Вкусные угощения (Tasty treats)

      Тео рухнул на спину. На потолке снова темнели балки склада, а пол превратился в твердый бетон. Синева, стекавшая по его ноге, стала красной кровью, а вместо Тары перед ним стоял дракон с тускло-карими глазами, сальными волосами и бледной кожей — если не считать кровь, размазанную вокруг рта, который был совершенно нормального размера. Одной рукой он дернул Тео за волосы, приложив его головой об землю, а человеческими пальцами другой впился в кровавые раны у Тео на груди и надавил с такой силой, что он не смог дышать.       Тео догадывался, что сражаться с драконом будет больно, но не ожидал, что он будет достаточно в сознании, чтобы это почувствовать. Когда свежеочеловеченный дракон провел тупыми ногтями по его раненой груди, он невольно подумал, что не согласился бы на этот план, если бы знал, что кайф испарится в один момент с драконьими силами.       — Что происходит? Что ты наделал? — зарычал дракон.       Тео не мог ответить, не мог двигаться. В его голове до сих пор эхом отдавался голос Тары. Она прижимала руку к его груди, медленно впиваясь в нее пальцами.       Он заслужил это. Будет только честно, если она его заберет.       — Все в порядке.       — Что ты сделал?!       — Ты не обязана останавливаться, — выдохнул Тео.       — Еще как обязан!       Внезапно голова Тары с хрустом откинулась в сторону: в нее врезалась бейсбольная бита. Тара рухнула, ее рука слетела с груди Тео, а вместе с ней слетела и маска ужаса. Моргнув, Тео уставился на бессознательного мужчину, который распростерся рядом с ним на том месте, куда упала Тара. Вокруг его головы разметались сальные волосы; каждый его вздох пускал пузыри в лужице из крови Тео.       Ты на складе, Тары здесь нет, ты жив. Тео сглотнул страх и позволил этим словам покружиться в голове, пока «здесь» и «сейчас» не встали на места.       — Срань Господня… — Стайлз выронил биту и с влажным шлепком упал на колени рядом с Тео. — Срань Господня, чувак, ты…       Тео попытался приподняться, но Стайлз толкнул его обратно вниз.       — Не двигайся! — велел он, тяжело дыша, и отвернул лицо в сторону, но оставил руку у Тео на плече, чтобы не дать ему сесть. — Мне нужно… Я позвоню Скотту, ладно, просто… просто подожди, я…       Тео отпихнул руку Стайлза и привстал так, чтобы увидеть свою искалеченную ногу, из которой с пульсацией вытекала кровь; он лежал в луже, и она однозначно была не синяя.       — Жгут, — прошипел Тео. — Стайлз, я не исцеляюсь так быстро, как другие…       — Я позвоню Скотту, это…       — СТАЙЛЗ!       — Ладно! Ладно, о боже.       Стайлз дрожащими руками снял ремень, обернул его вокруг бедра Тео и крепко затянул. Тео вцепился в землю, борясь с криком, который чуть не сорвался с его губ, когда его тело прошила раскаленная добела боль. Мир погрузился во тьму, и он принял это с благодарностью.       Он отключился ненадолго: похоже, ровно настолько, чтобы Стайлз успел остановить поток крови и набрать номер Скотта.       — Скотт… — выпалил Стайлз; его голос звучал как будто издалека, пока Тео пытался вернуться в сознание. — Все очень, очень плохо, чувак, его нога выглядит так, словно ее пропустили через мясорубку, я…       Тео даже не удивился, когда Стайлз бросил на нее еще один взгляд и тут же, согнувшись, блеванул в быстро растекающееся море крови.       — Если я умру в луже твоей рвоты, я заберу тебя с собой, — невнятно произнес Тео.       — О, слава богу, ты жив, — прохрипел Стайлз.       — Он умирает?! — проревел металлический голос из телефона.       — Нет! Я… может быть? Я не…       — Вези его в клинику, я смогу…       — Чувак, он истечет кровью раньше, чем мы доберемся до клиники. Вам нужно добраться сюда и…       — Мы еще в клинике.       — Вы еще в клинике?!       — Лидия уже едет, но…       — Господи, сколько трем людям нужно времени, чтобы вспомнить о существовании телефонов?! Твоя мама сегодня работает?       — Да, она…       — Позвони ей, пусть встретит меня у заднего входа в больницу с каталкой и бинтами. — Стайлз повесил трубку. — Погнали, — заявил он, обвивая Тео руками, как будто решил обнять его.       — Какого ху…       Тео сорвался на крик, когда Стайлз потянул его вверх, демонстрируя удивительную силу, подпитанную выбросом адреналина, и потащил его прочь со склада. Тео, спотыкаясь, шел рядом, бесполезно волоча одну ногу по земле. Мир вокруг посерел, кожа покрылась потом. Тео пытался перевести дух и мечтал, чтобы путешествие поскорее закончилось.       Когда Стайлз, к счастью, наконец-то усадил его на пассажирское сиденье своего джипа, из ноги, как из какого-то жуткого фонтанчика, внезапно плеснула новая струя крови, заляпав приборную панель, и Тео осознал, что двигаться, пожалуй, было не лучшей идеей.       — Это нехорошо, — заметил он, накрыв ладонью теплый поток, и сильно нажал. Чувствовалось, как он пульсирует под его рукой; между пальцев стремительно сочилась кровь. Голова плыла, зрение серело по краям. — Думаю, он задел артерию, — пробормотал Тео.       — Да неужели, — прошипел Стайлз, еще сильнее прижав руку Тео к его же изуродованному бедру, и тот испустил всхлип, которого точно устыдился бы, если бы его мозгу хватало крови, чтобы обрабатывать такие штуки, как стыд.       Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох, а когда в следующий раз открыл их, все вокруг двигалось и он на мгновение испугался, что план не сработал, что золото на самом деле не превратило дракона в человека, а лишь на минуту остановило и Тео провалился в очередное галлюциногенное путешествие, — но тут понял, что Стайлз ведет машину.       Он лениво повернул голову, чтобы посмотреть на ногу. Вокруг бедра был завязан кусок фланелевой рубашки Стайлза, почти черный от крови, а ремень затянут еще туже, чем раньше, чтобы перекрыть кровообращение.       — Ты снова со мной? — спросил Стайлз. Тео хотел огрызнуться, что никуда и не уходил, но слова отказывались формироваться на языке — голова была слишком тяжелой, а веки угрожали снова опуститься. — Да ладно, Рэйкен, а я-то думал, дракон не может тебя убить?       — Не дракон, — выдавил Тео. — Это все потеря крови… — Он вымучал ухмылку, поверхностно дыша, и закрыл глаза.       — Разумеется, ты даже по поводу причины своей смерти должен педантично помудачить. Эй, открой глаза, козлина. Я запрещаю тебе умирать в моем джипе. Мне нужно, чтобы ты выжил и заплатил за причиненный ущерб и чистку, серьезную чистку.       Тео видел, что под слоем крови кожа на костяшках Стайлза побелела — так сильно он сжимал руль. Когда светофор загорелся красным, Стайлз все равно проехал.       — Не отказался бы сейчас от дозы метамфетамина, — невнятно сказал Тео.       — Приготовлю тебе одну к пробуждению.       — Я не сплю.       Тео уснул.

* * *

      Когда Тео снова проснулся, он был не в джипе Стайлза и не в больнице. Вместо этого он, закутанный в одеяло, лежал на — ей-богу — собачьей подстилке в питомнике в ветеринарной клинике, в паре футов от запертых в клетке щенят. Увидев, что он проснулся, они завиляли хвостиками и принялись тявкать и забираться друг на друга, трогая лапками разделяющие их прутья.       Тео заторможенно моргнул, оглядел комнату и понял, что, не считая щенков и седеющей собаки, которая спала в другой клетке возле двери, он тут один.       Его нога до сих пор пульсировала. Большую часть груди покрывали розовые шрамы, которые неприятно натянулись, когда он сел, чтобы посмотреть на ногу. Поморщившись от стучащей в висках головной боли, он приподнял одеяло и увидел переплетение окровавленных бинтов; в верхней части бедра из-под них проглядывали черные швы. Он на пробу потыкал в повязку и моментально пожалел об этом. У него вырвалось громкое проклятие, которое разбудило собаку возле двери, а из-под бинтов потекла свежая кровь.       — Ладно, — буркнул он, укладываясь обратно и закрывая глаза.       Может быть, ему повезет, и когда он снова проснется, то уже вполне исцеленным и без швов.

* * *

      К сожалению, в следующий раз Тео проснулся не после того, как швы убрали, а прямо перед тем, как их должны были снимать. Он удивился, что это пришел сделать Скотт: разбудил его и заставил сесть, а сам размотал повязки и осторожно удалил с ноги Тео пару сотен швов. В отличие от царапин на груди, которые за время сна превратились в тонкие белые линии, раны на ноге еще не дошли такой стадии исцеления — по крайней мере, не все. Бедро покрывали длинные полосы струпьев, а та кожа, которую не рвали и не сшивали, была черной от синяков.       — Наверное, через пару часов все как следует заживет, теперь, когда худшее позади, — сказал Скотт, убирая последний стежок. — Лиам заберет тебя после школы, а пока отдохни. Если хочешь, можешь выпустить щенят.       — Пас.       — И ты говоришь, что он не злой. — В дверном проеме, как надоедливый призрак, появился Стайлз.       Скотт прошел мимо него, нагруженный окровавленными бинтами, которые нужно было утилизировать.       — Почему, если я не хочу, чтобы по мне топтались собаки, то я сразу злой? — усмехнулся Тео.       — Только злые люди не любят собак.       — Я ничего не имею против собак. Я просто не хочу, чтобы собаки бегали по мне, пока я исцеляюсь.       — Прошло часов двенадцать, что там еще может исцеляться? Святой БОЖЕ, это отвратительно, — заявил Стайлз, как следует разглядев ногу Тео, похожую на Франкенштейна. — А как ощущения? — спросил он, и вид у него на секунду стал такой, будто он думает, не тыкнуть ли в нее.       Тео отодвинулся подальше.       — Как будто меня пожевал дракон, — прямо ответил он.       — Понятно, — хмыкнул Стайлз, к счастью, потеряв интерес к ноге Тео, и сделал шаг назад. — Ну что ж. Все сработало, так что хорошие новости: нам больше не придется разговаривать.       — Нет худа без добра. Что случилось с драконом? Его же не закрыли с кошками, правда?       — Не-а, он в участке. У отца хватит улик, чтобы связать его с некоторыми мертвыми девственниками, так что он отправится в тюрьму, раз уж теперь его может сдержать несверхъестественная клетка.       — А Скотт? Он не злится, что мы…       — О нет, еще как злится. Я на минутку подумал, что он вернет мне браслет дружбы, но ты играл в спящую красавицу, а Скотт очень отходчивый, так что ты пропустил гневную часть. Но, может, ты еще получишь напутствие, если повезет.       — Скрестим пальцы.       Они погрузились в молчание. Стайлз притопнул ногами, хлопнул в ладоши.       — Стайлз, дай Тео отдохнуть.       — О, слава богу, — выдохнул Стайлз, быстро отступая от дверного проема.       — Стайлз, — окликнул Тео. — Спасибо.       Стайлз остановился, последний раз встречаясь глазами с Тео, потом сухо кивнул и закрыл дверь.

* * *

      Возможно, Скотт на него больше не злился, зато Лиам злился точно. Стайлз и Скотт стояли в дверях, пока Лиам приветствовал Тео пятиминутной тирадой о том, какой он «эгоистичный мудак».       — Ну, посмотри на это с положительной стороны: зато теперь ты можешь меня выпнуть, раз уж меня не пытается съесть дракон, — заметил Тео.       Стайлз за спиной Лиама показал ему два больших пальца.       — Выпнуть тебя… ты… Знаешь, что? Я даже не буду объяснять, насколько это тупо, — прорычал Лиам. — Поднимайся. Мы едем домой.

* * *

      — Может, хватит уже дуться? — предложил Тео, прохромав через входную дверь вслед за по-прежнему кипящим Лиамом.       — Я не дуюсь, — надулся Лиам.       — Лиам. Да что в этом та…       — Даже не… просто не надо, Тео, — прошипел он и, драматично топая, начал подниматься по лестнице.       — Серьезно? Ты злишься на меня? — фыркнул Тео. — Я почти единолично спас всех девственников в этом городе, так что…       — ТЫ БЫЛ НЕ ОБЯЗАН! — заорал Лиам, оборачиваясь и блокируя Тео путь в его комнату. Тео замер на ступеньку ниже. — Никто не просил тебя делать ничего из этого. Черт, люди просили тебя не делать.       — Стайлз…       — Стайлз — идиот!       — На самом деле он в каком-то смысле гени… — Тео захлопнул рот, когда у Лиама дернулась вена на шее, а из пальцев полезли когти.       Лиам сделал шаг вперед, заставив Тео спуститься еще на ступеньку ниже, и навис над ним.       — Ты ему не нравишься. Конечно, может, он уже не так активно ненавидит тебя, но, думаешь, он бы потерял сон, если бы ты умер во время вашего идиотского плана?       — Я бы не у…       — Ты этого не знаешь! — рявкнул Лиам. — Ты знал, что золотое дерьмо остановит его, конечно. Но ты знал, что оно остановит его до того, как он тебя сожрет, или только надеялся?       — Не было другого…       — Другой выход был бы, если бы ты дал нам время. Но вместо этого вы со Стайлзом решили воплотить кое-как состряпанный план, и ты чуть не умер! Тебе больше не нужно доказывать нам что-то! Мы тебе доверяем, я тебе доверяю. Тебе не нужно быть приманкой, не нужно предлагать себя на съедение или в качестве проститутки, не нужно трахаться с какой-то женщиной, которая хочет убить тебя, чтобы доказать, что ты хороший парень. Это просто…       — Я не спал с ней.       — Что?       — С охотницей, — пояснил Тео, делая шаг вверх и заставляя Лиама отступить. Лиам по-прежнему стоял выше на несколько дюймов, но теперь разница была не настолько нелепой. — Она поняла, кто я, и мне пришлось импровизировать. Вот почему дракон все равно пытался сожрать меня.       — Ты все еще…       — Мою вишенку так и не сорвали.       — Ты… Это… Ладно, это хорошо, но суть не в этом. Суть в том, что прекрати делать глупости или, если делаешь, хотя бы позволь мне помочь…       — Я предлагал тебе пойти с нами, но ты заставил нас поехать к Скотту, потому что тебе не понравился план.       — Потому что это был ужасный план! Стайлзу просто было пофиг, что план плохой, потому что его не волнует, что с тобой случится…       — Оооу, а тебя, значит, волнует, что со мной случится?       Тео стоило ожидать, что ему прилетит в лицо кулаком Лиама. Но он не ожидал, поэтому удар вышел в полную силу, и он драматично кувыркнулся вниз по лестнице.       — Конечно, меня волнует, что с тобой случится, дерьма кусок! — завопил Лиам.       Тео еще даже не докатился до последней ступеньки, когда услышал, как захлопнулась дверь спальни Лиама и открылась другая.       — Парень?       Тео чуть застонал, услышав голос доктора Гейера, и поднял голову с пола, морщась от ощущения, с которым его плечевая кость исцелялась после перелома — никак не меньше.       — Ты в порядке?       — Он столкнул меня с лестницы, как вы сами думаете? — проворчал Тео.       — ОН ЗАСЛУЖИЛ ЭТО! — проорал Лиам.       Доктор Гейер сбежал по ступенькам.       — Что-нибудь сломано?       — В смысле, кроме моей гордости? — буркнул Тео, позволяя доктору Гейеру поднять его с пола и довести до дивана. Он молча сидел, пока доктор Гейер осматривал и трогал красные пятна на его коже, и только слегка заскулил, когда его плечо вернулось в исходное положение.       — Лиам! Мы больше не сталкиваем Тео с лестницы! — крикнул доктор Гейер. — И мне плевать, что он исцеляется!       — Спасибо, — сказал Тео.       — А теперь, что я там такое слышал о том, как ты предлагал себя в качестве проститутки?       Тео закатил глаза, услышав, как Лиам презрительно засмеялся у себя в комнате.       — У него это прозвучало хуже, чем было на самом деле.       — Давай-ка я буду об этом судить.