Паучья лилия

— Не понимаешь? — Шу разжал руку, — Значит, не понимаешь?! В одно мгновение весь привычный и спокойный мир Нацуми перевернулся с ног на голову. Шу замахнулся и влепил девушке сильную пощечину. От такой силы Нацуми кубарем полетела в сторону и остановилась только, когда врезалась в стену. Все лицо горело, а во рту был вкус собственной крови. Голова раскалывалась из-за сильного удара, но самое плохое было внутри. Разум Нацуми метался в разные стороны, пытаясь найти причину такого поведения. Слезы сами собой полились из глаз, с каждой секундой становилось все труднее дышать, а сердце, казалось, вот-вот лопнет. « Почему? За что он так со мной? Что я такого сделала? Он… Он меня ударил…»Шу продолжал кричать, но Нацуми слышала лишь обрывки самых ужасных слов, которые мужчина может сказать женщине. Он обвинял ее в том, чего она не совершала и никогда бы не совершила. Сейчас Нацуми не узнавала того, кто всегда поддерживал, понимал и любил ее. Она боялась его, боялась так, как тигр боится огня. « Предала? Шу, что же ты такое говоришь? Откуда ты вообще взял эту ересь? Тебя обманули!!! Но… Как ты смог так легко поверить в то, что я… променяла тебя на другого? Как ты мог!!!? Раз ты так легко веришь непонятно кому… То что тогда я значу для тебя?! Как ты мог так поступить?! Почему?! Почему?! Кем ты меня считаешь????! Нет!!! Это ты обманул меня!!! Ты стал предателем!!! Ты забыл об обещании данном!!! Ты забыл, что обещал мне!!! Забыл о своей клятве!!! Ты… Это ты предал меня!». Нацуми лежала на полу не вставая, она так была погружена в свои мысли, что уже не слышала криков Шу. А он не останавливался, крушил, ломал все, что попадется под руку. Иногда в Нацуми прилетали щепки от сломанной мебели. Он больше не трогал ее и не прикасался, только кричал, кричал. — Ненавижу тебя! — последнее, что услышала Нацуми в свой адрес. Дверь с грохотом закрылась. Девушка, не вставая, лежала на полу, руки и ноги дрожали, легкие сжимались при малейшем движении. — Нацуми-сама!!! Что? Что с вами?! — в комнате появилась Мияко и тут же кинулась к подруге. — Мияко, уйди, — прохрипела девушка. — Госпожа… — Мияко, я прошу тебя, оставь меня! Уходи! — кричала Нацуми. Служанка тут же испарилась. Нацуми понимала, что зря ее обидела, но чувства Мияко быстро отошли на задний план. Щека, как и сердце, горели диким огнем. Нацуми медленно начала подниматься с пола, опираясь на все, что можно. В душе нарастало горе и обида, а сердце не верило реальности. Нацуми окинула взглядом комнату. Из мебели целыми остались только тумбочка и часть матраса. Нацуми кое-как доковыляла до остатков некогда роскошной кровати и присела на матрас. Она сидела молча, не пророня ни слова, только слезы текли горным ручьем. Осень уже давно уступила место зиме. На дворе стоял декабрь. В окна начал бить дождик, а девушка все молча сидела на матрасе, смотря в одну точку. Неожиданно Нацуми поднялась на ноги и вытащила из тумбочки маленькую черную коробочку. Девушка дрожащими пальцами подняла крышку и достала лежащий внутри камень. Нацуми сжала его в руки и подошла к дверям. В ту же секунду створки были раскрыты, и ничто не преграждало путь юной девушке на балкон. Держа в руках свою судьбу, Нацуми вышла под проливной дождь. Длинные пряди светлых волос облепили тело. Нацуми не реагировала на холод и сырость. В душе была такая всепоглощающая пустота, что сам северный полюс может позавидовать. Нацуми снова посмотрела на камень, подаренный госпожой Акитоши. «Если тебе когда-то понадобится моя помощь, то разбей этот камень в дребезги, и я вытащу тебя оттуда». — Госпожа, прошу вас, помогите мне. Нацуми быстро ударила камнем об мраморную изгородь балкона. Черные осколки полетели во все стороны, а несколько из них впились в руку невесты, но Нацуми не чувствовала боли. « Больше нет боли, нет страха…». Кровь обволакивала черные осколки и стекала по ладони. Нацуми упала на колени и уснула прямо на балконе под шум дождя. — Нацуми-сама! Нацуми-сама!!! Что же ты творишь?! Эй, а ну проснись, — Мияко начала легко трясти мокрую девушку, — Ау! Нацуми вставай! Девушка открыла глаза. — Мияко… — Пойдем в комнату!!! Ты с ума сошла! Всю ночь тут лежала?! Еще и под дождем? Быстро в кровать! Мияко закинула руку Нацуми себе на плечо и повела в комнату. Невеста постоянно спотыкалась и падала, но при этом молчала как рыба. Служанка дотащила Нацуми до матраса и осторожно уложив, пошла за одеялом, которое лежало в перевернутом шкафу. — Нацуми, что тут произошло? Вы с Шу поругались? Девушка молчала. В это время Мияко с помощью силы вампира подняла шкаф с одеждой, стол и остальную уцелевшую мебель. — Нацуми? — Служанка повернулась к девушке. Нацуми не двигалась, а только тихо всхлипывала. — Он… он думает… Я ему изменила… Мияко показалось, что она ослышалась. — Что? Повтори, пожалуйста, а то я не поняла. — Он считает, что я ему изменила, — почти навзрыд сказала Нацуми и снова залилась слезами. Мияко подошла к госпоже и мягко обняла за плечи. — Все будет хорошо… Что? — служанка растерянно посмотрела на Нацуми, держа руку на животе. — В чем дело? — непонимающе спросила девушка. — Ты… Ты… — Мияко не пугай меня. Служанка отдернула руку. — Нацуми… Давно у тебя шла кровь? — В смысле? Подожди… Ты хочешь сказать… — Ты ждешь ребенка, — улыбаясь огласила Мияко, — я слышу биение сердца. У тебя срок примерно четыре недели… Мы вампиры уже можем услышать биение сердца. Нацуми положила руку на живот и лучезарно улыбнулась, но уже через секунду ее радость скрыла маска печали. — Мияко… Никто не должен об этом знать. — Почему? Мы должны сообщить господину Шу. — Ни в коем случаи! Он не поверит, что это его ребенок… Вампиры могут услышать биение на расстоянии? — Нет. Я услышала только когда прикоснулась к животу. Конечно, они могут определить по пульсу, но для этого нужно примерно минута. Срок маленький и ребенка пока еще не слышно. — Хорошо. Значит, братья не заметят. — Но ты не сможешь это долго скрывать. Вы живете в одном доме, скоро все раскроется, — взволнованно предупредила Мияко. — Если верить словам госпожи то, в ближайшие дни мы уедем отсюда. — Что? — не поняла служанка. — Просто поверь мне Мияко. А пока приберись в комнате и постарайся вернуть кровати нормальное состояние. — Хорошо. Вот возьми одеяло. Теперь ты должна беречь не только себя. — Никому ни слова о ребенке и скажи Рейджи, что сегодня ни на завтрак, ни на обед я не приду. Скажи, я плохо себя чувствую. Если он предложит помочь, делай что хочешь, но не пускай его сюда. Поняла? — Конечно… Я все сделаю. Нацуми накинула одеяло на плечи и пересела с матраса на стул. В это время Мияко быстро восстанавливала комнату. Вскоре кровать, уже без балдахина, стояла на ножках, новое белье было заправлено. Осколки стекла были убраны, как и все щепки с пылью. В комнату вернулся относительный порядок. Мияко помогла Нацуми прилечь и отправилась к Рейджи. Невеста молча лежала в кровати и думала о происходящем. Нацуми была с одной стороны безмерно счастлива, а с другой стороны была готова одеть скорбное платье. Её рука нежно поглаживала живот, « Не знаю почему, но… Я уверена, что будет девочка… Милая… Как же тебе не повезло… Я всегда мечтала о том, чтобы мой ребенок родился в тепле, любви и заботе… Рядом с матерью и отцом… Не волнуйся… Все будет хорошо… Я справлюсь… Я попытаюсь… Хотеру… Твое имя будет Хотеру». Мияко вскоре вернулась. — Поверил? — Поверил. — Вот и хорошо… Это будет девочка, — почти прошептала Нацуми. — С чего ты так решила? — Я знаю. Время завтрака и обеда быстро пронеслось. Был выходной, и учителя сегодня не придут. Нацуми весь день провела в своей комнате, погруженная в раздумье. В комнату вошла Мияко с обеспокоенным лицом. — Нацуми-сама, Рейджи собирает всех в гостиной. — Ты сказала ему, что я не приду? — Да, но он ответил, что тебе нужно быть обязательно… Это очень важно. — Хорошо. Нацуми быстро одела свежую одежду и заплела волосы в длинную косу. На девушке были темные джинсы и теплая вязанная кофта. Мияко отправилась вслед за госпожой в гостиную. Там их уже ждали все братья, включая и Шу, который с закрытыми глазами отрешенно лежал на диване. Нацуми зашла в гостиную и не обращая ни на кого внимания села на свое место. Краем глаза она посмотрела на Шу. В сердце отозвалась свежая боль. Девушка сжала кулак и прикусила язык, чтобы снова не заплакать. — Рейджи, ну не тяни. Зачем ты вызвал нас? Я только начал развлекаться с распутницей, — промурлыкал Райто. — Райто, нам сейчас не до твоих рассказов. Кое-что случилось, и я хочу понять причину, — Рейджи строго посмотрел на Нацуми, потом на Шу и снова опустил глаза в пол. — Ну и что случилось? — слегка раздраженно спросил Субару. — Сегодня утром пришло письмо от отца. Все братья тут же насторожились и стали как никогда серьёзными, вот только на Нацуми эта новость никак не повлияла, ибо она это предполагала. — И что там было? — Спросил Канато толи у Рейджи, толи у Тедди. — Отец написал, что Нацуми сегодня вечером покинет наш особняк. Братья ушли в нокаут. Обстановка все сильнее накалялась, в картину не вписывался только Шу, который притворялся спящим. Однако он расслышал слова Рейджи более чем прекрасно, и в душе снова проснулась жажда разрушения. Нацуми же сидела так же спокойно, ни один мускул не дрогнул на ее холодном лице, а душа то плакала, то смеялась. — Рейджи, что за бред? Ты уверен в достоверности этого письма? — спросил Аято. — Там стоит подпись и печать отца. Нацуми, — Рейджи посмотрел на девушку, — что-то мне подсказывает, что ты знаешь причину твоего уезда. Все глаза были устремлены на нее, но девушка держалась особняком. — Может, и знаю, — она без тени страха подала голос. — Нацуми, объясни, что происходит? — смягчился Субару, — Почему ты уезжаешь? Девушка молчала, а все боялись пропустить любой звук. — Потому что… Мое пребывание тут не имеет никакого смысла, — как отрезала. Шу сжал кулаки и стиснул зубы, но лицо оставалось спокойным. — Что это значит?! — возмутился Рейджи. Начались перепалки. Братья очень громко и эмоционально обсуждали новость. Само собой без парочки трещин и сломанных стульев не обошлось. Крики продолжались, пока Шу не поднялся со своего места. Аура вокруг него была удушающее злобной и гневной, хоть внешне он выглядел как никогда спокойным. Нацуми знала, что скрывается под этой маской, и поэтому боялась лишний раз взглянуть на него. Братья тут же умолкли и сели на свои места. Шу посмотрел на Нацуми и увидел лишь холод и пустоту, от которой тоже становилось не по себе. Вампир развернулся и беззаботно покинул гостиную, однако он слышал каждый ее вздох и слово. « Неужели… Даже ничего не скажет… Неужели он не сожалеет о моем отъезде?! Неужели он и в правду так легко меня отпустит?! Все правильно… » — Нацуми… Я хочу чтобы… — Рейджи, — перебила она дрожащим голосом, — Машина за мной приезжает вечером? — Да, — растерянно ответил второй сын. — У меня осталось не так много времени, — девушка скорбно улыбнулась, — Мне нужно собрать вещи. Все сидели в тишине и провожали взглядом удаляющуюся фигуру девушки. Вот-вот должна приехать машина. Мияко собрала все вещи Нацуми и уже ждала у двери, которая резко распахнулись. — Почему? — послышался разъяренный голос, — Почему ты уезжаешь? Как ты смогла это подстроить?! Нацуми медленно повернулась к вампиру и нежно улыбнулась. — Субару… — Почему? — Субару, это очень сложно… Я… — Он обидел тебя… Что он сделал?! Вампир приблизился к девушке и посмотрел на ее лицо. Только сейчас при свете он заметил хорошо спрятанный под слоем пудры синяк и мешки под опухшими глазами. — Я его убью! — закричал вампир и уже повернулся в сторону двери. — Субару, нет! Не смей вмешиваться! Я сама со всем разберусь! Это касается только меня и Шу! Не вмешивайся! — Он ударил тебя! Я не оставлю это просто так!!! Как у него только рука поднялась! Подонок! — Если ты вмешаешься, то станет только хуже! Если ты хочешь мне помочь, не делай ничего! — Ты хочешь, чтобы я молчал и стоял в стороне?! — Субару, я сама решила уехать. Мне нужно сейчас уйти из этого дома! Я должна понять, что значу для него! Прошу помоги мне в этом… Вампир остудил свой пыл и взял Нацуми за руку. Девушка немного поежилась из-за того, потому что боялась, что ее маленькая тайна может раскрыться. Но вроде все обошлось. — Что я могу сделать для тебя? — Вот возьми, — Нацуми вложила в руку вампира свернутое письмо, перевязанное синей лентой, — Если через пятнадцать дней я не вернусь, то отдай это Шу. Только, пожалуйста, не читай. Хорошо? — Я сделаю это… — Спасибо… Субару… Спасибо тебе за все… Ты очень важен для меня пойми… Но я не смогу жить без него… — Что ты хочешь этим сказать? — Он знает, что произойдет, если не придет ко мне через шестнадцать дней. — Что ты задумала? Нацуми ласково улыбнулась и провела тыльной стороной ладони по щеке вампира. Субару бросило в дрожь, он был околдован ею. Её глазами, улыбкой, волосами, светом. Он понимал, что никогда не останется с ней, но готов на всё что угодно ради ее счастья, а оно возможно только рядом со старшим братом. Вампир закрыл глаза. — Спасибо, — прошептала девушка, — пожалуйста, иди. Мне нужно остаться одной. — Нацуми-сама, лимузин прибыл, — в комнате появилась Мияко. Невеста посмотрела на Субару. — Иди, — мягко сказала она. Субару еле заметно мотнул головой и вышел из комнаты. — Мияко, возьми вещи и спускайся. Я скоро приду. — Да, — служанка испарилась вместе с чемоданом. Нацуми оглядела комнату. На глаза снова навернулись слезы, а сердце заволокло печалью. Девушка подошла к туалетному столику, на нем стояла шкатулка из белого дерева. Нацуми подняла крышку, на нее смотрел серебряный гребень с сапфирами, серьги, колье — все это подарки Шу, которые должны остаться здесь. — Как же так все вышло? — спросила Нацуми у пустоты. Невеста подняла руку и посмотрела на обручальное кольцо, с которым никогда не расставалась и никогда не снимала. В синем сапфире она всегда видела глаза Шу, видела его улыбку, вспоминала все, что связано с ним. К сожалению, копилка воспоминаний пополнится дурной частичкой: его лицом, когда тот ударил любимую. Слеза скатилась по щеке, оставляя мокрую дорожку. — Оставайся там, где его сердце… Нацуми сняла обручальное кольцо и положи рядом со шкатулкой. Еще одна слеза скатилась и ударилась о пол. Сухие губы задрожали. Нацуми тут же закрыла рот рукой. Глаза сощурились. Ей так хотелось увидеть его доброе, нежное лицо. Почувствовать прикосновение руки, провести своей рукой по его светлым шелковистым волосам, вот только никак… Этого уже не будет… Но что же делать с порывами сердца, с желанием оказаться в его теплых объятиях, слышать его шепот и улыбаться…улыбаться от потоков воздуха, щекотящих ушко. Нацуми упала на колени и закричала в безмолвном крике. Маленькие, хрупкие плечи дрожат и содрогаются под волной горя. Светлые волосы, заплетенные в объемный пучок, казалось, потускнели под тяжестью скорби. Сейчас! Сейчас нужна его сильная рука… но…ее нет. — Где же ты, Шу? Где же ты, когда так мне нужен… Тонкий шепот дрожал и становился немым, губы шевелились, а голоса нет, как и сил. Хрупкий и тонкий силуэт приближался к раскрытым чугунным воротам. После дождя дорога была усеяна лужами и грязью, но Нацуми не замечала этого. На девушке были черные джинсы и строгое коричневое пальто с оранжевым шарфом. При каждом шаге и удару каблука по камню в пространство выходил элегантный звук. Нацуми ждал лимузин и пять братьев, каждый с ноткой сожаления смотрел на ее опухшие и блестящие от слез глаза. Багаж давно был в лимузине, как и Мияко, сидящая рядом с водителем. Нацуми посмотрела на каждого из братьев и мысленно прощалась со своей семьей. Они расступились, пропуская дрожащую девушку к машине. Нацуми повернулась спиной к лимузину и стала ждать. Все ожидали прихода старшего сына, вот только он так и не появлялся. Нацуми решила в последний раз окинуть взглядом родной дом, она давно считала этот особняк домом, а его обитателей семьёй. Взгляд сам собой застыл на большом окне. Это было окно музыкального зала, и за стеклом стоял Шу, он смотрел на Нацуми и прожигал в ней дыру. Надежда зашевелилась в сердце девушки, но уже через секунду разбилась в дребезги и снова задела душу. Это произошло, когда женская рука легла на плечо любимого, а потом на свет вышла Сузу. Она стояла рядом с Шу и улыбалась. Ее охватил триумф и радость от вида истинной невесты. Кровь снова начала сочиться из сердца бедной девушки. Старший сын неожиданно придвинул к себе Сузу и вонзил клыки в ее шею. Этого Нацуми ни как не ожидала и если бы не держащий взгляд возлюбленного, то упала на землю. Он пил ее кровь. Нарушил свою клятву. Прикоснулся к другой женщине… « Чего он ждет от меня??? Ждешь, что я упаду тебе в ноги… Ну тогда тебе придется ждать вечно! Раньше я просто страдала от несправедливости и из-за того, кем ты меня считаешь… А сейчас… Сейчас во мне просыпается ярость и гнев! Будь уверен… Я направлю его на тебя в полной мере! Это ты упадешь передо мной! А я не склонюсь! Умру, но не склонюсь!». Шу продолжал прожигать Нацуми своим взглядом и ждал ее действий. А что она… Она улыбнулась. Но ее улыбка была не радостная и не печальная, скорее укоризненная и насмешливая… Вампир опешил, а Нацуми отвела взгляд в сторону. — Ну что же, кажется пора прощаться… Сначала вампиры стояли неподвижно, потупив глаза в землю. Нацуми хотела, чтобы они сказали ей хоть слово, хотя бы одно маленькое словечко…, но увы нет. Девушка тяжело вздохнула и уже повернулась к машине, как почувствовала, что чья-то сильная рука обхватила ее ладонь. Нацуми обернулась и увидела перед собой Рейджи. « Ты как всегда превосходен», улыбнулась она, а дальше произошло то, чего не ожидал никто. Второй сын семьи Сакамаки немного поднял руку девушки и мягко, осторожно поцеловал. Нацуми залилась краской, но руку не отдернула. Это было то, чего она желала. Она стала членом этой семьи… Настоящим… С этого момента ее фамилия изменилась. Теперь она Нацуми Сакамаки. Остальные братья последовали примеру Рейджи, и каждому она позволила к себе прикоснуться и нежно улыбалась, даже Райто откололся маленький кусочек благодарности. — Мы будем ждать тебя, Нацуми, — официально произнес Рейджи. — Спасибо, я безмерно вам благодарна. Прощайте. Девушка села в машину и захлопнула дверь. Завелся мотор лимузина, и он двинулся с места. За окном менялись картинки и особняк Сакамаки, оставался далеко позади.