Паучья лилия

      Солнечный день. Ненавистный для вампиров. Как всегда все тяжелые шторы задвинуты, и редко тонкий луч света попадал в комнату. Шу лежал гостиной на диване, по обыкновению своему слушал русскую классику. Одно из окон было зашторено не до конца, и когда облако открыло власть солнцу, луч света проник в особняк и попал прямо в закрытые глаза вампира. " Солнце… Терпеть его не могу… Вот уже десять лет ее нет, именно по этому ненавижу свет… А ведь любил когда-то… Любил смотреть на солнце когда она была рядом… "

10 лет назад

      «Тук. Тук. — Шу имей совесть. Дай поспать.       Никто не ответил. Стук в дверь повторился. — Я котлету из тебя сделаю, сожгу, прах по ветру рассею!!! — закричала девушка и встала с постели. Шу в комнате не было. Стук повторился. — Где мой топор? Пора завтрак готовить из вампирятины! — Девушка со злобным лицом поплелась к двери.       Она облокотилась на нее спиной и прогудела. — Я занята, позвоните попозже! — Нацуми, через двадцать минут жду тебя в гостиной, — вежливо сказал Рейджи и испарился. — Через двадцать минут закажу гроб из железа и серебра! Похороню все разом! Через 15 минут. — Бог видит! Я не хотела этого делать! — Нацуми плюхнулась в свободное кресло, обитое белым бархатом. Лицо было заспанное и недовольное, — звоню в агентство ритуальных услуг.       Все шестеро братьев сидели на своих местах. На Нацуми была вязанная коралловая кофта и белые джинсы. Волосы были заплетены в длинную косу. — Бога нет, да Тедди? Нацуми подняла правую руку и выпрямила указательный палец, показывая на Канато. — Тсс — произнесла она, — не тронь святое. — Нацуми, ты позволишь мне начать? — укоризненный взгляд.       Девушка собралась и внимательно посмотрела на Рейджи. Уж что-что, а строить он умеет. — Извини… Я слушаю. — Итак, поскольку все здесь собрались, я начну. Нацуми, будучи невестой старшего сына семьи Сакамаки, твое положение в этом доме должно измениться. С сегодняшнего дня ты госпожа в этом доме. Ты имеешь права соответствующие твоему статусу. Твое обучение в школе заканчивается, и дальнейшее образование ты будешь получать здесь. В ближайшие дни приедут твои учителя. Уже прибыла твоя личная служанка, она обязана безоговорочно выполнять каждое твое слово и помогать.       Нацуми не двигалась и, кажется, немного зависла, но потом помотала головой и проснулась. — Внимание вопрос… Что это за фигня?       Рейджи вопросительно посмотрел на девушку. — Нет… ну статус, положение, права. Это я все поняла. Спасибо… Вот только на кой-черт мне служанка и обучение дома? — Как госпожа этого дома, ты не должна ругаться… — Хорошо этикет, так этикет. Достопочтенный, не соизволите ли вы ответить на мой вопрос? Он крайне интересует меня.       Шу улыбнулся. — Служанка должна быть, согласно твоему статусу… Обучение дома необходимо, потому что за пределы особняка без охраны тебе выходить запрещено, а тащить в школу десяток стражей мы не можем. — Какая охрана может быть лучше шести вампиров? — Мы не сможем постоянно находиться рядом. Не забывай, что мы не простые вампиры, а члены королевской семьи. Наш отец король вампиров. Шу его первенец и наследник, а ты его будущая жена. Тебе запрещено выходить из особняка без должной охраны, слуг и остальной свиты. — То есть вы меня так резко перекидываете в средневековье и намекаете на то, что я должна сидеть у окна и вышивать?       Рейджи тяжело выдохнул. — Этот вопрос не обсуждается. Ты обязана согласиться. — Никому и ничего я не обязана… Да ну вас нафиг всех! — Чем ты недовольна? — голос подал Райто.       Нацуми медленно повернула голову в сторону вампира и одним взглядом стерла улыбку с его лица. Шу опять улыбнулся. «Моя девочка» — У тебя нет возможности отказаться. Твоя служанка ждет тебя в твоих покоях. Кроме того, отец присылает новую жертвенную невесту.       Все братья оживились, до этого они сидели, как в воду опущенные. Конечно, слова о причинах нового статуса не особо обрадовало пятерых братьев. Кто-то готов был разнести особняк, кому-то было наплевать, а кто-то купался в лучах счастья. Нацуми поняла, что с Рейджи спорить бесполезно и смирилась, но вопрос жертвенной невесты ее интересовал. — Новая жертвенная невеста? — спросила Нацуми. — Именно… Отец долго не соглашался, но все же принял предложение. Она должна приехать в ближайшие два дня. — Наконец-то… Я с ума скоро сойду от голода, — пробурчал Аято. — Это все, что я хотел сказать. Все свободны.       Нацуми соскочила с кресла и быстро двинулась в свою комнату. Мысли о служанке и новом статусе не давали покоя. Это все казалось ей ненужным, лишним. Особенно расстраивала перспектива провести всю жизнь в особняке. Конечно, это место, не так давно стало чем-то вроде дома. Оно стало каким-то близким и … родным. Однако сидеть взаперти не хотелось. Нацуми зашла в свою комнату и сразу закрыла дверь. — Госпожа, — раздался тонкий голосок.       Нацуми испугалась и, достав из-за спины кинжал, быстро повернулась. Вид серебряного оружия напугал новую служанку. После происшествия с Райто, Нацуми всегда носила с собой кинжал. Он придавал уверенности и храбрости. — Кто ты такая? — с угрозой произнесла Нацуми. — Госпожа… простите… Я ваша служанка. Меня зовут Мияко… Простите Госпожа, я заслуживаю смерти, — казалось, что девушка вот-вот заплачет.       Она была невысокого роста. Светлые длинные волосы, заделанные в два хвостика, небрежная челка, темно-фиолетовые глаза. На ней была традиционная одежда служанки. За хрупкой, нежной фигурой скрывалась сущность вампира. — Ааа… Ничего… Ничего… Это я виновата. И… не стоит называть меня Госпожой. Зови просто Нацуми. «Госпожа» отправила кинжал в ножны. — Да Нацуми — сама. — Ну, пусть так. Ты давно приехала? — Несколько минут назад. — Хорошо. Присядем, — Нацуми подошла к дивану и осторожно села, затем позвала Мияко.       Служанка осторожно присела рядом со своей госпожой. — Сколько тебе лет? — Нацуми — сама, мне намного больше лет, чем кажется. — Я уже поняла, что ты вампир. Мне просто интересно. — Девяносто шесть госпожа. — Понятно, — Нацуми не была удивлена, — я хочу сразу сказать, что ты не должна вести себя со мной как с госпожой. Я почти такая же девчонка, как и ты. Честно говоря, я вообще не понимаю, зачем тебя прислали. Не обижайся… — Нет, что вы. — После моего приезда сюда из близких людей у меня есть только Шу. Я бы хотела, чтобы мы с тобой стали подругами, если и ты этого хочешь. — Это честь для меня. — Ну, тогда расслабься и не смотри на меня, как на королеву, — Нацуми задорно улыбнулась, — что до твоих обязанностей, решим это позже. Где твоя комната? — В нескольких шагах от вашей. — Хорошо. Расскажи мне о себе. — Что? — удивилась девушка. — Все, что считаешь нужным. — Меня зовут Мияко, фамилии у меня нет, потому что я не знаю, кто мои родители. Когда я только родилась, моя мать — куртизанка бросила меня. Она была человеком, а мой отец вампиром, так мне сказала женщина, которая меня вырастила. Она жила на берегу океана в старой рыбацкой деревне. Когда она нашла меня в корзине на болоте, решила забрать себе и воспитать, как родную дочь. С ней я прожила десять лет, но со временем выросла моя потребность в человеческой крови. Бабушка давала мне свою кровь, потому что если бы другие люди узнали мой секрет… Смерти я бы не избежала. Однажды бабушка тяжело заболела и вскоре умерла… - У тебя очень печальная история, прости, я не должна была спрашивать. — Ничего. — Но как ты попала сюда? Я имею ввиду, как Того Сакамаки отправил тебя? — Эм… Я Лицо Мияко резко стало грустным и отяжеленным. Тема была ей неприятна. — Не говори… Скажешь, когда посчитаешь нужным.       Стук в дверь. Мияко тут же соскочила с места, ожидая приказа. — Спроси, кто это, — попросила Нацуми. — Да.       Мияко подошла к двери и, приоткрыв ее, сказала несколько слов, которые для хозяйки остались закрытыми. — Это господин Шу Сакамаки. Нацуми улыбнулась. — Зови.       Дверь отворилась, и в комнату зашел Шу, знаком приказывая прислуге покинуть комнату. — Шу, — Нацуми сразу встала с кресла и резво подошла к любимому, даря нежный поцелуй. — Хорошее настроение? — Было, пока меня не обрадовали заточением в доме. — Не принимай все близко к сердцу, это ради твоей безопасности. — Так бы и дала по ушам, — Нацуми засмеялась. — Как тебе служанка?       Шу обнял девушку. — Мне она показалась очень милой… Но откуда она взялась? — Ее прислал отец. — Это понятно, но я хочу больше узнать о ее прошлом, только так я смогу понять ее до конца и сложить нормальные дружеские отношения. — Ты не должна дружить с ней. Она просто прислужница… — Если я буду относиться к ней как слуге, то я помру от скуки, пока тебя не будет в доме. Я не собираюсь сидеть у окна и вышивать. — Это я понял.       В одно мгновение Шу прижал Нацуми к окну, так сильно, что казалось еще немного и стекла вылетят. Он смотрел в ее глаза, пытался утопить ее, унести в самую глубокую пучину своего океана. Не выходить оттуда, остаться только с ней в тишине, слышать стук сердца, умереть вместе и возродиться в вечной жизни. — Шу… — Тише…       Нацуми, не переставая смотреть в его глаза, коснулась рукой холодной щеки, затем провела большим пальцем под глазом вампира. Шу опустился к ее шее и осторожно воткнул клыки в мягкую, разгоряченную кожу. Нацуми не чувствовала боли уже очень давно. Наоборот, в такие моменты она ощущала приток сил и страсти. « Я еще ближе к нему… От этого чувства… хочется кричать, смеяться, летать. Представьте себе, что вы прыгнули с высотки. Вас с землей разделяет несколько метров, и вот кажется, что сейчас ты разобьешься, последний раз откроешь глаза, а потом расправляешь руки, словно крылья, и взмываешь в воздух. Ты оторвался от земли, не видишь ее, летишь… Чувствуешь потоки ветра и летишь… Забываешь все треволнения мира, все заботы, беды, страхи… и просто летишь. Тоже чувство сейчас разливается во мне. Я чувствую его дыхание, которое опаляет и охлаждает мою кожу одновременно. Я чувствую в себе его клыки и даже где-то совсем далеко, но так близко, тихое, еле заметное сердцебиение. Я слышу его… Но в тоже время я боюсь… …Боюсь, если крылья пропадут, то ничто не удержит тебя в воздухе… Ты разобьешься о скалы предательства и печали…»       Шу стал покрывать легкими поцелуями шею девушки, а она зарывалась пальцами в его волосах. Нацуми тяжело дышала, словно боялась задохнуться, тихо, отрывисто произносила его имя. На пол полетели пиджак, кофта, рубашка, джинсы. Оставшись только в нижнем белье, вампир подхватил возлюбленную на руки и понес к кровати. Через мгновение, он уже навис над ней, осторожно расстегнул лифчик и отцепил крючки. Нацуми залилась румянцем. « Как и тогда… Я не первый раз вижу ее тело, но когда она предстает передо мной в таком виде, всегда краснеет. Это искренняя нотка никогда из нее не уйдет… И я счастлив, что именно мне она позволяет быть рядом. Она научила меня снова верить, чувствовать, любить и жить. Да, жить… может для вампира это и странно, но я сейчас живу».       Вдруг Нацуми быстро поднялась, схватилась за его широкие плечи и соприкоснулась лоб в лоб. Она томно дышала, подогревая нахлынувшую страсть. От нежной, робкой девушки не осталось и следа. Шу обхватил руками манящие бедра и приподнял девушку. Она не отрывалась от него глаз, заманивала в свои сети, обвивала и забирала полностью. Нацуми смогла обуздать его холод, равнодушие, боль. — Не останавливайся, — прошептала она на ухо Шу.       Вампир резко и без колебаний вновь овладел девушкой. Она не сдерживала стонов, прерывисто припадала к его губам, обнимала, оставляла на сильной спине кровавые полосы.       Нацуми лежала на груди Шу и отдыхала после веселого утра. На душе было так спокойно и умиротворенно, что хотелось валяться так вечно. Вампир поглаживал любимую по спине и тоже наслаждался утром и светом. — Шу я хотела спросить кое-что. — Что? — Может тебе покажется это странным, но ты не мог бы разрешить мне сходить в храм. — Храм? Зачем? — Скоро годовщина смерти моих родителей… — Я понимаю… Когда? — Завтра после обеда. — Сам я отвезти тебя не смогу. Нужно съездить к отцу. Тебя Субару отвезет, я поговорю с ним. — Спасибо. А зачем тебе к отцу? — Нужно решить кое-какие вопросы. — Ты изменился… — Я? — Ну не я же… — И что во мне изменилось? — Ну если сравнить тебя такого сейчас и каким ты был три месяца назад, — Девушка усмехнулась, — я бы сказала, что это два разных вампира. — Ты меня изменила, и я благодарен тебе. Ты принесла мне спокойствие и счастье.       Нацуми сильнее прижалась к любимому. — Я люблю тебя. — И я тебя. »