Часть 1
13 декабря 2017 г., 18:30
Тео был совершенно уверен, что его никогда по-настоящему не примут в стаю МакКолла, и оказался прав, но в итоге он каким-то образом сумел настолько к этому приблизиться, что начал ввязываться во все проблемы стаи. И это касалось не только огромнейших бед, но и глупых мелочей — как забредшие в город потерянные омеги.
Теперь, когда кто-то начал пожирать людей, Тео это действительно волновало, причем не просто в стиле «мне нужно спасти собственную шкуру»: он в самом деле беспокоился за бедных людей, от которых они нашли только откушенные конечности. Все началось с одного тела — вернее, с одной пожеванной руки, — но число медленно росло.
Было бы намного проще, если бы ему было все равно. Если бы он прыгнул в пикап и уехал прочь в тот же момент, когда Лиам выпустил его из цепей после возвращения из Ада, но он остался. Он сделал пикап своим домом, месяцами игнорировал язвительные комментарии и наконец-то смог стать для стаи союзником. Ему нравилось притворяться, будто ему наплевать на это положение, но в действительности он сделал бы практически что угодно, чтобы его сохранить.
Конечно, ситуацию по-прежнему нельзя было назвать превосходной: Тео все еще жил на заднем сиденье машины и большую часть еды воровал с кухонь членов стаи, когда объявлялся на их совместных тусовках. Но у него в каком-то роде была стая. Их бурлящая ненависть снизилась до общей нелюбви и сдержанного принятия, а Лиама Тео даже назвал бы своим другом. Лиам наверняка стукнул бы его, если бы когда-нибудь об этом узнал, но серьезно — он уже столько раз приглашал Тео поиграть в видеоигры, что говорить что-то другое было бы наглой ложью.
Именно поэтому, когда Тео услышал крик, эхом разносящийся со склада, рядом с которым он решил переночевать, он не уехал прочь, как ему захотелось, а вместо этого быстро скинул сообщение стае и отправился ко входу.
Внутри было двое людей. Ну, один человек и одно нечто, хотя они оба выглядели довольно обычно. От девушки — лет, наверное, шестнадцати, со светлыми волосами и по-прежнему пухлыми детскими щечками — пахло ужасом, чистым неподдельным страхом, который заставил Тео вспомнить об Анук-Ите. Другое существо — не человек, потому что Тео чувствовал, что с ним что-то не так, — был мужчиной за тридцать с пивным животиком и жирными на вид волосами. Он с ухмылкой подтянул девушку ближе к своей груди. Крупные слезы оставили дорожки на ее щеках, и она закричала.
Тео с важным видом вошел в здание склада. Сразу обе головы повернулись на звук его шагов. Глаза девушки засветились надеждой, и Тео почувствовал, как у него скрутило живот.
— Я устал, — прямо заявил Тео. — Так что давай не будем затягивать. Отпусти ее, и я тебя не убью.
Существо засмеялось, а глаза девушки расширились.
— Но я так голоден, — возразил мужчина.
Тео вспомнил погрызенную руку, которую видел, когда в последний раз посещал морг. Он засунул руку в карман и вытащил пачку печенья поп-тартс, украденную из кухонного шкафа Лиама.
— Лови, — пропел Тео, с силой бросая пачку, и мужчина машинально поймал ее. Девушка поднырнула под его рукой и промчалась мимо Тео прежде, чем он успел сказать ей это сделать. Тео моргнул, прислушиваясь к ее затихающим шагам.
Так вот какое спасибо ты получаешь за геройство.
— Они с шоколадной крошкой, лучший вкус, на мой взгляд, — добавил Тео.
— Еда выглядит замечательно… но сейчас я бы предпочел съесть нечто куда более вкусное, — ответил мужчина. Из его рта выскользнул язык и быстро, дергано пробежался по губам.
Тео поморщился.
— Боюсь, больше мне нечего предложить.
— Я так не думаю, — хмыкнул зверь, медленно приближаясь к нему, но Тео остался на месте, только ухмыльнулся и скрестил руки.
— Можем сразиться, если хочешь, но ты проиграешь.
— Я не хочу сражаться. Я хочу есть.
Тео уклонился от внезапно направленного на него удара. Из кончиков пальцев мужчины выросли когти — они оказались длиннее, чем Тео предполагал: наверное, всего на один-два дюйма короче, чем его предплечье. Тео зарычал, выпуская собственные когти, но опоздал; длиннющие клешни монстра задели его грудь, и футболка украсилась тонкими дорожками крови.
Он сразу же почувствовал, что в нем пульсирует яд, — по его венам как будто хлынула холодная волна. Перед глазами у Тео все поплыло, и он закашлялся. Он попытался поднять руку, метя когтями существу в глаза, но она казалась слишком тяжелой. Она двигалась — его не парализовало, как от яда канимы, — но недостаточно быстро. Скорее, ощущение было такое, словно он застрял в замедленной съемке. Он по-прежнему мог контролировать свои конечности, но не настолько, чтобы это помогло. Его рука парила, оставляя после себя яркие цветные следы.
Удар получился даже близко не таким глубоким, чтобы порезать мужчине лицо. Тео даже не попытался нанести еще один, просто попятился. Пока он делал неуклюжие шаги к двери, ноги у него подгибались все сильнее. Когда одну ногу из-под него выдернули, Тео подавил вскрик — это вызвало воспоминания о том, как сестра тащила его в Ад, — и заставил себя бороться. Он перевернулся и правой ступней хорошенько пнул руку, держащую его за ногу, но зверя это ничуть не переубедило. Он медленно потащил Тео к себе, и тот заскользил по полу, царапая его руками и пытаясь зацепиться.
Тео в ужасе смотрел, как монстр открывает пасть. Его челюсти безумно щелкали, раздвигались, как у змеи; кожа туго натянулась вокруг распахнутого рта, из десен росли острые клыки, разрывая розовую плоть, и с них капала кровь. Существо подтянуло его ногу ближе к себе, пытаясь засунуть ее в чересчур огромный рот. Тео не мог двигаться — не так, чтобы что-то изменить, не достаточно быстро, чтобы остановить это. Он уставился на монстра, ожидая, что его накроет паникой, но по-прежнему чувствовал лишь головокружение. Казалось, что его тело плывет над полом, как на ласковых волнах; они плескались под ним и танцевали в его венах.
В этот раз умирать было не так уж и плохо. На его лице растянулась ухмылка, а когда он увидел отвергнутые поп-тартс в нескольких футах от себя, из горла вырвался смех. Он практически ощущал на языке сладкий вкус.
— ТЕО!
Тео повернул голову на звук. Он моргнул один раз, и стая как будто телепортировалась к нему. Моргнул еще раз — и, когда он открыл глаза, ему уже помогали сесть. Его тело опасно наклонилось в сторону, но Скотт поймал его и прислонил спиной к стене. Тео откинул на нее голову и засмеялся.
— Я чувствую себя зефиркой, — хихикнул он и почувствовал, как его похлопали по лицу; руки были мягкие и обжигающе горячие. Его щека затряслась от удара, и ощущение зефирчатости только усилилось.
— Что? — переспросил Лиам. — Эй, Тео, Тео, открой глаза.
Тео широко распахнул глаза, даже не понимая, когда они вообще закрылись.
— Я не хочу быть зефиркой.
— Что с тобой? — зарычал Лиам, продолжая мягко похлопывать его руками по лицу, как будто мог выбить из него кайф пощечинами. — Что с ним? — повторил он, поворачиваясь к Скотту.
Тео поморщился — от запаха беспокойства Лиама у него скрутило живот. Изо рта пропал привкус поп-тартс, сменившись привкусом пепла.
— Он меня поцарапал, — невнятно пояснил Тео, заставив себя достаточно сконцентрироваться, чтобы ответить. — Его когти как рогипнол. — Перед ним качалось лицо Лиама, искаженное и разноцветное, как какая-нибудь картина Пикассо. Он перестал думать о когтях, как только встретился взглядом с глазами Лиама, голубыми, как океан, на котором Тео сидел. — Тебе идет голубой цвет, — прошептал Тео, протянув руку к лицу Лиама, как ленивец. Он потыкал пальцем ему в щеку, с трепетом наблюдая, как он погружается в мягкую кожу.
— Нам нужно отвезти его к Дитону, — заявил Скотт.
Запах беспокойства вернулся, и Тео уронил руку. Она упала слишком быстро и ударилась об пол со звуком, напоминающим выстрел. Но остальным, похоже, так не показалось.
— Поп-тартс не спасли меня, — выдохнул Тео.
— Сейчас же, — прошипел Скотт.
Когда Тео подняли с пола, он почувствовал себя так, будто летит, и у него вырвалось хихиканье.
* * *
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Дитон. Тео нахмурился, щурясь от яркого света, бьющего в глаза. — Как будто меня отравило сверхъестественное существо, — огрызнулся Тео. Его голова неприятно пульсировала. — Так ты помнишь? — уточнил Скотт, и Тео кивнул, хотя на самом деле хотел, чтобы это была ложь. — Ты еще чувствуешь себя… — Под кайфом? — догадался Тео. — Нет. Я в порядке. — Это была не совсем ложь. Он чувствовал себя нормально, у него не двоилось в глазах, пол выглядел как пол, а при движении из его конечностей больше не выстреливала радуга. Кайф прошел, но, по-видимому, оставил ему что-то вроде похмелья. Его голова пульсировала, а во рту пересохло. — Вы с ним разобрались? Они с ним не разобрались. Судя по всему, пока Тео валялся на полу, хихикая без причины, они напугали его настолько, что заставили улететь — да, улететь, именно это, видимо, и произошло. Тео пришлось высидеть болезненные тридцать минут, пересказывая свое тридцатисекундное знакомство с идиотским существом и объясняя, на что похож рогипнол — или яд, как, по мнению Дитона, было более уместно его называть. А потом он еще двадцать минут ждал, сидя в углу, потому что Дитон пробормотал «я знаю, что слышал что-то об этом» и вся стая вместе с ним листала книги. — Я знал, что это звучит знакомо, — наконец с облегчением объявил Дитон. Тео со вздохом поднял глаза. Он просто хотел вернуться обратно в пикап и поспать. Он сделал сегодня свое доброе дело. — Вы знаете, что это? — спросил Мейсон, бросаясь к книге, которую листал Дитон. — Похоже на дракона. — Простите, вы только что сказали «дракон»? — проворчал Стайлз. — Потому что в последний раз, когда я проверял, драконы были немного больше, имели чешую и были, знаете ли, выдуманными. — Ваши друзья оборотни, мистер Стилински. — Итак, дракон? — напомнил Скотт. — Они такие же, как и вы. — Оборотни? — Именно. Но они намного сильнее и быстрее, чем среднестатистический оборотень. Не нужно упоминать, что они питаются людьми. — То есть как… продвинутые вендиго? — уточнил Лиам. — Смертоноснее. Их когти содержат токсин. Он не смертельный сам по себе, но подчиняет жертву, делая ее уязвимой… недееспособной. — Обдолбанной, — поправил Тео. — Никогда не слышал о драконах. — Эм, ребята, это не дракон, — вмешался Мейсон. — Почему? — спросил Дитон. — Вот. Тут сказано, что драконы едят только чистых, а вы, ребята, сказали, что дракон пытался съесть Тео, так что… — Ты не думаешь, что у меня чистое сердце, Мейс? — насмешливо уточнил Тео. — Во-первых, не зови меня так. Во-вторых, ха-ха-ха, а в-третьих… в этом контексте слово «чистый» имеет… ну, знаешь, девственный смысл. — Что? — Это значит, что он не съест тебя, если ты не девственник, — выпалил Мейсон. Тео промолчал, заставляя свое сердцебиение оставаться спокойным и ровным. Конечно, потому что теперь даже его отсутствие сексуального опыта могло ему навредить. У меня действительно ни минуты покоя, устало подумал Тео. — Значит, это не дракон, — заявила Малия, и стая согласно кивнула — все, кроме Стайлза, который сузил глаза и внимательно на него уставился. Тео невольно подумал, что они все чересчур самонадеянны. — Есть что-нибудь еще? Что-то вроде дракона без всего этого… поедания девственников? — спросил Лиам. — Я посмотрю, — нахмурился Дитон. — Но я не припоминаю никого другого с такими когтями. Возможно, нам придется заглянуть в бестиарий Арджента. Тео дернулся, едва ли на миллиметр, но этого было достаточно, чтобы Стайлз резко выдохнул, как будто его ударили. Тео снова на него посмотрел и увидел, как его глаза расширяются, а на лице растягивается ухмылка Чеширского кота. Он догадался, и он выглядел так, будто только что выиграл в лотерею, а не узнал глупую мелочь о личной жизни Тео. Тео прищурился, но улыбка Стайлза даже не дрогнула. Он в ответ приподнял бровь, молча говоря: «Ты скажешь им, или это сделаю я, и я буду чертовски этим наслаждаться». — Это дракон, — жестко объявил Тео. — Чувак, Мейсон только что сказал, что драконы едят только девственников, — фыркнул Лиам. — Ты просто не слушал или ты все еще под кайфом? — Я слушал, — огрызнулся Тео. — И я знаю, что сказал Мейсон, это не меняет того, что это дракон. — Но дракон пытался съесть тебя, — возразил Скотт. — Да. Пытался, — медленно произнес Тео. — Так что, это был обознавшийся дракон? И мы все… — начал Мейсон. — Он не обознался. — Но… — Вы правда не понимаете? — зарычал Тео. На него тупо вытаращилась сразу куча глаз. Осознание, что Тео девственник, похоже, ударило их всех в разное время, одного за другим, как в домино. — Ты… — пискнул Лиам. — Да, — подтвердил Тео, пытаясь не дать себе неловко поерзать, хотя тело просто умоляло его это сделать. — Что? С каких это пор? — спросил Лиам. — Всегда. В этом вроде как смысл девственности, — сухо заметил Тео. Стайлз рассмеялся, но уже через мгновение его смех оборвался, и он яростно и горько посмотрел на Тео, как будто ненавидел его за то, что тот его насмешил. Тео не мог его винить — со времен Анук-Ите и введения робкого «не по-настоящему в стае, но вроде бы в стае» статуса Тео сам Тео не один раз дарил Стайлзу такой же взгляд. — Я… ты… Правда? — ахнул Скотт. И боже, эта ночь действительно не могла стать еще хуже. — Я ушел в подполье с Ужасными Докторами, когда мне было девять, а вернулся, когда мне исполнилось восемнадцать, и даже тогда я был больше сосредоточен на том, чтобы убить тебя, чем на том, чтобы потрахаться, — напомнил Тео. — И ты провалил обе задачи, — с ухмылкой добавил Стайлз. — Так ты никогда… — Малия сделала грубый жест рукой. Тео закрыл глаза, испуская усталый вздох. Все, чего он хотел, — это пойти спать и, может, съесть немного поп-тартс. Он подумал о своем сворованном перекусе, который остался валяться на складе, брошенный на пол, как мусор. Он правда ненавидел этого дракона. — Это не имеет значения! — Тео открыл глаза и посмотрел на Дитона, единственного, кроме Стайлза, кто, похоже, вполне оправился от новых подробностей о личной жизни Тео или, скорее, о ее отсутствии. Тео не был уверен, стоит ли ему оскорбиться, что все были так шокированы, или нет. — Как нам от этого избавиться? — спросил он. — Ну, когда мальчик и девочка очень друг друга любят, они… — Отвали, Стайлз, — выплюнул Тео, и его щеки потеплели. — Как нам убить чертового дракона? — Мы не будем убивать его, — заявил Скотт. — Он ест людей, — напомнил Тео. — Думаю, это один из тех случаев, когда твой моральный компас может немного отклониться. — Я должен согласиться с мистером Рэйкеном. — Что? — переспросили Тео и Скотт. — У драконов, как и у всех, есть строгие диетические требования. Кошка не может жить только на овощах, дракон не может жить без людей. Если ты хочешь, чтобы убийства прекратились… — Я не убью его. Мы можем придумать что-нибудь другое. Засунем его в дом Эйкена или… — Может, он не станет жрать большую часть нас, но он все еще будет с нами сражаться, — заметил Стайлз. — Если у него получилось отправить Тео к Люси на небеса, я не думаю, что ты захочешь подойти достаточно близко, чтобы сражаться с ним. — Я не буду никого убивать! — Твое моральное упрямство очень трогает, — протянул Тео. — Но в этот раз, думаю, аморально будет оставить его в живых. — У тебя здесь нет права голоса, — огрызнулся Скотт, и ладно, это было грубо. — У него была девушка, когда я туда зашел. Максимум шестнадцати лет. Он собирался съесть ее, пока я не отвлек его. Если ты позволишь ему жить, как думаешь, сколько других детей он съест? Я понимаю, что ты не хочешь запачкать руки кровью, но если ты не сделаешь ничего, у тебя будет больше… — Я не собираюсь ничего не делать, — жестко заявил Скотт. — Я понимаю, каковы ставки, ладно, но это не значит, что мы прибегнем к убийству. Мы можем придумать что-нибудь другое. Мы всегда так делаем. — Как насчет меча? — ляпнула Малия. Тео мгновенно напрягся и с такой силой сжал руки в кулаки, что у него затрещали кости. — Мы можем починить его и использовать, чтобы поймать… — Нет. — На миг Тео подумал, что это его голос, но обнаружил, что все смотрят на Лиама, по-прежнему стоящего в углу комнаты рядом с Мейсоном. Он твердо глядел на стаю. — Мы не будем снова собирать меч вместе. — Вообще-то это неплохой пла… — начал Мейсон. — Этого не будет, — зарычал Лиам. Тео больше почувствовал, чем увидел, как Скотт перевел взгляд на него. — Ладно, — медленно произнес Скотт. — Никакого меча, никакого убийства. Так что еще у нас осталось? — Исследования, — вздохнул Дитон. — И много исследований. — Ладно… Ну, тогда… Первым делом мы снова встретимся здесь и узнаем, как остановить эту штуку, не убивая ее. — Звучит весело, — хмыкнул Тео, вскакивая с места. — Могу я теперь пойти поспать? — Да… — начал Скотт. — Пока нет, — выпалил Мейсон. — Нам нужно, чтобы ты потрахался. — Прости? — шокировано моргнул Тео. Господи, он просто хотел поспать. — Ты должен заняться сексом — ради собственной безопасности, — пояснил Мейсон. — Нет, — засмеялся Тео. — Чувак, — фыркнул Мейсон. — Тебя могут сожрать. Тебя уже почти сожрали. — Я могу о себе позаботиться. — Не думаю, что твоя правая рука считается, Тео, — сказал Стайлз. Он поднял ладонь, и Малия, фыркнув от смеха, дала ему «пять». Тео задумался, сколько у него будет проблем, если он швырнет его в стену. — Это… я имею в виду… — начал Скотт, подбирая слова. — Возможно, Мейсон прав? — Что? — угрожающе низким голосом переспросил Лиам. — Нет. Мы не… Мы не будем сутенерами для Тео, чтобы его не сожрали. Это просто… — Если мы собираемся сражаться с ним, будет приятнее знать, что он не попытается активно сожрать одного из нас. — Тогда он не будет сражаться. Проблема решена, — объявил Лиам. — Чувак, да ладно, — сказал Мейсон. — Сколько раз ты мог сказать, что помог кому-то, кто пытался убить тебя, потерять девственность, чтобы его не сожрал дракон? — Надеюсь, я никогда не смогу это сказать, — отрезал Лиам. — Мы не будем его ни с кем сводить. — Это будет сближающий опыт, — уговаривал Мейсон. — Сближающий… Ты не будешь спать с Тео! — Чувак, фу, нет! Нет! Я не это имел в виду! — прошипел Мейсон. — Я имел в виду типа… мы все пойдем в клуб и будем его помощниками. Мы не будем предлагать ему себя в качестве секс-кукол… — Если бы я хотел заняться сексом, мне бы не понадобилась твоя помощь, чтобы это сделать, — заявил Тео. — И я больше заинтересован в том, чтобы пойти спать, чем пойти спать с кем-то, так что это было… отлично, но я ухожу. — Не один, нет, — выпалил Лиам. — Это существо почти съело тебя… ты не можешь просто бродить без защиты. Ты должен остаться здесь или… — Не-а. У меня есть собственная кровать. — У тебя есть заднее сиденье пикапа. Я почти уверена, что здесь удобнее, — заметила Малия. — Заднее… что? — переспросил Лиам, переводя глаза с Малии на Тео. У Тео не было сил раздражаться. Черт возьми, он ожидал, что она расскажет всем сразу же после того, как поздней ночью бегала по лесу и увидела Тео, который сидел в пикапе и чистил зубы, открыв заднюю дверь и свесив ноги с сиденья. Но она ничего не сказала — по его просьбе — и до этого момента довольно неплохо хранила секрет. — Тео живет в своем пикапе. Поэтому он, наверное, и был на складе сегодня ночью, там обычно тихо, — сказала Малия. — Так что никакой кровати. И Лиам прав, может, мы и ненавидим тебя, но уже не в стиле «я хочу посмотреть, как шериф будет собирать твои пожеванные останки». — Говори за себя, — пробормотал Стайлз. — К черту это, я иду домой, — вздохнул Тео, проталкиваясь к дверям.* * *
Он добрался до пикапа, но не один. Вместо этого ему пришлось подвозить домой Лиама, который взобрался на пассажирское сиденье и все десять минут поездки высказывал ему, что жить в пикапе — не самое лучшее решение в жизни. Тео начинал думать, что выползание из Ада было худшим решением в жизни. Так было, пока Лиам не затолкал его на стул на кухне и не начал разогревать несколько печений поп-тартс. От него исходил запах вины и печали, и он стрелял в Тео «незаметными» взглядами каждые несколько секунд. — Что бы ты ни хотел сказать, просто скажи это, — приказал Тео, опуская голову на руки и наблюдая за тостером. Лиам выложил поп-тартс на тарелку. — Ты должен был сказать мне. — Это действительно было совсем не твое дело, — заметил Тео, счастливо принимая тарелку, которую Лиам толкнул к нему по столу. — Нет, я не про девственность… — Тео остановился на середине укуса и перевел взгляд на Лиама, чьи щеки стремительно покраснели. — Я про, эм… жизнь в пикапе. — Я и говорил про жизнь в пикапе, — уточнил Тео. — Ты не думаешь, что то, что ты бездомный, — это мое дело? — спросил Лиам. Его голос балансировал на краю «я собираюсь ударить тебя». — Нет? — рискнул сказать Тео, медленно опуская печенье обратно на тарелку, как будто это был пистолет, который ему приказали бросить. Лиам поджал губы и сжал руки в кулаки. — Я не думал, что тебе не плевать? — с надеждой добавил он, но выражение лица Лиама только помрачнело. — Ты не думал, что мне не плевать? — повторил он, и у него вырвался некрасивый смешок. — Конечно, мне не плевать, ты же мой друг, дебил! — Я, эм… мы… — Тео помахал между ними печеньем. — С каких пор? — С каких… Ты что? — Лиам замолк на несколько секунд, а потом испустил стон, как будто говорить с Тео было более болезненно, чем все, что он испытал за свою жизнь. — Уже несколько месяцев. Ты здесь каждый чертов день. Мой папа на полном серьезе сказал мне, что его любимый день недели — четверг, потому что он учит тебя играть в лакросс, пока я торчу в школе, и… — Ты знаешь об этом?! — Конечно, я знаю об этом! А моя мама… Ты знаешь, что я вообще не люблю поп-тартс? — Что… — Они слишком сладкие, нездоровые и в целом мерзкие. Она буквально покупает их для тебя, а ты все равно крадешь их, как какой-то ниндзя. Я думал, ты просто идиот, но я не понимал, что ты прямо чертов… — Здесь все в порядке? — спросил мистер Гейер, заходя в кухню, словно это было нормально — найти своего сына, благим матом орущего на Тео, в пять часов утра. — Нет, — зарычал Лиам. — Тео дебил. Доктор Гейер медленно кивнул, покосившись на Тео. — Ты объяснишь, или?.. — Тео бездомный, — заявил Лиам, прожигая Тео горящим взглядом. — Он живет в своем пикапе бог знает сколько времени и, по-видимому, никогда не собирался мне об этом рассказывать, потому что «мы не друзья». — Ладно, — сказал доктор Гейер. — Я завтра уберусь в запасной комнате. Ты не против сегодня поспать в комнате Лиама? — Что… Тео не успел договорить, прежде чем доктор Гейер продолжил. — Молодец, — хмыкнул он, похлопав Тео по плечу. — А теперь убавьте звук, мы с мамой пытаемся спать. — С этими словами он вышел из комнаты, оставив Тео таращиться на дверной проем. — Что сейчас произошло? — Ты только что переехал, — сообщил Лиам. — Но… — Добро пожаловать домой, мудак, — пропел Лиам. — А теперь ешь свои чертовы поп-тартс, чтобы мы могли пойти поспать.
