Дочь тьмы.

Наверное сложно выбирать между светом и тьмой… Вам когда-нибудь приходилось это делать? А мне вот пришлось, я выбрала. Вы скажете «свет»? Ошибаетесь… Я не задумывалась, какие страдания понесет мне этот выбор, я выбрала тьму. Сейчас же я об этом жалею. — Я повторяюсь, тебе не место там! Попробуй это понять! — шерсть на загривке Лунницы угрожающе вздыбилась. Попробуй, попробуй! Сама-то пробовала понять, что я чувствую?! Ярость бурлила во мне, как вода в горной реке. За 5 лун моего ученичества ее стало больше, чем могло в меня влезть. Открыв глаза, я сразу выбежала из палатки. — Ледолапка! Ты идешь в патруль с Пестролапой, Когтелапом, Лоскутом и Белышом! Синегривка приболела! — сразу крикнул мне Пятнистый. Я кивнула, хоть один день проведу без своей «любимой» наставницы. В лесу было более менее тихо, только птицы надоедливо щебетали, да так громко, будто под ухом сидели. «Скорее бы они слегли в нашу кучу» — нервно дернув ухом, подумала я. Странно, Когтелап вроде задира, а сейчас будто на ежа сел. Честное слово, я его таким никогда еще не видела, интересно. — Ледолапка, может поохотимся вместе? — он сделал робкий шажок в мою сторону. — Нет! — кажется прозвучало немного злее, чем хотелось. Во всяком случае, Когтелап ушел поникший. Лоскута и Белыша тоже не было видно. Я осталась наедине с Пестролапой, не лучший партнер для охоты… — Зачем ты так с ним? — вспышка гнева ответила за меня, только не словами, а ударом когтей. Я слышала тихий голос кошки, но мне было плевать. Мои клыки автоматически вонзились в ее шею, разрывая шкуру и плоть. Рядом раздалось рычание и я медленно повернула голову, опуская труп соплеменницы. Напротив меня стояла огненно-рыжая лисица, скаля острые зубы. Я зашипела и, вздыбив шерсть, прыгнула ей на спину. Мимо промелькнула бурая полосатая шерсть и Когтелап с воем вцепилась в лапу противницы. Лиса сбросила нас и, хромая, предпочла удалиться. — Пестролапая… Мама… — Когтелап, стиснув зубы, чтобы не зарыдать, коснулся носом мертвой кошки. На миг меня охватила жалость, этот кот был мал, но уже потерял сестер, отца и мать. Я тихо подошла к нему и прижалась к его теплому боку. Я осмотрела Пестролапую, она лежала раскинув лапы, голова была почти отделена от тела, и ужаснулась дела собственных лап и клыков. — Прости, — прошептала я, опустив уши и глаза. — За что? — удивленно поинтересовался Когтелап. — Я бы тоже не справился с лисой в одиночку… Так он считает, что это лиса? Так даже лучше, но мне было немного неловко. — Идем. Идем, отнесем ее в лагерь, — я встала на негнущиеся лапы и осторожно приподняла кошку за загривок. Когтелап кивнул и вместе мы понесли ее в лагерь для церемонии прощания.