Perfect crime

      - Мадам Франческа и дорогие джентльмены прошу вас вернуться обратно в номер, - мужчина улыбнулся, не убирая пистолет.       - Назад, - произнесла женщина, в чьи планы явно не входило лишиться жизни.       - А теперь сядьте на свои места и позвольте мне всё объяснить. Альберто, налей нашим друзьям вина. Оно в тумбе, - произнёс нежданный гость.       - Откуда вы знаете? – сглотнув, спросил Шеннон.       - Я всё знаю. Так ведь Джулия? – подруга кивнула, а я растеряно, но с улыбкой посмотрела на их диалог, смекая что к чему.       - Я известен вам под именем Грассо, - начал итальянец, устраиваясь в кресле и барабаня тростью по поручню. – А вам леди… - начал он.       - LST, - продолжила я.       - Абсолютно верно, а я в вас не ошибся, - он подмигнул мне. – У нас с вами много незаконченных диалогов, но пока позвольте, я поговорю с мисс Франческой.       - Объясните, что происходит? – вымолвила она.       - А вот что. Дорогая сеньора Родригес, а точнее миссис Грин урожденная Великобритании и четырежды разведенная, а после столько же раз получившая весть о смерти супругов. Это мои рыцари справедливости, три величайших Робин гуда современности, не оставляющие след и так далее…Что только не придумают газетчики, чтобы им заплатили. Так вот, в обязанностях этих леди было остановить вашу аферу, направленную против моих дорогих друзей, и они с этим успешно справились, хотя были в полном неведении. На заметку вам мистеры Лето и Милишевич, они могли обокрасть вас в любой момент, но поступили по совести, вернув на круги государственных счетов деньги из одного ювелирного магазина «вторых рук», как говорят в Италии. Так вот, вернемся к вам миссис Грин, вы так окрутили мистера Лето, что в течении года планировали стать его женой, отсудив часть счетов и сделав на себя завещание. Подмечу, что в прошлые случаи завещание оставалось в силе даже после развода. Так, на чём я остановился? Ах, точно, затем развестись и когда он бы заметил, что что-то не так его бы встретили в раю, где он бы вечность проклинал вас свыше, но законодательству было бы плевать на это.       - Я отказываюсь говорить без адвоката, - произнесла она.       - Наш мир так устроен, что тут нет серого и белого. В рамках закона ваши подлые преступления и незаконная справедливость моей группы равна. Так, что просто молчите и старайтесь не совершать прежних ошибок, иначе мои сотрудники вновь преградят вам путь, и в этот раз предупреждениями вы не отделаетесь. Да, и ваши предыдущие мужья заслуживали и худшей участи, так что вы свободны, - он указал на дверь и один из его сотрудников учтиво её открыл. Франческа окинула нас бешеным взглядом и скользнула за дверь первой.       - Будьте аккуратны, Феликс не тот, кем кажется, - кинул Грассо, прежде дверь закрылась.       - И? – спросила Дора.       - Да, объясните, почему Джулия уже в курсе, а мы нет? – дополнила я, с живым интересом уставившись на мужчину.       - Не так быстро, - ответил он. – Сначала спросим у наших музыкантов. Какого мнения вы о происходящем?       - Какого хрена? – спросил Шеннон, выпивая третью рюмку виски и прикусывая очередной лимон.       - Мне теорию струн было не так сложно изучить, как это, - ответил Томислав. Джаред просто растеряно посмотрел на нас.       - Значит, вы всегда были с ними знакомы? Но мы ведь дружим уже десять лет, - Джаред почесал висок. – Зачем вам весь этот маскарад?       - Это был вовсе не маскарад, а просто ещё один род моей деятельности. И что же такой, как я не нуждается в друзьях? Ошибаетесь. Просто пять лет назад, когда я достиг самых низов своего дела, я осознал, что в этом мире слишком мало справедливости и решил это наладить.       - Чужими руками? – спросил Томо, уже крепко сжимая руку Доры.       - Не совсем, все операции проходили под моим контролем. Если бы дорогие леди попались, я бы пошел под суд самостоятельно. На этот случай у меня лежал целый пакет документов, - ответил он, а я не могла оторваться от его лика, он был, словно богом, спустившимся на землю.       - А как много таких операций вы провернули? – спросил Джаред.       - Тридцать четыре операции, двадцать два преступника, - ответила Дора.       - Да, ты опаснее, чем я думал, - ухмыльнулся Томислав.       - Нам многое нужное обсудить, - произнёс Джаред Джулии.       - Я готова, - ответила она, и я почувствовала в воздухе странные искры этой пары.       - Когда собиралась нам рассказать? – тихо шепнула я ей на ухо, а она игриво хлопнула меня по ноге, заливаясь краской.       - Больше двух говорят вслух, - икнув, сказал Шеннон.       - Окей, теперь это мисс Лето, - он указал на рыжеволосую девушку.       - А это мисс Милишевич, - дополнил Томо.       - Давай, лучше ты мою возьмёшь, - Дора захлопала ресницами.       - Хорошо, в общем, теперь я мистер Пэнсельвани, - он повёл бровями.       - Давайте, Дора заключит со мной фиктивный брак, а потом уже с этой фамилией выйдет за тебя замуж, - предложил Джаред.       - Может лучше Томо со мной, - заревновала Джу.       - Хватит! – заорала я. – Ещё поженитесь тут все. Полигамы, блин.       - Мы приглашаем вас с Шенном в нашу семью, - Джаред заиграл бровями.       - Всё! Мистер Грассо, продолжайте.       - А мне и нечего продолжить, - с улыбкой произнёс мистер. - Теперь вы всё знаете. Вы Джулия так точно.       - А когда вы успели? – спросила Дора.       - Тогда на приёме, - ответила она. – Я тогда очень многое узнала.       - Оу.       - В честь такого события я приглашаю всех в свою Виллу сегодня в четыре, - после этих слов он вышел из комнаты, оставив нас вшестером.       - Ну, что? – спросила Джулия у Джареда.       - Теперь ты для меня ещё сексуальнее, - ответил он и сделал жест тигра.       - О, господи, я закатила глаза.       - А как вы узнали, где мы будем? И вообще, как это всё было. Мне безумно интересно, - начал Томислав.       - Мы конечно расскажем вам всё, кроме профессиональных секретов. Но вы действительно не хотите нас убить? – спросила я.       - Ну, разве что я, - ответил Шеннон.       - Я когда-то своровал булочку из пекарни, это было не для блага общества, а ради адреналина, - ответил Томислав.       - Оу, а ты опасен, - Дора щёлкнула пальцами и ярко улыбнулась.       - Арр, - ответил гитарист.       - О, господи, - синхронно с Шенноном произнесла я.       - Давайте, рассказывайте, - Джаред уложил подбородок на руку и уставился на нас.       - Ну… - начала Джу. ***       В зале играла музыка. За столиком сидели впятером мои друзья, пока вокруг вовсю шёл приём. Приглушенный свет лестницы влёк меня пройтись по ней, пока я задавалась вопросом о том, что будет дальше, глядя на эти счастливые пары. Я взялась за перила одной рукой, а второй приподняла подол платья и быстро направилась вверх, и чем дальше я шла, тем ближе казался свет Луны.       - Грассо? – на крыше, куда я поднялась, стоял мужчина. Он стоял ко мне спиной, лишь белая трость, постукивавшая по заборчику выдавала в нём того самого человека.       - Да?       - Что вы тут делаете?       - Жду, пока сюда придёт одна мечтательная особа, что никогда не упускала возможности увидеть мир с высоты птичьего полёта.       - Можно вопрос? – я стала рядом с ним и посмотрела вниз.       - Конечно.       - Почему Дора? – спросила я.       - Её ум чист, а мысли ясны, но в ней сохранилось то самое дитя, что нужно любому взрослому, - ответил он. - Она похожа на горного орла, что видит глубже, чем кто-либо.       - Почему Джулия?       - Любовь пылает в её сердце, искренняя, женская любовь, но эта любовь не затмевает живой ум и стремление к добру. Она похожа на весенний ветер, что своим теплом проникает в самые глухие углы.       - Почему я? Во мне нет ни разума, ни добра, ни любви.       - Ты бережешь внутри свободную мечту и чувство справедливости, но главное всё это было нужнее тебе, чем кому – либо, нужнее чем всему миру, - ответил он.       - В тот день на мосту. Вы были там?       - Да, - ответил он. – И я был в тот день, когда Дора отложила в парке книгу с трудами Карла Маркса и заплакала, проклиная мир за то, что так, как в книге никогда не будет. Был, когда Джулия с тоской смотрела в окно и пела песню о любви, не сдерживая слёз, но волшебный принц так и не пришёл. Был когда ты хотела закончить всё это, но до последнего сомневалась, а потом отвлеклась на цветок, что чуть не затоптала, он пробился прямо среди асфальта.       - Выходит, вы наш ангел хранитель? - с улыбкой спросила я.       - Может быть, - он глотнул вина и обернулся ко мне. - Они нашли свои дороги. А ты? Как долго ты будешь искать? – он с тоской смотрел в мои грустные глаза.       - Каждый день я смотрю на то, как люди губят себя и всё вокруг, и плачу. Мой путь кончится тогда, когда я пойму, что сделала что-то, чтобы прекратить это.       - На это уйдёт вечность, - ответил он.       - Пусть, но я не смогу остановиться, - по моей щеке потекла слеза.       - Пусть будет так, - он стёр мою слезу со щеки, белым платком. – Я помогу тебе в этом, а пока вернись к тому, кого любишь, вдруг, ты передумаешь, - с надеждой сказал он.       - Нет, - я помотала головой. – Спасибо вам и до встречи.       - До встречи, - грустно сказал он, а я улыбнулась и спустилась вниз к друзьям.       - Ты где была? – спросила, уже пьяная Джулия.       - Неважно, - ответила я и села рядом. – Я люблю вас ребят, - все мы обнялись.       - Что происходит? – спросил Джаред.       - Не важно, - ответила Джулия. ***       Я сидела в квартире и составляла доклад. Из-под пальцев одна за другой выходили чёрные буквы, украшая белый лист.       - Так теперь осталось накапать что-то о цитоплазматической теории, – вслух сказала я. – Джулия?       - Да, – отозвалась подруга из зала.       - Ты видела, где я оставила все свои пособия?       - Ты их разве забирала от Шеннона?       - Вот, блин.       Я кинулась собираться, ведь без пособий мне было нечего делать.       - Буду через час, - кинула я перед уходом.       - Хорошо, - ответила она. – Можешь задержаться, я Джареда позову, - у меня из рук выскользнуло пальто от торопливости.       - Чтобы к моей кровати не прикасались!       - Дениз, - фыркнула она.       - Ладно – ладно, я убежала. ****       Уже который раз я нажимала на звонок, но никто не выходил.       - Он там умер что ли, - вслух произнесла я и тут же защёлкали замки.       - А, это ты? – спокойно произнёс Шеннон, открывая дверь одной рукой. А в другой держа кофе.       - Я за пособиями, - ответила я.       - Проходи, - я зашла и за мной закрылась дверь.       - Дай-ка мне секунду, - не расставаясь с чашкой, он отправился в зал. One Republic – Love Me Again       Я сняла обувь и пальто, чуть встав на цыпочки, чтобы повесить их на высокую для меня вешалку. И заметила, что на комоде лежало моё фото – я сидела с блокнотом на кресле, прикусив карандаш; уголок фотографии был испепелён сигаретой, как будто кто-то тушил её об неё. Я взяла в руки изображение и улыбнулась.       - Так вот, что это был за щелчок, - вслух сказала я.       - Да, - ответил кто-то над прямо над моим ухом, отчего я дёрнулась. – Не бойся, - я оказалась в стальных силках.       - Отпусти, от тебя за километр разит алкоголем, - шикнула я и впилась в его руки.       - А от тебя ужасными духами, - сказал он, обжигая мою кожу.       - Это Диор, - ответила я, запуская когти в его руки.       - Тогда я пил лимонад.       - Козёл, пусти уже.       - Неужели, для такой прекрасной воровки преграда мои объятья.       - Нет, - ответила я и вспомнила, как проспала все курсы рукопашного боя, куда ходили Дора и Джулия.       - Джулия как-то пошутила про то, как ты не умеешь за себя постоять, - прошептал он, вплотную прижавшись ко мне. – Каждый божий день ты мозолила мне глаза и ни разу не дала прикоснуться, а теперь хочешь сбежать, оставив меня ни с чем? – его зубы впились в мою спину, он напоминал льва, нашедшего себе пассию и удерживающего её силой.       - Перестань, уже не смешно, - его руки сомкнулись ещё сильнее, как кольца питона.       - Ты же хочешь этого? – спросил он и невзначай коснулся губами моей шеи.       - Нет, - соврала я, а между тем первобытный инстинкт заставлял меня получать наслаждение от положения жертвы.       - Да, - он резко развернул меня и впечатал в стену, не спеша с действиями, что-то внутри забилось, с ненавистью пытаясь вырваться.       - Критин, - я вырвала руку и ударила его по лицу, а глаза заслезились от того, что я одновременно хотела и ненавидела происходящее. Почему всё так сложно?       - Дура, - он схватил меня за запястье, а второй рукой придушил, удерживая свою силу, но дрожа от напряжения. Я плюнула ему под ноги и упёрлась свободной рукой в торс, разделяя нас.       - Это обречено, - крикнула я.       - Мы все обречены, - ответил он и чуть сжал руки на шее.       - Давай, убей меня. Мне плевать, - срываясь на истерику, вопила я. – Я этому не поддамся. Не бывать этому! Я ненавижу чувства.       - А я ненавижу тебя, - рыкнул он.       - Я тебя и не трогала.       - Ты заставила меня терпеть всё это, - он показал мне сбитые костяшки рук и нежно провёл рукой по лицу, отчего первая слеза скатилась по щеке. Его серые глаза с печальной страстью смотрели на меня, а брови хмурились, пока грудь глубоко вздымалась от напряжения, из-за чего мышцы казались ещё рельефнее.       - Отпусти меня. Это не нужно никому из нас, - произнесла я, хватаясь за его майку руками.       - Нет, - он запечатал мой рот поцелуем. Я сжала губы, кусая их своими зубами, отчего кровь капала в мой рот, но мокрые, горячие движения выматывали меня, а рука в волосах пьянила, пока рука на талии вызывала истому, кружа мне голову. – Ответь мне, - произнёс он, оторвавшись от меня, но я лишь помотала головой, кусая губы ещё сильнее. Он повторно впился поцелуем, и я снова не ответила. – Ты останешься свободной, - я снова только помахала головой. – Дениз, люди должны быть слабыми, - я всхлипнула, и он, воспользовавшись этим, слился со мной в поцелуе, поначалу я бездействовала, но затем поддалась его пыткам. Губы играли в своеобразную игру, пока новая, дорогая помада исчезала к чертям в этом круговороте любовных состязаний.       Его горячий, шершавый язык проник в мой рот, заставляя рассудок покинуть мою итак бесхозную голову. Вдруг, я услышала тикающие часы, как бывает в полной тишине, когда вокруг ни звука.       « - Пройдет час, и всё это кончится. Стоит ли это делать, чтобы потом жалеть?»       - Стой, - я соскользнула и рванулась к выходу.       - Нет, - он схватил мою руку, а затем прижал меня к себе. – Теперь ты никуда не уйдешь, - он перекинул меня через плечо, как варвар, и отнёс в комнату, где царил полумрак. Я упала на кровать, а надомной навис Шеннон, тяжело дыша и смотря мне прямо в глаза, которые окутал страх, лишь они заглянули в два этих безумных, опьяненных омута.       - Шеннон! – я пытаюсь достучаться до него, но, пока его бедра прижимают меня к кровати, а одна рука держит мои руки, вторая разрывает на части мою футболку. Он не реагирует на мои слова, как волк на крики загнанной жертвы, что вырывается из его клыков. – Я девственница! – ору я свой главный аргумент в любом споре и глаза проясняются.       - Кто?       - Девственница! – снова ору я.       - Ты шутишь? – он отпускает меня, и я сажусь на кровати, потирая измученные запястья.       - Нет, - отвечаю я, и вижу, как зрачки постепенно приобретают нормальный вид, но вена на виске набухает всё сильнее.       - Ещё что-то чего я не знаю? – спросил он, отодвигаясь от меня.       - Даже, если бы это было не так, это не повод брать меня силой. Мудак ты зажравшийся. Козёл смазливый. Как тебя ещё импотенция в твои-то годы не настигла? Говнюк. Идиот. Сволочь, - уже несколько минут я царапала свои руки, крича на него животным криком.       - Ты что делаешь?       - Нервничаю.       - Почему?       - Люблю тебя, - в порыве необъяснимых чувств я кидаю его на кровать и целую, пока он приходит в себя, пытаясь понять происходящее.       Его руки хватают меня за талию и плотно прижимают, а губы целуют шею, оставляя засосы. Я откидываю свою голову и трусь об его почти голый торс, от сползшей майки, своей кожей, отчего меня прошибает ток. Он проводит по моей ноге рукой, и я чуть больше приоткрываю ноги, сквозь ткань штанов я чувствую его пальцы и прикусываю губу, пальцы учащают движения, и я накручиваю простыню вокруг рук, выгибаясь в спине, по которой он проводит своей холодной ладонью.       Придя в себя, я расстегиваю его ширинку, и штаны отправляются на пол. В ответ он порыкивает и снимает мои, затем слетает его майка. И вот последние детали одежды. Он садится и смотрит мне в глаза, пока его руки пытаются найти застёжку. Раз и я остаюсь лишь в одной детали, точнее претензии на одежду. Кожа к коже, я чувствую странный разряд и новый приток электричества, разливающегося по телу.       Он кладёт меня на спину и медленно спускает трусики, которые явно не ожидали попасться кому-то на глаза.       - Король лев? – спрашивает мужчина.       - Заткнись.       - У меня такие с Бетменом.       - Не порть атмосферу, - фыркаю я.       - Ладно, - он снова переключается со слов на дело.       Его руки нежно сжимают мои ягодицы, а губы целуют грудь, я кусаю костяшки пальцев от возбуждения, ведь узел внизу живота уже пульсирует. Я обвиваю его бедра ногами и притягиваю мужчину к себе, он хватает мои бёдра и смотрит в глаза, дрожа от возбуждения и попутно освобождаясь от последней детали одежды.       - Я тебя ненавижу, - с этими словами он меня целует, а я улыбаюсь, обнимая его руками и поглаживая спину. Однако моей улыбке не суждено было долго продлиться, внезапно меня пронзила неприятная боль, и я вскрикнула, выгибаясь и расцарапывая спину Шеннона, точнее бороздя ногтями. Он остановился и разорвал поцелуй. – Больно?       - Нет, - шиплю я, сдерживая слёзы.       - Прости, - он сделал первое движение.       - Стой! – слеза всё-таки пролилась.       - Хорошо, - он замер учащенно дыша мне в шею, а я пыталась расслабиться и свыкнуться с ощущением.       Спустя две минуты он начал двигаться, уже было не так больно, но я всё равно шипела под ним, пока боль не сменилась сравнительным удовольствием.       - Детка ты такая уз…       - Избавь меня от пошлых выражений для девок из борделей, - я вцепилась в его губу, прокусывая до крови, а он в ответ чаще задвигался, кровать под нами зацокала, а из соседнего номера постучали, я лишь улыбнулась, прикрывая глаза от прилива удовольствия. Он остановился, и я почувствовала какие-то волны внутри. - Ты сволочь, - в полу сознании произнесла я, хотя понимала, что это больше, чем просто секс.       - А ты стерва, - он поцеловал меня в мочку уха и провел рукой по лицу, – но самая лучшая из всех стерв, что я помню, – губы снова сплелись в поцелуе, а его руки сжали мою грудь.       Вдруг он оторвался от меня, а затем поднял на руки.       - Куда мы? – спросила я, когда мы вышли из комнаты.       - Я планировал всё не совсем в кровати.       - Что значит планировал?       - Забудь, - он опустил меня в тёплую воду джакузи, а затем погрузился сам, подминая меня под себя и создавая волнения на воде. Он мягко вошёл в меня, а я в ответ простонала, подаваясь вперёд. Жадный поцелуй, мои руки закапываются в волосы, пока он удерживает меня и держится за бортик, наращивая темп, свирепо врезаясь в меня и тихо порыкивая. Вдруг темп замедляется, и я чувствую, как его дыхание становится глубоким и обрывистым, внезапно он останавливается и ловит секунды блаженства, пока я чувствую, что вот-вот сползу под воду от своего странного состояния. Шеннон крепко обнял меня, щекоча щёку щетиной, а я прижалась к нему, увлекая под воду. Я чувствую, как он улыбается, а сама не знаю смеяться или плакать. От нехватки воздуха он выныривает первым, а я хочу продолжать тонуть, оставаясь с ним в этом блаженстве.       - Дени? – я выпускаю пузыри воздуха и не выныриваю. – Сумасшедшая, - говорит он, вытаскивая меня на поверхность.       - Что теперь? – спрашиваю я, вдыхая воздух.       - Теперь ты моя, - говорит он.       - Ты обещал мне свободу, - я машу головой и грустно улыбаюсь.       - Я закрою тебя в этом номере и ты никуда не денешься, - шутит он.       - Я умею вскрывать лучшие замки.       - Я выслежу тебя по камерам в городе, если сбежишь.       - Я взломаю базу данных и очищу всё.       - Я всё равно найду тебя.       - Я притворюсь, что больше не люблю.       - А я всё равно заберу тебя с собой, потому что люблю.       Я мягко поцеловала его и вышла из джакузи.       - Так лови меня, - он выпрыгнул следом и поднял меня на руки, кружа и смеясь, отнёс меня в спальню и накрыл одеялом, ложась рядом.       - Словил.       - Любовь – это мгновение, не забывай, - отвечаю я и закрываю глаза, нежась в его объятьях. ***       - Доброе утро, - произнёс сиплый мужской голос, и я потянулась в крепких объятьях.       - Уже утро?       - Да, - ответил он.       - А я ещё тут?       - Да, - ответил он.       - Принеси мне, пожалуйста, кофе, - я обняла его и поцеловала.       - Конечно, - ответил он.       - Шеннон!       - Да?       - Я никого не любила так, как тебя.       - Это взаимно,- дверь хлопнула, а я быстро встала, находя раскиданную по углам одежду, я оставляю кусочек страницы любимого романа на простынях и выхожу на балкон.       Один прыжок и вот я спускаюсь вниз по карнизам, как горный баран, перескакивая с одного на другой.       - Прощай, любовь моя, - мои растрепанные волосы треплет утренний весенний ветер, а в голове куча счастливых воспоминаний. Есть люди, в чьих венах течет не кровь, не любовь, а ветер и я этот человек. Я бегу по улице, которая пуста этим ранним утром и улыбаюсь. Сейчас нет горя или радости, только свобода и я в этом мире. Если это не счастье то, что?