***
– А теперь объясни мне, почему ты сидел в кафе с этой девушкой? Вспомни, что я запрещал тебе общаться с кем-либо и посещать публичные заведения. У Юнги вздуваются вены на руках и кадык вверх подпрыгивает от частых сглатываний. Ладони сжимают маленькую шею Чимина. Младший задыхается, он просто не в силах сказать хоть слово, не в силах объяснить всю ситуацию. – Я…з-з… – Чи пытался несмотря на нехватку воздуха что-то сказать.«Не хочу умирать»
Блондин понимает, что не даёт шанса, понимает, что, возможно, Чимин упадёт бездыханным телом на пол... Но ему просто плевать. А вот младшему противно. Ему до боли противно смотреть в глаза Юнги, ему противно просто касаться этого парня напротив. Мин расслабил ладонь, теперь он не прижимал розоволосого к стене, не пытался его задушить. Он просто смотрел в глаза, заставляя каждый уголок внутри тела Чи вздрогнуть от страха. – Она...сама... – задыхался Чимин и пытался наконец наполнить лёгкие воздухом. Голова кружилась, тело ослабело... Пак упал. Упал на старшего. Он просто уже не мог. У Чимина жуткий недосып, за его спиной неделя, а может и две, бессонных ночей. Единственные моменты, когда глаза закрывались – это обмороки во время порки плёткой. Блондин в замешательстве. Он без понятия, что делать с этим спящим комочком. Чимин никогда не спал на глазах, и уж тем более на руках, у Юнги. Лучшим вариантом в данный момент было бы просто отнести младшего в спальню и укрыть одеялом, но... Юн не способен на такие нежности. Тело не слушается, не разрешает выполнять такого рода действия. Мин тащит парня до дивана, бросает рядом и садится неподалёку. Всё. Уже давно не яркие розовые волосы, чёрные подрагивающие реснички, алые губы с естественным градиентом, идеальная кожа – это всё он, Пак Чимин. Юнги не может лгать себе, этот мальчишка явно привлекает... Но пока лишь как партнёр для секса.Внутри всё рушится.
Может, блондин всё же любит?..