Часть 6
4 января 2018 г., 12:54
Уилл не знает, что происходит между ним и Майком. Правда ли они не имеют шанса пересечься всю ближайшую неделю или просто мастерски друг друга избегают. Байерс убеждает себя в том, что Уилер слишком занят, но даже он понимает, что сессия Майка закончилась пару дней назад, и сейчас тот абсолютно свободен. Уилер больше не заходит к нему на чай, не жалуется на Ричи и не приходит на общие посиделки в кафе. И все это длится с тех пор, как пьяные они стояли, целуясь у окна. Уилл не жалеет, что оттолкнул Майка, он лишь жалеет, что они не смогли сберечь то, что осталось.
— Принцесса, прием. Я конечно понимаю, что моя красота просто невероятна и от неё сложно отвести взгляд, но это ты рвался нарисовать меня. Если передумал, то предложение провести время в постели все еще в силе. — Тозиер практически вырывает Уилла из своих мыслей, заставляя посмотреть на себя. Байерс уже даже не смущается, просто смотрит долгим взглядом, а после переводит взгляд на холст, подхватывая карандаш и примериваясь.
— Я просто задумался. — Уилл осматривает черты лица Ричи, выделяя его личные особенности и неосознанно замечая различия с Майком. У второго на лице милые веснушки, которых у Тозиера нет, зато кудряшки Ричи вьются куда сильнее, чем у Майка. Грустно улыбнувшись своим мыслям, Уилл проводит карандашом по холсту, давая начало своей работе.
— Снова думал об отце? — карандаш застывает, не проведя очередную линию. Уилл задумывается на мгновения, оценивая свои чувства по этому поводу, и снова продолжает рисовать.
— Частично. Я знаю, что у них с мамой часто были ссоры, но они ведь продолжали быть вместе, значит между ними было что-то. — Уилл грустно вздыхает, застывая и понимая, что рисовать нет никакого желания. Мысли о разводе родителей отбивают его напрочь, поэтому он и попросил Тозиера ему попозировать. В надежде, что необузданность и непредсказуемость Ричи пробудят в нем вдохновение.
— Конечно между ними было «что-то», — Уилл удивлено поднял голову, смотря на раздраженного Тозиера. — Это что-то — больше двадцати лет брака, двое детей и совместно нажитый бюджет. В народе это зовут ответственностью, Уилл. И все это брехня полная. Всем этим они лишь связывали друг друга, не имея возможности разойтись. Тебе стоит радоваться, что у твоей матери хватило смелости разорвать это дерьмо.
— Хочешь сказать, они сделали это не из-за меня? — Ричи глубоко вздохнул, поднимаясь со стула и подходя к Байерсу. Он раздвинул его колени и встал между ног, обхватывая ладонями лицо Уилла.
— Если ты чем-то и повлиял на развод своих родителей, то только тем, что помог понять своей матери, какой твой отец мудак. — Уилл слабо улыбнулся, смотря на Ричи, впервые за все время их знакомства, он казался Байерсу таким взрослым.
Ричи, все еще обхватывая лицо Уилла ладонями, наклонился, прикасаясь к его губам своими. Тозиер целовал его не спеша и аккуратно, что было так несвойственно для него, что Уилл и сам не заметил, как попытался превратить поцелуй в более страстный, в попытке перехватить инициативу. Рядом с Ричи не хотелось нежности. Тозиер вызывал в Уилле скорее страсть, страсть, что так хотелось уталить.
Тозиер медленно оторвался от него, губы обоих были красными и опухшими, а глаза плыли, в попытке сосредоточиться на чем-либо. Ричи уперся своим лбом в лоб Уилла, перебирая волосы на его затылке.
— Если мы прямо сейчас не прекратим, клянусь, я изнасилую тебя прямо тут.
— Не уверен, что при согласии обеих сторон это называется изнасилованием. — Ричи усмехнулся, заглядывая в глаза Уилла и проверяя насколько он серьезен. Уилла хотелось, Уилла, жарко дышащего ему в губы и явно возбужденного, хотелось вдвойне. Загадочно улыбнувшись, он отстранился от Уилла, оставляя еще один поцелуй на его губах, и вернулся на свое место для позирования, усаживаясь и пытаясь справиться с накатившим возбуждением. Бессмысленно.
***
Они всей своей компанией уже около часа сидели в кафе, в котором работал Тозиер. Самый большой столик у окна, яркие солнечные лучи и по кружке пузырящегося лимонада у каждого. Сзади, за ребятами, красовалось море, нарисованное Уиллом. Раздумывая над тем, что могло бы хорошо смотреться и днем, и ночью, Уилл пришел к выводу, что море на закате отличная идея. Правильное сочетание оттенков синего и ярких желтых и оранжевых красок, гармонично смотрелось и для солнечного утра, и для разгоряченной ночи. Владелец бара и правда заплатил Уиллу неплохие деньги, обеспечивая ему беззаботное проживание еще как минимум на месяц, но, что важнее, пообещал рассказать об Уилле своим знакомым. — Нам точно обязательно ждать его? — Стэн с сомнением взглянул на Майка, словно прося разрешения встать и уйти прямо сейчас. Тот задумчиво изучал салфетку в своих руках, которая под его манипуляциями успела превратиться в разодранное нечто. Оторвавшись от неё, он задумчиво посмотрел на Стэна, словно что-то прикидывая в голове и покивал головой. — Он хотел что-то сообщить нам. И зная его, я уверен, что в этот раз это что-то важное. — Договорив, он обвел неторопливым взглядом всех ребят, что на его высказывание лишь грустно вздохнули, и задержался на Уилле, оглядывая его с ног до головы, задерживаясь на шее. Байерс непонимающе смотрел на Майка, пытаясь понять, что тот там увидел. Уилер, все же оторвавшись от шеи, заглянул в глаза Уилла и, перекинувшись взглядами, быстро отвернулся. В его глазах было столько печали, что Байерс, до этого радовавшийся возможности встретиться с ним, вдруг понял, что лучше бы они так и не пересекались. Со стороны бара раздалось раздраженное выкрикивание, и из-за стойки выбежал Тозиер, по пути снимая с себя фартук. Он подбежал к ним и завалился рядом со Стэном, сидевшим с краю. — Итак. Я собрал вас здесь, чтобы рассказать новость! — он оглянул всех выжидающим взглядом, словно надеясь, что они наперебой начнут спрашивать у него, что он собирается сообщить. Но все молчали, лишь немного раздраженно уставившись на Тозиера. Вздохнув и так и не дождавшись реакции, он продолжил. — После нашего последнего выступления с группой, ко мне подошел лысый мужик. Он протянул мне бумажку, и конечно я подумал, что он чертов извращенец, который возжелал моего прекрасного тела. Бумажку я закинул в карман и успешно про неё забыл. Но на днях я увидел его лицо в газете! Он продюсер, проталкивающий молодых звезд. Я позвонил ему, и он предложил мне тур по пяти городам в паре часов езды от сюда! За столом наступила тишина, каждый обдумывал то, что сейчас услышал. Конечно, они понимали, что Ричи талантлив, но никто никогда не думал, что это может привести к такому. Макс, до этого сидевшая молча, отпила из своего бокала, протерла руки салфеткой и, прокашлявшись, привлекла к себе внимание и, несмотря на Тозиера, тихо заговорила. — Э-эм. Я правильно понимаю, это ведь значит, что тебя некоторое время не будет дома? — наступила тишина, все перевели взгляд на Ричи, ожидая его ответа. — Ага. Около недели. Но я знаю, что вы все будете скучать по мне. — он обнял одной рукой Стэна, который на удивление даже не раздражился, кажется, он даже не заметил. Минутная тишина, и приглушенный голос Стэна. — Мы должны это отпраздновать. Они просидели в кафе допоздна. Яркий солнечный день сменился душной ночью, а сладкий пузырящийся лимонад крепким алкоголем. В голове царила приятная пустота, сознание расслабилось, и все проблемы отошли на второй план. Они были пьяны. Они были пьяны, молоды и счастливы. -…и он просто берет, включает рок, в то время как в кафе сидят бизнесмены с деловой встречей! — следом за словами раздался громкий смех. В затуманенном разуме Уилла все казалось громким. Вся их компания, кроме Майка с Уиллом, уже была пьяна. Стэн сидел, приобнимая Ричи и рассказывая, как он рад за него, и что это ни в коем случае не связанно с его недельным отсутствием. Оди о чем-то спорила с Беверли, при этом мило хмурясь и вызывая улыбку. Макс и Лукас снова выясняли отношения, у них ни дня не проходило без этого. Уилл и сам чувствовал, как сознание понемногу начинает затуманиваться, поэтому отставил стакан подальше от себя, повторения последней пьянки он не хотел. Разгребать последствия приходилось до сих пор. В кармане что-то противно зажужжало, заставляя отвлечься от разглядывания окружающих. Вытащив телефон, Уилл поднялся, направляясь на улицу. Ожидаемого свежего воздуха не последовало, на улице было душно и все еще немного жарко. Ночные сумерки уже опустились на землю, на небе светили яркие звезды. Байерс засмотрелся на них, прикидывая сколько лет пройдет, прежде чем люди смогут побывать на них. Присев на лестницу, Байерс уставился на экран, на нем яркими буквами светилось «Отец». Боязливо передернувшись, Уилл застыл, не зная, как поступить. Брать трубку было страшно, он боялся того, что мог услышать. Все решил случай. Парень, выходящий из бара, случайно задел своей ногой локоть Байерса, заставляя того проехаться пальцем по экрану, поднимая трубку. Уилл уставился на экран подобно оленю в свете фар. Из динамика послышался грубый голос отца. Сделав глубокий вдох, Байерс поднес телефон к уху. — Уилл?! Уилл! — голос, доносившийся из трубки, был раздраженным и громким, каким Уилл его помнил. Жесткие басы в нем заставляли Байерса передергиваться. — Да, пап. Я тут. — Да неужели. Почему так долго не брал трубку? — резкий вдох, цоканье языком. И Уилл почти видит, как он раздраженно закатывает глаза. — Не важно. Нам надо поговорить. Я приеду к тебе через пару дней. Будь добр открыть мне дверь. — и брошенная трубка. Уилл разбит, ему немного больно, но куда сильней всего этого — страх, захватывающий каждую частичку его тела. Он не знает, что отцу могло понадобиться от него, но в том, что это явно не сулит ничего хорошего, Уилл уверен. Звук шагов сзади и скрип лестницы справа от Уилла. Майк. Такой уютный и безопасный Уилер. До безумия хочется кинуться к нему на грудь, прося спасти его, защитить. Резкий выдох, и отчитывание себя за столь жалкие мысли. — Где все? — Половина пошла танцевать, а остальные все еще выслушивают, как Стэн рад тому, что Ричи уезжает. — Уилл улыбается, представляя себе эту картину. Рядом с Майком его отпускает, даже если это простая болтовня ни о чем. Они продолжают сидеть в тишине, испытывая неловкость и боль, словно раскаленную кочергу загнали прямо под ребра. Майку больно, больно от того, что Уилл не его и никогда не будет, Уиллу больно, больно от того, что он сам причиняет боль Майку. — Слушай, Майк. По поводу того, что произошло тогда… — Не надо. Давай просто забудем об этом, хорошо? — Уилл переводит на него взгляд и смотрит долго, внимательно. Забыть? А готов ли он забыть о том, что было? Он хотел бы, вот только порой не все получается так, как мы того хотим. — Мне не хватает тебя. Я знаю, что это нечестно по отношению к тебе, но мне правда не хватает тебя, Майк. — Уилер переводит взгляд на Байерса, и боль, затаенная в этом взгляде, заставляет Уилла почувствовать себя последним ублюдком. — Мне не хватает тебя с утра, за кружкой чая. Мне не хватает тебя по вечерам, жалующегося на Ричи. Мне не хватает тебя ночами, наполненными грустью и болью. Мне просто не хватает тебя, Майк. Поэтому, пожалуйста… прекрати избегать меня. Уилер смотрит долгим взглядом, а после, не выдерживая, кивает. Уилл знает, что поступает несправедливо, знает, что требует от Майка того, что будет причинять ему боль. Но в первый раз в жизни он так жаждет побыть эгоистом. Он не хочет отпускать Майка, не хочет говорить ему последнее прощай, а при встрече избегать друг друга взглядом. Уилл уже потерял достаточно, он не уверен, что сможет больше. Майк опускает задумчивый взгляд в землю и, боже, как же хочется курить. Хочется противных, воняющих, забивающих все уголки квартиры сигарет Ричи. Хочется вдохнуть сигаретный дым, а вместе с ним выдохнуть все чувства. Хочется, хотя бы на мгновение, стать безэмоциональным. Но больше всего на свете хочется стать Ричи. В эту ночь они возвращаются все в один дом. Завтра каждый из них будет испытывать разный спектр эмоций. Ричи будет счастлив, что друзья поддержали его. Стэн будет ненавидеть себя, за то, что дал слабину и позволил хорошим эмоциям по отношению к Ричи проскользнуть в его словах. Макс и Лукас буду стараться скрыть свое счастье от того что, алкоголь подтолкнул их к тому, чего они хотели, но всегда избегали. Майк будет почти горд собой за то, что не позволил чувствам взять верх и снова толкнуть Уилла на пропасть выбора. В то время как Байерс лишь молча подойдет с утра к стоящему на балконе с головной болью Стэну, попросит сигарету из его рук и, затянувшись, закашляется. Сигареты уничтожают? Чушь. Он сам уничтожает все вокруг себя не меньше, и в сигаретах нет необходимости.***
Головная боль — худшее, что может предложить утро после пьянки, но уже к обеду выпитые таблетки начинают действовать, и все начинают понемногу оживать. Девушки под руководством Эдди готовят завтрак, на самом деле являющийся обедом. Стэн убежал еще с утра, сказав, что ему позвонил преподаватель. Остальные сидят перед телевизором, потягивая газировку и споря о том, что смотреть. Громкие крики и убеждения Макс работают, и все в конце концов соглашаются на «Ходячих мертвецов». Они сидят в тишине, просмотрев уже пару серий, когда Эдди, сидящий рядом с Уиллом, подскакивает на одном из противных моментов, опрокидывая на Байерса стакан с лимонадом. Грустно проводив стекающие по груди лужи взглядом, Уилл поднимается, не давая остальному потечь на штаны и отмахиваясь от извинений Эдди, направляется в ванную. Замаралась только футболка. Уилл стягивает её, планируя замочить и понимая, что ему не во что одеться, он поворачивается к двери, собираясь позвать кого-нибудь, как в дверях показывается Ричи с чистой футболкой в руках. Подозрительно взглянув, Байерс протягивает руку, планируя взять у Тозиера одежду, но тот лишь загадочно улыбается, подходя ближе. Лицо Ричи в нескольких сантиметрах от лица Уилла, когда он сам начинает медленно натягивать футболку на Байерса, при этом аккуратно проходясь кончиками пальцев по ребрам, лопаткам и шее Байерса. Уилл плавится под его руками, замирая и вздрагивая от каждого прикосновения. Все же натянув ткань, Тозиер наклоняется, чмокая Уилла в губы и, отстранившись, весело смотрит на него. Уилл сам тянется к нему за поцелуем. Слишком разгоряченный действиями Ричи, Байерс не замечает, насколько пошлым выходит поцелуй. Он даже не сразу понимает, что сидит на стиральной машинке, а ладони Тозиера покоятся на его ягодицах, сжимая. Когда они выходят из ванной, все слишком заняты сериалом, чтобы обратить внимание на их растрепанный внешний вид и красного Уилла. Байерс пытается себя уверить, что полный боли взгляд Майка на нем ему лишь показался. Они продолжают смотреть сериал, завалившись на все свободные уголки комнаты, до того момента, пока Стэн не возвращается из университета, громко хлопая дверью. Вздрогнув от звука в напряженный момент, все поворачиваются к злому, как грозовая туча, Стэну. Тот проходит на середину комнаты, встает за диваном, злобно уставившись на Ричи, сидящего в кресле. — Стэн? В-все в порядке? — Тот переводит злой взгляд на Билла, рискнувшего задать вопрос, но, не задерживаясь, снова смотрит на Тозиера. — Моя научная работа выиграла в конкурсе, поэтому меня отправляют дальше, на более высокий уровень соревнований. Мой научный руководитель вызвал меня, чтобы сказать это. — нахмурившись и не понимая, что в этом плохого, все ждут продолжения. -…И что не так? — Дастин задает вопрос осторожно, словно общаясь с маленьким ребенком. Стэн хмурится еще сильнее. — Что не так? Ох, ничего страшного. Просто мой руководитель узнал, что один из городов в туре Ричи совпадает с городом, в котором проходит научная конференция, и решил, что будет отличной идей поселить нас в один отель в целях экономии. Мы же «соседи». — Стэн действительно выглядит невероятно злым, за все время знакомства Уилл впервые видит, чтобы непрошибаемый, обычно спокойный Стэн, был так зол. Кажется, еще минута, и он взорвется. Вдруг со стороны Макс раздается смешок. Стэн поворачивается к ней со злобным лицом, и легкий смешок перерастает в безудержный смех, к которому постепенно начинают присоединяться остальные. Даже обычно добрый и сочувствующий Билли сидит с улыбкой на лице. Злоба Стэна сменяется на грусть, и Ричи, не выдерживая такой кислой мины, подходит к Стэну, приобнимая и убеждая, что эти пару дней будут лучшими в жизни Стэна, при этом гадко ухмыляясь и явно не имея ввиду, то что говорит. Видя его полный отчаянья взгляд, Уилл и правда жалеет его. За шутками над Стэном проходит весь вечер. И если вначале дня Ричи выглядел немного грустным в связи со своим отъездом, то после новостей Стэна не может перестать шутить глупые шутки и стереть улыбку с лица. Уилл не уверен, но думает, что мысль о том, что тому будет над кем поиздеваться в поездке, приводит его в неописуемый восторг. — У тебя что-то случилось, Уилл? — Ричи, до этого продолжавший рассказывать Стэну о «прелестях» общей поездки, после слов Беверли повернулся к Уиллу. Конечно, он был не слеп, и да, порой, а точнее почти всегда, не обладал понятием тактичности, но мысль о том, что стоит спросить Байерса, когда они будут именно наедине, казалась правильной. Уилл задумался ненадолго, обдумывая, стоит ли рассказывать о своих проблемах, но эти ребята были важны ему. Каждый из них за это время стал по своему дорог. Плакаться о своих проблемах не хотелось, но если задуматься, Уилл понимал, что рассказать каждому в отдельности он был бы не против. Так, почему бы и нет? — Вы, наверно, уже знаете, что мои родители разводятся. — Уилл оглядывает компанию, видя утвердительные кивки. Все правильно, он и не скрывал этого. — Так вот, вчера мне позвонил отец и сказал, что нам нужно встретиться и поговорить. Я не уверен в том, что ему нужно. — Так почему ты просто не сказал ему отсосать тебе? — Ричи смотрит на него непонимающе и Уилл правда задумывается, а не серьезен ли он. Но спустя несколько минут переглядывания до Байерса доходит. Он не просто серьезен, он абсолютно серьезен. — Потому что он мой отец, Ричи? — Родственные узы запрещают ему это сделать? — Уилл трясет головой, понимая, что их диалог явно ушел не в ту сторону. Он делает глубокий вздох и проводит ладонями по лицу, думая о том, как правильно объяснить это Ричи. — Ричи, я не могу послать его, хотя бы потому, что он мой отец. — Побыть донором спермы не такая уж и трудная задача. Эдди ведь не благодарит меня за то, что я сплю с его мамашей. — Эдди, до этого не слишком заинтересованный в споре, с раздражением смотрит на Тозиера, явно собираясь что-то добавить. Но замолкает, перебитый Уиллом. — Он не был просто «донором спермы», Ричи! Он растил и воспитывал меня все это время! — Уилл злится. Он сам не замечает, как начинает повышать голос в раздражении, но остановиться уже не может. — Ох, ну да. Прости. Еще он периодически давал деньги на твое воспитание и говорил, как разочарован в тебе. — они смотрят друг на друга злобными взглядами, понимая, что ни один из них не сможет доказать свою точку зрения. Майк, сидящий между ними, открывает рот, собираясь прервать их, но Ричи опережает его. — Подумай, Байерс. Ты хоть раз слышал от него похвалу или то, что он гордится тобой? Хоть раз он говорил, что ему нравятся твои рисунки? А что он сказал, когда тебя нашли после того, как ты три дня блуждал в лесу? Помнишь? Давай, скажи! — Ремонт отменяется, теперь мы не получим страховку по неосторожности корпорации. — Уилл проговаривает это спокойным, ледяным голосом. Он смотрит прямо в глаза Тозиера и больше не испытывает злости. Он просто огромный кусок боли, непонятно почему названный человеком. Уилл разворачивается и не дожидаясь того, что скажет Ричи, выходит из квартиры. Он устал. Ему стоит побыть одному. Байерс проходит в спальню, заваливаясь на кровать и смотря в потолок. Мыслей в голове слишком много, каждая из них борется за право быть первой, и каждая из них причиняет адскую боль. Из-за эмоций он забывает закрыть дверь на замок, поэтому Майк беспрепятственно проходит в квартиру, осторожно усаживаясь рядом с Уиллом на кровати. Опустив взгляд и определив гостя, Уилл снова смотрит в потолок, надеясь найти там успокоение, но оно не приходит. — Ты же знаешь, что он сделал это не со зла? — рука Майка опускается на колено Уилла, мягко поглаживая в попытке успокоить. — Просто это Ричи. У него своеобразные способы волнения за дорогих ему людей. — Знаю. — Уилл все еще не поворачивается, продолжая смотреть в потолок. — Но лучше от этого не становится. — Уилл вздыхает, поднимаясь и смотря на Майка. — Я поговорю с ним попозже. Сейчас я не хочу его видеть. Майк кивает. Он понимает, каково это — устать от Ричи. Даже понимая, что тот делает некоторые вещи не нарочно, зная, что иначе он просто не может, все равно однажды наступает такой момент, когда просто устаешь. Устаешь от его выходок, устаешь от грубых слов, устаешь от неуместных шуток. Майк знает, что это такое, и до сих пор поражается тому, как долго продержался Уилл. — Разве тебя не предупреждали, что связаться с Ричи будет худшим решением в твоей жизни? — они оба усмехаются, смотря друг на друга. Уилл видит затаенную боль в глазах Майка, и если бы хоть кто-то знал, как сильно он хочет это исправить. Как сильно ему хочется прижаться к Уилеру, проговаривая, что все порядке, все будет хорошо. Как сильно хочется его обнять, прося никогда больше не отдаляться от него. Как сильно хочется наклониться и прижаться к его губам своими. Целовать каждую веснушку на его лице, залечивая раны и прося прощения за нанесенные. Как сильно Уиллу просто хочется исчезнуть из жизни Майка, стереться из его памяти, чтобы никогда не причинять ему боли. Никогда не быть тем из-за кого Майк с каждым днем затухает лишь сильнее, отдавая всего себя и не требуя ничего взамен. Уилл банально хочет перестать быть таким эгоистом, требующим внимание Майка. Но подобно тому, как он не может вернуться в прошлое, он не может просто так забыть о своих принципах и правильности своих поступков. Поэтому, зависнув на столь манящих губах Майка, он отводит взгляд, пытаясь убедить себя, что поступает правильно. Вот только что такого правильного в выборе, который в любом случае принесет кому-то боль? Разве можно назвать правильным выбор, когда ты выбираешь спасти дорогого тебе человека или незнакомца? Может ли быть правильным выбор, когда ты решаешь, кому пересадить единственное имеющееся донорское сердце? Может ли быть правильным выбрать Ричи и причинить при этом боль Майку или поступить наоборот? Уилл не знает, что из этого правильно, но как-то слышал фразу, запавшую ему в мысли на долгие годы: «Если не можешь поступить правильно — поступай хорошо». Уилл руководствуется именно им, когда отталкивает от себя Майка, когда не позволяет низменным желанием взять вверх, когда сдерживает себя от поцелуя. Но именно это и заставляет его думать об обратной стороне. Уилл в растерянности, он на перепутье, и рядом нет никого, чтобы указать ему дорогу. — Откуда Ричи узнал такие подробности? — Он переписал телефон моей мамы и теперь переписывается с ней. Порой она рассказывает об очень личных вещах. — Уилл глубоко вздыхает, закатывая глаза. Конечно, его мать не сплетница или болтушка, просто Ричи ей понравился, и она увидела в нем хорошего человека. Обычно она не ошибается, единственный раз был с Лонни, но и тут Уилл уверен, что Джойс знала ту сторону отца, о которой он, Уилл, не имел понятия. — Это немного несправедливо — узнавать такие вещи не из первых рук. — Уилл кивает, соглашаясь с Майком. Не то что бы Уилл скрывал такие вещи от Ричи, просто ему стоило узнать от самого Уилла. С другой стороны, Байерс не уверен, что когда-нибудь рассказал бы ему. Вообще, кому угодно. Майк заваливается на постель рядом с Уиллом, соприкасаясь бедрами и подталкивая Уилла лечь рядом, прикоснувшись еще и плечами. Рядом с Майком уютно. Он почти всегда говорит спокойно, не срываясь на резкие высказывания или выкрикивания, как Ричи. Майк всегда понимающий, он никогда не осуждает и уважает любую точку зрения Уилла, даже если не согласен с ним. От Майка веет домом. Не родительским, тот Уилл никогда не назвал бы уютным, слишком много напряжения, слишком много ссор, слишком много, просто слишком много. От него веет именно тем домом о котором Уилл всегда мечтал. О теплом, добром и уютном. — Ребята не потеряют нас? — Я сказал им, чтобы не ждали. Ты не поверишь, но они очень понимающие ребята. — Уилл поворачивается к Майку, видя на его губах такую же веселую улыбку, как и на своих. Конечно же он поверит. Может Байерс и не знает их так долго, как Майк, но проведенного рядом с ними времени вполне хватило Уиллу, чтобы понять, что эти ребята невероятно умны и догадливы. Более того, каждый из них по-своему интересен и необычен. Макс была права, когда говорила, что нормальных людей здесь нет. Так и есть, ни один из них не был нормальным. Но дело было как раз в том, что и Уилл им не был. Уилл и сам не замечает, как начинает засыпать, подкатываясь ближе к Майку. Засыпая, он чувствует дрожь по всему телу от холода, что приходит во сне. Сжавшись в комочек, он старается согреться, как чувствует руку обнимающую его поперек талии и плед наброшенный сверху. Домом. Да. От Майка веет домом.
