Моё

Саске стоял у входа в комнату старшего брата, прислонившись к косяку и сложив руки на груди. Его взгляд блуждал по вещам в помещении, где он внимательно переводил глаза от одного предмета к другому. Тут бесспорно всё поменялось, после приезда одной проблемы. «Одной противно-вежливой проблемы, что меня разок своими грудями об косяк приложила», — раздраженно подумалось брюнету про тот случай, когда он не успел увернуться, а Хината слишком резко обернулась, когда он ущипнул её за задницу, перед этим неосмотрительно наклонившись. Разумеется, студент это сделал забавы ради, чтоб та повизжала, но в итоге люлей получил он же. Парень недовольно поморщился, даже мысль о том, что теперь ему приходится делить жилплощадь с этой девушкой вызывала неприятную рябь по его напускному спокойствию. Саске никогда не нравились женщины. Ни в детстве, когда они то и дело подходили к нему и сюсюкали, намереваясь потянуть ему щёки, потормошить волосы или привлечь внимание Итачи, который зачастую с ним сидел, выполняя роль няньки. Ни в нежном подростковом периоде, когда всё повторялось по кругу: ему говорили о том, какой он симпатяжка, а глазки всё равно строили старшему брату. Ни тем более сейчас, когда они недоуменно от него шарахаются, но тем не менее продолжают липнуть к Итачи, словно он для них мёдом намазан. Да, Саске определённо не любил женщин. Они так или иначе проникались к нему отвращением или презрением, когда узнавали, что, несмотря на то, что они такие разные, предпочитают они все же одно — мужчин. Для парня было всегда смешно наблюдать за тем, как у девушек менялось лицо. Как накрашенные мордочки округляли глаза и красиво намалеванный ротик изгибался в гримасе открытой неприязни. Например, был случай как-то. Поглядывавшая на него с другого края барной стойки барышня, пальчиком водит по кромке своего пустого коктейльного бокала, совершенно ни на что не намекая, а затем направляется к нему, попутно поправляя копну светлых волос. Та ещё солома, между прочим. Но она так и не доходит до него, остановившись на половине пути и повторив мимику всё тех, кто уже обломался и до неё, а всё почему? Младший Учиха в этот момент небрежно подтягивал к себе неизменно находящегося рядом Узумаки и развязно впивался в его губы поцелуем. Пошлым, наглым и в какой-то мере ироничным. Блондин-то тут же начинал отвечать, прижимая брюнета к себе, раз выпал такой-то шанс. «Сам Учиха соизволил! Ребята, это должно попасть в исторические хроники», — скорее всего проносилось в голове у Наруто. Хотя Саске сомневался, что он знает слово «хроники». Тем же временем неформал, глядя ему за спину, наблюдал за тем, как донельзя обиженная девица, шипя грязные ругательства, скрывается в танцующей толпе клуба. Эта самая нелюбовь к слабому полу была спровоцирована известной Учихе причиной, которую он прекрасно знал, понимал, но никак повлиять на неё не мог. Ведь каждая встречная баба так или иначе пыталась перехватить те крохи внимания, которые Саске уделял его старший брат. Сильнее стиснув собственные предплечья, юноша хмуро окинул пару пушистых розовых тапочек, стоявших около двуспальной постели, заправленной сине-бирюзовым покрывалом. Которое пару дней назад припёрла обладательница этой отвратительной обуви. И она застелила им кровать Итачи. Место, где он спит, а значит, проводит одну треть своей жизни. «Тварь», — мысленно окрестил девушку Саске. Прикусив сережку на губе, что только начала подживать, после недавнего прокола, парень продолжил сверлить алым взглядом спальню своего аники, которая потерпела незначительные, но бьющие по глазу изменения. « В край охренела», — Саске снова обвел глазами комнату. Например, теперь стоявшие до этого на одной из тумб орхидеи были переставлены на подоконник, теперь их место было занято разноцветными бутыльками и баночками с кремами. Из-за дверцы приоткрытого шкафа выглядывало сиреневое платье, которое, разумеется, не принадлежало Итачи. Хотя, этому Саске бы не так возражал. Единственное, что никак не давало покоя студенту, который недавно пришёл с пар, так это отсутствие ответа на один вопрос. «Они трахались, — красные глаза юноши вновь упали на кровать, — или нет?» Ответ на него был очевидным, ведь прошло уже столько дней, но младший из братьев не видел ни одного тому доказательства. Ни красных меток на теле, ни полос на спине у Итачи парень не заметил, как и использованных презервативов в мусорном ведре, хотя подлинность этого Саске не проверял. Всё же рыться в отходах было бы слишком. Ну, и главное. Он не слышал ни одной ночью криков, стонов или даже скрипа кровати. Ведь каждый вечер юноша буквально прилипал ухом к стене, силясь услышать под аккомпанемент собственного громко стучащего от волнения сердца, при этом кусая губы и забивая на сон, от чего ему уже и красить веки не было нужды. Уже несколько дней подряд у него были прекрасные синяки под глазами и бледный вид из-за недосыпа. Что естественно, то не безобразно, да? «Они трахались, — Саске вновь задался этим вопросом, всё никак не придя к ответу, — или нет?». За всё это время парень так и не услышал сладостных вздохов-охов из комнаты брата. У него в голове не укладывалось то, что, если эта корова, называющая себя девушкой его брата, и спала с ним, то почему, как сучка, не визжала от восторга, позволяя стонам наполнить стены? «Может фригидная какая-то», — предположил студент, неуверенно переступая порог комнаты, а затем отходя обратно за черту, которую перешел. Итачи не любил, когда к нему заходят без разрешения. Самому Саске, что бревном лежал во время секса с Наруто, была кощунственной сама мысль, что это его старший брат неумело обращается с бабами. Нет, это было просто невозможно. Хотя своё равнодушие к сему процессу, где Узумаки пыхтит, якобы старается, а на самом деле просто ёрзает туда-сюда, дабы получить разрядку, младший из братьев списывал на то, что партнёр был не тот. Да, несмотря, на свой яркий внешний вид, острый язык и проскальзывающую игривость, Учиха был крайне пассивным в постели, и не только из-за своей роли. Он просто лежал на спине с разведенными ногами, глядя в потолок и думал, когда же это всё кончится. Не то, чтобы он ничего не чувствовал или всё было настолько плохо, неприятно или больно. Скорее это было «никак». Пару раз Саске даже в наглую брал в руку телефон и листал новости в социальной сети, чтоб хоть как-то себя развлечь. В такие моменты, его любовник, разумеется, зверел, кричал и даже стремился причинить боль, чтоб тот не лежал с равнодушной миной, при этом пялясь в экран телефона. Сжимал до синяков его бёдра, болезненно кусал, оставлял метки, сильнее втрахивал в матрас, жёстко и грубо хватая за шею. Да, Наруто крайне не любил, когда так плюют на его либидо. Потом, после того, как кончал, Узумаки, конечно, извинялся, что-то лепетал про то, что переусердствовал, но всё равно в этом виноват именно Саске, и неизменно лез за слюнявым поцелуем. Тогда Учихе было уже тошно. К тому же потом приходилось работать и руками, чтоб наконец-то прийти к эпилогу так называемого секса. Интерес к постели у брюнета неумолимо скатился к нулю. Юноша на самом деле мог предположить, что это с ним что-то не так. Только если бы не факт того, что занимаясь самоудовлетворением в гордом одиночестве он возбуждался куда быстрее, да и славливал кайф от одного плода своих фантазий и ладони на члене. «Со мной всё ясно, у меня партнёр — самовлюбленный гандон, думающий только о себе, — скрипнув зубами от собственных мыслей, Саске с нескрываемой неприязнью покосился на бюстгальтер, нагло висевший на стуле, где обычно сидел Итачи, — а с этой-то, что не так?» Какое оправдание может быть у Хьюга Учиха так и не придумал, так как навалившийся на него сзади Наруто, что, опять поплёлся с ним из университета, решил привлечь к себе внимание. — Саске-чан, ты чего такой злой, — снова обращаясь к любовнику, как к девчонке, Узумаки положил подбородок тому на плечо, пока брюнет только закатил глаза. Спихнув с себя блондина, который всё ещё что-то дожевывал, стащенное у них с кухни, Саске направился в свою комнату. Наруто, само собой, последовал следом. — Я тут подумал, — оповестил первым делом студент, которого удалось пропихнуть в университет только благодаря связям его матушки. — О, ты подумал, — не сдержав ехидности, сделал вид серьёзный на секунду младший из братьев, — уже звучит интригующе. — Какой же ты противный иногда, — замахал на него руками загорелый парень, а затем слегка наклонившись вперед, заявил, — но всё равно послушай, мне понятно почему ты не хочешь заниматься сексом при Итачи, родственник и все дела, но сейчас его нет здесь. Может всё-таки, … Заканчивать Узумаки не стал, так как на губах Саске уже вырисовывалась усмешка. — «При Итачи», — процитировал тоном приятеля младший Учиха, садясь на свою постель, что была, к слову, в два раза меньше той махины, что находилась в комнате его старшего брата. — Ты так говоришь, словно он присутствует в комнате и свечку над нами держит. — Мне кажется, что ты имеешь это в виду, отказывая мне, когда видишь, …. — Наруто театрально пропищал, прижав два кулака к лицу, словно он влюбленная девочка, — «нии-сана»! Саске недовольно сдвинул брови к переносице, пока Узумаки подходил ближе, всё ещё изображая никого иного, как младшего Учиху. — «Нии-сан», ты пришёл с работы, как дела, ля-ля-ля? — покрутив после этих слов бедрами, Наруто спиной упал на оставшееся на кровати место и, повернув голову, в сторону брюнета, от души прибавил, перестав кривляться, — бесит. По-моему, ему пофиг на нас, у него сейчас у самого девчонка приехала, и он сто процентов с ней спит! «Или нет», — подумалось юноше, пока он глядел на одногруппника. -Детка, ну, давай, хоть разочек, у меня уже всё ноет там, — начал опять своё нытьё парень, положив свою ладонь на собственный пах поверх штанов. Саске же меж тем был занят другим вопросом, касающегося теперь его. Что его больше раздражает «Саске-чан» или «Детка», которые, так или иначе, всё равно относились больше к женщинам. А тех в свою очередь он малость недолюбливал, и эта неприязнь переходила сейчас все границы по отношению к одной такой девушке, которая сама того не зная позарилась на человека, братом которому приходился Саске. Парень отлично понимал, что у его нии-сана может когда-нибудь появиться девица, ведь их своры всегда вились за ним, ставя младшего в конец длиннющей очереди, которая выстраивалась перед Итачи. Но, не завидев потенциальных хищниц на этот раз, Саске расслабился, и зря. Всё это время одна из них пребывала за границей, находясь по её словам, на стажировке. Младший был готов к тому, чтоб не дать ни одной девушке переступить порог этой квартиры, но он не учел того, что Хината уже жила здесь. А так как женщины склонны к тому, что всё своё они возят с собой и не важно какой это будет срок год, месяц или пара дней, её вещи так или иначе были не замечены. — Саске, если членом не пользоваться, он и отвалится за ненадобностью, — Узумаки вновь привлёк внимание парня к себе этой репликой, при этом поглаживая собственную ширинку, — ну, давай, а? Взгляд алых глаз Учихи плавно перешёл на его друга, что, уже приподнявшись, склонился над ним, тем самым притесняя к стенке. — Или хочешь, чтоб я тебя немного поласкал прежде? — томно прошептал блондин едва касаясь чужих губ, пока Саске мысленно уповал на то, что до этого всё же не дойдёт. Он ведь так ещё не перекачал на телефон сериал, который сейчас смотрел, а, значит, если Наруто всё же добьется своего, ему опять придётся делать вид, что он стонет, а не зевает. Конечно, как и любому подростку, парня поначалу интересовал секс, ему хотелось испытать тех ощущений, что едва ли не манной небесной описывались, тех удовольствий, того экстаза. Однако, что-то пошло не так. — Ты так о нём беспокоишься, — кивком указав в сторону паха Узумаки, произнёс Саске сразу же почувствовав удивлённый синий взгляд, направленный на него. — О чём это ты? Я же сказал, что ему тоже нужно твоё внимание, — пробурчал студент, поставив руки по обе стороны от бледного лица брюнета. — Угу, внимание, сон, прогулка. Наверное, и кормишь его? — невинно поинтересовался младший из братьев Учиха, пока до Наруто доходили его слова, произнесенные так хрипло и меланхолично, будто бы Саске это до глубины души ранило. — Да, заканчивай издеваться уже, — фыркнул парень, когда заметил на губах неформального юноши усмешку, — я так-то, между прочим, хотел сказать тебе, что, … Завибрировавший в заднем кармане джинсов телефон не дал договорить Наруто, как и дослушать его речи Учихе, рука брюнета в тот же момент достала гаджет под раздраженный вид первого. Собираясь уже прочесть сообщение, юноша ощутил, как смартфон ускользает из ладони, и теперь его держит сердитый блондин. — Верни, — потребовал тут же Саске. Он знал от кого пришло оповещение. И теперь он испытывал острую необходимость прочитать его. Это было чем-то вроде героиновой дозы. Он попросту должен увидеть его содержимое, не взирая на то, что это может быть просто сообщение о том, что Итачи скоро придёт, или спрашивает, что купить домой, пусть даже это будет просьба выкинуть мусор с примечанием о том, что это не вещи Хинаты. А то младший с чувством выполненного долга как-то это уже сделал, пусть потом его и сверлила пара тёмных и недовольных глаз. Но он обязан на это ответить, иначе и быть не могло. — Ты, как наркоман уже, с этим телефоном. Только он подаст сигнал, как тебе крышу сносит, словно там что-то крайне важное, а не семейная бытовуха, — придрался, по мнению Саске, парень, сидевший напротив него, — и от кого же оно? — взглянув на экран смартфона, закатил глаза Наруто, когда увидел так раздражавшее его «нии-сан». — И почему я не удивлён? — Отдай мне мой телефон, — уже начиная злиться, потребовал Саске, протягивая за гаджетом руку, но Узумаки поднял тот вверх, попутно спрыгивая с постели, и начиная дразнить брюнета, — блядь, я же сказал тебе, отдай! — Что такое, Саске-чан? — продолжал глумиться блондин, то и дело вертя под носом у юноши телефоном, который тому принадлежал, а затем изворачиваясь, когда студент пытался его отобрать. — Может мне ответить за тебя? Хе-хе, как насчет того: «О, нии-сан, твои сообщения заставляют меня трепетать и забывать обо всём на свете!». Разумеется, Наруто шутил, убегая от владельца телефона, но, Саске то понимал, что на самом деле так и есть, вот только блондину это было знать не обязательно. — Или «Нии-сан, ты так хорош, что я готов кончать от одной твоей sms», … Ой-её-ёй! — паясничая, Узумаки поскользнулся на паркете в коридоре, от чего выронил смартфон, что мигнув, показал экран заставки упавшему рядом студенту. Потирая место, на которое свалился, загорелый юноша растерянно уставился на дисплей гаджета, при этом его светлые брови взметнулись вверх. — Э-м, Саске, — обратился тот к Учихе, который уже поднял свой телефон и теперь надменно глядел на Наруто сверху вниз, — почему у тебя на главном экране фото полуголого Итачи?