Doomsday

– Сынок, передай мне, пожалуйста, чашку? – услышал Диппер ласковый голос мамы, которая сидела напротив него за столом. На ней, как обычно, было надето ее любимое платье лимонного цвета, а слегка волнистые волосы были уложены в аккуратную прическу. Середина весны. Да, то самое время, когда можно выйти из душного помещения дома и расположиться в саду, не спеша попивая чай и жаря барбекю на открытом огне. У них в семье это было некой традицией. Временем, когда все могли собраться вместе, отвлечься от надоевшей работы и просто отдохнуть. Хорошо провести время друг с другом. Диппер обвел взглядом все вокруг, и по телу тут же расплылось приятное тепло. Это был действительно их сад. Такой же красивый, с несколькими яблонями, еще нераспустившимися цветами и аккуратным газоном, за которым родители тщательно следили. Рядом сидела мама и Мэйбл, а папа как раз переворачивал мясо, которое уже начало немного подгорать. – Дорогой, ты успел? – Да, все хорошо, - засмеялся в ответ папа, выкладывая на тарелку жареное мясо. – Я успел. – Ты просто настоящий герой, – улыбнулась мама, после чего задорно хлопнула в ладоши. – Думаю, можно приступать к еде. Надеюсь, все проголодались? – Спрашиваешь, – ответила Мэйбл. Все ее лицо уже было усыпано веснушками, что говорило о том, что лето потихоньку вступает в свои права, прогоняя ненастную дождливую погоду прочь. – Дип-Дип, а ты чего такой молчаливый? Ты же сам говорил, что проголодался. Целый день только об этом твердил. Диппер вынырнул из своих мыслей и растерянно затараторил: – Да, я очень голодный. Просто задумался. – Сынок, ты всегда так много думаешь. Вечно сидишь в своих книжках, все мысли заняты учебой, – мягко обратилась к нему мама, нарезая на деревянной доске хлеб. Ароматный запах мякиша разлетелся над столом. – Тебе нужно больше отдыхать. – Я отдыхаю достаточно, не переживай. – Мама права, Диппер, – сказал папа, подходя к столу с тарелкой в руках. – Я часто захожу к тебе и вижу, как ты спишь на рабочем месте. Это не правильно. – Мы не ругаем тебя, малыш, – подхватила мама. – Просто беспокоимся за тебя. Ведь мы тебя любим. Любить Такое приятное, но далекое от реальности слово. Когда он слышал его в последний раз? Диппер не помнил. Он вновь поднял на своих родителей взгляд и почувствовал, как когти невидимого зверя полоснули его внутри груди. Мир немного померк и солнце будто скрылось за тучами. Это все неправда – Дип-Дип, ты опять ушел в себя, – воскликнула Мэйбл и шуточно стукнула его по плечу. – Давай, возвращайся к нам! – Да, а то убежишь в свои мысли и не вернешься, – добавил папа. – А ведь мы будем скучать. – Очень будем, – кивнула мама. Мэйбл сначала молчала, а потом тихо, словно не своим голосом, добавила. – Уже скучаем. Диппер открыл глаза. От резкого пробуждения все вокруг плыло, а голову обожгла пульсирующая боль в области затылка. Отрывки сна все еще всплывали в сознание, и от этого становилось еще невыносимее. Перевернувшись на бок, Диппер обхватил колени руками, стараясь успокоить дрожь по всем теле. Я снова здесь. Он помнил улыбающиеся лица родителей, родной голос Мэйбл и безоблачное небо, что висело над их домом, как голубой купол. Минувший сон был словно теплым одеялом в осенний промозглый день. Такой же уютный, светлый, и Диппер будто до сих пор ощущал лучи солнца у себя на коже. Здесь же не было света. Только холодный мрак и тусклый свет, что исходил из светильников. Потому солнца больше не существовало. Еще немного полежав, Диппер поднялся с кровати и двинулся в сторону ванной комнаты. За последние дни он ел очень мало, потому что чувство тошноты все еще крепко сжимало горло. Только вот был ли причиной сам голод или все же отравление, он не знал. Умывшись холодной водой, Диппер вытерся мягким полотенцем и вернулся обратно. На столике рядом с кроватью стоял поднос с нетронутой едой, но сейчас он тем более к ней не притронется. Диппер бездумно походил по комнате, заглядывая в каждый угол, будто надеясь отыскать там выход наружу. Возможно, это способствовало некому успокоению, а иначе он бы точно окончательно свихнулся. Боль в голове все еще не проходила, а в животе будто находилась целая гиря, которая давила на внутренние органы. Что со мной? Он не знал, сколько прошло времени и как долго он метался туда-сюда, как лис в клетке, но неожиданно дверь отворилась, и на пороге показались приспешники Билла. В руках у одного из них был поднос. Диппер напрягся и отошел на несколько шагов назад, что быть готовым в случае чего дать отпор. – Что, ничего не сожрал? – хмыкнул один из них, забирая старый поднос и ставя на его место другой. – Сдохнешь же. – Но ведь ты же сам знаешь, что это вопрос времени, – ответил второй. Они смотрели на него голодным взглядом и ухмылялись. Диппер почувствовал себя куском мяса. Товаром, который стоит на прилавке и который с любопытством разглядывают покупатели. Стало до невозможности мерзко. – Парнишка живой труп. Интересно, Сайфер разрешит нам сожрать его после всего? – Посмотрим, я был бы не прочь, – и они дружно загоготали. Терпение разламывалось на части и тоненькая ниточка, что удерживала его от необдуманных решений, порвалась окончательно. – Пошли к черту! – рявкнул Диппер, делая выпад вперед, словно готовясь наброситься на них. Он чувствовал, как быстро билось сердце, то ли от страха, толи от гнева. Морды существ искривились от удивления. По всей видимости, они не ждали подобную реакцию. Интересно, как быстро ломались те, кто был здесь до меня? – Думаешь, что еще можешь спастись? – ухмыльнулся тот, что стоял ближе. – Твоего мира больше нет. Твоей вселенной не существует. Куда ты собрался бежать? – Да пусть надеется, так они дольше живут, – ответил второй, после чего они скрылись за дверью, все еще весело переговариваясь и отпуская мерзкие шуточки, которые Диппер уже не слышал. Он вновь рухнул на колени. Казалось, что тело стало до невозможности тяжелым, а все силы разом оставили его. Внезапно захотелось пить. А еще есть. Его тело требовало еды и воды, чтобы продолжать жить. Диппер бросил взгляд на только что принесенный поднос и скривился. Нет, запах был приятный. Скорее всего, яичница с беконом или что-то вроде того, а еще летний салат. При мысли об этом стало по-настоящему стыдно. Диппер не хотел сдаваться и принимать еду из их рук, но что тогда остается делать? Раз он решил жить, то нужно бороться. Нужно искать способ, как справиться со всем - найти выход, спасти Мэйбл, а потом вместе бежать. Куда? Хоть куда-нибудь. Сайфер не мог уничтожить все существующие миры. Может, где-то они еще смогут отыскать свой Дом. С трудом поднявшись на ноги, Диппер подошел к столу, где стоял поднос с едой. Осторожно он взял рядом лежавшую вилку и насадил на нее кусочек помидора. Рот сразу наполнился слюной, и только сейчас пришло осознание, насколько он был голоден. Ему понадобилось меньше десяти минут, чтобы уничтожить весь завтрак и запить все апельсиновым соком, после которого неприятно щипало в уголках рта. Было вкусно. Чертовски вкусно, а еще приятно ощущать, когда твое тело наполнилось силами. Стало действительно легче. Диппер вновь осмотрел комнату и его взгляд остановился на двери, ведущей в коридор, что соединял помещения пирамиды. Подойдя к ней, он потянул ее ручку на себя, но, как и ожидалось, она была заперта. Но он понимал, что даже если ему получится вырваться наружу, куда бежать дальше? Где искать Мэйбл и куда отправляться потом? Все это еще предстояло выяснить. Ему был необходим четкий план, в котором он продумает все до мельчайших подробностей. Вернувшись на кровать, Диппер забрался на нее с ногами и начал обдумывать все возможные способы побега, которых было не столь много. На самом деле, все сводилось лишь к одному – необходимо усыпить бдительность Сайфера, подыграть ему, а потом попытаться узнать необходимую информацию. Никто кроме него не знает все здесь так хорошо. Только вот сложность состояла в том, что пирамида могла менять форму. Она была детищем Билла и по его желанию могла трансформироваться во что угодно, а еще коридоры и помещения могли сливаться или наоборот, распадаться на множество и множества других. Здесь так же легко заблудиться, как в лабиринте минотавра. В таком случае, мне нужно найти Ариадну, которая подарит мне клубок ниток. От этих мыслей ему стало смешно, и Диппер нервно рассмеялся, хотя доля истины в этом была. Только вот он не Тесей, да вряд ли здесь найдется хотя бы один человек, который будет готов ему помочь. Если даже Билл и сохранил кому-то жизнь, то, скорее всего, они находятся в заточении, как и он сам. Мне нужно играть по его правилам. Диппер понял, что нужно Сайферу, и от этого становилось еще хуже. Он не был маленьким и понимал, что его ждет, но права выбора у него не было. Ему нужно спасти Мэйбл, и ради этого придется постараться. Поставить на кон свое тело, душу, разум… Диппер сжал кулаки, представляя, как стирает самодовольную улыбку с рожи Сайфера. Ты за все ответишь, ублюдок. За все ответишь. Рано или поздно. – Так-так так, – промелькнула тень позади него. – Вижу, ты уже соскучился по мне? Он обернулся и увидел Билла, который появился из ниоткуда и сейчас лениво опирался на трость. Диппер встал с кровати и с вызовом посмотрел на него. Помни, главное - не показывать свой страх. – Не особо. Билл сделал несколько шагов вперед и оказался всего в футе от него. Теперь Диппер мог с детальной точностью рассмотреть его холодное, будто выточенное из мрамора лицо, в котором было мало чего живого. Просто идеально созданная оболочка, что так похожа на человека. – Тебе страшно, Сосенка? – Сайфер перешел на шепот. Он аккуратно дотронулся своей рукой до щеки Диппера и потрепал его, словно ребенка. – Но это нормально. Эмоции - это же так замечательно. Билл двинулся вперед, и, пройдя мимо него, уселся на край кровати. В его глазах промелькнуло то, чего Диппер хотел видеть меньше всего, и все внутри стянуло в тугой узел от страха. Это была похоть. Взгляд, полный животной жадности и некого искаженного желания, был направлен прямо на него. – Люди такие беспомощные существа. До сих пор не понимаю, как вы смогли выжить и как-то развиться, эволюционировать, – начал Билл, продолжая все так же смотреть на Диппера. – И порой среди вас встречаются вполне неплохие экземпляры, которые способны меня удивить. Они довольно интересны до поры до времени. И могут быть даже полезны. – Ты о Форде? – Да, о нем самом, Сосенка, но сейчас это не столь важно. Я хочу сказать, что ваше человеческое тело несовершенно. Оно слабое, почти ни на что не годное, но… Те чувства, которое оно способно испытывать, доступны мало кому во вселенной. Поэтому, несмотря на все мое пренебрежительное отношение к вашему виду, мне нравится играть в человека и испытывать те удовольствия, которые доступны вашему телу. Это бывает довольно весело. Диппер не был дураком, и прекрасно понимал к чему он клонит. Было понятно еще с их первой встречи после его появления в этой гребанной пирамиде. Только вот… Ему не хотелось верить. Одна только мысль об этом вызывала всепоглощающее отвращение и стыд, который выливался в покрасневшие щеки и дрожащий голос. Дипперу было страшно только от одной мысли о том, что задумал Билл. Он не хотел этого всем своим нутром и в какой-то момент, в самый тяжелый и отчаянный, готов был броситься к его ногам и молить, чтобы он оставил его в покое. Ушел. Не трогал. Был ли это инстинкт самосохранения или банальная трусость, Диппер не знал, но в любом случае слабость он позволить себе не мог. Поэтому он продолжал стоять напротив Сайфера, стараясь как можно холоднее реагировать на его мерзкие фразы, которые сыпались одна за другой. Мне нужно ему подыграть. Усыпить его бдительность. Позволить реализовать все свои извращения. Сайфер веселился. Он получал удовольствие, испытывая его на прочность. Пошел к черту, ублюдок. На мгновение Дипперу показалось, что эти слова он произнес вслух. Но нет, все такая же тишина, что неприятно давила на уши, когда Сайфер замолкал и выжидающе смотрел на него. – Так что? – ухмыльнулся Билл, а потом поманил его рукой. – Иди сюда, Сосенка. Ноги будто приросли к земле и не позволяли сдвинуться с места. Каждая частичка в нем кричала «нельзя!», «опасность!», «убегай!», только вот куда? Диппер злился на свою слабость и невозможность дать отпор, но ему было страшно, что в случае его неповиновения Билл решит навестить Мэйбл. А ведь он никогда не разбрасывался угрозами просто так. Следуй своему плану! – Я жду. Диппер сделал шаг вперед, потом еще один, и вот снова совсем рядом. - Настало время тебя научить, малец, - ухо резанул резкий звук растягивающего ремня. – Думаю, ты для этого уже достаточно взрослый. Не смей показывать свой страх. Не смей! – Помнишь, я тебе как-то уже говорил, что мне понравилось твое тело? Да и ты довольно смышленый. Для мясного мешка. Опять затошнило. Диппер сглотнул вязкую слюну и отвел взгляд. Он почувствовал, как предательски трясутся его ноги, и самое ужасное – это заметил Сайфер. – Мне долго ждать? Диппер опустился перед ним на колени, наступая на горло своей гордости и самолюбию. Его с головой пожирал стыд и неловкость. – Можешь начать с рук, а потом попробуем кое-что еще. Если бы у Диппера была бы возможность, то он давным-давно врезал бы ему по его самодовольной роже. Но все что он мог сделать – поддаться. Послушаться этих приказов и сделать так, как хочет Сайфер. В любом случае, свою гордость он уже потерял. – Смелее, малец. Диппер протянул руку и почувствовал, как пальцы коснулись теплой плоти. Он не поднимал глаз и пытался всеми силами представить, что он не здесь. Что это не он стоит на коленях перед Сайфером и делает эти отвратительные вещи. Он сжал пальцы и провел рукой сверху до основания, после чего услышал тихий стон чужого удовольствия. – Правильно, продолжай. Еще одно аналогичное движение. А потом еще и еще. Я не здесь. Все это происходит не со мной. Но с каждым мгновением реальность все сильнее накрывала его и показывала свое уродливое лицо. Диппер старался не смотреть на Билла, а отвести взгляд в сторону, впиваясь глазами в бархатные занавески, которые закрывали фальшивые окна. Он чувствовал своей рукой тепло плоти, неприятную влажность и то, как дрожали его пальцы. Красные, красные занавески… Неожиданно, Сайфер остановил его. – А теперь попробуй ртом. Нет, пожалуйста! Только не это. Не заставляй меня делать это. Диппер будто услышал со стороны самого себя. Того испуганного мальчишку, который потерял всех своих близких и того, кто не хотел, чтобы все происходило вот так. Того, кому безумно страшно, и кто так хочет вернуть свой уничтоженный Дом. Пожалуйста! Не дожидаясь каких-то действий, Билл взял его за волосы и подтянул ближе к себе. – Я не собираюсь долго ждать, – усмехнулся он. – Ты же знаешь, что я всегда могу пойти в соседнюю комнату сам знаешь к кому. Этих слов достаточно, чтобы сдаться, больше не бороться и послушно открыть рот. Первая реакция была – вырваться, но пальцы Сайфера крепко удерживали его за волосы, не давая возможности это сделать. – Проведи языком, – услышал он словно со стороны голос Билла. – В этом нет ничего сложного, малец. Но Диппер не мог следовать этим приказам. Просто физически не мог. Он не представлял этого себе даже в самых необычных подростковых фантазиях, а теперь все приобрело еще более ненормальную форму. В ушах стоял невероятный шум, а перед глазами все плыло. Тогда Сайфер не стал тянуть, и, надавив на голову Диппера сильнее, заставил его глубже взять член, отчего он поперхнулся и вцепился руками в штаны Билла. – Мне кажется, что в твоих интересах постараться. Взять себя в руки было сложнее, чем казалось на первый взгляд, но Диппер продолжил, и в какой-то момент он перестал что-либо чувствовать. Ни запахов, ни вкуса, ничего не было. Только затекшая шея и боль от натянутых Биллом волос, за которые он крепко держал его. Время текло так долго, так невыносимо долго, что все, казалось, длилось целую вечность. Долгую липкую вечность, где он стоит на коленях и слышит лишь тихие стоны и отвратительные шлепки плоти. Вдруг Билл сделал несколько резких толчков и, прижав Диппера сильнее к паху, кончил, не давая тому отстраниться. – Неплохая работа, – ухмыльнулся он, тяжело дыша. – Но ничего, ты еще научишься. У нас впереди очень много времени… Диппер не помнил, когда Сайфер ушел от него. А еще не помнил, как оказался в ванной комнате, где его вывернуло несколько раз. Он долго прочищал свое горло водой и пастой, но, казалось, ничего не могло стереть с губ тот отвратительный привкус. Подняв глаза, Диппер взглянул на свое отражение, отчего ему стало дурно. Он с трудом узнавал себя в этом исхудавшем парне с большими синяками под глазами. Кожа бледная, как мел, а глаза покраснели после бессонной ночи. – Слабак, – выплюнул он себе прямо в лицо. – Гребанный слабак! Голос сорвался, и он закашлял. Комната шла кругом. Его снова вырвало желчью, после чего он без сил уселся на пол. Прижав колени к груди, Диппер чувствовал, как лихорадит его тело, а в ушах стучат барабаны. Раз за разом. Все громче и громче. Неожиданно где-то снова послышалась музыка. Тот медленный, нарочито веселый мотив. Я хочу Домой. Музыка заиграла громче, и уши обожгла резкая боль. Пожалуйста, забери меня отсюда.