Pain

Смот­рит на по­толок, так и не от­ры­вая с не­го взгля­да. Вды­ха­ет, а пос­ле вы­дыха­ет кислород, пе­рево­дя взгляд на дверь. И ку­да он ушёл? Всё те­ло так и про­сит это­го, а ей хо­чет­ся прос­то нап­росто зап­ла­кать. А ещё хо­чет пла­кать от то­го, что она всё время что де­ла­ет, как но­ет. Нет, рань­ше Лидия не бы­ла та­кой, не пла­кала по каж­до­му по­воду или же прос­той ме­лочи. «Плак­сой» она ста­ла на­чиная с ме­сяца на­зад. От­ки­дыва­ет го­лову на по­душ­ку, и вновь, вдохнув кис­ло­рода, уже хо­чет встать с кро­вати, как дверь спаль­ни от­кры­ва­ет­ся, в неё вхо­дит Стай­лз. Ли­дия не от­ры­вая взгля­да смот­рит на не­го, осо­бен­но на его ого­лён­ный торс, пе­рево­дя взгляд на во­лосы, ко­торые на сей раз бы­ли мок­ры­ми. Па­рень за­каты­ва­ет гла­за, и не спе­ша приб­лижа­ется к кро­вати, оп­ро­киды­вается на неё, и сра­зу же зак­ры­вает глаза. Зе­леног­ла­зая смотрит на не­го за­воро­жён­но, и уже хо­чет, нет, ей жут­ко хо­чет­ся при­кос­нуть­ся к его волосам, как ка­рег­ла­зый от­крыв гла­за, припод­ни­ма­ет­ся, при­жимая де­вуш­ку к се­бе. Ли­дия удив­ля­ет­ся дан­ной ре­ак­ци­ей, но при этом ни­чего не го­ворит, прос­то нас­лажда­ясь мо­мен­том.  По­валив ры­жево­лосую на кро­вать, па­рень лас­ка­ет её, а че­рез ми­нут де­сять вновь сли­вает­ся во­еди­но.

***

Стай­лз так и де­лал, что за­тыкал рот Мар­тин по­целу­ем, так как на этот раз мож­но бы­ло подумать, что в их спаль­не ко­го-то уби­ва­ют. От­ки­нув­ший­ся на свою по­душ­ку, па­рень стара­ет­ся от­ды­шать­ся, так ­же, как и Ли­дия. Зе­леног­ла­зая вновь на­чина­ет смот­реть на потолок, по­ка ды­хание не вос­ста­новить­ся. Взды­ха­ет, вста­вая с кро­вати, при этом прикрыв те­ло оде­ялом для то­го, что­бы взять с по­лок ноч­нушку. Наде­ва­ет, и опять за­леза­ет на кро­вать, оп­ро­киды­ваясь на по­душ­ку. — Спо­кой­ной но­чи, — про­гова­рива­ет, нак­рывая своё те­ло оде­ялом.  Расс­тро­ив­шись в том, что тот и ни­чего не отве­тил, по­вора­чива­ет­ся к не­му спи­ной, как тут слы­шит, что он ус­мехнул­ся. Обид­но… Пус­тяк, но обид­но. «Обид­чи­вая, слов­но ре­бёнок», — ду­ма­ет, увидев, как Ли­дия от­верну­лась от не­го. А ей прос­то хо­чет­ся, что­бы он её об­нял. Обнял за та­лию, неж­но при­жав к се­бе, ос­торож­но по­цело­вав в щёч­ку, как в тех фильмах или се­ри­алах про лю­бовь. И та­кой ме­лочью за­быть обо всех оби­дах и бо­ли, что бы­ло при­чине­но. Бе­зум­но хо­чет­ся, и так надеет­ся, но…  Но ни­чего… Как буд­то она не зна­ла. Ли­дия от­ки­дыва­ет с се­бя оде­яло, по­тому что ей ста­новит­ся жар­ко. Настолько жарко, что хочется выйти на улицу или сесть возле окна, вдыхая свежего воздуха. Кажется, что этот воздух унесёт с собою плохие мысли. Как сквозняк, которые разбрасывает и уносит листья из комнаты. Зак­ры­ва­ет гла­за и же­ла­ет по­быс­трее про­валить­ся в сон, так как день бу­дет дол­гим и полным за­бот. Как никак, завтра рождество, наступает новый год, старый уходит. А она даже толком ничего сделала в доме. Не было ни времени, ни сил.

***

От­кры­ва­ет гла­за и ощу­ща­ет, что на ней одеяло, ко­торое она от­ки­нула ночью. По­вернув го­лову в сто­рону, не ви­дит ря­дом с собою Стай­лза, и вста­ёт с кро­вати, что­бы одеть­ся и при­вес­ти се­бя в по­рядок. Зай­дя в ван­ную, мо­ет ли­цо, чис­тит зу­бы, после че­го при­нима­ет­ся за душ. Умыв­шись, вы­ходит из ду­ша, укутывая тело по­лотен­цем. Ког­да вхо­дит в спаль­ню, су­шит во­лосы фе­ном, за­тем наде­ва­ет сви­тер и джинсы, а рас­че­сав во­лосы со­бира­ет их в высокий хвост. Пе­ред вы­ходом зас­те­ливает кро­вать, и, убе­див­шись, что всё сде­лано, покида­ет ком­на­ту. Спус­ка­ет­ся, как слы­шит смех, до­нося­щийся из их гос­ти­ной. По­дой­дя к две­ри, Лидия ос­та­нав­ли­ва­ет­ся и ки­да­ет взгляд на двух Сти­лин­ски, ко­торые ми­ло сме­ют­ся, смот­ря оче­ред­ной пов­торный по­каз «Один до­ма». Ко­ра при­жата к Стай­лзу, точ­нее, прижата са­мим Стай­лзом, а она улы­ба­ет­ся, и час­то смеёт­ся, до­едая поп­корн. Становится больно. Ей то­же хо­чет­ся си­деть сре­ди них, так­же смеять­ся, ощу­щать, что она то­же часть этой семьи.  Нет, ей хо­чет­ся быть на мес­те Ко­ры. Чтобы эта она сме­ялась со Стай­лзом. Что­бы это она бы­ла при­жатой к не­му. Чтобы быть та­кой же счас­тли­вой, как сей­час Ко­ра. А мо­жет, зай­ти?  Ей то­же хо­чет­ся си­деть на удоб­ном ди­ван­чи­ке и чувс­тво­вать ат­мосфе­ру пред­сто­яще­го но­вого го­да. Де­ла­ет вдох и вы­дох, и, об­ду­мав свои дей­ствия раз так трид­цать точ­но, делает шаг через по­рог двер­ного про­ема и вхо­дит в гостиную.  Они её и не за­мети­ли, по­тому что бы­ли уж слиш­ком за­ин­те­ресо­ваны просмотром филь­ма. Уже бо­лее ме­нее уве­рен­но ша­га­ет, про­ходит ми­мо Ко­ры и Стай­лза, и, приб­ли­зив­шись креслу, уса­живать­ся на него, пе­рево­дя взгляд на те­леви­зор. В ком­на­те нас­ту­па­ет ти­шина, от че­го ей становить­ся не­лов­ко и не по се­бе. Ко­ра не смеёт­ся с тех пор, как она вош­ла в ком­на­ту, по­нят­но, что ка­рег­ла­зая ей не ра­да. Ли­дия никак не мо­жет по­нять, че­му яв­ля­ет­ся причина её от­но­шения к ней. Да и са­ма Ко­ра об этом по­мал­чи­ва­ет. Не­лов­кую ти­шину в ком­на­те иног­да на­руша­ет Стай­лз, ког­да смеёт­ся, и зе­леног­ла­зой бы­ва­ет не так не­удоб­но, как бы­ло ра­нее. По все­му те­лу пробега­ют му­раш­ки, а воз­дух, ка­жет­ся, стал тя­желеть. И ей ста­новить­ся ещё бо­лее пло­хо от то­го, что ка­рег­ла­зая вста­ёт с дивана и по­кида­ет гос­ти­ную. Боль­но от то­го, что ей на са­мом деле ник­то в этом до­ме не рад. Каж­дый по сво­ему да­вит, каж­дый по сво­ему де­ла­ет боль­но. Лю­ди не по­нима­ют, ка­кими пос­ледстви­ями мо­жет обер­нуть­ся их дей­ствия или же сло­ва, ко­торые де­ла­ют боль­но другим лю­дям. Не зна­ют, как единс­твен­ное сло­во мо­жет сло­мать жизнь человека за до­лю се­кунды. Од­но лишь сло­во мо­жет пос­лать их жизнь чер­тям. Зас­та­вить раз­лю­бить её, разлю­бить се­бя, сде­лать так, что­бы на их лицах боль­ше не бы­ло улыб­ки, не бы­ло повода ра­довать­ся жиз­ни. Лю­ди раз­ные. Кто-то сло­ма­ет­ся из-за единс­твен­но­го грубого за­меча­ния, а дру­гие бу­дут стой­ко стоять, ви­дя, как хо­ронят близ­ких. Сжи­ма­ет свою ла­донь, и сдер­жи­ва­ет по­ток слёз, смот­ря в од­но и то­же точ­ку. Ру­га­ет са­му се­бя в мыс­лях, и быс­тро вста­ёт с крес­ла, что­бы по­кинуть ком­на­ту и чем-то отвлечь­ся. Для это­го есть ку­ча все­го, ведь сегод­ня трид­цать пер­вое де­каб­ря. На­до сде­лать мно­го блюд, а ещё упаковать по­дарок Стай­лза. Её да­же пе­редер­ги­ва­ет от этой мыс­ли. Она ждёт этот мо­мент, и мно­го раз пред­став­ляла, как это бу­дет. На этот раз в го­лове де­вуш­ки не бы­ло пло­хих мыс­лей, по­тому что они со Стай­лзом каж­дый год встре­чали рождес­тво вмес­те, и всё всег­да про­ходи­ло хо­рошо. Ли­дия по­кида­ет ком­на­ту, а брю­нет провожает её взгля­дом. Быс­тры­ми ша­гами вхо­дит в кух­ню, и несколько раз взды­ха­ет, по­тому что хо­чет успо­ко­ить­ся.  «Нель­зя вол­но­вать­ся. На ре­бён­ка это пло­хо вли­яет», — пов­то­ря­ет сно­ва и сно­ва, но от чувств не убе­жишь. Как ни го­вори, ког­да боль­но — бо­лит. И ни­какие сло­ва, вро­де «прой­дёт» и то­му по­доб­ное не по­могут. Всё за­жива­ет со вре­менем, жаль, что не полностью. Умыв свои ру­ки, Ли­дия наде­ва­ет фар­тук и бе­рёт из хо­лодиль­ни­ка нуж­ные про­дук­ты, но кол­ба­су она что-то не на­ходит. Нет, на­ходит, спус­тя пол­ча­са в му­сор­ном вед­ре. Ко­ра выб­ро­сила из-за за­меча­ния Стай­лза? В лю­бом случае, она нуж­на бы­ла ей для раз­ных са­латов. Именно по­это­му та поп­ро­сила Стай­лза ку­пить по до­роге, по­тому что он как раз дол­жен был от­везти Ко­ру до­мой. Когда брюнет и кареглазая покидают дом и уезжают, девушка остаётся одна, а это значит, что она можно начать приготовления. Вклю­чив свою лю­бимую пес­ню, Ли­дия так и де­ла­ет це­лый день, что вер­тится воз­ле ку­хонной пли­ты, бы­вая, тан­цует в такт му­зыке, улы­ба­ясь, и тем са­мым по­лучая от про­цес­са ­готов­ки од­но удо­воль­ствие. Мар­тин пришлось нес­коль­ко раз ос­та­вить кух­ню на оп­ре­делён­ное вре­мя, по­тому что не­кото­рые про­дук­ты вы­зыва­ли у неё рво­ту. А ещё, по сво­ей не­ук­лю­жес­ти, по­реза­ла два ра­за пальца, но это бы­ло тер­пи­мо, ведь, всё это она де­ла­ет для лю­бимо­го муж­чи­ны. А для неё важ­но, что­бы этой ночью всё прош­ло иде­аль­но. В новогоднюю ночь всё по своему осо­бен­но. Ат­мосфе­ра, ко­торая тебя ок­ру­жа­ет, да­же ат­мосфе­ра в воз­ду­хе. Многие ста­ра­ют­ся или же да­ют обе­щания начать но­вую жизнь. Толь­ко, по­рой за­бывая, что пи­шут той же руч­кой. Уже прош­ло несколь­ко ча­сов, а Стай­лза всё ещё нет. Как ни­как, такой про­дукт, как кол­ба­са бы­л необ­хо­дим, по­это­му ей приш­лось схо­дить в ма­газин самой, не ожи­дая пар­ня. Уже к ве­черу все блю­да бы­ли го­товы. Ли­дия нак­ры­ла стол, положи­ла для это­го слу­чая дру­гую, праздничную посуду. Ког­да стол был нак­рыт, мож­но бы­ло пе­рехо­дить уже на по­дарок для пар­ня. Под­нявший­ся на вто­рой этаж, зе­леногла­зая быс­тро за­ходит в ком­на­ту, и, взяв аль­бом с их об­щи­ми фот­ографиями, ко­торый Стайлз, в чём уве­рена де­вуш­ка, не ви­дел. Не­обя­затель­но же это дол­жно быть что-то дорогое, так? И нет, де­ло бы­ло в не том, что у неё не бы­ло де­нег. Брю­нет хо­рошо зарабатывал, из-за че­го да­же пе­рево­дил «весь­ма» круг­лень­кую сум­му на её счёт каждый ме­сяц. Ли­дия же тра­тила эти день­ги толь­ко на не­об­хо­димое. Шо­пого­лить, хо­дить в са­лоны и так да­лее, у неё, если быть честным, не бы­ли ни же­лания, ни вре­мени. Улыб­нувшись, на­чина­ет паковать аль­бом, пос­ле че­го кла­дёт его на тум­бочку, воз­ле их кро­вати. Те­перь мож­но уде­лить вре­мя и себе. Быс­тро сбе­гав в душ и вы­сушив волосы, Ли­дия на­чина­ет пе­ре­оде­вать­ся в платье, ко­торые ку­пила ме­сяц на­зад. Платье и вправду бы­ло очень кра­сивым, прос­то не бы­ло по­вода её на­деть. Убе­див­шись, что она хо­рошо на ней си­дит, рас­че­сыва­ет волосы и убирает од­ну прядь за ухо. За столь дол­гое вре­мя зе­леног­ла­зая впер­вые наносит кос­ме­тику, и, приз­на­ёт са­ма, что выг­ля­дит весь­ма неп­ло­хо. Неп­ри­выч­но ви­деть се­бя та­кой.  На­тянув ис­крен­нюю улыб­ку, по­кида­ет комнату, взяв с со­бою мо­биль­ник. Ког­да спус­ка­ет­ся, сра­зу же идёт в кух­ню, и са­дит­ся за стол, ожи­дая Стай­лза. Он опаз­ды­вал, так как уже поч­ти пол один­надца­того, а рождество, как по их тра­диции, они оба праздну­ют имен­но в та­кое вре­мя, а да­рить по­дар­ки, наб­лю­дать за са­люта­ми и вы­ходит на ули­цу на­чина­ют уже в пол­ночь. Но до­ма он дол­жен был быть уже дав­но. Про­ходит со­рок ми­нут, а его уже нет. Ли­дия вол­ну­ет­ся. На­бира­ет его но­мер, но трубку никто не берёт. Нас­тро­ение уже ста­новит­ся пло­хим, так как ров­но че­рез три ми­нуты нас­ту­пит но­вый год, а его нет… Гла­за на­пол­ня­ют­ся слё­зами, и Ли­дия старает­ся не зап­ла­кать, по­тому что ей не хо­чется, что­бы один из са­мых её лю­бимых, и важ­ных для неё праз­дни­ков про­шёл вот так.  Вста­ёт со сту­ла, и под­хо­дит ко две­ри, от­крыв, ни­кого не на­ходит, лишь ку­ча на­рода на улице, ко­торые на­чали праз­дно­вать наступивший но­вый год. Опять на­бира­ет но­мер те­лефо­на, сно­ва и снова, но ник­то не бе­рёт. Гуд­ки идут, но мобиль­ник не бе­рут. По­чему-то, вклю­ча­ет мо­биль­ные дан­ные. Начина­ют при­ходить но­вые со­об­ще­ния с поздрав­ле­ни­ями, опо­веще­ния из ин­стаг­ра­ма. Ви­дит, как приш­ло опо­веще­ние о но­вой публи­кации с их об­щим дру­гом Стай­лза, Айзеком, и на­жав на кноп­ку, смот­рит на дан­ную фот­ку. Что-то очень боль­но уда­ря­ет где-то там в сердце, а по ще­ке вниз бе­зос­та­новоч­но начина­ют течь слё­зы. На фот­ке Ай­зек с сво­ими при­яте­лями, ещё какие-то де­вуш­ки, ско­рей все­го друзья, а ещё…  Стай­лз. Стай­лз то­же там. Рож­дес­тво встре­ча­ют вмес­те с семь­ёй? «Спа­сибо, Стай­лз, за до­каза­тель­ства, что я не часть тво­ей семьи».