Stripper

Чонгук припарковал свой автомобиль у дома Пака и окликнул его, говоря, что они уже приехали. Но старший не отзывался, поскольку уже давно провалился в сон, склонив голову набок и что-то бормотал во сне. Чонгуку даже жалко было его будить, ведь Пак оказался таким милым, когда спит. И Чонгуку стало немного неприятно от того, что после той ночи он тоже мог бы наблюдать такую картину утром в своей постели, если бы не повёл себя, как последняя свинья. Но ошибки прошлого не исправить, но зато можно выложиться на все сто в настоящем, что собственно, Чонгук и пытался сделать. Потому что этот парень разрушил все его убеждения и стереотипы. Чонгук смотрел на спящего Пака и думал, чем же он подкупил его, заставив превратиться в нормального и заботливого юношу, а не холодного и грубого мажора. Возможно, своей неприступностью? Хотя, вряд ли это определение подойдёт с точностью на сто процентов. Тогда чем? Определённо своим поведением и какой-то новизной, с которой Чонгуку раньше не доводилось сталкиваться. Ведь будучи красивым да и ещё богатым, Чонгук не имел отбоя как и от девушек, так и от парней. Поэтому не удивительно, что он привык брать всё, что ему приглянулось, ведь зачастую это «всё» с радостью само отдавалось в его ладони, беспрекословно выполняя все его пожелания. И это осознание вызывало в голове Чонгука определённый коллапс, потому что Пак ведь отдался ему, хоть и до этого избегал его. Он был страшно неумел и смущался от каждого прикосновения, что Чону на миг показалось, что он у него первый, ведь его горящие алые щеки и глаза, в которых таилось что-то невинное так заводили. И получив своё, Чон действительно отказался от Пака, стараясь его теперь избегать. Наверное, это уже было привычкой у Чонгука, ведь он никогда не спал с одним и тем же человеком дважды, а тут словно молния, которая со всей дури прошибла Гука и заставила его изменить свои привычные принципы. Ведь ему захотелось обладать этим прекрасным телом вновь и вновь. И не только телом. Ему захотелось узнать этого парня поближе, понять, что происходит у него в голове, чем он живёт. И с одной стороны это пугало Чонгука, словно какого-то малого школьника, который очень сильно желал пригласить понравившуюся девочку на свидание, но до жути боялся отказа. Пугало, потому что у него никогда не возникало подобного желания узнать саму душу человека, а не только разложить его где-то на горизонтальной поверхности. Пака тоже хотелось разложить на горизонтальной поверхности, только попутно спрашивая о любимом фильме и вкусе мороженного. И это загоняло Чонгука в угол, делая его тем самым робким школьником. Он влюбился, определённо влюбился, вот только эта мысль его пугала до жути. Ведь такие слова, как: «Чон Чонгук» и «влюбиться» в одном предложении никогда не использовались. Но всё ведь когда-то случается и то, что сердце Чон Чонгука будет принадлежать светловолосому милому парню тоже должно было когда-нибудь случиться. Чонгук смотрел на спящего Чимина уже минут десять, но понимая, что он так вечность сидеть не может, решил всё же разбудить Пака, который почти свернулся в клубок и мило посапывал. Вот только разбудить его оказалось задачей не из простых. Сначала Чонгук просто пытался его растормошить, но Пак никак не просыпался, продолжая бурчать что-то не членораздельное. Позже назвал его имя раз десять, слегка повысив тон, но Чимин похоже решил, что это имя ему больше не принадлежит, поэтому никак не реагировал на старания Чона. Чонгук уже думал просто отнести его в квартиру, но вот не задача — её номера Чон ведь не знает, а у Чимина её сейчас тоже не спросишь. И что делать? Просыпаться Пак не намерен, номер его квартиры Чонгук тоже не знает, а оставить его в машине тоже как-то не комильфо. Напрашивался только один вариант — везти его к себе домой. Поэтому Чонгук завёл мотор и выехал на дорогу, думая, что Чимин явно удачно пошутил про «ещё не в тот дом затащишь». Спустя несколько минут, Чонгук был уже около своего дома и парковался неподалёку. Он взглянул на Чимина, который так и не проснулся и устало вздохнул, понимая, что наутро он точно отхватит от старшего. Но ведь ничего другого не оставалось, поэтому Чон вышел из машины и аккуратно вытащил оттуда Чимина, беря его на руки. Пройдя несколько метров, он подошёл к дверям подъезда и с трудом открыл её с н-го раза, ведь открывать двери со спящим человеком на руках немного тяжело, конечно, если это не младенец. А Пак младенцем не был, хотя был также мил. И орал тоже без причины, вот прям, как тот же самый младенец. Чонгук негромко засмеялся от собственных мыслей и зашёл в лифт, нажимая на кнопку. Доехав до нужного ему этажа, Чонгук вышел из лифта и принялся пытаться открыть дверь своей квартиры. Помучавшись несколько минут, ему всё же удалось открыть эту ненавистную на данный момент дверь и зайти в свою квартиру. За время всех этих манипуляций Пак даже и ухом не повёл, удобно умостившись в сильных руках Чона и положив ему голову на накаченную грудь. Чонгук улыбнулся, смотря на Пака и стянув свои кеды с помощью пяток, Чон направился к себе в спальню, чтобы наконец-то уложить Пака поудобней, да и дать передохнуть рукам, ведь может Пак был мил и орал, как младенец, но вот весом точно отличался. Дойдя до спальни, Чон аккуратно положил Чимина на кровать и облегчённо выдохнул. Тот лишь что-то опять пробормотал и свернулся в клубочек. И только сейчас Чон понял, какой он идиот, ведь сам-то он разулся, но вот с Пака обувь снять забыл, и положил его на кровать прямо в обуви. Выругавшись и стукнув себя по лбу, Чонгук принялся снимать обувь с Чимина и отнёс ботинки в прихожую, где поставил их около своих. Мельком посмотрев на висящие часы на стене, Чонгук задался вопросом, почему время так быстро летит, ведь уже было почти два часа ночи. И только после того, как Гук взглянул на время, он понял насколько сильно он устал и хочет спать, поэтому поплёлся обратно в свою спальню. Он окинул взглядом спящего Чимина уже в сотый раз и подошёл к нему, раздумывая, как же его переодеть, чтобы он не проснулся и не начал материть тут всё на чем свет стоит. Вытащив из шкафа футболку подлиннее, Чонгук развернулся лицом к Паку и вздохнул, понимая, что влетит ему утром знатно. Но это будет утром, а пока этого алкоголика, которого вырубает после одного бокала вина, нужно уложить в тёплую постель. Подойдя к спящему Чимину, Гук принялся аккуратно снимать худи, под которым пряталось накаченное тело. Погипнотизировав накаченный торс, Чонгук принялся снимать с Чимина джинсы, которые он успел проклясть около ста раз, ведь сниматься они совершенно не желали. Наконец-то сняв с Чимина одежду, Чон облегчённо выдохнул и одел его в свою большую футболку, которая была Паку до середины бёдер. Похвалив себя, Чонгук тоже быстро переоделся, точнее, как переоделся, просто снял с себя всю одежду, ведь предпочитает спать в одном нижнем, а бывает и без него. Но решив не шокировать Чимина своим видом поутру, Чон лёг в постель в трусах. Он забрался под теплое одеяло, и обняв Чимина быстро провалился в сон, думая, что эта ночь была прекрасна.

***

Первое, что Чимин учуял по утру, так это приятный запах одеколона, который дразнил его обоняние. Вторым было приятное тепло и Чимин от чего-то был уверен, что это тепло исходило явно не от одеялка. Ну, и третьим неожиданным сюрпризом, когда Пак открыл свои глаза был Чонгук, от которого собственно и исходил запах приятного одеколона и тепла. Глаза Чимина резко округлились и он приподнялся на локтях, чуть не заехав Чонгуку своим плечом по носу. Пак пытался сложить картинку вчерашнего вечера, но последним его воспоминанием было то, как он сел в машину Чонгука. А больше Пак, как бы не пытался, вспомнить не мог. Поэтому лучшим способом восстановить свои воспоминания была попытка разбудить Чон Чонгука, который притащил его в свою квартиру, не спрашивая разрешения. — Чон Чонгук! Немедленно вставай! — Чимин начал тормошить Чонгука, чтобы тот проснулся. — Что? Что? — Чонгук с трудом открыл глаза, пытаясь сфокусировать своё зрение на недовольном Чимине. — Объяснись! Какого чёрта я делаю у тебя в спальне! — Чимин приподнял одеяло, — Господи! Ты ещё и в одних трусах! — Пить не умеешь, вот потом и оказываешься в чужих спальнях, — сонно произнёс Чонгук, поворачиваясь к Чимину спиной. — А…Что?! — Чимин опешил от таких слов, — Ладно! Хорошо! — Пак попытался встать с кровати, намереваясь уйти прочь, но сильные руки Чонгука не дали ему этого совершить, обратно укладывая в кровать и прижимая к своему телу. — Куда ты собрался? — произнёс Чонгук, обнимая Пака со спины. — Домой, — уже более тихим тоном произнёс Чимин, ведь он буквально млел в руках Чонгука. — Домой попозже пойдёшь, — прошептал Чонгук на ухо Паку, позже кусая его. — Так! — похоже к Чимину вновь вернулся его боевой дух, — Ты мне объясни нормально, какого я у тебя дома делаю, — сказал Пак, отодвигаясь от Чона и недовольно смотря на него. — Господи, — Гук закатал глаза, — Ты вырубился у меня в машине, а разбудить я тебя никак не мог, вот и пришлось везти тебя к себе. — Но можно же просто было открыть мою квартиру моим же ключом, — произнёс Чимин. — А я разве знаю, где именно находится твоя квартира? Я у Намджуна таких подробностей не спрашивал, — ответил младший, выгибая бровь. — Чёрт, — выругался Пак, понимая, какой он идиот. — Да ладно, я в принципе не жалуюсь, — произнёс Чонгук, ухмыляясь. — Ой, да иди ты, — сказал Пак, ударяя Чона ладонь по плечу. — Куда мне идти? — поинтересовался Чонгук, приближаясь к Чимину и целуя его в щеку. — В ванную! — выкрикнул покрасневший Чимин, прячась с головой под одеялом. — Как скажешь, — улыбаясь произнёс Чонгук и встал с кровати, — Кстати, — Чон остановился в дверях, — Если хочешь, то можешь ко мне присоединиться. — Чон Чонгук! — крикнул Чимин, всё так же находясь под одеялом. — Что ты говоришь? Да? — спросил Чонгук, приближаясь к постели и раскрывая Чимина. — Верни мне одеяло! — Говоришь, что не против? — смеясь сказал Чон, — Ну, твоё желание для меня закон, так что пошли, — Гук закинул Пака себе на плечо и направился в ванную. — Чонгук, ты что творишь! — произнёс Пак, пытаясь отбиваться от Чона, но его похоже, это никак не задевало, — Немедленно поставь меня на ноги! Ты ведь обещал, что не тронешь меня без моего на то согласия или у меня плохо со слухом? Эти слова заставили Чонгука притормозить, ведь он действительно тогда пообещал Чимину, что не тронет его. — Ладно, — вздохнул Чонгук, ставя Пака на ноги. — Отлично, — произнёс Чимин, — Ты там не утопись, пока будешь мыться, а я на кухню, — Чимин улыбнулся Чонгуку и развернувшись, пошёл в сторону кухни, виляя аппетитной задницей. — Боже, дай мне сил, — простонал Гук, заходя в ванную и опуская взгляд на свой стояк.