кидал в мою сторону, и, вероятно, испугалась, что он меня попросту побьет, если мы продолжим репетировать. – Стайлс, да что с тобой сегодня не так? – возмутился Луи, ставя свою гитару на подставку. Мне было стыдно. Я чувствовал себя так, словно срываю какое-то важное мероприятие. Сконцентрироваться, тем не менее, я все равно никак не мог. Обычно на репетициях лажал Найл, и ему никто ничего не говорил – Найлу можно, это же наш милый, очаровательный Найл, который все исправит одной своей улыбкой. Но я?.. Никогда. – Извините, – пробубнил я, наливая себе чай. Повисла тишина. – Он что, только что извинился?.. – подал голос Лиам. Да, такое тоже редко случалось. Во всяком случае, во время репетиций. Обычно я постоянно показывал свой характер и пытался всех и везде направлять, делать лучше. Я никогда не извинялся за все, что происходило на репетиции. Даже если я был неправ. В этом мы с Луи были похожи. Наверное, поэтому мы и были лучшими друзьями. – Что-то случилось? – спросил Найл. – Ничего, – пожал плечами я. – Просто устал. И тут соврал. Как бы сильно я ни уставал от работы и от жизни, я никогда не показывал этого на репетициях. Потому что репетиции были моим отдыхом. – Неправда, – подала голос Софи, которая все это время внимательно следила за всеми моими движениями, но ничего не говорила. Эта девушка была моей близкой подругой с самого колледжа. Она постоянно вертелась где-нибудь рядом и была готова помочь, выслушать и придумать план дальнейших действий. Софи очень хорошо меня знала. Она могла по одному моему кивку понять, что что-то пошло не так. Она была отличным другом, но прямо сейчас я ненавидел себя за то, что дружил с ней. Я бы мог скрывать свои мысли еще так долго, если бы не она. – Расскажи, что случилось, – попросила Софи. Все закивали. Может, парни и злились на меня за то, что я срывал репетицию, но они все же были моими друзьями. И они за меня переживали. – Вы будете надо мной смеяться, – с сомнением ответил я. Я бы и сам над такой историей от души похохотал. Жаль только, что она становилась совсем не смешной, если ты был ее главным героем. – А вот это уже что-то новенькое, – у Луи загорелись от предвкушения глаза, и это не предвещало ничего хорошего. – Рассказывай. Меня взяли под руки и усадили на диван. Четыре пары глаз не отрывали от меня своих взглядов, и мне было не по себе: я даже сам с собой, в голове, не решался говорить на эту тему. Я отгонял от себя эти мысли все две недели с начала учебного года. А они просили меня все им рассказать. Я даже не был уверен, что мне было, о чем говорить. – Ну, – я вздохнул. Пути назад уже не было. Придумать другую историю, только чтобы не рассказывать друзьям правду, так быстро я все равно бы не смог. Оставалось только сказать, как есть. – В общем, в выпускном классе есть новенькая. И снова, в который раз за вечер, в студии повисла тишина. Такая, что мне захотелось встать и уйти. Убежать – Признаюсь, такого начала я не ожидал, – подал голос Лиам. – Мне нужно пиво, – встал с дивана Луи и направился в кухню. Кажется, я сильно покраснел. – И?.. – Софи была единственной, кто серьезно отнесся к тому, что я только что сказал. Мне стоило поговорить с ней один на один уже давно. Какой же я идиот. – Ну, вы же знаете, у меня никогда не было проблем с обучением старшеклассниц, – я нервно кашлянул. – А она... – Что? – Найл смотрел так, словно я пересказывал сюжет какой-то книги: а он очень любил подобные истории. Вернулся Луи. – Ты что, запал на ученицу? – он сумел пересказать мою историю весьма лаконично: всего лишь за пять слов. – Я... - по-моему я еще гуще покраснел. Пока никто не говорил вслух о моих чувствах, они не казались мне настолько абсурдными. Директор Дженкинс предупредил меня еще на собеседовании: Никаких отношений с учениками, понял меня? Я даже разбираться не буду, уволю сразу. Я и не собирался, собственно говоря. Я никогда не смотрел на учениц как на моих потенциальных девушек. Они ведь были еще такими… маленькими? Но Кейт… Кейт просто сводила меня с ума, она разрывала все мои шаблоны, ломала все, что я так старательно строил три года в этой школе. Я никогда не поддавался школьницам, которые пытались со мной заигрывать. Меня один раз даже открыто пригласили на свидание, и тогда я не растерялся, остался профессионалом. А тут… – Запал, – ответила за меня Софи. – Она такая... – я сделал непонятный жест рукой, подчеркивая, что моя ситуация была совсем плоха. – Знаете, совсем незаметная. Типичный гик. Ходит в черном, носит очки. Вообще ничего примечательного. Но когда мы начали с ней дополнительно заниматься… Луи поперхнулся. – Она собирается поступать на исторический, извращенец, – скривился я. А потом снова задумался: а не я ли здесь извращенец? – Так вот. С ней до жути интересно разговаривать. Она веселая, милая, приветливая, она... Я замялся, потому что был не до конца уверен, что мне стоило заканчивать предложение. Боялся, что меня еще больше осудят. Хотя, куда уже больше… – Ну? – Найл чуть ли не подпрыгивал от предвкушения. Чертов сплетник. – Ей нравятся «Доктор Кто», ФОБ, и у нее нет парня. Софи тут же вытащила свой телефон из кармана и потребовала сказать ей, как звали «эту самую новенькую», потому что она хотела посмотреть ее социальные сети. Так Кейт Лоуренс перестала существовать только в моих мыслях и стала вполне реальной. Ребята изучали ее страницы с разных телефонов в тишине в течение десяти-пятнадцати минут. Все это время я не мог найти себе места, поэтому я попытался занять себя приготовлением недоделанных Софи бутербродов. Меня это совсем не успокоило. Первым телефон отложил Найл. Я вопросительно посмотрел на друга. – Я только что увидел клона Стайлса женского пола, – сделал заключение Хоран. – Мне кажется, у них даже улыбки похожи, – откликнулась Софи. – Одобряю, – не смог промолчать Луи. Я почувствовал, как по моему лицу начала расплываться улыбка. – А как ты узнал, что у нее нет парня? Лиам задал вопрос, которого я больше всего боялся. Я случайно проболтался и сразу же об этом пожалел. После этого я только и молился, чтобы никто не обратил внимания на мое высказывание. Но ничто и никогда не ускользнет от ушей Лиама Пейна. А я не мог просто так взять и соврать своим друзьям. – Я... спросил. – Что? – ахнула Софи, которой, казалось, все больше нравилась история, которую я рассказывал. – Просто взял и спросил? – Да. – Но ты же учитель, – заметил Луи. – Это случайно получилось, – попытался оправдаться я. Я боялся, что они набросятся на меня с камнями и палками, но в ответ мои друзья только широко заулыбались. Все. Подумать только, еще каких-то двадцать минут назад эти четверо готовы были меня убить за то, что я срывал репетицию. Теперь мы вдруг обсуждали мою влюбленность в школьницу так, словно это было чем-то действительно серьезным и решаемым. Мы с ребятами дружили уже достаточно давно. С Луи вообще около десяти лет. Эта компания видела все мои взлеты и падения как на любовном фронте, так и на любом другом. Со времен Дейзи ребята очень скептически относились ко всем моим новым девушкам, а когда мы с ними переставали общаться через два-три свидания, они выдыхали с облегчением. Каждый раз Софи заставляла меня продиктовать ей ссылки на все социальные сети моих потенциальных вторых половинок, и каждый раз втайне от меня ребята проводили целое расследование. И это был первый раз, когда они обменивались столь воодушевленными взглядами. Я впервые за последние две недели подумал: а может, ситуация с Лоуренс и правда не была безвыходной? – Я считаю, что ты должен попробовать сделать шаг, – заключил за всех Найл, и ему вторили еще четыре кивка головой. Мои мысли вернулись к разговору с Кейт, который состоялся всего несколькими часами ранее.

– У нас дополнительные каждый день. У тебя на личную жизнь-то время остается? – Личной жизни нет и не планируется, так что все в порядке.

Мой мозг с готовностью подкинул пару картинок, которые меня преследовали вот уже неделю и от которых я так старательно пытался избавиться. Я приглашаю Кейт на свидание, и она соглашается. Мы проводим вечер вместе. Я провожаю ее до дома – это представить совсем легко, ведь я ее уже подвозил. Я целую Кейт на прощание. Стайлс, хватит. – Как я это сделаю?.. – вышло даже жалобнее, чем я планировал. Я прокручивал в голове тысячи способов позвать Лоуренс на свидание, но в каждом из них девушка пугалась своего извращенца-учителя и больше не появлялась в школе. И это в лучшем случае. В худшем она еще не забывала написать жалобу директору. – Она меня наверняка воспринимает только как учителя. Ребята некоторое время молчали, а потом любитель всевозможных интриг Найл Хоран сказал: – А давай мы тебе фейковую страницу в «Фейсбуке» создадим. Все одобрительно загудели. Я не успел обдумать плюсы и минусы этой идеи и все возможные последствия, в которые эта афера может вылиться, потому что Софи принесла свой ноутбук, Найл поставил его себе на колени, и все сгрудились вокруг Хорана, давая тому советы по созданию несуществующего человека. Через двадцать минут на свет появилась Барбара Стенфилд – девушка семнадцати лет, фанатка «Доктора Кто», «Голодных Игр» и ФОБ. На аватарку сначала хотели поставить фотографию Софи, но потом решили, что она не выглядит на семнадцать лет. – Если она попросит, скинешь мое фото, – инструктировала меня Софи. – А так говори, что стесняешься. Мы добавили чертову уйму неизвестных мне людей в друзья, чтобы выглядело, словно страница давно активна. А потом Найл отправил заявку на добавление в друзья Кейт Лоуренс. Девушка приняла ее минут через десять. Ноутбук отдали мне. – Что? – удивился я. – Пиши ей, – ответил мне Луи с таким видом, словно это было самой очевидной вещью на свете. Я закусил губу. Сердце пустилось в пляс. Я волновался. Я давно так сильно не волновался.

Я: Привет

Пути назад не было.