Хитрость для лиса

      Матч Пуффендуй-Гриффиндор произвел на меня неизгладимое впечатление. Столько я еще не смеялась на квидичче. Наверное, удаление из команды самых сильных игроков, привело к такому краху. Уизли перед кольцами снова изображал из себя декоративное украшение. Худшего голкипера я еще в жизни не видела и к ужасу Орлы, я даже подпевала Слизеринцам, которые вопили на все поле «Уизли наш Король!»       Загонщики вообще отдельная история для анекдотов. Первый, умудрился, не только бить мимо бланжеров, но и один раз даже перепутал голову Джонс с бланжером, что по-мне, так они очень даже похожи, так что обвинять парня я не решилась. Второй, шарахался от бланжеров и игроков, как напуганный. А один раз даже завизжал, перекрывая хор голосов, когда на него нёсся Захария Смит.       В этой игре, отличилась только Джинни Уизли. Не скажу, что она потресающий ловец, но все же держалась на метле она неплохо, от бланжеров уворачивалась шустро и сократила унижение своей каманды до максимума, перехватив снич под самым носом Пуффендуйского Ловца. Двадцать минут смеха и к счастью Гриффиндора, в большей степени, перевес всего на десять очков.       Игра была ужасной, лицо Джонс было достойно холста и кисти. Столько негодования, ужаса и обреченности, даже у Роджерса на лице не было на тренировках. Не знаю, что именно повлияло на Чанг, но она наконец перестала шарахаться от бланжеров, как от чумных, портя всю картину игры команды. Охотник, что пришел на замену Орле, был не так уж и плох.       Но после игры я снова погрузилась в раздумья. То письмо, что передал наставник, по сути письмом не являлось. Это была куча вырезаных статей из газет. Для чего и зачем? Я так и не поняла. Снова загадка. Любимая игра наставника. Дать мне кусочки неполного пазла и наблюдать, за тем как я буду из них собирать цельную картину.       Откинувшись на подушки, снова оглядела одну из стен в «Гнезде». Клочки статей из газет, были приклеены к стене. Самый верхний заголовок гласит «Наследник Блэков обвиняеться в убийстве!». Сразу же под ней, еще один кричащий заголовок. «Визингамот приговорил Блэка к пожизненому заключению в Азкабане.» Загадка связана с Блэком. Но к чему тут более старые статьи. Маленькая заметка о помолвке Блэка с некой Элэйн Торчвуд. Имя мне было знакомо, но я не могла вспомнить где именно его слышала.       Снова заметка о Элэйн Торчвуд, маленький сухой некролог. Она умерла в июле 1982 году. И еще одна статья более ранняя. «Талантливый Колдомедик, Элэйн Торчвуд.» Только заголовок, ни статьи, ни фотографии. Вроде бы все очевидно, Блэк и Торчвуд были помолвлены, но свадьба скажем так логично, что не состоялась, а может и состоялась, но это не освещалось прессой.       Загадка? Каких пазлов не хватает? И почему наставник решил, что мне нужно ее разгадать? Снова обвожу статьи взглядом. Если верить рассказу Миссис Уизли, Блэк был осужден несправедливо и виноват во всем некий Питер Петигрю. Может быть загадка связана с этим? Найти истину в обвинение Блэка? Между обвинением и осуждением прошло всего два дня. За два дня Визингамот провел расследование и вынес приговор. Слишком уж быстро.       Недовольно встряхнув головой, откинулась на спину, смотря в потолок и чего я вообще снова это делаю? Почему наставник, вышел на связь? Что в этой загадке такого особенного? А если не загадка? Догадка обожгла мозг, заставив резко выпрямиться и посмотреть на стену уже другими глазами. Если это не загадка, а ключ?       Эти события — ключ к какой-то важной истории. Нужно найти недостающие кусочки головоломки. Я подпрыгиваю, под удивленным взглядом Орлы, которая подняла на меня взгляд, оторвавшись от книги, косаюсь заметке о помолвке. Раз кусочек и ниточка обрываеться, тут не хватает кусочка. Кладу вторую руку на заголовок статьи о Элэйн Торчвуд, и тут не хватает кусочков.       И все сводиться к некрологу и приговору Блэка. Что за тайна скрыта в обрывках этой истории. Прикусываю губу, отстраняюсь от стены. Нужно найти недостающие детали, собрать головоломку. Это уже даже дело, гордости и принципа, чем любопытства. Наставник бросил вызов, что ж, я его принимаю!       Но какой смысл? И снова в отчаение запускаю пальцы в волосы. У всех загадок наставника был смысл? Какой в этой? Как история Блэка и Торчвуд, связана со мной? Но как искать смысл, если я даже не понимаю, смысла действий собственного отца.       Мое нахождение в том же Хогвартсе? Безопасность? В это я уже давно не верю, может быть это и послужит ответом? Я снова посмотрела на вырезки из газет. Может быть здесь есть ответ и смысл не в самой истории Блэка и Торчвуд, а смысл в том, что стоит за самой историей, какие события еще произходили в это время.       Но где достать недостающие кусочки пазла? Где найти источник информации? Газеты. Я снова смотрю на стену. Газеты! Как же я могла забыть. Мадам Пинс сказала, что в Архиве храниться каждый выпуск «Ежедневного Пророка» с самого первого его издания. Вот, где я найду то, что нужно! — Ты куда? — Орла, все это время наблюдавшая за моими метаниями, приподняла бровь. — В библиотеку! — уже спускаясь по лестнице, ответила я.       Напугав Мадам Пинс, своим появлением, быстро узнала, где храняться все газеты и в полном ужасе оглядела огромный стеллаж. У меня нет и шанса. Сев на пол, обреченно вздохнула. Как в этой кипе газет найти то, что нужно. Облягчало жизнь лишь одно, они были рассортированы по годам. Тяжело вздохнув, передвинула лестницу и принялась за работу.       Не знаю, сколько часов у меня ушло на поиски, разбор газет, но сев рядом с грудой бумаги, чувствовала себя уставшей и вымотанной. Но нельзя сдаваться. Я близко. Вот она, статья о суде над Блэком и следом небольшие упоминания о суде над другими Пожерателями Смерти Малфои, Гоилы. Нотты. И… Северусе Снейпе. Сердце уходит в пятки. Профессор Снейп — Пожиратель Смерти. Переворачиваю газеты, одну за другой. Нахожу еще одну статью. Оправдан. Дамболдор предоставил докозательства службы против Темного Лорда. Шпион? Сложила статьи вместе. Но думать уже нет сил. Об этом хотел сообщить Наставник?       Нахожу еще одну статью. Пальцы уже дрожат, нехорошее предчувствие сжимает сердце. Первое, что бросаеться в глаза — фотография. На ней человек десять. Я узнаю маму, отца. Блэка, Снейпа. Удивленно читаю заголовок. «Межнациональная студенческая группа.»       Быстро пробегаю глазами по тексту. Группа была создана для обмена опытом и знаниями, в нее вошли лучшие студенты с разных направлений. Авроры, Колдомедики. Зельевары. Артефакторы. Неворозимцы или по-нашему, Мастера Проклятий.       Снова смотрю на фотографию. Мама стоит в центре. Все еще юная, удивительно задумчивая. С право от нее отец. Спокоен. Собран. С лево от нее Блэк. А рядом с Блэком. Девушка. Я с интересом ее разглядываю. Наверное, это и есть Элэйн Торчвуд. Но почему Блэк решил, что мы похожи? Ни капельки общего.       У девушки круглое личико, с пухлыми губками, чуть мендалевидными глазами. Общее только кудри. Она чуть ниже Блэка. С теплым, открытым взглядом. Растерянно откладываю газету в сторону. — Мисс Крам, — над мной суровой тенью замирает Мадам Пинс. — Время Ужина. — Правда? — я удивленно смотрю на часы. — Мадам Пинс, можно оставить пока все как есть, я как только закончу все верну обратно? — И зачем вам понадобились эти старые газеты? — удивленно ворчит женщина, но согласно кивает. — Ступайте, Мисс Крам!       Мы выходим из «подсобки» вместе. Женщина подходит к своей стойке, я же спешу выйти в общий читальный зал. Меж стеллажей виден стол, за ним сидят Кэтти и Эрик. Они о чем-то спорят, тыкая пальчиками в книги. — Мисс Крам, — женщина взглянула на меня поверх очков. — Пока не забыла, ваша оплата!       Я удивленно смотрю на кожаный мешочек, и в правду, за работу мне ж платить должны были. Нерешительно смотрю на деньги, оглядываюсь на Эрика и Кэтти, поворачиваюсь к женщине и кладу мешочек перед ней. Она удивленно приподняла брови. — В Хогвартсе же есть фонд, для студентов-сирот? Я бы хотела, чтоб моя оплата шла туда, — я смотрю на женщину внимательно. — Что ж, — женщина неожиданно тепло улыбнулась. — Вам следует зайти к Профессору МакГонагал, она занимается этим вопросом. Очень достойный поступок, Мисс Крам. Ступайте.       Я киваю, оглядываюсь назад, Эрик и Кэтти все так же спорят. И я понимаю всю правильность своего поступка. Это конечно гроши, сущие копейки, но это заработаные именно мной деньги, а не взятые из семейного сейфа. Улыбнувшись, позвала ребят на Ужин, спрятав в карман джинс кожанный мешочек. За столом я едва усидела, и стоило Профессору МакГонагал покинуть преподавательский стол, поспешила следом за ней. Нагнав ее уже в коридоре, поравнялась, вежливо здороваясь. — Мисс Крам, что-то случилось? — женщина удивленно меня оглядела. — Нет, Профессор, это на счет фонда для сирот, — я набрала в грудь побольше воздуха. — Что ж, идёмте в мой кабинет, Мисс Крам, — женщина заинтересованно на меня посмотрела.       Оказавшись в кабинете, женщина указала на стул, придвинула вазочку с печеньем поближе к мне. Медленно опустилась в кресло и взглянула на меня. — Вы что-то хотели узнать, Мисс Крам? — Вы ведь знаете, что я работаю ассистентом у Мадам Пинс, ежемесячно мне полагается пять геллионов оплаты, и я бы хотела, чтобы эта сумма сразу же отчислялась в фонд для детей. Я понимаю, это со всем не деньги, но… — Мисс Крам, — женщина улыбнулась. — Я удивленна вашим желанием и с радостью помогу вам в этом не хитром деле.       Я тут же выложила мешочек со своей оплатой на стол, заполнила договор о перечесление моей оплаты в фонд. МакГонагал, покивала и улыбнулась. — Это очень достойный поступок, Мисс Крам, могу ли я узнать, что натолкнуло вас, на это? — В Когтевране учатся двое сирот, и я очень привязалась к ним, Профессор МакГонагал, я бы хотела как-то им помочь, но боюсь, что попытку помогать напрямую, дети воспримут как жалость, и это испортит наши отношения, — я облегченно выдохнула, наконец -то высказавшись. — Похоже детям очень повезло, обрести друга в вашем лице, — женщина снова улыбнулась. — Спасибо, Профессор, — я кивнула, поднимаясь. — Мисс Крам, — женщина остановила меня у двери. — Так как официальным опекуном детей в школе является Профессор Флитвик, вы могли бы получить у него разрешение забрать детей на летние каникулы к себе.       Сердце радосно екнуло в груди. А ведь и правда. И тогда им не придеться возвращаться в приют. Нужно узнать у отца. Если он будет не против, то Эрик и Кэтти, больше не вернуться в приют. Никогда. До гостиной я почти бежала, влетев в нашу спальню, быстро достала невидимые чернила сваренные Уизли. Написав послание отцу. С обратной стороны, написала какую-то ерунду, о том что скучаю и сожелею о том, что пишим мы друг другу редко. Мунина снова не было в комнате. Заглянув в комнату к Кэтти, удивленно оглядела пустую кровать. В гостиной ни Кэтти, ни Эрика. Но Ужин давно закончился.       Заглянув в комнату Эрика, нахмурилась еще сильнее. Эрика тоже не было. Может быть вернулись в библиотеку. Убрав письмо в карман, поспешила в библиотеку. Мадам Пинс, удивленно ответила, что ребята ушли буквально пару минут назад. Выйдя из библиотеки, едва успела пригнуться. Мунин тревожно каркая, взвился под потолок. — Веди!       Мунин стремительно полетел вперед, свернул в боковой коридор, ведущий со всем в противоположную сторону от гостиной Когтеврана. Толпу ребят я заметила только через пару минут, в темной части коридора. — Тупая грязнокровка! — закричал мальчик, наверное, со второго курса Слизерина. — Не смей ее так называть! — закричал Эрик, толкая мальчика в грудь. — А ты думаешь лучше! — засмеялась девочка, ударяя Эрика ладошкой по лицу. — Грязнокровки! — А ну, замолчали! — мой голос заставил всех ребят тут же примолкнуть и напуганно на меня посмотреть. — Кто это у нас тут, — от стены отлепилась Паркинсон. — Не мешай деткам играться! — Ты же староста, Паркинсон, — от удивления и недоумения все дельные мысли из головы вылетели. — И что? Это же дети, — усмехнулась Паркинсон, так, словно на ее глазах не унижали двух детей. — Эрик, Кэтти, — я протянула к детям руку. — Немедленно идите сюда! — Стоять! — фыркнула Паркинсон. — Или оштрафую! — Обалдела? — я сжала кулаки, чувствуя, как в груди поднимаяеться злость. — Только попробуй, Паркинсон. — Драко будет интересно узнать, о том, что его любимая Когтевранка, защитница грязнокровок, — мерзкая ухмылочка на лице девушки вызвала отвращение. — Да хоть сам Темный Лорд, заодно поинтересуйся у родителей, как у благородного рода Паркинстонов, родился такой выродок, как ты! — усмехнулась я, сжимая ладошку Эрика и подталкивая Кэтти вперед. — Тварь! — истерично взвыла Паркинсон. — Секо!       Я только и успела, что оттолкнуть Эрика в сторону. Заклятие обожгло плечи, шею, щеку. Прижав ладонь к лицу, с удивлением почувствовала, как по пальцам бежит кровь. Моя кровь. Кэтти напуганно вскрикнула. Эрик выхватил палочку. Я все еще удивленно перевела взгляд, на довольную собой Паркинсон.       Ярость оглушила. Моментально диким лютым зверем взвыв внутри. Выброс сформировался моментально, полыхнув синим перед глазами. Паркинсон просто швырнуло в стену, словно ее снес с ног несущийся паровоз. — Какого хера… — мысль сформировать Малфой не успел, оглядев Паркинсон перевел взгляд на меня.       Выброс забрал остатки сил, что ее позволяли мне стоять. Я осела, колени больно ударились о пол. Малфой, бросился ко мне, стянул через голову темно-зеленый свитер. Прижал к плечу и шее. Его взгляд напуганно метался по коридору. — Бегом за Профессорм Снейпом! Немедленно!       Топот двух пар ножек стал ответом. Малфой, же помог сесть, облокотовшись на стену. Слабость накатывала волнами, а от кончиков пальцев медленно полз холод. Малфой, зажал рану сильнее. Заставив застонать меня от боли. — Потерпи. Викки, потерпи, — он прикусил губу, глубоко вздохнул. — О Мерлин! Тебя трясет!       Но я этого не чувствовала. Конечности словно онемели от холода, мир качался, расплывался. Я попыталась поднять руку, но она не послушалась. А попытка движения отозвалась дикой болью в плече, шее. Малфой, тревожно оглядывается. — Что у вас случилось? — в коридоре устрашающей тенью появляеться Профессор Снейп и увидев нас выдает такую залихватую речь, что даже в таком состояние я прихожу в удивление. — Мистер Малфой в сторону! Что с Мисс Паркинсон? — Я не знаю, но у Викки не было в руках ни палочки, ни посоха! — Мисс Крам? — Профессор осторожно косается поврежденной щеки, недовольно хмуриться. — Будет больно, вы готовы? — Нет, — я пытаюсь качнуть головой. — Не так! — Мисс Крам? — Профессор удивленно смотрит на меня. — Отойдите, — я пытаюсь оттолкнуть руки мужчины. — Отойдите! — Мисс Крам, вам нужна помощь! — Отойдите! — почти кричу я, чувствуя, как силы покидают меня.       Профессор удивленно отшатывается. Нужно просто сосредоточиться, сконцентрировать магию на краях раны, это ведь заклятие. Оно схоже с Сектумсемпрой. Палочка скользнула в левую руку. Нужно просто позвать. Закрыла глаза, вдох, и плевать что больно, выдох.       Взмах, ведя вдоль тела. От плеча к шее, от шеи к щеке. Магия, щиплется, искорками скачет по коже. Вот так. Уронив руку, облегченно выдохнула. Профессор, удволитворенно кивнул. — Хоть для вас, наши занятия не проходят даром, Мистер Малфой, сопроводите детей до их гостиной, я жду вас в своем кабинете! И уберите здесь все!       Мужчина подхватил меня на руки, слабость никуда не делась, как и боль. Профессор, поспешно спустился в подземелья, с ноги открыл дверь в свой кабинет и опустил меня в кресло. Ощупал место ранения, удовлетворенно хмыкнул. — Хорошая работа, останеться тонкий шрам!       Он отошел к стеллажу с зельеми, зазвенел флакончиками. В губы ткнулся бокал. Послушно осушив его, заглянула в темные глаза. Как он стал Пожирателем Смерти? Почему? — Что-то не так, Мисс Крам? — Нет, — я качнула головой стараясь устроиться по удобней в кресле. — Просто устала. — Вы потеряли много крови, Мисс Крам, — Профессор сново отошел к стеллажу, загремел скляночками. — Что стряслось с Мисс Паркинсон? — Выброс, — поджав колени к груди. — Она атаковала, я ответила. — Вы можете контролировать стихийный выброс? — мужчина удивленно повернулся ко мне. — Это впервые, когда мне удалось его направить, раньше страдало все хрупкое вокруг. — Пейте, это Кровяное зелье, оно востановит потерю, — мужчина толкнул в руки железный кубок. — Что ж, — мужчина устало опустился на стул. — Я должен сообщить вашему декану о наподение на вас. Думаю Мисс Паркинсон будет исключена из Хогвартса, за нападение. — Не нужно, — я прикрыла глаза. — Амбридж только обрадуеться этому обстоятельству, чтобы усилить давление на преподователей и Хогвартс. Может быть ей стоит мыть котлы до самых летних каникул? — Мисс Крам, это могло стоить вам жизни, — Профессор выпрямляется на стуле. — Профессор Снейп, — я поднимаю взгляд на мужчину. — И отцу тоже не нужно знать! — Мисс Крам, я ваш опекун и должен сообщить вашей семье о случившемся! — Пожалуйста, Профессор! — если отец узнает, что я вязалась в неприятности, он может и отказать мне в прозьбе забрать Эрика и Кэтти на лето, а я не могла этого допустить. — Пожалуйста. — Будь по вашему, — мужчина недовольно поджимает губы.       Раздался стук в дверь и не дожидаясь ответа в кабинет, вошел Малфой. Он внимательно посмотрел на Профессора, кивнул и перевел взгляд на меня. Я слабо улыбнулась парню, и он облегченно выдохнул. — Мистер Малфой, позаботесь о Мисс Крам, кажется, она сейчас не в состояние добраться до гостиной. — Как скажете, Профессор, — кивнул Малфой, помогая мне встать и приобнимая за плечи. — Мисс Крам, надеюсь вас не смутит провести ночь в компание Мистера Малфоя. — Думаю, я могу доверить свою честь Мистеру Малфою, — усмехнулась я. — Рад, — кивнул мужчина. — Утром я провожу вас в вашу гостиную. — Благодарю за помощь, Профессор Снейп, — кивнула я.       Гостиная Слизерина, была другой. Если между другими гостиными было сходство, то эта выделялась. В темных окнах, выходящих прям в озерную гладь не возможно было ничего разглядеть. В гостиной было много света, но все же не достаточно, чтобы разогнать из углов затаившиеся тени.       Тут было прохладно и сыро, почему-то эта гостиная напомнила дом Блэка. Словно пещера. Малфой не дал окончательно раглядеть все вокруг и повел в свою комнату. Оказывается, староста Слизерина имеет отдельную комнату и ни с кем не соседствует.       Усадив меня на край двухспальный кровати, плотно придвинутой к стене одним боком, Малфой внимательно меня осмотрел, заметив, что меня чуть-чуть потряхивает от холода, заботливо укутал клетчатым пледом. — Ты как? — тихо спросил парень отходя от кровати. — В шоке, — чесно призналась я. — Держи, — Малфой протянул мне стакан, на дне которой плескалась темная жидкость. — Огневиски? — понюхав жидкость, удивленно взглянула на парня. — А кофе нет? — Пей, — он требовательно на меня взглянул. — Малфой, нельзя, будут последствия, — я толкнула стакан обратно парню в руки. — У меня и так магия не стабильна, так еще и память отшибет! — Хорошо, найду тебе кофе, — опрокинув в себя напиток, парень направился к двери. — Драко, — парень вздрогнул. — Дети в порядке? — Да, я передал их Свирк, думаю, она из сумеет успокоить, — парень взялся за ручку двери. — Отдохни пока. — Хорошо, — я кивнула, сбрасывая на пол ботинки и подтягивая колени к груди.       Надеюсь после такого удара Паркинсон цела, хотя я все еще была зла на нее, но все же волновалась. Она конечно еще та стерва, но все же живой человек. Перебравшись к изголовью кровати, облокотилась спиной на подушки, все еще обнимая колени руками. Я ведь даже не успела испугаться, а было чему. Коснувшись пальцами шеи, тяжело вздохнула. Еще бы пара сантиметров и она бы повредила артерию.       И Эрик, его ведь могло тоже зацепить. Я даже не хотела себе представлять, чтобы со мной случилось, если б Эрик пострадал. Я б убила Паркинсон. Мысль о том, что я готова убить кого-то, заставила вздрогнуть. И эта мысль была не просто эмоциональным порывом, а решение здравого, хоть и шокированного, мозга. И впервые я знала, что не дрогнула бы.       Вытащив посох из волос, убрала в чехол и запустила пальцы в волосы. Собственный настрой мне не нравился. Слишком уж мрачные мысли в голове. Главное сейчас, что все обошлось. Я цела, хоть и немного в шоке, Эрик цел, Паркинсон хоть и покалеченная, тоже жива. С остольным разберусь потом.       Встав с кровати прошла к зеркалу. Кровь запеклась сухой корочкой на коже, мешая рассмотреть, что осталось от заклятия. Стянув свитер, теперь его только выкинуть, бросила прям на пол. Ванная оказалась сразу за гобеленом. Думаю Малфой простит мне изъятие из его гардероба рубашки. Взяв первую попавшуюся из шкафа, ушла в ванную.       После душа, застегивая рубашку, недовольно осмотрела лицо в зеркале. От середины скулы, вниз по шее, по ключице и плечу, шла тонкая красная линия. Словно начерченая красными чернилами. Слишком заметная на светлой коже. Надеюсь шрам со временем побледнеет. Подвернув рукова рубашки, аж несколько раз вышла в спальню. Малфой уже сидел на кровати и держал две кружки в руках. Осмотрев меня, усмехнулся. Подойдя к парню, забрала одну кружку и сев рядом, сделала большой глоток. Черный кофе без сахара обжег горло непривычной горечью. — Сахар закончился, — заметив мое кривляния, улыбнулся парень. — Сойдет, — вздохнула я. — Спасибо. Думаю, мне лучше вернутся в гостиную. — Уже поздно, — Малфой указал на часы. — И тебе лучше отдохнуть.       Я кивнула, признавая его правоту, хотя ночевать с ним в одной комнате было достаточно смущающим. С Герой было проще. Мы привыкли к друг другу с детства и в Думстранге, я часто могла уснуть в его комнате. Малфой же был для меня, посторонним, хоть и знакомым. — Ложись, я догворился с Ноттом, его комната напротив, я буду спать там, — Малфой поднялся с кровати. — Прости, — я виновато улыбнулась. — И еще раз спасибо! — Все хорошо, Крам! — мягко улыбнулся парень. — Викки, — улыбнулась я. — Спокойной ночи, Викки, — кивнул парень. — Спокойной ночи, Драко, — кивнула я.       Парень вышел, я устало огляделась, хотя сна не в одном глазу. Вздохнув, забралась под одеяло. Палочка скользнула в руку. Приглушив свет, обняла подушку. Она пахла Малфоем. Какой-то дорогой парфюм. Цитрусы, хвоя. Словно, что-то рождественское.       Сон не шел, я снова и снова прокручивала в голове случившееся и не понимала злости Паркинсон. А она именно ненавидела меня. Так сильно и яросно. Навряд-ли те мелкие пакости, что я ей ученила, могли стать причиной такой ненависти. Крутанувшись на кровати, уставилась в потолок. Может быть причина в Малфое?       Ведь Патил говорила, что-то о ее влюбленности в Малфоя. Ревность? Но мы ведь просто общаемся, может быть Паркинсон, знает что-то, что не знаю я, об нашем общение с Малфоем. Фыркнув, поморщилась бред. Малфой хоть и засранец, оправдывать я его не пыталась, но ведь ко мне он относиться хорошо, так что остальное меня мало волновало.       Мы хоть и разходились во многом в мнениях, но Малфой не требовал от меня сменить мою позицию, а я не навязывала ему свою. Нейтралитет нас обоих полностью устраивал. В те недолгие разговоры, что произходили в библиотеке. Мы обсуждали, все что угодно, кроме наших жизненых позиций.       Не смотря, на все свои высокомерные, аристократические замашки, Малфой был достаточно умным и приятным собеседником. Общение с ним не напрягало меня, не раздражало, хотя иногда хотелось отвесить этому маглоненавидцу пару затрещин, когда наш очередной спор вдруг переходил на маглов. Но чаще всего, Малфой сам тут же менял тему, на что-то другое. Он ненавязывал мне свое общество, в отличие от Уизли. Уизли. Я все чаще и чаще, в собственых мыслях возвращалась к парню. Он раздрожал. Но как-то странно, точнее меня уже раздрожал не сам Уизли, а моя реакция на него. Мурашки по коже от случайных прикосновений, трепет в груди. Снова покрутившись в кровати, обречено вздохнула.       Я так до сих пор не избавилась от навящевого вопроса в своей голове. Фред или Джордж? Может уже стоит просто выяснить этот факт, найти способ различать двух этих рыжих болванов и успокоиться? Сев на кровати, недовольно фыркнула. Я уже давно знала, что они разные. Но кто из них кто, так и не поняла.       Тот от которого пахло, корицей и кофем. Имел, тонкий бледный шрамик на лбу, копия моего. При трансгрессии, мы ударились обо что-то. Рана от зелий Роксаны затянулась быстро, но все же едва заметный след остался. И глаза у него чуть ярче, чем у брата, а еще на правой руке, у основания большого пальца есть небольшой шрамик.       Закатив глаза, в шоке от собственных мыслей, упала на подушку. Утенувшись в нее лицом, тяжело вздохнула. И что за бардак в голове. Покрутившись еще немного, снова уставилась в потолок. То что случилось с Эриком и Кэтти в коридоре, не должно больше повториться. Они должны уметь за себя постоять. Похоже в нашем маленьком кружке, будет прибавление. Улыбнувшись собственным мыслям, наконец-то сумела провалиться в сон. Но он был каким-то беспокойным. В начале я оказалась в коридоре школы, где на меня почему-то орала Паркинсон, потом пришел Малфой и выкинул девушку из окна. А потом Хогвартс наводнили рыжие, и мы уже вместе с Малфоем, спасались от них. И присниться же такая глупость!