Когда Жизнь и Смерть встречаются

- Такие меры предосторожности, - произнес Сет, когда мы, наконец, добрались до вокзала. - И правда, - мы решили дождаться остальных. – Грюм с катушек слетел. Из-за отсутствия одного человек так задержаться. — Только бы остальные не опоздали, — беспокоилась миссис Уизли, глядя назад, на железную арку, в которой они должны были появиться. - Долго вы, - подходя к женщине, произнесла Вики, сопровождающая нас сегодня. — Славная псина, Гарри! — послышалось из толпы. — Спасибо, Ли, — улыбнулся Гарри. Сириус бешено завилял хвостом. - Что он тут делает? – гладя пса по макушки, произнесла я. – Очередная глупость? - Ты же с Гриффиндора, - заступился брат. – Должна понимать его. Я лишь закатила глаза. Храбрость да, но не смертельная глупость. — Ну наконец-то, — с облегчением вздохнула миссис Уизли. — Вот Аластор с багажом, глядите... В фуражке носильщика, низко нахлобученной на не подходящие друг к другу глаза, сквозь арку проковылял Грюм, толкавший тележку с их чемоданами. — Полный порядок, — вполголоса сказал он. — Никакой слежки... Несколько секунд спустя на платформе появился мистер Уизли с Роном и Гермионой. Они уже почти разгрузили тележку Грюма, когда пришел Люпин с Фредом, Джорджем и Джинни. — Все спокойно? — прорычал Грюм. — Да, — ответил Люпин. — Я все равно буду жаловаться Дамблдору на Стерджиса, — сказал Грюм. — Уже второй раз за неделю его нет. Становится таким же ненадежным, как Наземникус. — Ну, друзья, не зевайте там, — сказал Люпин, пожимая нам руки. Гарри, с которым он прощался последним, Люпин хлопнул по плечу: — И ты тоже, Гарри. Будь осторожен. — Это точно. Ушки на макушке, лишний раз не подставляться, — подхватил Грюм. — И помните, это ко всем относится, — поаккуратней с тем, что пишете в письмах. Сомневаетесь — вообще про это не пишите. — Очень рада была со всеми вами познакомиться, — сказала Тонкс, обнимая меня и девочек. — Надеюсь, скоро увидимся. - Присматривайте друг за другом, - Виктория как обычно потрепала нас всех по волосам. Машинист дал предупредительный свисток. Стоявшие на платформе школьники заторопились в вагоны. — Быстрее, быстрее, — лихорадочно говорила миссис Уизли, обнимая всех без разбора. — Пишите... ведите себя хорошо... если что-нибудь забыли, мы пришлем... В поезд, в поезд, поторопитесь... На мгновение громадный черный пес встал на задние лапы и положил передние Гарри на плечи. Миссис Уизли, толкнув Гарри к двери вагона, прошипела: — Ради всего святого, Сириус, веди себя как положено собаке! — До свидания! — крикнул Гарри в открытое окно, когда поезд тронулся. Мы махали провожающим. Фигуры Тонкс, Люпина, Грюма, Вики, мистера и миссис Уизли быстро уплыли вбок, но черный пес, помахивая хвостом, вприпрыжку бежал и бежал рядом с окном. Нечетко видимые люди на платформе смеялись, глядя, как пес гонится за поездом. Потом поезд сделал поворот, и Сириус пропал из виду. — Он не должен был нас провожать, — обеспокоенно сказала Гермиона. - Кто нас послушает, - со вздохом произнесла я. — Да ладно вам, — возразил Рон. — Сколько месяцев бедняга не выходил на волю. — Так, ребята, — сказал Фред, хлопнув в ладоши, — я не могу весь день тут стоять и лясы точить, мне надо поговорить с Ли по делу. Пока, до скорого. Сет, ты же с нами? - Конечно, - брат забрал свой чемодан. – Не унывай, сестренка. Они втроем отправились к Ли Джордан. Поезд набрал скорость, за окном мелькали дома, и стоявшие у окна покачивались. — Пошли найдем купе? — предложил Гарри. Рон и Гермиона переглянулись. — Э... — сказал Рон. — Мы... ну... Нам с Роном надо в вагон старост, — смущенно призналась Гермиона. — А, — сказал Гарри, — понятно. Ну ладно. - Да ладно, Гарри, - я положила ему руку на плечо. – Посидим пока втроем. — Нам не надо будет сидеть там всю дорогу, — торопливо продолжила Гермиона. — В письмах сказано, что мы должны получить инструкции от старост школы, а потом время от времени ходить по коридорам и смотреть за порядком. — Понятно, — повторил Гарри. — Ну, что ж... Значит, увидимся позже. — Само собой, — сказал Рон, бросив на Гарри быстрый беспокойный взгляд. — Не думай, что мне очень хочется туда идти, я предпочел бы, конечно... но от нас требуют... Я в том смысле, что меня это не радует, я не Перси, — закончил он с вызовом. — Ну, это-то я знаю, — улыбнулся Гарри. Они отправились с чемоданами и клетками в головной вагон поезда — Пошли, — сказала ему Джинни. — Займем им места. — Да, — согласился Гарри и взял клетку с Буклей в одну руку, чемодан в другую. Мы с трудом двинулись по коридору, заглядывая сквозь стеклянные двери в купе, которые все были уже полны. В последнем вагоне мы увидели Невилла Долгопупса, одной рукой он тащил чемодан, другой держал Тревора. — Привет, Гарри, Кетрин, — пропыхтел он. — Привет, Джинни. Всюду забито, не могу место найти. — Ничего не всюду, - возразила Джинни, которая уже успела протолкнуться мимо Невилла и заглянуть в ближайшее купе. — Здесь полно места, здесь только полоумная Лавгуд. Невилл пробурчал что-то в том смысле, что не хочет никого беспокоить. — Не будь дураком, — засмеялась Джинни. — Она ничего. Она отодвинула дверь и впихнула в купе свой чемодан. Мы вошли следом. — Привет, Полумна, — сказала Джинни. — Можно нам к тебе? Девочка, сидевшая у окна, подняла на них глаза. Светлые волосы, довольно грязные и спутанные, доходили ей до пояса. У нее были очень бледные брови и глаза навыкате, все время придававшие ей удивленный вид. Волшебную палочку она засунула не куда-нибудь, а за левое ухо, на шее у нее висело ожерелье из пробок от сливочного пива, журнал, который она читала, был повернут вверх тормашками. Скользнув по Невиллу и мне, ее глаза остановились на Гарри. Она кивнула. — Спасибо, — улыбнулась ей Джинни. Гарри и Невилл положили наши чемоданы и клетку с Буклей на багажную сетку и сели. Полумна смотрела на нас поверх перевернутого журнала, который назывался «Придира». Изредка она моргала, но гораздо реже, чем нормальные люди. Она все таращилась и таращилась на Гарри, который сел напротив и теперь жалел об этом. — Хорошо провела лето, Полумна? — спросила Джинни. — Да, — потусторонним голосом ответила Полумна, не сводя глаз с Гарри. — Да, очень даже неплохо. А ты — Гарри Поттер, — добавила она. — Я и сам об этом догадываюсь, — сказал Гарри. Невилл хихикнул. Полумна перевела на него бледные глаза. — А кто ты такой, я не знаю. - Точно, - я ударила себя по лбу. – Прости наши манеры. Я Кетрин Фокс. А это Невилл Долгопупс. —Полумна Лавгуд, - произнесла Джинни. - Полумна на одном курсе со мной, но в Когтевране. — Ума палата дороже злата, — сказала Полумна чуть нараспев. Подняв перевернутый журнал так высоко, что ее лица не стало видно, она замолчала. Гарри и Невилл, вскинув брови, переглянулись. Джинни подавила смешок. Интересная личность. Поезд, громыхая, ехал уже по открытой местности. День был странноватый, неустановившийся: то вагон был полон солнечного света, то набегали мрачные тучи. — Угадайте, что мне подарили на день рождения, — сказал Невилл. — Еще одну напоминалку? — спросил Гарри. Я лишь пожала плечами. — Нет, — сказал Невилл. — Хотя она мне очень бы пригодилась, ту я давным-давно потерял... Нет, вот посмотри... Он запустил свободную от Тревора руку в сумку и, немного пошарив, вынул маленькое растеньице в горшке, похожее на серый кактус, только не утыканное колючками, а покрытое волдырями. — Мимбулус мимблетония, — гордо проговорил он. - Большая редкость, - рассматривая растение, произнесла я. — Очень-очень большая редкость, — сияя, сказал Невилл. — Не знаю даже, есть ли такое в теплицах Хогвартса. Жду не дождусь, когда можно будет показать профессору Стебль. Двоюродный дедушка Элджи раздобыл это для меня в Ассирии. Попробую вырастить новые экземпляры. — Оно... э... что-нибудь делает? — спросил Гарри. — Массу всего! — гордо ответил Невилл. — У него потрясающий защитный механизм. Подержи-ка Тревора. - Не думаю, что стоит его демонстрировать, - я уже думаю, куда бы спрятаться. Он положил жабу Гарри на колени и достал из сумки перо. Над верхним краем «Придиры» показались выпуклые глаза Полумны Лавгуд, которой захотелось посмотреть, что сделает Невилл. Подняв Мимбулус мимблетония к самым глазам и высунув от усердия кончик языка, Невилл выбрал точку и резко кольнул растение острием пера. Из каждого волдыря брызнула мощная струя жидкости — густой, вонючей, темно-зеленой. Она заляпала все — потолок, окно, журнал Полумны Лавгуд; Джинни и я закрыли лицо руками, но на нас попало достаточное количество жидкости. Что касается Гарри, чьи руки были заняты норовившим выскочить Тревором, он получил хороший заряд в лицо. Запах — тухлый, навозный. Невилл, которому досталось больше всех, стал трясти головой, чтобы прочистить хотя бы глаза. — И-извините, — выдохнул он. — Не пробовал раньше... Не знал, что так будет... Но не волнуйтесь, Смердящий сок не ядовит, — нервно добавил он, увидев, что Гарри выплюнул содержимое рта на пол. В этот самый момент дверь купе отодвинулась. — О... здравствуй, Гарри, — раздался взволнованный голос. — Я... не вовремя? Все еще улыбаясь, в двери стояла Чжоу Чанг. — Э... здравствуй, — бесцветным тоном сказал Гарри. — М-м... — выдавила из себя Чжоу. — Я просто заглянула поздороваться... Всего хорошего... Изрядно покрасневшая, она захлопнула дверь — Ничего страшного, — подбодрила их Джинни. — Глядите, мы сейчас запросто от этого избавимся. — Экскуро! – я опередила рыжеволосую. Смердящий сок исчез. — Извините, — тихим голосом повторил Невилл. - Невилл, в следующий раз не стоит показывать это в закрытом пространстве, - убирая палочку, произнесла я. Рон и Гермиона явились только через час. К этому времени тележка с едой уже проехала. Гарри, Джинни и Невилл как раз покончили с тыквенным печеньем и обменивались карточками из шоколадных лягушек, когда дверь открылась и вошли гриффиндорские старосты: Гермиона — с Живоглотом, Рон — с громко ухающим Сычиком в клетке. — Умираю с голоду, — заявил Рон, пристроив Сычика рядом с Буклей на багажной сетке, взяв у Гарри шоколадную лягушку и рухнув на свободное место рядом с ним. Он сорвал обертку, откусил лягушачью голову, закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья, точно у него было невесть какое изматывающее утро. — У пятикурсников на каждом факультете по двое старост, — сообщила, садясь рядом со мной, Гермиона. Вид у нее был страшно недовольный. — Мальчик и девочка. — Угадай теперь, кто староста Слизерина, — сказал Рон, не открывая глаз. — Малфой, — мгновенно отозвался Гарри. — Разумеется, — с горечью подтвердил Рон, запихивая в рот остаток лягушки и беря следующую. — И эта жуткая корова Пэнси Паркинсон, — язвительно сказала Гермиона. — Какая из нее староста, если она толстая и медлительная, как тролль, которому дали по башке... — А кто у Пуффендуя? — спросил Гарри. — Эрни Макмиллан и Ханна Аббот, — хрипло ответил Рон. — А у Когтеврана — Энтони Голдстейн и Падма Патил, — сказала Гермиона. — Ты ходил с Падмой Патил на Святочный бал, — произнес чей-то голос. Все повернулись к Полумне Лавгуд, которая, не мигая, смотрела на Рона поверх своего «Придиры». Он проглотил шоколад, который был у него во рту. — Да, я знаю, что ходил, — сказал он с легким удивлением. — Ей не очень понравилось, — поведала ему Полумна. — Она говорит, ты неважно с ней обошелся. Не стал с ней танцевать. Хотя для меня это было бы даже лучше, — добавила она глубокомысленно. — Не люблю танцы. И она опять спряталась за журналом. Рон несколько секунд с отвисшей челюстью пялился на обложку, потом повернулся к Джинни, надеясь на какое-нибудь объяснение, но та, чтобы не расхохотаться, засунула в рот костяшки пальцев. Рон озадаченно покачал головой, потом посмотрел на часы. — Нам надо время от времени патрулировать коридоры, — сказал он Гарри и Невиллу, — и мы можем наказывать людей за плохое поведение. Мне не терпится прищучить Крэбба и Гойла... — Ты не должен злоупотреблять положением старосты, Рон! — резко сказала ему Гермиона. — Малфой, конечно, ни капельки не будет им злоупотреблять, — саркастически откликнулся Рон. — Ты что, намерен опуститься до его уровня? – с иронией спросила я. — Нет, я просто намерен добраться до его дружков раньше, чем он доберется до моих. — Ну перестань же, Рон, - возмутилась Гермиона. — Гойла я засажу за строчки, это его убьет, он терпеть не может писать, — радостно сообщил Рон. Он понизил голос до хриплого хрюканья Гойла, наморщил лицо, изображая болезненную сосредоточенность, и принялся выводить в воздухе рукой: — Я... не... должен... выглядеть... как... задница... бабуина. Мы засмеялись, и громче всех — Полумна Лавгуд. Она испустила такой громкий, радостный визг, что Букля проснулась и негодующе захлопала крыльями, а Живоглот, шипя, прыгнул на багажную сетку. Полумна хохотала так, что выпустила из рук журнал, и он, скользнув по ее ногам, упал на пол. — Ой, я не могу! Из ее выпуклых глаз текли слезы, она билась в судорогах, глядя на Рона. Придя в полное замешательство, он посмотрел на нас, смеявшихся теперь из-за выражения его лица и долгого до нелепости хохота Полумны Лавгуд, которая, схватившись за бока, раскачивалась взад и вперед. — Издеваешься, что ли? — нахмурясь, спросил ее Рон. — Задница... бабуина... — задыхалась она, все еще держась за бока. Мы смотрели на смеющуюся Полумну. — Можно взглянуть? — спросил Полумну Гарри, разглядывая журнал девушки. Она кивнула, по-прежнему глядя на Рона и давясь от хохота. — Что-нибудь интересное? — спросил Рон, когда Гарри закрыл журнал. — Разумеется, ровно ничего, — язвительно сказала Гермиона, прежде чем Гарри успел ответить. — Всем известно, что этот журнал — макулатура. — Прошу прощения, — вмешалась Полумна, чей голос вдруг перестал быть потусторонним. — Его редактор — мой отец. — Я... э... — смущенно пробормотала Гермиона. — Там, конечно... есть кое-что... любопытное... в смысле... — Можно, я его возьму? — холодно осведомилась Полумна и, наклонившись, вырвала «Придиру» у Гарри из рук. Открыв пятьдесят седьмую страницу, она решительно перевернула журнал и снова исчезла за ним. В этот момент дверь купе открылась в третий раз. Повернув голову, я увидела Драко с его неизменными спутниками. — В чем дело? — недружелюбно спросил Гарри, не успел Малфой открыть рот. — Повежливей, Поттер, иначе будешь наказан, — проговорил, растягивая слова, Малфой. — Видишь ли, меня, в отличие от тебя, назначили старостой, и поэтому я, в отличие от тебя, имею право наказывать провинившихся. — Может, и так, — отозвался Гарри, — но ты, в отличие от меня, гадина, поэтому вали отсюда и оставь нас в покое. Все засмеялись. Малфой скривил губы. — А скажи-ка мне, Поттер, каково это — быть на втором месте после Уизли? — спросил он. — Заткнись, Малфой! — резко сказали ему Гермиона и я одновременно. — Кажется, я затронул больное место, — язвительно усмехнулся Малфой. — Ты смотри у меня, Поттер! Я как пес, как пес буду вынюхивать, где ты что сделаешь не так. — Пошел вон! — крикнула Гермиона, вскакивая. Хихикнув, Малфой бросил напоследок на Гарри зловредный взгляд и удалился в сопровождении неуклюже топающих Крэбба и Гойла. Гермиона со стуком захлопнула за ними дверь купе и повернулась к Гарри. Я также уловила в его словах скрытый смысл и подтекст. — Кинь-ка нам еще по лягушке, — сказал Рон. Он явно ничего не почувствовал. При Невилле и Полумне мы не мог свободно говорить. Еще раз обменявшись с Гермионой и Гарри встревоженными взглядами, я стал читать книгу, которую успела достать в отсутствие нишах старост. Погода, пока они ехали все дальше на север, оставалась неустойчивой. То по вагонным стеклам вяло брызгал дождь, то показывалось бледное солнце, которое вскоре поглощали тучи. Когда стемнело и в вагоне зажглись лампы, пришлось отложить книгу. Полумна же скатала «Придиру» в трубку, аккуратно положила журнал в сумку и принялась разглядывать соседей по купе. — Пора, наверно, одеться, — сказала наконец Гермиона. Они с Роном аккуратно прикололи к груди значки старост. Поезд начал замедлять ход, и отовсюду стали долетать обычные звуки: ученики брали свои вещи и живность, готовились к выходу. Поскольку Рон с Гермионой должны были за всем этим приглядывать, они опять пошли по вагонам, оставив Живоглота и Сычика на наше попечение. — Давай я эту сову понесу, — предложила Гарри Полумна, протягивая руку за Сычиком, в то время как Невилл тщательно засовывал Тревора во внутренний карман. — Э... хорошо, спасибо, — сказал Гарри и, дав ей клетку, поудобнее перехватил Буклю. - Я возьму Живоглота, - хватая кота, произнесла я. – Меня он не будет трогать. Мелкими шажками мы вышли в коридор и, уже ощущая свежесть вечернего воздуха, медленно двинулись вместе с толпой к двери вагона. Бодрый, женский голос раздался в темноте: — Первокурсники, прошу построиться здесь! Первокурсники, ко мне! — А где Хагрид? — громко спросил он. — Не знаю, — сказала Джинни. — Давай-ка отойдем, мы загораживаем дверь. — Да, конечно... Двигаясь по перрону и через здание вокзала, Гарри и я разошлись с Джинни. Жуткая толкотня. Поэтому мы просто дали потоку вынести себя на обочину темной, мокрой от дождя дороги, которая шла мимо станции Хогсмид. На ней стояло около сотни карет, которые всегда возили в замок учеников начиная со второго курса. Гарри пытался найти наконец Рона и Гермиону, на что я лишь покачала головой. - Давай дождемся следующей кареты, - я смотрела на заполненный транспорт. – Может, и Рон с Гермионой подойдут. Гарри лишь кивнул. Что-то привлекло его внимание. Неужели. Хотя, я не удивлена. После произошедшего. — А где Сыч? — раздался голос Рона. — Его эта Полумна взяла, — сказал, быстро обернувшись, Гарри. - Слушай, где, по-твоему... - Хагрид? Не знаю, - обеспокоенно ответил Рон. — Если с ним что случилось, это очень некстати... Чуть поодаль Драко Малфой при поддержке Крэбба, Гойла, Пэнси Паркинсон и еще двоих-троих расталкивал робких второкурсников, чтобы карета целиком досталась его компании. Спустя несколько мгновений из толпы, тяжело дыша, появилась Гермиона. — Малфой сейчас омерзительно обошелся с одним первокурсником. Я точно буду на него жаловаться! И трех минут еще не носит значка, а уже обижает людей направо и налево... А где Живоглот? — У меня, — ответила я. — Спасибо, — сказала Гермиона, забирая у меня кота. — Пошли найдем свободную карету, пока они еще есть... К нам подбежала Джинни. Я-то думала, что она уже уехала. — Мне еще Сыча надо взять! — возразил Рон, но Гермиона уже двинулась к ближайшему незанятому экипажу. Я последовала за ней, но Гарри остался с Роном. И мы отправились в школу.