Сектор "Любовь" на барабане

Якубович! В ушах прогремело знакомое: "ААААВТОМОБИЛЬ!", перед глазами завертелся сверкающий разноцветными огнями барабан. Теперь я поняла, почему облик новенького показался мне таким знакомым... - Но... что он делает в нашей школе? - все ещё не до конца веря своим ушам, спросила я. - В обычной районной школе... - Сама точно не знаю, - отозвалась Тоня, протискиваясь между снующих туда-сюда школьников. - Говорят, это решение его продюсеров. Хотят, чтобы он был "ближе к народу". Так больше людей захочет участвовать в передаче... Так, разговаривая, мы подошли к дверям нашего класса. Каково же было моё удивление, когда прямо на входе я столкнулась с Якубовичем! Он стоял у самых дверей, окруженный галдящими девятиклассниками. Они наседали на него со всех сторон, а он смеялся, рассказывал что-то и пытался отодвинуться от гомонящей толпы. Неловкое движение, шаг в сторону - и он чуть не сшиб меня с ног. На мгновение наши взгляды встретились... В его глазах, кажется, зажглась искорка узнавания, он широко улыбнулся, пробормотал слова извинения. Я попятилась, прошмыгнула к своему привычному месту за четвёртой партой. "Неужели он будет учиться в нашем классе?" - стучало у меня в висках. Прозвонил звонок, и школьники начали рассаживаться по партам. Все девочки, да и некоторые мальчики, призывно поглядывали на Якубовича, но он... направился прямо ко мне. - Здесь занято, - машинально сказала я, лихорадочно озираясь в поисках Тони. Но та с заговорщицкой ухмылкой помахала мне рукой и пересела к окну. Якубович это заметил. - Ну так... Можно я тут сяду? - чуть смущаясь, спросил он. Что мне ещё оставалось делать? Тем более что его пронзительные карие глаза смотрели прямо в мои. - С... садись, - пролепетала я, передвигая свои учебники. Якубович улыбнулся. - Меня Леонид зовут, - сказал он. - Можно Лёня... хотя я не очень к этому привык... А ты? - он поднял на меня глаза. - Как тебя зовут? - Стефанида, - с достоинством произнесла я. Ничто не предвещало его реакции. - Степани-и-ида? - словно не веря своим ушам, протянул он. - Степа! - Не Степа, а Стефани! - чуть не плача, возмутилась я. - Степка-растрепка! - веселился Леонид. Его слова ранили меня в самое сердце! Ведь волосы - и впрямь моё слабое место. Несмотря на свой прелестный золотисто-каштановый цвет, они имеют тенденцию топорщиться и разлетаться во все стороны. А я, как назло, забыла с утра причесаться... Не помня себя, я сорвалась с места и убежала в противоположный конец класса, чтобы быть поближе к Тоне. Там я дала волю слезам.