Заложники прошлого

Усаги: Ну, почему Сейя ведет себя со мной так грубо, причиняет боль, унижает? Иногда очень хочется ударить его, крикнуть, что мне больно… очень больно, ведь я люблю его. А он ведёт себя со мной вот так. Как же трудно не обращать внимание на его действия, не принимать близко к сердцу его слова. Очень трудно, но я справлюсь, должна справиться.  — Я на съемки! А ты можешь заняться чем хочешь! — Выходя из душа, Сейя заходит в гардеробную.  — Можешь отвезти меня в университет? — Спрашиваю, стараясь не смотреть на него. Вспоминая, как несколько минут назад он залез ко мне в душ и я оказалась в его объятиях в чем мать родила, краснею от стыда и смущения.  — А сама дойти не можешь? — Не удостоив меня даже взглядом Сейя продолжает перебирать одежду.  — А ты для чего? — Всё же не смогла стерпеть.  — Ну и что мне надеть? — Не обращая внимания на мой вопрос, Сейя нервно перебирает вешалки.  — Как девица, ей Богу, — усмехнувшись подхожу к нему. — Так, встань прямо! Сапфировые глаза смотрят на меня не по доброму, но все же Сейя делает то, что я прошу. Улыбнувшись, осматриваю его в меру накаченное тело и чувствую, как мои щеки начинают гореть от смущения — мужчина стоит передо мной почти голый, обернутый лишь в белоснежное полотенце, скрестив руки на груди, прожигая меня грозным взглядом. Секунду помедлив, достаю белые брюки, синюю рубашку и подаю ему.  — Тебе пойдёт! Посмотрев на меня недоверчиво Сейя отбирает вещи, я же спешно покидаю комнату.  — И когда же все это закончится? — Тяжело вздыхая, захожу на кухню, чтобы приготовить кофе. Через несколько минут Сейя выходит из комнаты и я встречаю его с чашкой кофе в руках.  — Вкус у тебя есть, с этим не поспоришь. — Улыбнувшись лишь уголками губ, он делает глоток горячего напитка.  — Естественно, я же полюбила тебя… — поздно понимаю, что ляпнула и, тяжело вздохнув, делаю шаг назад. С молниеносной реакцией Сейя ставит чашку на стол и, схватив меня за локоть, силой притягивает к себе. Я оказываюсь прижата к его груди.  — Согласен! Устоять передо мною не в силах ни одна девушка. — Ухмыльнувшись, он целует меня в щёку.  — Я ведь справляюсь. — Растерявшись, улыбаюсь я.  — Ненадолго Куколка, и когда это случится я тебя обломаю. — Усмехается он.  — И когда это случится… — смотря ему в глаза произношу я. — Когда, как ты говоришь, я к тебе приду… Вдруг, ты не сможешь меня оттолкнуть, что тогда? Ты думал об этом? Ты уверен в том, что сам не будешь сгорать от желания почувствовать меня? Смотрю в его прекрасные глаза, надеясь прочитать ответ там… Сапфировые глаза темнеют, а на губах застывает улыбка. Сейя не в состоянии сказать что-либо. Нежно улыбнувшись, я целую его в щёку.  — Вот видишь? Ты даже ответить не можешь на мой вопрос. Ты не уверен в себе, Сейя. Играет приятная мелодия, сообщая мне о входящем вызове. Выскользнув из крепких рук мужчины, отвечаю на звонок.  — Слушаю. Коу присаживается на край стола и, взяв чашку, продолжает пить кофе, задумчиво смотря на меня. Я довольно улыбаюсь. Я задела его. А это значит, что не всё потеряно и двигаюсь я в правильном направлении.  — Усаги ты дома? — Высокие децибелы оглушают меня. — Никуда не уходи! Еду к тебе! Срочное дело!  — Мина всё в порядке? — Перепугавшись спрашиваю я.  — Катастрофа!  — Жду! И пожалуйста, не надо нервничать! — Стараюсь успокоить её.  — Кажется я знаю в чём дело. — ухмыляется Сейя, сделав последний глоток из чашки. — Как я понимаю, ты никуда не идешь. — Он встает и выходит из дома, махнув мне на прощание рукой. Не прошло и полчаса, как Минако, плюхнувшись на диван в моей гостиной, залпом опустошает стакан апельсинового сока. Я же удивлённо смотрю на девушку разодетую в платье цвета золота еле-еле прикрывающее ее бедра.  — Ты куда это собралась в таком виде? — Поставив стакан на стол, Минако несколько секунд просто смотрит на меня прищурив глаза, явно раздумывая. Я же терпеливо жду, давая ей возможность решить для себя, сообщать мне новость — катастрофу или же нет.  — На съёмки… И тебе советую сейчас же одеться в нормальную одежду и пойти вместе со мной! Я устрою Ятену! — Грозно сжав кулак, она бьёт подушку.  — Может объяснишь, что на тебя нашло? — взволнованный вид подруги меня немного пугает. Присаживаясь рядом, ожидающе смотрю на неё.  — Сегодня наших мужиков снимают в рекламе нижнего белья. — Сквозь слёзы проговаривает она, заключая мои руки в свой ладони и смотря мне в глаза…  — И что? — Удивленно спрашиваю.  — Как что?! Они будут сниматься с обнажёнными моделями в одних трусах и… До тебя не дошло? Я знаю Ятена, он воспользуется этим. Бабник, блин. И кстати, твой муж тоже хорош. Думаешь, эти девицы не воспользуются этим?! Я даже представлять не хочу, чем они там будут заниматься.  Вот теперь я понимаю, что на нее нашло и, если честно, мне становится не по себе от мысли, что кто-то будет обнимать моего Сейю, пусть даже на камеру. Перед глазами всплывают картины, как какая-то там брюнетка или блондинка… Да какая разница… Какая-то девица лапает моего мужа. Нет уж! Забегаю в гардеробную, достаю красное платье до колен, с квадратным вырезом спереди и открытой спиной, быстро надеваю. Босоножки на высоких каблуках, в тон. Внимательно разглядываю себя в зеркале. Платье сидит просто идеально, макияж и образ прилично-сексуальной девушки готов.  — Вот, теперь мы им покажем. — Хитро улыбнувшись, подмигивает мне Минако. До студий, где снимают рекламный ролик, мы без лишних приключений доехали на такси. Но как только мы переступили порог здания, нас окружил мужской коллектив съемочной группы.  — Чем помочь, красавицы?  — Мы к братьям Коу… — Не успеваю договорить, как к нам подходит молодой мужчина с красными волосами и просит следовать за ним. Я замечаю Сейю сидящего неподалёку. Но мужчина ведет нас не к братьям, а заводит в гардеробную.  — Так, почему опоздали? — Недовольно бубнит он, подавая нам кружевное бельё. — Быстро переодевайтесь и марш на съёмки!  — Извините, но вы обознались, мы не… — увидев столь откровенный наряд, я краснею. Как такое можно носить? Пронзая меня грозным взглядом, Минако произносит, не давая мне возможность договорить.  — Да мы мигом!  — У вас десять минут! — Дает команду тот и выходит.  — Ты что собираешься в этом выйти туда и сниматься? — Не верю своим ушам.  — Как думаешь, будет лучше если другая женщина будет вилять задницей в этом перед твоим мужем? — подает бельё, грозно смотря мне в глаза. Будь, что будет! Чувствую себя как клубника в карамели. Хорошо ещё, что попу прикрывают мой волосы, а шрам на груди — бантик на лифчике. *** Сейя:  — Я не пойму, кто тут почетные гости? — тяжело вздохнув, проговариваю, — Почему нам приходится ждать каких-то там девиц? Время деньги, а я трачу его на ожидание, каких-то накрашенных дур. Братья тоже устали, но не подают вида. Тайки удобно устроившись на диване читает какую-то книгу. Отказавшись сниматься, он сидит одетый. А вот мы с Ятеном ходим в одних трусах… как долбанные порноактеры блин. Зачем нам сниматься в этой ужасной рекламе хоть кто-нибудь объяснил бы. Смотрю уставшим взглядом на Ятена в надежде, что мой скверный братишка встанет и уйдет со съемочной площадки бубня о их непрофессионализме и я последую за ним с чистой совестью, что не я являюсь причиной расторгнутого контракта. Но тот, смотря что-то в мобильнике смеётся от души, разбивая мои надежды. Ухмыльнувшись, перевожу взгляд и замечаю блондинку в красном платье, проходящую мимо входной двери. Ого, какая горячая. На минуту она показалась мне знакомой.  — Всё, моему терпению пришел конец. Я иду домой! — После еще получасового ожидания сообщаю о своем решении.  — Да, наш Ромео и часа не может прожить без своей Джульетты. — Хихикает Ятен, отключив мобильник и бросив его на диван.  — Понял, Минако тебе не даёт, поэтому ты достаёшь меня. — Встаю и подхожу к нему, довольно улыбнувшись. — Завидуй брат, у нас с Усаги в постели всё офигеть, как круто. Ятен переводит взгляд на кого-то позади меня и восторженно произносит:  — Да вижу я, и не сомневаюсь в этом! Оборачиваюсь, чтобы посмотреть о чем это он. Но лучше бы я этого не делал. Растерявшись от неожиданности и приложив ладонь себе на грудь, я делаю шаг назад, открыв рот от удивления. Передо мной стоит Куколка в нижнем белье. Мой взгляд прикован к обнаженному телу Усаги, которое прикрывают лишь чёрные трусики и такого же цвета лифчик из кружева с тонкими бретельками и красным бантом посередине. Она божественно красива. Любой пал бы на колени перед ней.  — Красавицы, да? — Улыбнувшись, произносит Красный Хвостик и шлёпает Усаги по попе. Сам не понимаю, как за секунду оказываюсь возле этого Козла и, взяв за шиворот и встряхнув грубо, кричу на него во весь голос:  — Как ты посмел трогать мою жену!  — Жену? — Бормочет тот, краснея как рак, то ли от стыда, то ли от страха. — Извините, я не знал. Я принял их за…  — Принял он. Ты телевизор хоть смотришь, олух?! — Со всей силы бью разбиваю его нос в кровь. Братья налетают на меня и с силой отстраняют от него. — Вся страна знает её!  — А ты? — Повернувшись лицом к Усаги кричу на нее. — Что за вид? — Она виновато опускает голову, прижавшись к стене. — Смотри мне в глаза, когда я с тобой разговариваю! Не знаю, что меня так выводит, то, что её трогал этот козёл или то, что она даже не собирается оправдываться передо мной. Звон от пощечины раздается по всему залу.  — Почему не отвечаешь? Она поднимает голову и смотрит на меня таким взглядом, что вмиг остываю. Сердце замирает. Теряюсь в её синих глазах, зарождая во мне непонятные чувства. Все смотрят на нас. И чтобы избежать лишних свидетелей, беру девушку на руки и, перекинув через плечо, захожу в гардеробную, закрывая дверь на ключь. Опустив Усаги, сгребаю её в охапку и прижимаю к стене, надавливая на неё своим телом.  — Почему ты тут и в таком виде? — Спрашиваю уже спокойно, смотря ей в глаза.  — Я говорила, что они обознались… Что я не модель, но они не послушали… — её глаза полны слез.  — Сейя, это я виновата. — Доносится до меня голос Минако. — Это я её привела. Куколка дрожит, как осенний лист. На щеке отчетливо виден отпечаток от пощечины. Боже, я ударил её. Её глубокие, как море глаза смотрят на меня испуганно. Опускаю взгляд, застывая на её губах. Только не плачь. Ради бога, не плачь. Сердце требует поцелуя. Но, не потому, чтобы позлить или унизить её. Даже не потому, что хочу вызвать у неё желание к чему-то большему. Нет! Просто, хочу поцеловать, ощущать её мягкие губы своими и почувствовать их вкус. Мои губы касаются её. Она сопротивляется, но я не сдаюсь, прикладывая всю нежность в поцелуй, мгновение, и она начинает отвечать мне. Так приятно и тепло…    — Ой, как мило. — Голос этого козла приводит в себя и я отстраняюсь от нее. Беру одежду и отдаю ей.  — Одевайся! — Проговорив, подхожу к красноголовому, стоящему у двери и бью его на этот раз под дых. — Больше не будешь трогать чужих жён!  — Сейя, а может нам снять ролик вместе с ними? — Удивленно смотрю на Ятена. — Не смотри так. Почему они тут, до тебя не дошло? Да, потому что ревнуют. — Торжествуя, он смотрит на Минако, та краснея опускает голову. А вот я улыбаюсь, поняв причину внезапного появления блондинок еще и в таком виде. Хитрая лиса, ведь не призналась. А я дурак не догадался.  — Сейя, по-моему так даже будет лучше. — Согласие Тайки заставляет меня задуматься.  — Нет, пожалуйста, я не хочу! Я не буду! Я со стыда умру. — Умоляюще смотрит на меня Усаги. А я уже знаю, как её вывести из себя.  — Согласен. — Усаги с ужасом смотрит на меня. — Но, у меня условия: настроив камеры, вы оставите нас одних. И да, мы сыграем постельную сцену.  — Сделаем мистер Коу! — Этот козёл сразу начинает готовиться.  — Я сделаю тебя знаменитой. — Подмигиваю я Усаги. Она подходит и дарит мне пощечину. Что ж, заслужил… Через десять минут мы с Усаги оказываемся наедине перед камерами. Заходя в павильон, оценивающе осматриваю готовые декорации: большая кровать, украшенная лепестками алых роз на фоне черного шелкового белья, приковывает взгляд, играя с вашим воображением, а зажженные вокруг ароматные свечи настраивают на романтическую волну. По сценарию Усаги стоит у кровати и зажигает последнюю свечу, когда я подхожу к ней сзади и, коснувшись её спины тыльной стороной ладони, провожу линию от лопаток до самого конца, пока не натыкаюсь на кусочек ткани от трусиков. Её тело дрожью отзывается на мои прикосновения и ощущение этого дарит мне невероятную радость… В голове всплывают картинки из сна… Всё внутри закипает. Собрав её волосы, перекидываю их за левое плечо, оголяя правое, склонив голову, нежно целую, осыпая влажными поцелуями, постепенно прокладываю путь к шее, параллельно проложив ладонью путь к её груди. Поцелуй за ухо, слегка кусаю мочку и тихий девичий стон ласкает мой слух, массируя её груди, слегка толкаю и Усаги упирается спиной мне в грудь, а попка… Она дрожит как осенний лист. Я же радуюсь… сам не понимаю от чего. Укутываю её в свои объятия и поглубже вдыхаю её аромат. Слышу, как бьется её сердце в бешеном ритме. Вижу, как пухлые губы приоткрылись жадно вдыхая воздух. Резко разворачиваю её к себе лицом, глаза закрыты. Довольная улыбка расплывается на моих губах. Толкаю ее, она падает на кровать и я нависаю над ней. Властно, но нежно массирую ей грудь, но снимать с неё лифчик все же не хочется. Даже сквозь ткань я ощущаю набухшие от желания соски. Прорычав кусаю их поочереди и осыпая поцелуями горячее тело девушки, постепенно спускаясь все ниже и ниже… Чувствую как тяжело Усаги. Впрочем как и мне… Что я творю и главное, зачем? Боже, пусть это будет сон… Тело горит, сердце бешено стучит… понимаю: моё желание унизить её сменяется желанием спрятать, уберечь от всего этого. И я останавливаюсь, приседая и приподнимая Усаги. Она смотрит на меня осуждающе… совсем не своим взглядом. Виновато опускаю голову, укутываю её в простынь, вскакиваю и, выходя из зала, проговариваю:  — Зайди в гардеробную и переоденься. Сам же направляюсь к гардеробной брата. Тайки сидит на диване. Увидев меня, он указывает рукой, чтобы я присел рядом.  — По-моему, я перегнул палку. — Тяжело вздыхая, присаживаюсь возле него. — Я против…  — Против чего? — Спрашивает тот спокойно, внимательно смотря на меня.  — Против того, чтобы её видели в таком виде в рекламе. — Наконец-то я произнёс эти слова.  — Тогда почему ты это сделал? — Также спокойно спрашивает он. Я испуганно смотрю на него. Ну, как мне тебе объяснить, что творится у меня на сердце и в голове, когда я сам этого не понимаю  — Просто, чтобы позлить Усаги. — Бормочу я. Удивление и непонимание, вот, что я вижу в его взгляде. Виновато опускаю голову.  — Что значит, чтобы позлить? — Вцепившись в подбородок, заставляет поднять голову, чтобы посмотреть мне в глаза. — Сейя, что с тобой?  — Я не знаю, Тайки. Сам не понимаю. — Тяжело вздыхая, обнимаю брата. Больно, сам не знаю от чего. Тайки обнимает меня покрепче.  — У вас с Усаги всё в порядке? — Я лишь отрицательно качаю головой. — Опять Рей? Ты о ней думаешь? Отпрянув от него, виновато опускаю глаза.  — Да она.  — Сейя, она это прошлое. Рей мертва. Пора уже отпустить её! А Усаги твоё будущее. Она любит тебя… не надо причинять ей боль! — Склонив голову он всматривается в мои глаза. — И если быть честным, Рей и мизинца Усаги не стоила. Ты только не обижайся. — Заметив раздражение он добавляет. — Просто, открой глаза и сердце и ты увидишь это. Она поможет тебе прийти в себя, просто, дай ей это сделать. Вспомни, сколько недель ты не говорил с нами. А Усаги ты открылся сразу. В первый же день. Я не знаю, что с вами сейчас происходит, когда захочешь расскажешь… Но, я уверен в том, что проблема в тебе и уладить всё сможешь только ты. И снова обнимает меня. Как же мне ему сказать правду?  — Знаешь что? Нужно освободиться от Рей. — Со всей серьезностью произносит он. — Продай ту квартиру. Я знаю это поможет. Займёшься этим или мне сделать?  — Нет! Я сам. — Шепчу в ответ. — Меня сейчас волнуют съёмки. Я заберу всю плёнку, где мы с Усаги.  — Да, конечно. Я устрою. — Улыбнувшись, он хлопает меня по плечу, ободряюще. — Мы хотим видеть тебя счастливым брат. Взяв себя в руки, я захожу в гардеробную Усаги. Она сидит перед зеркалом и смотрит на своё отражение. Её взгляд пустой, а глаза красные от слёз. Боже, что я наделал? Зачем я так поступил, унизив её перед всеми ещё и таким образом? О чём я только думал? Заметив меня, она опускает голову. Придвинув стул к ней поближе присаживаюсь, накрыв её ладонь своей и, тяжело вздыхая, начинаю:  — Ты можешь мне не верить. Но мне правда очень стыдно. Я перегнул палку. Чтобы между нами не происходило, мне не стоило так с тобой обращаться перед всеми. Мне правда очень жаль. Я дурак. Просто, меня передёрнуло от того, что ты тут, в таком виде. И ещё этот хам тебя шлёпнул. Но не из-за этого я сделал это… из-за того… — Осмелившись взглянуть в её глаза, проговариваю уверенно, сжимая ладонь крепче. — Думал так я смягчу свою боль… Причинив тебе боль я освобожусь от своего. Но получилось всё наоборот. — Она внимательно слушает меня. Я же продолжаю не отрывая взгляда от её синих глаз. — Я прошу прощения за эту выходку. Такое больше не повторится. Обещаю, эти кадры никто никогда не увидит. — Она молчит и я касаюсь её щеки. — Прости, что ударил. Можешь ударить меня, если хочешь. Я это заслужил. Хочешь попроси любого, если сама не можешь. Я даже не буду защищаться. Смотрю на неё ожидающе. Она осматривает меня с ног до головы изучающим взглядом и со всей силой бьет меня по лицу. От чего я улыбаюсь. Вспыхнув от злости, Усаги барабанит меня кулаками по груди. Не двигаюсь… даже не смеюсь. Смотрю на неё не дыша, не моргая… И она останавливается, смотрит мне в глаза и, улыбнувшись, целует в щёку.  — Это за то, что извинился… В дверь стучат.  — Войдите! — Проговариваю, всё ещё держа Усаги за руку. В гардеробной заходит Тайки. Увидев нас улыбается.  — На одну минуту, брат. Встаю и подхожу к нему. Тайки дает мне несколько маленьких коробок.  — Спасибо! — Тот лишь улыбается мне. — Это… мы пойдём. — Положив коробки в карман, произношу я. — Думаю, на сегодня хватит.  — Пару дней можешь не выходить. — Обнимает и, чтобы Усаги не расслышала, шепчет мне на ухо. — Может поедете куда-нибудь… на природу например.  — Посмотрим. Еще раз спасибо. И вот я сижу на диване в гостиной, попивая скотч и думая о сегодняшнем дне, а Усаги спит в спальне. После возвращения никто из нас так не проронил и слова. Да, Сейя, как же ты изменился. Ты погас. Когда-то ты дарил свет и надежду всем вокруг, улыбки и радость. А сейчас, причиняешь боль другим, унижаешь их. Что с тобою стало? Открываю одну из коробок, достаю чип, включаю ноут. На экране появляемся мы с Куколкой. Напрягаюсь, смотря как все это выглядело со стороны. Кто-то мог бы подумать, что снимали «порно», а не рекламный ролик. Вижу, какого Усаги, как ее лицо меняется, отозвавшись на душевное состояние девушки: ужас, страх, смущение, стыд, боль и… желание… Она плачет. А я даже не заметил тогда её слёз.  — Боже, что я наделал… — Злость накрывает меня и, взяв ноут, бросаю его в открытое окно. Опустошив бокал, встаю и выхожу на террасу. Как же низко ты пал, Сейя Коу. Ты унизил её, растоптал. А она… Как она ведет себя с тобой? Продолжает улыбаться, радоваться, всё ещё любит тебя и надеется на что-то. Усаги, ну чем же я тебя привлёк? За что ты меня так полюбила, что терпишь всё это? Рей так бы не поступила. Иногда, я сомневаюсь, правда ли в тебе бьётся её сердце. Ведь, Тайки прав, вы так не похожи друг на друга. Ты другая, гораздо лучше её, меня… да всех вместе взятых. Всматриваюсь в темное небо, усыпанное россыпью золотистых звезд. Как же я устал, Господи. Не знаю, что мне делать и куда идти. Укажи путь, пожалуйста. Хочу унять эту боль, пожирающую моё сердце и душу. Пусть мои мысли, желания, станут чище и добрее. Помоги мне, пожалуйста. Тяжело вздыхая, захожу в спальню. Куколка спит, улыбаясь во сне. Ты и вправду ангел спустившийся с небес… Ложусь рядом. Смотря на неё, и не замечаю, как засыпаю, держа её ладонь в своей руке.