Сквозь мрак навстречу неизвестности

— Я желаю вам всем, бойцы, смелости и отваги в бою. Пусть вы останетесь живыми, по крайней мере до окончания операции. Вас всех ждут дома. А теперь по транспортам, морпехи! — скомандовал сержант Том Салливан после короткой ободрительной речи морским пехотинцам.       Морпехи послушно построились колоннами и по отделениям начали погружаться на плавающие транспортёры, стоявшие в корпусах десантных кораблей. Внутри одного судна стояло в два ряда восемь Амтраков*, по четыре в каждом ряду, передние два были вооружены гаубицами в башнях, они были ударной силой десанта и должны были поддержать его на берегу, пока будут выгружать более бронированные «Шерманы». Рядовой Ларри Эванс последний раз окинул взглядом внутренности корабля, небольшую кабинку на втором «этаже», где сидел матрос в каске забавной формы и подавал какие-то жесты руками, окружавших его морпехов и, наконец, большие раздвижные двери в носу корабля. Сейчас они были закрыты. Не теряя ни секунды, Эванс взобрался в десантный отсек плавающего армтрака и занял своё стоячее место среди других морпехов. Когда в транспортёр, помимо самого Ларри, набилось ещё одиннадцать морпехов, задний люк поднялся и прочно прижался к корпусу, став одной из его частей. Два морпеха в носу заняли свои места за пулемётами, один стал за Browning M2, второй за Browning M1919. Танкисты впереди открыли люки и стали ждать нужной команды. Сержант Салливан оказался в соседнем армтраке, был слышен его задорный голос, видимо, что-то объяснял окружавшим его морским пехотинцам. Эванс осматривал солдат вокруг него, все молчали, кто-то обыскивал свои карманы на наличие сигарет, кто-то пытался поговорить с соседом, за ним пока что неизвестный боец с рацией за спиной проверял исправность своего Карабина М1. Вдруг загудел гудок, красная лампа над дверьми замигала. Матрос-оператор в своём «скворечнике» подал ещё несколько жестов, затем дёрнул за рычаг, двери с гулом начали плавно раздвигаться. Сквозь щель, которая с каждой секундой постепенно увеличивалась в размере, начал пробиваться яркий солнечный свет. Эванс прикрыл глаза от непривычки, он довольно долгое время до этого провёл в нижних отсеках корабля.  — Сноу, будешь? — раздался голос сзади.       Ларри обернулся: морпех в кепочке и с М1918 BAR за спиной протянул пачку сигарет стоявшему рядом бойцу, тот помотал головой и отстранил руку с сигаретами в сторону.  — Да ладно, Сноу! Не куришь за второй год войны? — удивился боец, пряча сигареты обратно в карман куртки. — Чёрт подери, куда я зажигалку подевал.       Двери тем временем раскрылись на максимум, взревели моторы транспортёров и первые плавающие танки, выпустив струи дыма, поехали вперёд по полу к платформе и к водной глади. Яркий свет снаружи ещё не давал возможности рассмотреть лежащий впереди пляж, хоть Ларри и все остальные отчётливо слышали гул самолётов и отдалённые взрывы. LVT (A)-4 с громкими всплесками съехали на водную гладь моря и медленно поплыли вперёд, за ними двинули остальные транспортёры.       Рыжеволосый пулемётчик за «Браунингом» М2 застегнул каску на шее и посмотрел на бойцов позади с улыбкой на лице. Уж что-то, а он явно был настроен позитивно и был уверен в успехе операции.  — Павел, сегодня с той ноги встал, что такой счастливый? — грубо спросил неизвестный офицер, упёршийся спиной в борт армтрака.  — Так точно, сэр. Эмоции переполняют, все дела. Да и впервые смогу из крупнокалиберного пулемёта пострелять, — ответил «рыжик».  — По Аляске не скучаешь? Или по Советской России? — спросил офицер.  — Ну-у… не особо к месту вопрос, командир, — пожав плечами, ответил Павел.       Сзади кого-то вырвало, случилось это едва LVT сошёл на воду и поплыл вперёд. Укачало того самого бойца с BAR’ом, который предлагал сигареты.  — Грин, мать твою! Ты мне ботинки забрызгал! — рассердился его сосед, топнув по полу десантного отделения. — И как тебя с морской болезнью взяли в морскую пехоту? Логика, бл*ть, просто забавная у призывных пунктов! В парашютисты или танкисты бы шёл!  — Отставить возмущения! — прикрикнул на бойцов офицер.       Дальше проплыли без лишних разговоров, солдаты аккуратно выглядывали из-за бортов транспортёра.       Передний плавающий БТР немного затормозил из-за проблем с двигателем и продолжил плаванье вперёд, лишь когда пара десантных армтраков поравнялось с ним. Ларри смог осмотреть пейзаж впереди: остров Пелелиу был укутан дымами пожаров и разрывов, по нему продолжала и сейчас работать корабельная артиллерия и авиация. Впереди, слева и справа, даже сзади двигались плавающие транспортёры с десантом. Впереди лежал Белый пляж, на который предстояло высаживаться. После зачистки пляжа и организации плацдарма предстояло сразу же рваться вперёд к японскому военному аэродрому, который находился не так и далеко от берега. Отделяла «взлётку» лишь густая кокосовая роща. Остров «молчал», видимо, оборона японцев была разодрана в клочья авианалётами и обстрелами с моря. Морпехи позволили себе немного расслабиться, высадка обещала быть лёгкой и простой, сопротивление ожидалось минимальное.  — Надеюсь, я впервые ступлю на остров, который не будет огрызаться каждым пулемётным кустом или камнем с пушкой, — пробурчал морпех, стоявший перед Ларри.  — Салливан вам ещё не рассказал, поэтому эту новость донесу вам Я, — офицер поднял вверх свой Thompson M1927 с барабанным магазином, привлекая внимание бойцов. — На пляж мы высаживаемся при поддержке танков и LVT, после чего последние откатываются назад.  — В каком смысле откатываются? — задал вопрос Сноу, подняв голову.  — В прямом. Мы спрыгиваем с них, они едут обратно в море и к кораблям. У них из вооружения только пулемёты, а брони вообще нет, — ответил офицер.  — Но нам и пулемёты не помешают, — подал голос радист, стоявший за Эвансом.  — Рядовой Мур. Таков приказ, мне что, по-твоему, вплавь возвращаться обратно и сраться с моряками? — офицер обратился напрямую к радисту.  — Никак нет, сэр… — помотал головой Мур, когда вдруг прозвучали взрывы, а в небо стали взмывать водяные столпы.       Едва американские амфибии оказались в секторах обстрела японских бункеров, которые благополучно пережили трёхдневный артобстрел с моря, как по технике открыли огонь пушки и миномёты, а затем свой смертоносный огонь открыли японские пулемёты. Амфибии, плывшие в голове строя, начали постепенно гореть, одна начала тонуть от попадания снаряда.  — Чёрт! Япошки палят! Какого х*ра?!       Пулемётчики на амфибиях открыли огонь на подавление по берегу и пальмам на берегу, из которого летели японские трассеры и лупили миномёты. Рыжеволосый русский Павел передёрнул затвор крупнокалиберного «Браунинга» и открыл прицельный огонь короткими очередями. За вторым пулемётом стоял Хеллер, рядовой первого класса, тот стрелял очередями подлиннее, заливая берег огнём.  — Три дня же ровняли узкоглазых макак с землёй! Что, чёрт побери, пошло не так?! — возмущался кто-то.       Плывший слева чуть впереди LVT получил прямое попадание снаряда и взорвался, выпустив в небо яркое пламя, из него в разные стороны полетели трупы морпехов. Солдаты в амфибии Эванса пригнулись, лишь капрал Харрис остался стоять в полный рост, проследив за траекторией полёта тел.  — Всем пригнуться!!! — рычал офицер.       Слева и справа упали снаряды, поднялись волны брызг, которые обрушились на армтрак. Мехвод LVT лениво дотянулся рукой до люка и закрыл его. Пулемётчики продолжали вести огонь по берегу. На Белый пляж уже высадились первые морские пехотинцы, но они натолкнулись на ожесточённое сопротивление, некоторые из них погибли в первые же минуты, остальные залегли за камнями на мелководье или у брустверов на песке. Один из грузовых армтраков доставил на пляж «Шерман», но танк получил сразу три снаряда из японских ПТО** и остановился.       Впереди после прямого попадания пошёл на дно плавающий DUKW, на поверхности воды остались плавать окровавленные трупы морпехов. Амфибии постепенно приближались к пляжу под ураганным огнём. Стоять в полный рост было уже крайне опасно. А транспортёры с пехотой продолжали там и тут взрываться или загораться.  — Додзё на этот раз смогли организовать оборону! — крикнул радист, прикрыв рацию брезентовой накидкой.  — Раньше они яростно не огрызались! — заметил Павел, продолжая вести огонь из пулемёта.  — Тебя просто на Сайпане не было, русский! — ответил ему один из немногих морпехов в армтраке.       Рядом взорвалось ещё несколько снарядов, LVT качнуло волнами. В правом транспорте, где плыл Салливан, шальной пулей убило рядового, который высунулся из-за края борта чтобы сориентироваться на местности — бедняге просто снесло полголовы. Теперь и по броне амфибии Ларри застучали пули.  — Внимание! Впереди сильная и странная задымлённость! — сообщил из бронированной рубки командир армтрака.       Прямо по курсу чёрный дым от сгоревшего DUKW смешался с фиолетовым дымом, который странно клубился и образовывал некий полукруг. Ларри протёр глаза, думая, что ему мерещится. Он оказался таким не один.  — Это дымовые снаряды! Просто дым окрашен! Продолжать движение к берегу, мы почти у цели! — громко потребовал офицер у танкистов.       Оба «Браунинга» продолжали резво грохотать по джунглям, армтрак уверенно вошёл в дым вслед за плавающим танком LVT (A)-4, который плыл впереди. Едва бронетранспортёр вошёл в странное задымление, как вокруг поднялась туча брызг, видимость стала вообще нулевой, а все американцы почувствовали, как их тянет куда-то вниз.  — Что за хрень?!  — В нас попали?! Тонем!  — Чего орёшь, ты живой, значит не попали!  — Рядом накрыли!..       Для морпехов на берегу, которые пытались просочиться вглубь острова Пелелиу под плотным огнём было странным зрелищем исчезновение двух LVT с пехотой и одного плавающего танка. Но никто особого внимания этому не придал, списали на боевые потери…