Без начала и конца

      — Самолёт успешно произвёл посадку в третьем крупнейшем аэропорту Лондона — Станстед. Ремни безопасности разрешается расстегнуть. Благодарим вас за то, что воспользовались услугами нашей авиакомпании.       По странной традиции пассажиры зааплодировали. Девушка вторила им — она серьёзно подготовилась к своему путешествию и знала уже много тонкостей и обычаев современного общества.       «Благодарят членов экипажа,» — вспомнила она.       Людей было великое множество. Жутко представить, какие очереди собирались в самом главном Лондонском аэропорту, и поэтому девушка успокаивалась, проводя параллели между её ситуацией и судьбой тех несчастных, которые были вынуждены получать багаж в Хитроу. Принцип «мне плохо, но кому-то ещё хуже» работал безотказно.       На получении багажа, где Рисса не досчиталась маленькой сумки с более-менее тёплыми вещами на случай, если по неведомым обстоятельствам ей пришлось бы столкнуться с холодами, и на выматывающем протискивании в сторону выхода сквозь разношёрстную толпу приключения не закачивались. Она вышла из здания аэропорта, однако до самого Лондона нужно было ещё добраться. Сорок миль до города можно было преодолеть на такси, автобусе «Терравити», который отправлялся от станции «Ливерпуль стрит», и поезде «Станстед-экспресс». Оптимальным вариантом было бы сесть на поезд, да вот только за несколько часов до посадки самолёта из Мейдстона их движение внезапно остановили на неопределённый срок, и из-за этого очередь на автобус разрослась до поражающих воображение размеров. Девушке пришлось выбрать такси, которое также предстояло долго ждать, так как в связи с хлынувшей живой толпой машин катастрофически не хватало.       Такими темпами Рисса прибыла в Лондон только во вторую половину второго, что было на полтора часа позже, чем она рассчитывала.       «Надеюсь, мисс Перегрин не будет ругаться, а дети не сильно расстроятся,» — подумала она, начиная беспокоиться.       Имбрину девушка узнала ещё издалека. Женщина стояла рядом со входом в Сент-Джеймсский парк в компании высокого юноши, одетого по современной моде. Мисс Перегрин назначила встречу с Риссой именно здесь, так как вход в петлю был скрыт где-то в парке.       — Рисса, — мягким голосом окликнула мисс Перегрин. Её спутник дружелюбно улыбнулся.       А вот сама девушка раскованности этих двоих могла только позавидовать. Хоть она, безусловно, была счастлива видеть имбрину, с которой уже имела удовольствие несколько раз встретиться, да и с её невероятными детьми очень хотелось поскорее познакомиться, сладкое предвкушение перебивали застенчивость, неуверенность и даже некоторая неуютность в общении с малознакомой женщиной и незнакомым вовсе юношей. К несчастью, годы затворничества то в одной, то в другой петле не могли не сказаться на натуре девушки, которой когда-то не составляло труда держать спину ровно под множеством любопытных взглядов.       «А ведь таких незнакомцев ещё целый дом,» — подумала Рисса, с опаской рассматривая улыбающиеся лица напротив. Она совсем забыла, каково это, встречать новых людей.       — Ты быстро привыкнешь, — уверенно качнул головой молодой человек. — Когда я только появился здесь, — понизив голос, добавил он, подразумевая семью мисс Перегрин, — я сам был очень растерян. Меня зовут Джейкоб Портман, — он в открытом жесте протянул ладонь.       Джейкоб был хорошим примером того, как человек может свыкнуться с чужеродной средой. От мысли, что когда-то и он так краснел и бледнел перед незнакомцами, Риссе стало немного легче.       — Доминатрисс, — представилась она кратко и сжала ладонь юноши, отвечая на рукопожатие. Джейкоб притянул тыльную сторону девичьей ладони к своим губам и оставил на сухой коже с россыпью бледных веснушек лёгкий поцелуй.       Такой жест девушку немало удивил. Когда-то давно, когда она была даже моложе, чем выглядела сейчас, это был всего лишь один из пунктов в перечне правил хорошего тона, но ей уже много лет не приходилось видеть нечто подобное. Кажется, Джейкоб готовился ко встрече, возможно, даже слишком.       — Мисс Перегрин, большое спасибо за то, что встретили меня. Мне очень жаль, что я заставила вас ждать, — Рисса виновато посмотрела на новую наставницу.       Мисс Перегрин скользила по лицу девушки внимательным взглядом некоторое время, кажется, оставшись довольной её учтивостью.       — Не беспокойся, дорогое дитя. Гораций предсказал, что ты задержишься, так что мы были готовы к этому, — объяснила она, жестом предлагая отправляться.       — Гораций предсказывает будущее? — спросила Рисса, заинтересовавшись, пока они вместе неторопливо шагали вглубь сказочно-прекрасного сада. В мире сейчас провожали апрель — расцветающие деревья с молодой изумрудной листвой радовали взгляд.       — Иногда видит вещие сны, которые, в основном, всегда сбываются, — уточнил Джейк, увлечённо озираясь по сторонам.       Он не часто покидал пределы петли, а если и приходилось, то это были совсем короткие выходы. Тем ценнее для него были все мелкие детали, которые обычно не подмечают торопливые люди. Шорох листьев и их оттенки, маленькие юркие птички, щебечущие в кустах, цветочный запах или звонкий смех детей — во всём этом присутствовало что-то необыкновенное и волшебное. Реальный мир, несомненно, мог дать больше, чем жизнь в петле, но Портман ни разу не пожалел о своём решении. В доме странных детей он обрёл верных, совершенно уникальных друзей, любимую девушку и великолепную наставницу, а это для юноши было важнее простого человеческого мира с его сутками, сменяющими друг друга каждые двадцать четыре часа и совсем не похожими на предыдущие, и даже важнее собственной семьи, которой у него уже никогда не будет.       К тому же, его решения привели к тому, что Абрахас Портман мирно доживал старость в небольшом доме, хранящем воспоминания об удивительных событиях, в которые невозможно сразу поверить.       Иногда Джейкоб косился в сторону Риссы, рассматривая её. Она была довольно хорошо сложена и высокого роста, с приятными чертами лица и бликующими, будто стеклянными, серыми глазами. Бледные веснушки на щеках придавали ей особую миловидность и словно делали её совсем юной. На первый взгляд он не дал бы ей больше восемнадцати, а по образу сказал бы, что девушка, как и он сам, жила в двадцать первом веке, но он не был уверен в этом. Накануне мисс Перегрин заставила его проштудировать старый учебник по этикету, и это явно было неспроста. Более того, заплетённые в две косы волосы с длинной небрежной чёлкой имели цвет, слишком уж напоминающий обычную седину. Он не стал заострять на этом внимание, не желая смутить её и выставить себя бестактным.       Некоторое время они шли в тишине. Впереди, совсем недалеко, показался восхитительный Сент-Джеймсский дворец. По правую же руку раскинулись канал, в тёмной воде которого раскачивались дикие утки и на фоне которого фотографировались туристы, и прекрасные фонтаны.       — Мы почти пришли, — бодрым голосом объявила мисс Перегрин, с удовольствием сверяясь со своими неизменными часами. Кажется, они успевали секунда в секунду. Когда женщина уже прятала их в карман, какой-то прохожий нечаянно, но довольно сильно толкнул её под руку, обгоняя прогуливающихся. От неожиданности напряжённые, словно птичьи, пальцы с крюковатыми длинными ногтями разжались, часы полетели на землю.       — Удивительно, — выдохнул Джейкоб, во все глаза уставившись на зависшие в воздухе часы. Они уверенно взмыли до уровня плеч перед Риссой, которая поторопилась взять их в руки и передать мисс Перегрин.       — У тебя отличная реакция, — в некоторой задумчивости произнесла женщина, забирая часы, и стрельнула хитрым взглядом. — Благодарю.       Рисса кивнула. Она уже проявила себя, это было неплохим началом.       Джейк уверенно сошёл с мощёной дорожки, ведущей прямиком ко дворцу. Теперь они блуждали между древними ухоженными деревьями, куда не заходили люди.       — Могу я узнать немного о петле? — оглядываясь вокруг, спросила девушка.       — Конечно, — любезно откликнулась мисс Перегрин. — После того, как жить стало безопасно, я создала новую временную петлю, — женщина нахмурила чёрные брови, вспоминая. — До Лондона было не так-то просто добраться, но зато это место я присмотрела ещё давно и была в нём уверена. Вход в петлю находится в старом дереве слева от главной дорожки, ведущей ко дворцу.       — Прошу прощения, всё же, я немного сомневаюсь, что это совершенно защищённое и безопасное место, — осторожно высказалась Рисса, стараясь не звучать самоуверенно. Выбор, действительно, был нестандартным.       — Нельзя гарантировать неуязвимость, — Джейкоб вклинился в диалог, пожимая плечами. — Конечно, риск есть и будет всегда, но он очень мал. Обычным людям не попасть в петлю, пустот и тварей больше нет. К тому же, поскольку петля совсем новая, о её существовании мало кто знает. Зато природа здесь потрясающая, — улыбнулся он.       — Это правда, — согласилась мисс Перегрин. Рисса поймала себя на мысли, что хочет как следует увидеть всё это своими глазами, представляя, как красиво в парке зимой.       — Смотри!       Джейк указал на исполинское дерево, явно повидавшее не один десяток, а может, и не одну сотню лет, в стволе которого чернело углубление в человеческий рост. Рисса вскинула брови.       — А если его уничтожат?       — Не уничтожат, — усмехнулась мисс Перегрин.       Девушка не стала спрашивать, как такое вообще возможно. Эта могущественная женщина могла, кажется, всё на свете.       — Быстрее, Рисса, залезай внутрь, — поторопил Джейкоб.       Перемещение почти никак не почувствовалось, разве что с непривычки на мгновение потемнело в глазах, а живот потянуло, напоминая дискомфорт при взлёте самолёта.       Помотав головой, прогоняя неприятные ощущения, девушка обернулась назад, чтобы увидеть, откуда они вышли. Позади оказалось дерево, почти идентичное тому, которым они воспользовались в парке, но это выглядело моложе и крепче.       — Боже, — прошептала Рисса, разглядывая огромный особняк и детей возле него.       — Это место очень похоже на то, где мы жили раньше. Дом долгое время был необитаем, на многие мили вокруг не было и нет ни единой души, но мы как могли облагородили его, — с энтузиазмом экскурсовода рассказывал Джейк. — Что ж, добро пожаловать в семью, Рисса.