Лови момент: Нью-Йорк

      — И теперь ты решил объединиться с девушкой, которая засадила твою сестру в клетку, противостоять еще неизвестно кому и найти отца этой самой девушки? Ничего не упустила? — Бруклин посмотрела на Эми и Томаса. Попытка объяснить блондинке всю происходящую ситуацию вроде как удалась. Но когда Брук всё это произнесла вслух, то было, скорее, похоже на бред сумасшедшего.       — Ну, что-то вроде того. Я, правда, хочу помочь Эмилии разобраться со всем этим, — Томас облокотился об стеклянную стенку здания. — Когда, говоришь, тебе пришло первое послание?       — В первых числах апреля. Я тогда не особо придала этому значения. Но после моего игнора стали происходить странные вещи. Не могу это объяснить, но кто-то будто следил за мной. Этот кто-то неплохо знал о моем прошлом и легко мог забраться в настоящее. Где бываю, с кем встречаюсь, что делаю — вся эта информация у него была.       — И поэтому ты уехала? Почему не обратилась в полицию или не рассказала всё друзьям? На моей памяти, вы отличные Шерлоки, как занозы в заднице.       — Вот поэтому и не рассказала. У меня ничего не было кроме идиотских фраз, которые мог прислать абсолютно любой. Ты сам слышал, что трубили во всю СМИ — детишки, которые захотели славы и влезли туда, куда их не просили. Ещё больше привлекать внимания к себе я не хотела.       — Да ладно, и ты не провела собственное расследование?       — Голова у меня была забита другим, сам знаешь, я пыталась найти отца. Но после рождества он будто исчез. Никаких цифровых следов, и это ещё больше угнетало. Я не знала, кому доверять. Сдав экзамены досрочно, собрала вещи и уехала. Сама того не понимая, выполнила волю анонима. Исчезла из жизни друзей, стала беглецом в чужом городе.       — Но со временем ты познакомилась с новыми людьми, которые стали неотъемлемой частью твоей жизни, — с горечью в голосе продолжила мысль Эми Бруклин, приобняв подругу за плечи.       — Верно. Спустя месяц после переезда, как только обустроилась и, казалось, начала жить заново, всё снова повторилось. Записка в красном конверте с фразой «Добро пожаловать в Нью-Йорк, игра началась» — все никак не могла понять, откуда он узнал мой новый адрес. Последней каплей стало, когда я попросила своего друга айтишника взломать камеру банкомата напротив дома, где проживаю, вычислить ублюдка. Но было слишком много посетителей. На следующий день мне на работу пришёл букет цветов с запиской «аккуратней, твои новые друзья могут пострадать».       — Черт, теперь я понимаю, — Томас почесал затылок. — Завтра утром я заеду за этими записками, у меня остались знакомые в органах, возможно, неизвестный оставил отпечатки или ДНКа.       — Или, есть возможность того, что в базе будет что-то подобное, — Бруклин нахмурилась. — Об этом письме знали не многие, людей можно пересчитать на пальцах одной руки, и большинство вычеркнуть. Кто-то с доступом к файлам или напрямую к тебе, Эми. Есть варианты?       — Нет. В Нью-Йорке у меня не было никаких знакомых кроме тёти, а с ней мы не общались года три. Я боюсь, что этот разговор может стать спусковым механизмом. Ты, Энтони, Шерил… кто угодно из сотрудников в компании, кому я когда-либо улыбнулась или поздоровалась, могут стать жертвами.       — Но есть вероятность того, что это Мэтью или твоя чокнутая сестрица. Без обид, — Бруклин пожала плечами, посмотрев на Томаса.       — Никаких обид, — мужчина выдохнул, слабо улыбнувшись. По Томасу сильно ударила новость о том, что его родная кровь, девушка, о которой он заботился и которую любил всем сердцем, на прямую причастна к смертям невинных девушек. — Но ты права. Филиц совсем не та милая девчушка с хвостиками, которую я знал всю жизнь, она коварная, сумасшедшая сука, способна на убийство. Она умело может управлять людьми.       — Даже тобой? — Эмилия с опаской посмотрела на Томаса.       — Нет. Теперь нет. Я несколько раз приезжал к ней, и она открыла своё истинное лицо. Только вот понять не могу, как я это не заметил. Фиц уверенна, что всё, что она делает, это для высшего блага.       — Может, мне стоит к ней съездить? Есть вероятность того, что я попытаюсь её разговорить?       — Ага, и потом тебя пустят на фарш каннибалам! Хорошая идея, но одна ты туда не поедешь, — закатив глаза, Бруклин достала мобильный телефон. — Черт, Эми, твоя тётя ищет тебя, а ещё меня ждёт симпатичный кавалер. Не думаете, что наше собрание пора перенести в более удобное время?       — Завтра утром я заеду за письмами, — Томас достал мобильный телефон. — А вот в понедельник можем съездить к Филиц, я сообщу её лечащему доктору о прибытии, чтобы он её подготовил.       — Утром мы будем спать, так что лучше к обеду, — Бруклин взяла подругу под руку. — Ты как, продолжишь благотворительный вечер или поедешь по своим делам? — Несмотря на то, что Брук знала Томаса каких-то пятнадцать-двадцать минут, он ей жутко понравился, и она верила в то, что он согласится пойти с ними дальше.       — Нет, всё, что хотел, я уже сделал. Эмилия, впредь отвечай на звонки, и я не буду портить тебе свидания, хотя можешь поблагодарить, я спас тебя от смазливого и самовлюбленного мальчишки, — Томас улыбнулся, обнажив свои белые зубы. — До скорого, дамы!       — Придурок, — Эмилия закатила глаза, направляясь к входу в музей.       — Обаятельный придурок, — поправила Бруклин. — Что, ещё скажи, что когда он преподавал у вас, ты на него не запала?       — На самом деле нет, я относилась к той части группы, где девочки сохли по другим придуркам, — Эми улыбнулась, вспомнив те времена. Она очень сильно скучала за бесконечными разговорами с Рози и Иззи. За нескончаемым потоком шуток от Луи. За непоседой Найлом и за любимым и таким родным Гарри…