Возвращение в Мир Мертвых

Гектор крепко прижал к себе Имильду. От точно не ожидал такого поворота событий. Сейчас женщина, как никогда напоминала ту молодую девушку, в которую он когда-то влюбился. Она была милой и беззащитной, совсем не такой, как сейчас. Гектор все еще любил ее. Спустя какое-то время Имильда пришла в себя и отпустила Гектора. Она поправила волосы и, глубоко вздохнув, сказала: — Извини. — Все нормально, — улыбнулся Гектор. — Давай просто забудем обо всем, будто ничего и не было, ладно? — предложила женщина. Гектор согласился, пускай и не хотел этого. Возможно, признаться в таком стыдно, но ему понравилось видеть ее слабой, понравилось обнимать. Гектор хотел, чтобы Имильда всегда была такой, но это невозможно. Годы жизни, воспитание дочери без помощи мужа сделали ее холодной и грубой. — Ты можешь идти. И извини за мои глупые догадки, не знаю, что на меня нашло, — пожала плечами Имильда. — Ничего. *** Конец разговора Гектора и Имильды Мигель так и не услышал. Он убежал в свою комнату, услышав слова прапрабабушки про их «романтические» отношения с Гектором. Мальчику было обидно и противно. Он даже представить себе не мог, как Имильда могла додуматься до такого. Они же родственники! Он любил Имильду, уважал ее, а она думает о нем такое. Это так обидно, особенно со стороны близкого родственника. Мигелю больше всего хотелось вернуться в прошлое и никогда не подслушивать их разговор. Есть вещи, о которых лучше не знать и догадки Имильды одна из них. Но было одно «но». Мигель прекрасно понимал, что у Имильды были основания так думать. Все, что произошло между ними за последние два дня сложно было назвать родственными отношениями. Родственники, даже очень близкие, не ведут себя так друг с другом. Однако, Мигель не мог воспринимать Гектора, как родственника полностью. Они ведь познакомились и начали общаться, как просто друзья, союзники. И когда страшная правда о родстве Гектора и Мигеля все же стала известна, мальчик не до конца поверил в это. Точнее, как, поверил, но не мог относиться к Гектору, как к прапрадедушке. Как к близкому другу, да, но не как к родственнику. У них была разница всего в восемь лет, не так уж и много, если задуматься. Но дело в том, что друзья тоже не станут так себя вести друг с другом. Мигель по порядку вспомнил все, что произошло между ними. Началось это пару дней назад, когда мальчик попытался убежать из дома, Гектор не дал ему этого сделать. Потом Мигель все рассказал. В ту ночь они спали в обнимку, в прочем, как и в следующую. А еще, Гектор напоил праправнука текилой, зная, что ему всего тринадцать. Мигель до сих пор переживал на счет того, что сказал и сделал, находясь в нетрезвом состоянии. В их отношениях было что-то не совсем нормальное. Мигель не мог сказать, что точно, но это что-то неправильное. Однако, мальчику нравились их отношения. Мигель никогда бы в этом не признался, но ему нравилось засыпать в объятиях Гектора, чувствовать, как он осторожно перебирает волосы, гладит по спине. Это успокаивает, помогает расслабиться и уснуть. Но главным было то, что мальчик целиком и полностью доверял Гектору. Он был готов доверить ему даже самые сокровенные и страшные тайны. Гектор понимал Мигеля, как никто другой. Им было хорошо вместе. В их отношениях было что-то неправильное, но столь желанное. Правда теперь им пришел конец. От осознания этого Мигелю становилось грустно и тоскливо. Только он начал понемногу отходить от всего произошедшего, как все сразу начало идти под откос. Мальчик понимал, что больше между ними с Гектором ничего не может быть, раз Имильда что-то заподозрила. Мигелю почему-то казалось, что Гектор откажет ему из-за нее. Все же, его прапрадедушка вряд ли, не считая Коко, любил кого-то больше, чем Имильду. Он был готов ради нее на все, несмотря на то, что она больше не любила его, по крайней мере не показывала своих чувств. И если ей не нравилось то, что Гектор проводит много времени с Мигелем, то такого больше не будет. По крайней мере, мальчику так казалось. Это грустно. Сначала Мигель думал, что ему будет тяжело без Гектора, а потом понял, что просто не сможет без него. Мальчика все еще преследовало чувство страха, ужаса, страх того темного подвала и пальцы незнакомца, сжимающие его руку. И лишь рядом с Гектором Мигель чувствовал себя в полной безопасности. Обиднее всего то, что все это из-за Имильды. Мальчик любил свою прапрабабушку, не смотря ни на что. Он знал, что где-то глубоко в душе она очень хороший человек. Он знал, что она не желает ему зла, она, как и Гектор, хочет, чтобы с ним все было хорошо, она любит его. Но Имильда ничего не знает. А не зная правды, она никогда не сможет понять Мигеля. И, кажется, выход был очевиден, нужно было просто пойти к ней и обо всем рассказать, объяснить. Но Мигель не мог этого сделать, что-то ему не позволяло. Мальчику казалось, что никто, за исключением Гектора никогда не сможет его понять. Гектор. Только сейчас, сидя на своей кровати, Мигель впервые по-настоящему задумался о том, что он думает о Гекторе и, что он чувствует к нему. Как ни странно, первым, что приходило в голову была любовь. Точно не та любовь, о которой начинаешь думать, когда речь заходит о взаимоотношениях между мужчиной и женщиной, но родственной ее тоже назвать было трудно. Она была слишком нежной и трепетной что ли. Дружба. Мигель считал Гектора своим другом, пускай они и были родственниками. Лучшим другом, если на, то пошло. На самом деле еще много чего, но на вопрос «как ты относишься к Гектору» Мигель, не задумываясь, ответил бы, что любит его. В его любви не было чего-то извращенного, но Имильда поняла все несколько неправильно. Но было глупо отрицать, что Мигель с Гектором дали ей повод так думать. Мальчик глубоко вздохнул и опустил глаза. Сложившаяся ситуация оставляла желать лучшего. Впрочем, больше Мигель старался не думать об этом. Он понимал, что ему так или иначе предстоит разговор с Имильдой, но сегодня этого хотелось меньше всего. День прошел относительно спокойно. Мигель даже сходил на ужин. Впрочем, ни Гектора ни Имильды он в гостиной не застал. Мальчик долго не мог уснуть. Он долго ворочался в постели. Засыпать не положив голову на плече Гектора было так непривычно. Постель казалась холодной и противно пахла стиральным порошком. Слишком неуютно. Спустя какое-то время Мигелю все же удалось уснуть, но спал мальчик не долго. Он проснулся от собственного крика и резко сел в кровати. Мигель не помнил, что ему снилось в деталях, даже не помнил было ли это связано с тем мужчиной, но ему было страшно и… одиноко.