Blue moon

      Безумная ночь. Из слегка приоткрытого окна поступал холодный зимний воздух. Чтобы продуктивнее поработать, я отключила все уведомления из соцсетей. Смартфон покоился на прикроватной тумбочке в то время, как я не вылазила из ноутбука. Вся кровать была завалена различными папками, листами, разноцветными ручками ─ это я вспомнила, что абсолютно не готова к учебной неделе. Выходные я прогуляла, поэтому в ночь понедельника пришлось реабилитироваться.       Продумав сперва план, что мне необходимо сделать именно сейчас, а что я оставлю на завтра, я приступила к подготовке. Долгое время мне не удавалось сосредоточиться на теории рекламы, потому что перед глазами то и дело появлялись либо его глубокие глаза, либо задорная улыбка Чжухона, но никак не анализ рекламных листовок времен первой мировой. Несколько раз глубоко вздохнув и зажмурившись, я всё-таки стала вчитываться в материал. Эссе в десять листов само себя не напишет. Такие зверские задания на дом появились только на втором курсе, о чём я плакалась Юки. И вновь мысли понесли меня подальше от темы. Я вспомнила Ю Кихёна, мою амнезию, свои переписки. Кстати, в истории остались лишь сообщения за последние полгода. Остального словно и не существовало. Сложилось впечатление, что меня вбросило с определёнными воспоминаниями в середину второго курса непонятно откуда. ─ Чёрт, снова отвлеклась, ─ выругалась я и, проклиная свой мозг, не желавший учиться, уставилась в экран ноутбука.       Спустя часа два мне удалось написать достаточно неплохое эссе, чему я несказанно обрадовалась. Порадовав себя горячим чаем с конфеткой, я приступила к следующему заданию. На этот раз всё оказалось проще: всего лишь подготовить устный материал для обсуждения с преподавателем. Понедельник ─ день тяжелый, но мне повезло: завтра в основном были лекции. К семинарам я подготовилась, и в третьем часу была свободна. После насыщенного событиями дня и не менее нагруженного вечера мои глаза сами закрывались. Мне было даже лень проверять уведомления на телефоне, поэтому я выключила ночник, попутно закутавшись в одеялко, и заснула крепким здоровым сном.

***

      Сладко, как сказали бы в каком-нибудь женском романе, зевнув, я потянулась. Но это вряд ли выглядело "сладко". Скорее в данной ситуации применимо выражение "по-бегемотски". Такое ведь есть? В любом случае я проснулась, а, значит, наступило утро. Взглянув на время, я удивилась: проспала шесть часов, но не чувствовала себя отдохнувшей.       До пар оставалось всего ничего, поэтому, в спешке собравшись, я выбежала из общежития по направлению к одному из корпусов. Прогноз погоды обещал мороз, но мне не хватило ума взять хотя бы перчатки. В моей чёрной повседневной куртке как на зло не было карманов, и мне пришлось натягивать рукава, чтобы хоть как-то спрятать их от колючего воздуха.       Яркое солнце озаряло студенческий кампус. Свежий воздух заставлял почувствовать себя бодрее. Сугробы после вчерашней метели переливались разноцветными драгоценностями. Зима в полной степени оправдывала своё очарование. К замечательной погоде добавлялись мои удивительные чувства прошлой ночи. Нет, это не мой недосып и раздражительность после бессонных часов. Эти чувства вызваны романтическим поведением Чжухона. Кстати, я вдруг вспомнила, что мы больше не переписывались. Я решила после занятий обязательно ему написать, если он не сделает этого раньше.       В лекционном зале не было доброй половины студентов. Зато злополучная Кан Сэ Ра весьма удобно расположилась на одном из задних рядов в окружении своих якобы подружек. У высокомерной девчонки не было искренней дружбы, только взаимовыгода или услужливость. Сейчас они что-то или кого-то обсуждали. Друг другу показывали смартфоны. То и дело кто-то из них начинал смеяться или на повышенных тонах критиковать. Сэ Ра бросила раздраженный взгляд в мою сторону, стоило мне зайти в аудиторию. Не заходя высоко и близко к ней, я села на втором ряду. Всё равно хотела послушать лекцию, что началась ровно в десять утра.       На первых минутах я почувствовала, как меня пронзает острая боль в правом плече. Зажмурив глаза, я схватилась за это место и пыталась поглаживанием усмирить этот болезненный приступ. За одним ударом следует другой, пониже, в межрёберную область, от чего дыхание становится тяжелее. Каждый вдох даётся мне с большим трудом, так что боль в плече меня волнует уже меньше. Немного придя в себя, я открыла глаза и постаралась набрать как можно больше воздуха в лёгкие. Рёбра всё ещё ныли, но дышать было проще.       Я не понимала, что только что произошло. Страх, что это может повториться, не оставлял меня вплоть до конца лекции, на которой мне так и не удалось сконцентрироваться. Сложив все вещи в рюкзак, я достала смартфон и написала Кихёну. *Привет, не найдётся минутки для нуны?*       Перерыв между парами оказался полчаса, поэтому я направилась в столовую. Спустя пару минут парень мне ответил, что будет ждать за нашим столиком именно там. Мне хотелось рассказать ему обо всём, что со мной произошло за эти два дня, хоть и понимала, что минутки для этого будет недостаточно. На повестке дня висело обсуждение странного состояния моего тела. ─ Соль-соль, ─ милая мордашка моего лучшего друга расплылась в улыбке, а сам он меня крепко обнял, ─ без тебя было скучно, где пропадала? ─ Да сумасшествие какое-то было. Подробно про Чжухона и остальное расскажу позже, ─ отвечала я. На удивление Юки и бровью не повёл на это, хотя в прошлый раз явно был не в духе от одного упоминания этого парня. ─ Я хотела поговорить о другом. Только что на лекции моё тело охватила жуткая боль. Я просто сидела, но меня словно ударили.       Парень внимательно выслушал меня. Сдвинутые на переносице брови придавали задумчивый и настороженный вид его красивому и обычно безмятежному лицу. От его серьёзного вида я разволновалась сильнее. Когда молчание стало уже невыносимо, я отчаянно позвала его: ─ Ю Кихён, скажи хоть что-нибудь. Не пугай меня еще больше. ─ Прости, Соль. Где тебе болело? ─ Плечо и грудная клетка. ─ Уже всё хорошо? ─ получив мой утвердительный кивок, он продолжил: ─ Надеюсь, это не повторится. Мне нужно кое-что тебе рассказать... Наверное. Но это долгая история, поэтому давай вечером, у меня сейчас пары. Созвонимся.       Он улыбнулся, но очень грустно. Во взгляде читалось то беспокойство, что бушевало в моём сердце. Я наблюдала за тем, как он поспешно выходит из помещения, забитого голодными студентами. Быстро перекусив, я пошла на следующее занятие, стараясь не забивать голову тревожными мыслями.       Коридор, по которому я шла, пустовал. Видно, все сейчас в классах. Остановившись возле окна напротив моего кабинета, я решила написать Чжухону. Но неожиданно телефон буквально вылетел из моей руки и громко стукнулся о пол. Но мне уже было всё равно. Я упала от невыносимой боли. Спина... левый бок... печень... шея... правая нога... голова...       Каждый удар отдавался жуткой глухой болью, словно меня избивали сразу несколько человек. Решающий удар в живот и из моего рта вылетает кровь. Очень больно...       Хочется кричать, позвать на помощь, но сил нет издать хоть единый звук, кроме тихого стона. Становится больнее...       Корчась на полу, я не могу двигать ни руками, ни ногами, чтобы избавиться от невидимых источников новых ударов. Пульсирующая кровь в висках напоминает, что я еще жива, что это не сон. Боль вспыхивает с новой силой, ожесточающей и адской. "Болевой шок", ─ проносится у меня в голове, словно искра, прежде чем я теряю сознание.

***

*POV Хан Соль* ─ Я же сказал, что больше не участвую в этом! ─ парень с чёрными волосами словно выплёвывал каждое слово. Они находились в каком-то заброшенном богом и людьми здании. Свет в помещение проникал только через маленькие окошки, находившиеся где-то под потолком. Это было больше похоже на подвал, чем бывший зал приёмки. На полу, где грязь смешалась с фекалиями бродячих людей и животных, валялись старые бутылки, упаковки и прочий мусор. Банда самого крупного сеульского мафиози стояла в более менее чистом месте в центре зала. Пять крепких парней окружили черноволосого. ─ Ты сорвал крупное дело босса год назад. Мы искали тебя по всей Корее. Кто ж знал, что ты в Японии спрячешься, ─ оскалился самый высокий из них. Его светло-русые волосы выглядывали из-под иссиня-чёрной шапки, а голубые глаза выдавали его европейское происхождение. Говорил он с заметным акцентом, но это не мешало ему выглядеть устрашающе. ─ Ты предал нас, а мы отомстим. ─ Я вышел из клана до того момента, ─ отвечал тот. ─ Мацуяма был в курсе. ─ Мацуяма не хочет прощать тебе то, что ты бросил семью, ─ с вызовом проговорил один из группировки. Держа одну руку в кармане, второй он почесал подбородок и направил на парня указательный палец. ─ Чжухон, ты не просто вышел из клана. Мацуяма был тебе отцом, братом и другом. Какой же монетой ты ему отплатил? ─ Я предупреждал, что больше не буду участвовать в его махинациях. ─ А всё из-за чего? Из-за какой-то девки! ─ парень, крутивший револьвер на пальце, плюнул под ноги Чжухона. ─ Семью на шлюху променял. ─ Не смей так про неё говорить, ─ взгляд исподлобья предупреждал остановиться, но бандиту было по барабану. ─ А как же мне ещё эту шкуру называть? Сначала с Юн Хёном забавлялась, а потом на тебя переключилась. Чем ты её завлёк? Деньгами Мацуямы? Или своим большим... ─ надменная ухмылка парня с револьвером мигом испарилась от сильного удара Чжухона того в челюсть. ─ Айщ, ты идиот, ─ накинулся он на парня. Толкнув Чжухона в плечо, он ударил его под дых. Согнувшись пополам, черноволосый жадно пытался заглотить воздух, который никак не попадал в лёгкие. В тот момент он думал лишь о двух вещах: побыстрее выбраться отсюда и получить как можно меньше увечий ради Соль. ─ Постой, СоДжон, мы обещали доставить его Мацуяме, ─ спокойно обратился к разъярённому парню с вывихнутой челюстью европеец. Он положил СоДжону руку на плечо и слегка потянул назад от Чжухона. ─ Мы ещё не закончили, ─ гневно прикрикнул мужчина и засунул револьвер в штаны под куртку.       Схватив Чжухона за руки, два до сих пор молчавших парня повели его в чёрный лексус. Всю дорогу они молчали. Подъехав к огромному "замку", являвшимся домом, в котором Ли Чжухон провёл своё детство, СоДжон сказал: ─ И не смей при Нобуре говорить что-то о своей малявке. Только хуже сделаешь.       Чжухон в сопровождении пятерых приспешников якудзы и дворецкого шёл через лабиринт длинных коридоров тёмного и страшного, как его хозяин, замка. Дворецкий Со предупредил босса о прибытии сына. Зайдя в кабинет, что так был похож на классическое пристанище сицилийского гангстера из Нью-Йорка, Чжухон отметил про себя, что ничего здесь не изменилось. Разве что у мужчины, сидящего с сигарой за большим дубовым столом, стало больше седых волос. ─ Давно не виделись, дорогой, ─ Мацуяма, кажется, был искренне рад появлению своего сбежавшего сына. Он был ниже Чжухона, а тело его к шестидесяти годам несколько оплыло жиром, что его совсем не портило. Обняв парня, он предложил ему присесть в кресло у камина. Чжухон молча сел, не встречаясь с ним взглядом. ─ Я готов простить тебе все твои глупости, ─ мягко начал отец. Выдохнув дым сигары, он продолжил: ─ Просто возвращайся. Снова станешь моей правой рукой. Ты отличный боец и хороший сын. Не глупи. ─ Нет, ─ тихо, но достаточно отчётливо произнёс Чжухон, глядя в пол. ─ Мы обо всём поговорили в прошлый раз. Ты знаешь причину. ─ Плевать на эти ваши штучки с идентичными чувствами, ─ усмехнулся мужчина. Он жестом подозвал дворецкого, тот налил ему коньяка из графина и поднёс поближе. ─ Мне не плевать. ─ Она тебе не ровня, ─ старик начинал терять терпение. Он ни с кем не позволял себе повторять несколько раз. А Ли отказывает ему уже дважды. ─ Просто позволь мне уйти, ─ парень наконец поднял глаза и умоляюще посмотрел на отца. ─ Хорошо. Можешь идти, только больше никогда не смей показываться мне на глаза. Что бы ни случилось, меня для тебя не существует, ─ удивительно легко согласился Мацуяма.       Сперва Чжухону показалось, что он не расслышал. Несколько секунд внимательно изучая мимику старика, ища какой-то подвох, парень оставался на месте. Но здравый смысл так и кричал бежать подальше, пока Нобура не передумал. Поднявшись с кресла, Чжухон еле заметно кивнул отцу и поспешил выйти из кабинета. Он знал замок, как свои пять пальцев, поэтому сразу же направился к выходу. ─ Кай, ─ европеец поклонился, когда босс позвал его. ─ Порабойтате с парнями. Не до смерти, конечно, ─ кривая улыбка исказила лицо старика, но спустя мгновение его накрыла маска безразличия. Пятеро преданных своему делу парней вышли вслед за незаконным сыном своего босса.       Они преследовали его несколько кварталов. Странно, что он не вызвал такси, а пошёл пешком. В районе Йонсана, одного из самых тихих районов Сеула, в подворотне они набросились на него. Пять мужчин, искусно владевшие различными техниками боя, с жестоким остервенением избивали ногами Чжухона. Они знали самые уязвимые места. Самые чувствительные к боли места. Им нужен всплеск именно этого ощущения. Боли. ─ Достаточно, ─ Кай остановил своих друзей. Приказа убивать не было. Ещё немного и бедняге даже скорая не поможет. Они ушли, оставив тело одиноко лежать на холодном, окрашенном кровью молодого человека снегу.