Stripper

Прошло уже ровно две недели с того момента, как Чонгук предложил Чимину начать встречаться. Правда, встречались они пока только неделю и два дня, поскольку Чимин решил не упускать такой шанс и потрепать нервы младшему в отместку за то, что Чон ему все его нервы испортил. И решив, что помучал младшего достаточно, Пак всё же дал своё согласие. И если бы Чонгуку сказали ещё полтора месяца назад, что он будет так рад этому, то он бы просто презрительно посмотрел на этого человека, ведь Чон Чонгук ни за кем не бегает и тем более не ждёт днями чьего-то согласия. Но с Чимином было всё по другому. Заветное «да» от этого парня он готов ждать хоть вечность, ведь он просто напросто влюбился в этого светловолосого милашку и ничего не может с этим поделать. Его это конечно, немного пугало, ведь похожих чувств он никогда не испытывал и не знал, что делать, как себя вести и так далее. Но похоже, что Чимин его всё-таки кое-чему научил, ведь Чонгуку теперь даже в голову не приходит распускать руки и он смиренно ждёт, пока Чимин сам на это согласится. Ведь ему было стыдно, когда он вспоминал, как именно начинались их отношения и от этого чувствовал себя полнейшим идиотом и иногда даже не понимал, как Чимин не послал его куда-подальше. Может сработало то романтическое свидание? О, Чонгук до сих пор вспоминал тот вечер с глупой улыбкой на лице. Всё было так романтично, правильно и Пак был таким мягким, спокойным и почти не колючим. Это определённо было их лучшее совместное время препровождение. И Чонгук думал, что ему стоит поблагодарить Намджуна за эту идею, но всё равно постоянно об этом забывал. Вот только был один минус — работа Чимина. Чона всё устраивало, но лишь до того момента, пока Чимин не стал его парнем, ведь это в корне меняло ситуацию. Гук просто приходил в бешенство, когда ловил похотливые взгляды на Паке. Но старался себя контролировать и не дёргаться лишний раз, в чём ему помогали друзья, в очередной раз усаживая на место, когда Чон снова порывался заехать «вон тому козлу». С каждым разом становилось всё труднее и труднее, ведь Чонгук собственник до мозга костей и если что-то было его, то значит никому на это нельзя ни смотреть, ни дышать, ни трогать и вообще переехать на другой континент подальше от его прелести. Но с Чимином так не прокатит. Конечно, можно попытаться переселить всю Корею куда-то в Африку или Гренландию, но уж больно затратно получится. Поэтому Чонгук сейчас был в страшном замешательстве и не выходить из себя становилось всё труднее. С одной стороны он понимал, что это личная жизнь Пака, его выбор и так далее. И он не вправе ему что-либо запрещать. Это его жизнь и работа, которая приносит ему хороший доход. Нет, Чонгук мог бы конечно, осыпать Пака золотом, бриллиантами и так далее по списку, но от чего-то был уверен, что Пак заставит это золото и бриллианты его сначала съесть, а потом демонстративно хлопнет дверью и больше не вернётся. А этот вариант Чонгуку не особо нравится, поэтому ему срочно нужно было что-нибудь придумать. Вот только что? Пак ещё учится и работать по профессии начнёт только где-то через десять месяцев, а это довольно долгий срок. Из-за этого Чонгук постоянно ходил напряжённый и думал, думал, думал, как ему выйти из этой ситуации. Они знакомы не так долго, поэтому он не может распоряжаться жизнью Чимина и указывать ему, что делать. Но с другой стороны, ему уже так сильно кулаки чешутся, когда он вспоминает эти взгляды на его парне, что аж стенку в пыль раскрошить хочется. — Чонгук-и, снова ты хмурый. Что случилось? — спросил Чимин, присаживаясь с парнем, пока у него ещё оставалось время до выступления. — А? Что? — Чонгук не сразу вынырнул из своих мыслей, продолжая прокручивать у себя в голове очередной клубок мыслей. — Спрашиваю, чего ты такой хмурый? — повторил Чимин, глядя Чону прямо в глаза. — Я? Я не хмурый, просто задумался, — ответил Чон, беря Пака за руку и поглаживая своим большим пальцем его ладонь. — Чонгук, я же не идиот. Ты всегда такой, когда у меня смена в клубе. Ревнуешь? — поинтересовался Чимин, поднимая бровь. — Да, ревную, — произнёс Чон, понимая, что смысла врать всё равно нет. — Чёрт, — произнёс Пак, откидываясь на спинку дивана, — Но ты же понимаешь, что это моя работа и не больше? Тебе незачем меня ревновать. — Я знаю, но всё равно не могу с собой ничего поделать, — внезапно Чонгук почувствовал, как Чимин положил свою голову ему на плечо и вздохнул. — Хотя с другой стороны, это даже приятно, — промурлыкал Чимин, — Меня ещё никто никогда не ревновал. — Ага, пусть вот только попробуют… — пробубнел Гук, всё также держа руку Чимина в своей. — Ладно, мне нужно идти готовиться, — произнёс Пак, вставая, но он на секунду остановился, и наклоняясь, быстро шепнул Чону на ухо: — Если что, то сегодня этот танец только для тебя, — Чимин улыбнулся и быстро скрылся из поля зрения Чонгука. — Хм. Для меня… — произнёс Чонгук, глупо улыбаясь. Все последующие двадцать минут Чонгук просто просидел в ожидании, иногда отвлекаясь на свой смартфон или просто наблюдал за происходящим в клубе. Ему страшно не хотелось, чтобы на его полуголого парня глазел кто-нибудь ещё. Ведь мало ли, найдётся Чон Чонгук№2 и что тогда делать? Но Чон не успел додумать одну из миллиона своих гениальных мыслей, ведь свет внезапно приглушили, а вместо мощных битов, последовала спокойная и расслабляющая мелодия. Чонгук мысленно напрягся и обвёл взглядом всех тех, кто стоял ближе всех к сцене. Но в следующее мгновение ему пришлось оторвать свой взгляд от незнакомых людей и перевести взгляд на своего парня, который выглядел просто… Чонгук сейчас не мог подобрать подходящего слова, поскольку был занят тем, что вспоминал, как нужно дышать. Чимин знал, что произведёт огромный фурор, одевшись в серебристую майку, которая при любом движении обнажала подкаченную грудь и тёмные бусинки сосков. Обтягивающие кожаные штаны, которые он потом не факт, что снимет, но которые так красиво очерчивали его накаченные бёдра и круглую задницу. И дополнив это всё обычными ботинками и красивым сверкающим пиджаком, который отбивал цветные блики. Публика на мгновение замерла в ожидании, ведь так Чимин ещё точно никогда не одевался. Это был не совсем его стиль и казалось, что это наряд для более скромного выступления, нежели для выступления в стрип-клубе, но Чимину было абсолютно всё равно на эту публику, ведь сегодня его главным зрителем был Чонгук и только Чонгук. Пак не спеша начал двигаться к середине сцены, не сводя взгляда с Чонгука, который сейчас дышал через раз и пытался уловить каждое движение Пака. Чимин бесстыже облизнул свои пухлые губы, которые он слегка накрасил и похабно улыбнулся, вновь становясь тем развратным парнишей, который сводит с ума абсолютно любого. Он медленно, следуя ритму музыки, подошёл к шесту и стал к нему спиной. И последний раз взглянув на Чона, завязал себе глаза тёмной лентой и абсолютно растворился в мелодии, полностью полагаясь на своё тело. Закусив губу и оперевшись спиной на шест, Пак начал медленно спускаться вниз, при этом расставляя ноги и откидывая голову назад, выставляя на показ свою шею. Ему льстили громкие возгласы публики, но больше его сейчас интересовал Чонгук, который, как только увидел, что Пак завязал себе глаза, еле удержал себя от порыва кинуться к этой чёртовой сцене и унести оттуда Чимина, который сейчас бесстыдно вилял бёдрами и выгибался только для него. У Чонгука дыхание спирало от этих раскованных движений и повязки, из-за которой Пак ничего не мог видеть. Он лишь жадно впивался взглядом в каждый жест Чимина и вновь царапал кожаный диван, чувствуя огромную волну возбуждения, которая словно пелена, застелила его разум. Пока Чон пытался усидеть на месте и не сойти с ума из-за такого развратного зрелища, Чимин продолжал делать выступление ещё горячее, скидывая с себя блестящий пиджак и оголяя острые плечи с руками. Он принялся кружить вокруг шеста, каждый раз выгибаясь, заставляя эту скользкую майку ездить со стороны в сторону и оголять столь желанное тело в разных местах. Он сам уже начинал возбуждаться, чувствуя на себе множество взглядов и какую-то новизну, из-за которой его тело становилось всё горячее, а в штанах было всё теснее. Ему нравилось раз за разом дразнить публику, закусывая и без того красные губы, проходясь по ним шаловливым языком и выгибаться, словно от оргазма. Это заводило, а в особенности повязка, из-за которой он ничего не видел и полностью отдавался своим ощущениям. Чимин оторвался от шеста, вновь становясь на ноги и в следующую секунду осел на пол, опираясь одной рукой позади себя, а вторую кладя на пах. Он начал медленно опускать свою задницу вниз, сводя ноги вместе и так же поднимаясь, разводя их и оглаживая свой пах рукой. Проделав так несколько раз, Чимин вновь поднялся на ноги и облизывая пересохшие губы, развязал повязку, обращая свой взгляд к Чону, который уже еле совладал собой. Дав понять, что выступление окончено, Пак удалился со сцены, направляясь в гримёрку. Он страшно устал и очень возбуждён, а тесные штаны только усугубляют ситуацию. Но подойдя к двери, Чимин не сумел её открыть, поскольку его сразу же прижал Чонгук, опаляя ухо горячим дыханием. Он ничего не говоря, скользнул своими горячими ладонями по телу Пака и нащупав ширинку, мигом расстегнул её. — Чон… Давай хотя бы не в коридоре, — произнёс Пак, закусывая губу и слегка касаясь своей задницей стояка Чонгука. Услышав это, Чон отодвинулся от Чимина и надавил на ручку двери, открывая его и заваливаясь туда вместе с Чимином. — Это правда было только для меня? — выдохнул Чон, прижимая Чимина к обратной стороне двери и проходясь губами по его ключицам. — Для кого же ещё… — прошептал Чимин, подставляя свою шею под ласки парня. Чимин тяжело дышал, запуская руки в волосы Чонгука и попутно сбрасывая с себя обувь, которая им точно сейчас не понадобится. Чонгук же в это время скользил руками под майкой Чимина, водя руками по твёрдому прессу и оставляя на шее парня очередной засос. Он уже изнемогал от желания, поэтому оторвался от Чимина и быстрым движением снял с того дразнящую майку. Подняв парня на руки, Чон направился к дивану, который стоял в углу и уложил туда Пака, принимаясь за его штаны и стягивая их с блондина. Чимин лишь томно посмотрел на Чонгука, располагаясь поудобней на небольшом диване. — Подожди. Где повязка? — спросил Чонгук, оглядываясь по сторонам. — Около двери… Я её выронил, — тихо произнёс Пак, не в силах терпеть. Чонгук мигом бросился к двери, попутно расстёгивая свою рубашку. Он поднял повязку и снова повернулся к своему парню, который тяжело дышал и кусал свои губы. — Вот… Я хочу попробовать так, — произнёс Чонгук, завязывая повязку вокруг глаз Чимина. Губы Чимина расплылись в довольной улыбке. Мигом раздевшись и откинув всю ненужную одежду в сторону, Чонгук поставил одно колено на диван и закинул ноги Пака себе на плечи. — Ох, чёрт, — выругался Гук, вспоминая, что Пака ещё нужно растянуть, хотя сам Чон уже умирал от желания и был готов начать трахать Чимина прямо сейчас в самом быстром темпе, — Малыш, открой рот, — произнёс Чонгук, поднося свои пальцы к губам Чимина. Тот лишь приподнял уголки губ и в следующий момент обхватил своими полными губами длинные пальцы Чонгука и принялся их посасывать, обводя языком каждую фалангу. Чон лишь смотрел на это завораживающее зрелище и сжимал бедро Пака, пытаясь продержаться хоть ещё немного. Подумав, что пальцы уже достаточно влажные, Гук вытащил их изо рта Пака. Он очень удивился, когда проникая в Чимина, понял, как свободно двигаются его пальцы, но в следующий момент улыбнулся и произнёс: — Ты растягивал себя для меня? — Да, поэтому сделай уже что-нибудь, блять. — Ха, как скажешь, — Чонгук ухмыльнулся и вытянул пальцы из Чимина, заменяя их своим членом. Чонгук не церемонясь вошёл в Пака, заставляя того дёрнуться и рвано выдохнуть. Чонгук начал быстро двигаться, с каждым мгновением ускоряясь и меняя угол. Чимин лишь тяжело дышал, кусая свои губы и выгибаясь навстречу члену. Он сходил с ума из-за движений Чонгука и извивался под ним, опираясь лишь на ощущения, полностью доверяя Чонгуку и плавясь под его горячим телом.Но как только Чон нашёл нужный угол, Чимин издал самый высокий стон, на который был способен и выгнулся в спине, делая свои рёбра ещё более заметными. Чонгук же, услышав этот прекрасный, похожий на музыку, стон, задвигался ещё более быстро, подхватывая бёдра Чимина поудобней и выбивая из того стон за стоном, не давая и секунды на передышку. Комната заполнилась неприличными стонами и звуками шлепков двух тел. Воздух стал горячее, а тело партнёра приносило нереальное удовольствие, заставляя стонать и рычать от неописуемого удовольствия, которое получали оба парня. Чонгук двигался всё быстрей, доводя себя до пика удовольствия и заставляя застыть Чимина в немом стоне, когда тот обильно кончил себе на живот. Чимин бессильно откинул голову на подлокотник дивана, расслабляясь. Сделав ещё несколько быстрых и рваных толчков, Чонгук кончил не выходя из Пака. Застыв так ещё на несколько секунд, Чонгук с громким звуком вышел из Пака, устало заваливаясь рядом. Чимин развязал ленту и отбросил её в сторону, смотря на тяжело дышащего Чонгука. Сейчас парень выглядел лучшего всего, такой уставший, помятый, но всё равно очень красивый. — Поцелуй меня, — тихо произнёс Чимин, смотря на профиль своего парня. — Да… Сейчас, — ответил Чонгук, подвигаясь к блондину. Чон обхватил затылок Пака своей ладонью и коснулся пухлых губ своего парня, утягивая того в поцелуй. Пак незамедлительно ответил на этот неглубокий поцелуй, обвивая шею Чона своими руками и проникая языком в рот Чона. На это Чонгук лишь улыбнулся сквозь поцелуй, сплетая их языки вместе и наваливаясь на парня всем телом. Они целовались так несколько минут, пока не стало трудно дышать. — Как хорошо, что такое сокровище досталось именно мне, — произнёс Чонгук, целуя старшего в ключицу. — Как хорошо, что именно такой охотник за сокровищами сумел заполучить меня, — смеясь ответил Чимин, проходясь большим пальцем по губам Чона.