Sleep, Sugar

Клаус Майклсон допивал уже третий стакан виски, когда Стефан Сальваторе, наконец-таки, зашел в Гриль-Бар. Гибрид раздраженно закатил глаза и произнес: — У меня не было никаких причин ждать тебя, Стефан, так что мог бы проявить хоть немного пунктуальности. — Извини, - буркнул младший Сальваторе. — Проблемы в раю? – Многозначительно приподняв стакан, Клаус вмиг осушил его и с любопытством уставился на бывшего риппера. Все же, Первородному было интересно, что заставило Стефана позвонить ему и назначить встречу, особенно учитывая события, произошедшие с ними за последние месяцы в погоне за лекарством, с которым сейчас благополучно скрылась мисс Пирс. Сальваторе тяжело вздохнул, осознавая всю тяжесть своего положения, и ещё раз взвесил все «за» и «против». — Елена отключила чувства, — произнес он, проницательно уставившись на гибрида, но тот в ответ лишь хмыкнул. — Я наслышан, - отрезал он. — Это все, что ты хотел мне сообщить? Стефан покачал головой. — Клаус, я понимаю, у тебя есть все основания ненавидеть нас и желать нашей смерти, но позволь мне сказать, - слова давались ему с трудом, приходилось переступать через собственную гордость и достоинство, но вампир не видел другого выхода из этого положения. Сложив перед собой руки на столе, Стефан выжидающе смотрел на Клауса, и тот снисходительно кивнул, разрешая ему продолжить. – Когда Елена отключила чувства, мы предполагали, что это ненадолго. Мы думали, что как только она немного оправится от потери Джереми, то включит их снова, но… Ситуация вышла из-под контроля. С каждым днем она все больше и больше теряет себя. Если так будет продолжаться и дальше, то от прошлой Елены ничего не останется. — Пусть включит чувства снова, — пожал печами гибрид, не до конца понимая, зачем Стефан рассказывает это ему. — В том-то и дело, — вздохнул он. — Она не хочет. Говорит, что ей нравится ничего не чувствовать. И даже связь Деймона не может на это повлиять. Пойми, Клаус. Мы уже два месяца пытаемся достучаться до её остатков человечности, но тщетно. Если в ближайшее время ей не вернуть чувства, то скоро Елена потеряет саму себя, и вернуть её будет невозможно. — Что же, — хмыкнул Клаус, махнув рукой, подзывая официанта. – Это все очень занятно, но у меня есть множество других дел, помимо выслушивания проблем вашего любовного треугольника. — Клаус, я прошу тебя о помощи. – Промолвил Стефан, глубоко вдохнув. – Ни я, ни Деймон не можем повлиять на неё, но ты… — А я-то здесь при чем? – Вспылил гибрид, яростно стукнув кулаком по столу, от чего подошедшая со счетом официантка подпрыгнула от неожиданности. – Этой маленькой дряни нужно было думать, прежде чем самостоятельно ввязываться в поиски лекарства, убив при этом моего брата! Заметив официантку, Клаус кинул на стол стодолларовую купюру и произнес: — Сдачи не надо. Уходи. Девушка, вскрикнув, убежала, а Стефан сглотнул. — Клаус… она не виновата. В любом случае, она заплатила сполна, когда потеряла Джереми. Я прошу тебя вернуть ей чувства. Ты можешь просто внушить, тебе это ничего не стоит! Гибрид поджал губы, с явно читавшимся презрением во взгляде осмотрел бывшего друга. — Ты жалок, - сделал он заключение. – Даже если бы я мог ей внушить, то не стал бы этого делать. Чисто из принципа. — Что значит «если бы мог»? – Нахмурившись и пропустив мимо ушей оскорбление, спросил Стефан. — Так ты не знаешь, — протянул Клаус, и на его губах расплылась широкая самодовольная ухмылка. – Как только Елена перестала чувствовать, её связь с Деймоном, основана именно на чувствах, перестала существовать. Внушением тоже нельзя вернуть чувства. Нельзя заставить человека полюбить, нельзя заставить почувствовать и что-то другое. Можно лишь создать иллюзию, внушить человеку, что он чувствует, но на самом деле это будет не так. Лишь маска под пустой оболочкой. — Но… — вампир замолчал в изумлении, осмысливая полученную информацию. – Неужели не существует способа вернуть ей чувства? — Только если она сама этого захочет, - равнодушно отозвался Клаус и посмотрел на часы. – Мне действительно пора. Научитесь решать ваши проблемы сами, а не бежать, чуть что, за помощью к гибриду, которого при первой же возможности пытаетесь уложить в гроб. Майклсон встал из-за стола и встряхнул невидимые пылинки со своего свитера, намереваясь уйти, но Стефан тоже поднялся и заслонил ему проход. — Что ещё? — Раздраженно процедил сквозь зубы гибрид. — Ты ведь можешь это сделать, — Сальваторе не спрашивал, он просто утверждал факт. — Клаус, я прошу тебя… Я… мы с Деймоном сделаем все, что ты скажешь. Только верни Елене чувства. Ты единственный, кто может это сделать, пусть даже используя свои радикальные методы. Клаус прищурился, взгляд его серых глаз вмиг повеселел, приобрел некие дьявольские искорки. — Прямо таки все? – С сомнением переспросил он и тут же увидел утвердительный кивок Стефана. – Забавно… Неожиданно для самого себя, гибрид произнес: — Хорошо. Я сделаю это. Я верну Елене чувства. Но за это вы с Деймоном должны навсегда – слышишь? – навсегда оставить её в покое. Лучше уезжайте из города и больше никогда не появляйтесь в её жизни. Казалось, тысяча эмоций сменилась за несколько секунд во взгляде Стефана, когда он слушал эти слова, и вампир готов был поклясться, что никогда раньше он не пребывал в таком изумлении. Крошечная надежда, зародившаяся в его душе, тут же начала увядать, так как он знал, что никогда не сможет выполнить этот план сделки. — Что, прости?.. – Только и смог он выдавить из себя, хриплый голос выдавал его с головой. – Но… зачем тебе это?! — Я все ещё планирую найти лекарство, - пожал плечами гибрид. – И для этого мне нужна Елена, с нормальными человеческими эмоциями, обыкновенной человеческой жизнью. И два вампира, вечно борющиеся за её чувства, никак не вписываются в эти планы. Ей нужно найти нормального парня, выйти замуж и родить детей, чтобы через пятьсот лет у меня был новый двойник. Стефан нахмурился, на его лбу образовалась глубокая складка, а глаза проницательно смотрели на Клауса, словно пытаясь прочесть его насквозь. — Хорошо, — в конце концов, закончив свой внутренний бой, вздохнул Стефан. – Мы оставим Елену. Вампир не знал, правильным ли было его решение, и действительно ли он собирается сдерживать свое слово, но сейчас это был единственный шанс спасти Елену. Если ради её человечности Стефану придется оставить её – он сможет с этим смириться. Другое дело, сможет ли он убедить брата держаться подальше от неё? — Значит, договорились, — кивнул Клаус и, отодвинув Сальваторе в сторону, прошел мимо него. — Жду Елену сегодня вечером у себя дома, — крикнул напоследок он, оставляя опустошенного Стефана стоять посреди Гриль-Бара.