Передоз.

      Унылое существо человек. Еще унылее молодой человек. Ну, а подросток, так это вообще непонятный гомункул, вечно находящийся в состоянии депрессии, по поводу и без, и все время ищущий утешения и поддержки.        Привычное утро всегда начинается с разглядывания 6 макушек, которые мирно покоятся на двухэтажных кроватях, и естественно золотой макнэ Чон Чонгук спит отдельно, но не потому что он так уж этого хочет, не из принципа, а тупо из соображения: — Эти таблетки точно действуют? Просто дело в том, что когда набирали группу, Гук поклялся не вступать в группу с альфами. Чонгук уже было расстроился, да вот только его дружочек, Пак Чимин, не дал ему и слово сказать. И именно из-за него они вдвоем, беспомощные омеги, в, чтоб его, переходном возрасте, находятся среди 2 прекрасных не только по их мнению альф и 3 натуралов (о да, такие тоже имеются). Наидобрейший Чон Хосок, который ждет свою любовь очень преданно и верно, в то время, как, самый умный и мудрый Ким Намджун, после каждой ночи с фанаткой, пользуется фразой «один раз, не пидораз» и без угрызений совести, спокойно пишет следующей АРМИ, только прикол-то в том, что он сразу им говорит, насколько это часов, но они все равно соглашаются. Да, такого фандома я в жизни не видел, они самые лучшие, серьезно. Они настолько нас любят, что даже не обижаются на Намджуна, а «избранные», никогда на него не стучали и не сливали инфу в прессу. Любимые. У Ким Сокджина есть любимая Миса, в которой, он, уже как год, души не чает. Привлекательный и холодный Мин Юнги, с которым можно, откровеннейшим способом поговорить о житейских проблемах, не упоминая происхождения, который так беспалевно, чуть ли не мурчит, когда Чимин на фанмитингах, дразнит его прикосновениями, а дома отмазывается словами «это все фансервис». Ну и король сия рассказа Ким, будь он проклят, Тэхен, который настолько увлекся фансервисом, что, в последний раз, загнал бедного малыша Гука в угол и склонился непозволительно близко, после чего, рассмеялся прямо ему в губы и отстранился, а Чонгук давай неумело играть веселье и радость, хотя на душе кошки соскребали последние слои надежды на что-то адекватное, а в мозгу, уже давно, цветными мигающими буквами красуется «ПИЗДЕЦ».        Снова привычное утро, но на этот раз выходного дня. Чонгук просыпается слишком поздно, чтоб понять, что дома никого нет. Даже Юнги, который спит все свободное время, и того нет. Только вот он не понимает вообще ничего, потому что острая боль в паху, пульсирующий член и ломка всего тела — это слишком для него в новинку и поначалу он даже не понимает, что происходит. Таблетки, были выпиты вчера вечером, ведь дозу Чонгук увеличил, после ножек Тэхена, в его любимых коротких шортах. Пилюли мало запах скрывали, так и от недотраха отгораживали.

flashback

Спокойный осенний вечер, который обещал быть проведенным в компании бокала чая и интересного аниме, когда Тэхен, слишком вошедший в образ, репетировал B, S&T перед зеркалом в гостиной и Чонгук, чисто по привычке, заметил неправильно поставленную ногу. — Хён! Нога! — встревоженный неправильностью действия, Чонгук подскочил, опустился на колени перед Тэхеном и стал поправлять, сначала его стопу, потом икру, а когда дошел до наполовину оголенной ляжки, то краем уха чисто случайно уловил полувздох-полустон. Ну и как же не поднять после этого глаза, подумал Макнэ, но тут же пожалел об этом. Ким, черт его подери, Тэхен, слишком открыто закатил глаза и облизнулся, а таблетки, выпитые двумя днями ранее, просто куда-то улетучились. Дозу ему прописывал врач, со словами 1 раз в 3 дня-подойдет. Это был уже четвертый, за неделю, раз, когда кровь приливала к одному месту. Чонгук быстро поднимается, но вместо того, чтобы уйти, он просто стоял и смотрел на своего хёна голодным взглядом. Тэхен, поначалу, не отводил взгляда, но позже переместил его на Чонгуковы губы, которые были открыты от волнения и накатившего возбуждения. Проклятый золотой Макнэ! Иногда Тэхену кажется, что он Сатана, ибо так неожиданно хвататься за его ноги, руки, спину, шею, кончики пальцев, макушку, это просто пытка для Тэхена, потому что сдерживаться становится все труднее, а бегать в ванную все неохотнее. Только вот сегодня, сейчас, в данный момент, все изменилось, когда Тэ почувствовал некий дурманящий запах. Похожий исходил от Чимина, но вскоре его пометил Юнги. У Тэхена никак не укладывается в голове факт, что этот мелкий нагибатор может быть омегой. Это просто невозможно, и даже под страхом смертной казни, Тэхен в это не поверит. Он вдыхает, надеясь уловить свежесть, отойти от мелкого и просто подумать спокойно, но он лишь ловит запах клуб… нет земляники, перемешанный с корицей и гелем для душа, и земля чуть-ли из-под ног не уходит. Ему кружит голову, и в попытке не свалиться, он хватается за плечи Чонгука, а тот воспринимает этот жест не так. А может он все правильно понял? Может он имеет право податься вперед и выдохнуть хёну в губы, от чего у самого бегут мурашки, а когда Тэхен ведет руками вниз и умело обхватывает нижнюю губу своим ртом, Чонгук просто начинает дрожать, а его член, пульсацией, отбивал чечетку, в такт сердцу. Все бы дошло до мокрого и слишком пошлого поцелуя, если бы не звук открывшейся двери, Юнги, под руку с Чимином, и разряд, ударивший в мозг, и заставивший отскочить от Тэхена на семь метров, а после, четвертый раз за неделю скрыться в ванной. Сегодня был вторник. А на следующий день, доза стала больше, ради всеобщего блага.

конец flashback

Гук просто готов плакать от такой боли, когда дверь в комнату открывается, и в нее заходит полуголый Тэхен, только из душа, замотанный в полотенце, и… И с самым сексуальным взглядом, да и видом, в жизни. Только вот его поведение полностью меняется, когда он видит свою зеницу ока в слезах. Тэхен быстро подбегает к кровати и валится на край, беря Чонгука за щеки и обеспокоена спрашивает что же такое. — Хёёёён — как-то слишком сладко тянет Гук — у меня пере~ааа — неожиданный стон и хныканье — передоз…