Взмахнув кистью

Мягкое весеннее утро. Блеклые лучи солнца проникали сквозь полупрозрачные серые шторы из органзы. Бакугоу ютится один в своей двухкомнатной квартире, он любит простор. Вся мебель контрастирует с характером художника, она нежная, светлая и гармонично смотрится. Такая атмосфера вдохновляет Катсуки. Но внутри он явно не такой, как интерьер, что его окружает. Стеклянные шкафы на кухне для сервиза, низко висящие лампы над обеденным столиком, который аккуратно стоит возле стены. Книжные полки, картины на стенах, между прочим, не авторства Бакугоу. Мягкий диван пыльно-розового оттенка с атласным покрывалом. Стены нейтрального цвета по всей квартире. Катсуки редко выходит на улицу, поэтому прогуливается на своем балконе, выпивая кружку крепкого кофе. Это единственный момент за весь день, когда он находится в состоянии душевного равновесия и умиротворения. Поэтому «прогулка» на балконе стала неким ритуалом, без которого художник не может обойтись. Бакугоу ненавидит ранние подъемы еще с детства, но сегодня особенный день. Он встретил свою прекрасную музу среди тоскливой серой массы. Зеленый свет в глазах, словно изумруд, трепещущиеся кроны величественных деревьев, цвет жизни, добра, столько параллелей и ассоциаций идет в голове вдохновленного художника. Он сжимает ручку своей кружки с многолетним бежевым налетом от кофе по краям, и Бакугоу сгорает от нетерпения, превращаясь в пепел. С самого утра Катсуки убирается в своей квартире, ведь не хочет принять гостя, когда помещение имеет такой вид. К сожалению, даже после того как он убрался, комнаты были полны нужным, по его мнению, хламом. Бакугоу любит заполнять пространство всем, чем бы то ни было. Книги, бумажки, вазы, растения, свечки, кружки, пледы, он живёт этим. Живёт собственным беспорядком и никогда не убирает ничего. В итоге после тщетных попыток прибраться, Бакугоу оставил всё как есть и лишь помыл полы. Да и они не отмывались в некоторых местах от пятен акрила. «Ладно, всё равно.» - успокаивал себя Бакугоу. После уборки последовала подготовка к творческой деятельности, хотя он знал, что не сразу приступит к ней, когда придет Изуку. Бакугоу сел напротив своего мольберта и достал пустой холст. Как будто там что-то нарисовано, он всматривался, подпер голову рукой и размышлял. Как это будет? Примерно выстраивал композицию. Ах, как бы шикарно смотрелись волосы юного Изуку, которые похожи на облако, легкие, пушистые и неподатливые! А его веснушки, словно рассыпанные блёстки, творение летнего солнца, четко отпечатались в памяти. В голову Катсуки пришла немного непристойная мысль и он задался вопросом: «Интересно, а на плечах, ключице и груди у него есть веснушки?» Он ущипнул себя за щеку, которая сразу же заалела и отдавала резкой неприятной пульсацией по всему лицу. — Черт, — произнес Катсуки. Он ловил себя каждый раз на подобного рода мыслях и тряс головой, но желание перебарывало. Художник редко рисовал портреты, тем более с натуры, поэтому от волнения он перебирал пальцы, пыхтел и боролся сам с собой. Вдруг дверь зазвонила. «Ладно, стоит попробовать.» * * * Изуку не спал почти всю ночь. Он слышал и знал о том, что с Катсуки Бакугоу очень тяжело наладить контакт, вести диалог. В какой-то момент Мидория почувствовал себя избранным, но он не понимал почему. Давно восхищаясь творчеством успешного импрессиониста, юноша часто мечтал о том, как бы взять интервью у такого недоступного художника. Его мечта и толчок к событию, которое изменит всю жизнь, свершились в один день. Изуку ворочался в кровати около двух часов и всё так же плохо представлял, что значит позировать для художника, и будут ли они вообще разговаривать. Ему бы не хотелось сразу прощаться с человеком, которым он восхищается много лет, с самого начала его неуверенного пути, до становления профессионалом. Мидория спал 4,5 часа. Он выдохся еще тогда, когда проснулся. Тесная комната с серыми стенами и плотными шторами будто давили со всех сторон, утомляя еще больше. Ничего не поделаешь, Изуку не может просто взять и отменить встречу. Атмосфера старой квартиры с изношенной мебелью прибавляли угнетающее настроение, которое бывает у юноши очень редко. «Почему именно сегодня? Успокойся, успокойся» - проскакивали мысли во время утренней рутины. Изуку смог подавить негативные мысли и настроить себя на «творческий» лад. Однако, волнение всё равно сковывало цепями, заставляя дрожать, а руки покрываться белыми пятнами. Он посмотрел на свое отражение в зеркало с мутными разводами и произнес: — Безнадежно, — тяжело выдохнул Изуку и попытался поправить свои непослушные зеленые патлы. — Как же я безнадежен. Мидория постоянно думал, что приглашение Катсуки - шутка, развод и просто повод посмеяться над наивным мальчиком. Он вышел из дома и добирался общественным транспортом. Изуку радовала солнечная погода, она заставила хоть немного улыбнуться. Мидория добрался до нужного адреса. Его тело стало будто деревянным, а руки в конец побелели от волнения. Не хочется показаться глупым, слишком скучным или занудой, произвести плохое впечатление, неправильно вдохнуть или выдохнуть, пошевельнуться. И он жмет на кнопку звонка.