Пятьдесят оттенков ярости

Весь следующий день был полностью посвящен последним приготовлениям к Рождеству. Мы заканчивали украшать дом, помогали Элене готовить праздничное меню и готовили наряды. А ближе к вечеру у меня зазвонил телефон. На экране загорелось имя отца. — Да, пап? — ответил я. — Привет, Гастон, — поздоровался тот. — Как вы там? Готовитесь к Рождеству? — Конечно, — кивнул я. — А за вашим столом найдется место еще для троих людей? — поинтересовался Мартино Перида. — Вы будете с нами? — опешил я. — Похоже, что так. Приехал твой дядя, который не хочет ждать ни минуты. Он говорит, что только посмотрит на Химену в реальности — и поймет сам, его ли это дочь, безо всяких экспертиз. — А если он ошибется?! Вы что, собрались на бедной девочке эксперименты ставить?! Она и так много перенесла! — Успокойся. Никто никаких экспериментов ставить не будет. Просто Леон очень хочет увидеть Химену. Он даже не будет говорить, что может оказаться ее отцом. Ему просто нужно на нее посмотреть. А завтра приедут специалисты и возьмут у твоей подруги образец слюны. И, по их словам, уже к концу твоих каникул мы будем знать результаты. Итак, ты позволишь нам встретить это Рождество с вами? Анхелло не против. Теперь слово за тобой, сынок. Я хотел, было, ответить «нет», но тут подумал о Нине. Ей нравятся мои родители, и этот праздник позволит девушке почувствовать себя членом нашей семьи. Моей невестой. И, если дядя Леон не станет говорить Хим о своем возможном отцовстве, малышка ведь не пострадает. Так чем я рискую? — Ладно, — решил я. — Приезжайте. Маттео в курсе? — Да, прямо в эту минуту Анхелло ему звонит. — Вы что, вместе? — Да. Вот, сидим в его любимом ресторане, пьем кофе и обсуждаем, как быстро выросли наши сыновья. — Ну, да, отличная тема для разговоров в Канун Рождества. А где мама? — Дома, помогает устроиться брату. А твой дядя, кстати, и впрямь, здорово изменился. Я даже поболтал с ним перед тем, как ехать сюда. — Ну, вот, видишь? Значит, люди все-таки могут меняться. — Это, скорее, исключение, чем правило, Гастон. Поверь моему жизненному опыту. — Да, тебя, к примеру, уже не переделать. Ладно, пап, мне пора. Во сколько вас ждать? — Думаю, чесам к шести будем. Счастливо, сынок! — До вечера. Я отключился и оглядел комнату, где, в этот момент, готовил одежду для Рождественского Ужина. Да уж, вот это новости! Теперь придется бежать вниз и сообщать ребятам с Эленой об еще троих гостях. Но прежде, чем я успел сделать шаг к выходу, в комнату ввалился хохотавший до коликов Маттео. — Ну, что? — выдавил он. — Твой тебя уже обрадовал? — Да, только что, — озадаченно кивнул я. — Но что здесь смешного? — Ничего, — хихикал мой друг. — Просто я, когда отец сообщил мне о незапланированных гостях, посоветовался с Луной, не прерывая звонка. А папа сказал, что такими темпами мы поженимся до конца учебного года. Бедняга. Он ведь не знает, что я задумал. — А что ты задумал? — опешил я. — Ну, тебе расскажу. Ты ведь в курсе, что месяц назад моя тетя умерла. — Та старая дева, что оставила тебе огромное наследство? Конечно, знаю. Ты ведь сам мне все рассказывал. — Правильно. И мне удалось устроить все так, чтобы мой отец о ее смерти даже не узнал — тетка-то была по матери. А иначе он тут же заявил бы, что я еще не дорос до такого состояния. Тетя Росанна владела крупнейшей сетью ресторанов в Аргентине, и сейчас мы с Луной вместе осваиваем этот бизнес. — Вместе? — Да, вместе. А еще мы объединили свои наследства в один счет и получили более ста миллиардов песо. — Сколько?! — Сами в шоке. Так вот, мы решили расширить сеть. Вывести ее за пределы Аргентины, организовать в ресторанах живую музыку и открыть свою школу роллеров. — Ничего себе! Геракловские планы! А почему ты не хочешь посвятить в них Анхелло? Это же сотрудничество с иностранцами, выезды за границу — как раз то, чего он для тебя хотел. — А ты помнишь, в каких отношениях он состоит с маминой семьей? Да они друг друга ненавидят! И потом, я рассказал тебе о планах, связанных с бизнесом. Но есть еще несколько личных. Вот, от них мой родитель умрет на месте. Мы с Луной пока никому не говорили. Нина — и то не в курсе. Так что смотри, не проболтайся. — Ты что, меня первый день знаешь?! — Не первый. Поэтому и рассказываю. Итак, мы уже присмотрели дом. Ездили туда, говорили с риэлтором. Луне там очень понравилось, и я решил сделать ей сюрприз. Дом наш. Пара месяцев понадобится для того, чтобы сделать ремонт, а потом мы уже сможем переезжать. — Ничего себе! Но я все равно не думаю, что Анхелло это так сильно шокирует. — Может быть. Но сегодня вечером вас всех ждет еще один сюрприз. Вы будете в шоке, но я уверен, что поступаю правильно. Хотя, признаться, очень волнуюсь. — Что же ты собираешься сделать? — Терпение, друг мой! Я и так уже слишком много сказал. Все, пойду, сообщу ребятам и Элене об еще троих гостях. С загадочной улыбкой парень ушел. Вот, жук! Все-таки оставил интригу! Что же он запланировал? Предложение? Да нет, бред какой-то. Для этого нужно встречаться, как минимум, год. А ведь мой друг — итальянец. У них принято встречаться лет по десять, чтобы жениться один раз — и на всю жизнь. Хотя, если по-хорошему, Маттео по уши влюблен в свою девушку уже больше двух лет. Нет, все равно для брака слишком рано. Может, он просто скажет, что хотел бы этого в будущем? Да нет, Анхелло это не удивит. Тот должен был с самого начала понимать, к чему ведут такие отношения его сына. Но тогда у меня снова нет вариантов! Мои размышления прервал осторожный стук в дверь. Мгновенно все поняв, я крикнул: — Входи, любимая! — Как ты догадался, что это я? — со смехом поинтересовалась Нина, открыв дверь. — Очень просто, — отвечал я. — Из всех обитателей этого дома только ты стучишься так нерешительно. — Слышал про наших незапланированных гостей? — спросила моя девушка, подходя ближе. — Как думаешь, появление твоих родителей не связано со мной? Господи, ну, почему она становится такой неуверенной за пределами постели?! — Нет, любовь моя, к тебе это не имеет никакого отношения, — ласково ответил я. — Мои родители любят тебя и одобряют. Просто мой дядюшка примчался и загорелся желанием увидеть Хим. Только не говори ей, что он может оказаться ее отцом. Пока они просто познакомятся, а там посмотрим. — Хорошо, — кивнула Нина. — Я не скажу. А ты уверен, что твои родители не станут проверять… ну, насколько я хорошая девушка? — Успокойся! — рассмеялся я. — Никто никого проверять не собирается. Да и как мои родители могут это проверить? — Ну, например, по внешнему виду своего сына, — пожала плечами моя возлюбленная. — Что, кстати, с твоей рубашкой? Предмет гардероба, который я держал в руках, и впрямь выглядел изрядно помятым. — Не знаю, — ответил я. — Видимо, помялась в сумке. Попрошу Элену погладить. — Давай-ка я сама, — заявила Нина, протягивая руку за рубашкой. — У бедной экономки сейчас без того полно работы. Может, твои родители и не будут проверять меня, но и в грязь лицом перед ними я ударить не хочу. Мой парень не должен ходить в мятой рубашке. Против таких аргументов я ничего возразить не мог, поэтому, молча, протянул ей предмет гардероба, а потом легко поцеловал в губы со словами: — Ты же понимаешь, что могла бы этого не делать? — Понимаю, — с улыбкой ответила она. — Но мне самой хочется сделать что-то для тебя. Мы еще раз легко поцеловались, после чего Нина вышла. Разобравшись с остальными вещами, я спустился вниз и снова начал помогать ребятам. К слову, мы с Маттео после того, как узнали о прошлом Хим, изо всех сил старались относиться к ней, как раньше, но это не всегда удавалось. Лично я, как представлю, через что пришлось пройти этой малышке в свои неполные восемнадцать, даже содрогаюсь. Хочется освободить свою возможную сестру ото всего — чтобы она просто улыбалась. Поэтому, увидев, как Нико развешивает Рождественские чулки, а его возлюбленная входит в дом с большим и явно тяжелым пакетом, я тут же метнулся к ней и забрал ношу, восклицая: — Господи, Хим, зачем ты таскаешь такие тяжести?! Ты же девушка! Нико, ну, следить же за ней надо! — Прости, — смутилась моя возможная сестра. — Элена попросила сходить в магазин, купить кое-какие продукты. — Могла бы взять с собой меня, Маттео или Нико, а не таскаться в одиночку! — отрезал я. — Все были заняты, — развела Хим руками. — Да я бы все дела бросил, чтобы тебе помочь! — Слушай, что с тобой такое, в последнее время! И ты, и Маттео ведете себя так, словно я из фарфора сделана — не меньше! — А что, я не могу проявить заботу о своей сестре?! Эти слова вырвались у меня в запале. До меня даже не сразу дошел их смысл. Лишь тогда, когда Хим и Нико разом подняли брови, я понял, что проговорился. Ну, просто блеск! И что мне теперь с этим делать?!