Тьма, - и больше ничего

Как-то ранним апрелем — это было практически восемью годами ранее — Бэтт пришла к Джерри счастливая и сияющая. Чуть ли не целый день провела в салоне красоты в Маккуке, и ее волосы теперь обрамляли щеки пышными локонами, напоминавшими туалетную бумагу — такую видишь в гостиницах и ресторанах. Она сказала, что у нее появилась идея. Заключалась идея в том, что они продают «Хармону» сто акров и ферму. Жена не сомневалась (и, наверное, была в этом права), что компания купит оба участка, потому что им очень уж хотелось приобрести землю ее отца, расположенную рядом с железной дорогой. — А потом, — говорила эта наглая дьяволица, — мы разделим деньги, разведемся и каждый из нас начнет новую жизнь, никак не связанную с другим. Мы оба знаем, что ты хочешь именно этого. Как будто она сама не хотела. — Ага, — ответил Джерри после паузы (словно серьезно обдумал идею), — и с кем из нас останется мальчик? — Со мной, естественно. — Ее глаза широко раскрылись. — Четырнадцатилетний мальчик должен оставаться с матерью. В тот самый день Джерри начал «обрабатывать» Морти, поделившись с ним планом его матери. Они сидели на сеновале. Он состроил самое прискорбное лицо и заговорил самым скорбным голосом, рисуя картину, какой будет его жизнь, если матери удастся воплотить план в реальность: он лишится отца и фермы, учиться его определят в огромную школу, все его друзья останутся здесь, а в городе ему придется бороться за место под солнцем, все будут смеяться над ним и называть мужланом и деревенщиной. С другой стороны, говорил Джерри, если они смогут сохранить все эти акры, то к 2011 году они смогут расплатиться с долгами и заживут спокойно. — Так чего же ты хочешь? — спросил отец. — Остаться с тобой, пап, — ответил Морти. Слезы катились по его щекам. — Почему она оказалась такой… такой… — Продолжай, — поощрил его Джерри. — Правда — не ругательство. — Такой блядью! — Потому что таковы в своей природе женщины, Морти. И этого никак не искоренить. Вопрос в том, что нам с этим делать. Но Морти, другой Морти, уже придумал все за Джерри. На участке был неглубокий колодец, футов двадцать, и с мутной водой. Осталось лишь привлечь к этому отца. Бэтт обычно много не пьет, выпьет бокал, не больше, и все. Потому что она знает, если она выпьет два бокала, за ними последует третий, четвертый, пятый, бутылка, две. Однако, Джерри ей сам предложил выпить. — И в честь чего же? — нахмурилась она. — Ну, нужно же отпраздновать продажу земли. Я подумал и решил, что все-таки смог бы жить в Омахе, — Джерри пытался быть осторожным. Он не должен показать что согласился так легко, она что-нибудь может заподозрить. Женщина она не глупая, но до жути жадная и меркантильная. — Правда вот Морти будет тяжелее. Он, конечно, согласился, но не сразу. — Джерри наполнил бокал Бэтт красным вином. — Ох, ну наконец-то мои мальчики образумились. — она вульгарно вздернула голову и расстегнула верхнюю пуговицу ее приталенной блузы. — И возможно я дам тебе то, что ты захочешь. — она чуть раздвинула ноги. Джерри ничего не ответил. Он наполнял ее бокал снова и снова, а себе долил лишь один раз, так как сделал всего два глотка. Он знал, что если они дойдут до середины второй бутылки, то ее уже будет клонить в сон, и она пойдет спать. Джерри просто ждал. — Может и Морти нальем бокал? — Бэтт рассмеялась. — А что? Он уже взрослый. Позови его, давай. Мужчина пошел на кухню, залез в шкаф и достал вторую бутылку. Джерри увидел сидящего за столом Морти, который съежился под взглядом отца. — Пап… — небольшая пауза, но Смит старший и слова вставить не смел. — Мне кажется, я не смогу. Джерри так и знал, он предвидел, что сын засомневается. — Ты же ведь понимаешь, что пути назад нет? Как бы я не хотел, отступать уже нельзя. — Джерри положил руку на плечо Морти. — Поэтому давай, мама позвала к себе. — Я не хочу… — Пойдем, Морти. Они прошли в гостиную, Джерри снова сел за стол и начал наливать вино в бокал Бэтт. — Ну, — она покачивала бокал из стороны в сторону. — признавайтесь, что вы от меня скрываете. Джерри заметно напрягся, в то время когда Морти стоял с абсолютно безразличным лицом. — Скажи мне, Морти, — снова, снова такая тягучая пауза. Джерри начинал все больше волноваться и его ладони сильно потели, но он не подавал виду. Ничего не должно сорваться, не сегодня. — Что происходит у вас с этой шлюшкой, Джессикой? Высокомерная сука, хотя волосы у нее красивые, и попка ничего. — она сделала несколько глотков из бокала. — Если ты все еще нигде ее не потрогал, не пощупал, то ты дурак. Джерри уже налил себе второй бокал за вечер, а вот бокал Бэтт пополнял чуть ли не каждые десять минут. — Знаешь, Морти… — указательный палец Бэтт наворачивал круги вокруг промежности мальчика. То палец поднимался к животу, то снова опускался к паху. Внутренняя часть левого бедра, правого. — Только держи себя в руках, когда будешь с Джессикой лежать на кукурузных полях, где вас никто не увидит, не пытайся засунуть ей свой член между ног, иначе окажешься в такой же ситуации как мы с твоим отцом. Морти начал краснеть от злости, он просто встал и ушел. Джерри понимал, что парень бы не стал этого делать, он испытывал к ней поистине нежные и теплые чувства, поэтому и не осуждал. Бэтт уже спала в их общей спальне с Джерри. — Пап, я должен смотреть? — Нет, Морти, никто не должен.