Рассвет

      Мы долго бродили по улицам Нью-Йорка, изредка обмениваясь парой фраз. Слова были не нужны, наоборот, хотелось вот так и идти по ночному городу вдвоем, взявшись за руки. Дождь так и не прекращался. Капли резво отскакивали от луж и мигали в свете фонарных столбов. В воздухе стоял запах сырого асфальта и кирпича. Его от нас уносил теплый ветерок, щекотавший лицо каплями с сырой листвы деревьев.       Я решила принять его правила игры. Будь что будет, ведь от одной только мысли о нем у меня сносит крышу. Я хочу измениться, стать той самой Ди-Ди, которую уже все успели забыть. Хочу вернуть себе три года жизни, которые прошли в пустую, когда было неважно, день сейчас или ночь, да и вообще, когда последний раз я была дома.       Спустя час прогулки мы оказались у входа в знакомое здание. — Может быть зайдем? Я хочу тебе кое-что показать, — спросил Том, наклонившись к моему уху, отвлекая от мыслей. — Пошли, — улыбнулась я ему.       Мы поднялись на 16 этаж и прошли к двери студии. Покопавшись в кармане, он достал ключи и открыл дверь, позволяя мне первой пройти внутрь.       Все вокруг было до боли знакомым. Совсем ничего не изменилось с того раза, разве что чемоданы у стены были расставлены в другом порядке. Я подошла к огромному пульту и провела ладонью по кнопкам. — Не трогай! — крикнул Том так, что я отскочила от неожиданности, а затем добавил — Пожалуйста… Я очень долго все настраивал.       Он снял куртку и, отряхнув ее от капель дождя, положил на диван, затем подошел ко мне. — Снимай куртку, простынешь.       Я позволила ему снять ее с себя и села на стул, стоящий сбоку от пульта. — Что ты хотел мне показать? — Подожди минуту, — сказал Том и, бросив вторую куртку на диван, сел на стул по центру пульта, включая ноутбук.       Я не сводила с него глаз. Таким сосредоточенным я вижу его впервые. Том что-то хаотично нажимал то на пульте, то на ноутбуке и когда заиграла мелодия, его лицо озарила улыбка, и он повернулся ко мне. — Это для тебя! — Он продолжал улыбаться так искренне, как ребенок, который получил пятерку за самый важный тест в его жизни, я не могла не улыбаться в ответ.       Из динамиков раздался бархатный голос Билла, он пел, а я растворялась в музыке и его голосе… « Remember when You knew my name Before the world Got in our way I won’t forget.»*       Я вспоминала все моменты, когда мы были в клинике. Как он из врага превратился в лучшего друга, без которого я бы там сошла с ума. Как мы веселились в сквере. Как он безуспешно пытался научить меня немецкому языку. « I miss the times We didn’t care I miss it when You were here What did we do?»*       Воспоминания окутывали меня теплотой, как одеяло, накинутое на плечи в холодную погоду. Он всегда заботился обо мне, как старший брат, и был самым чистым человеком из всех, кого я знала раньше… В какой-то момент я остановилась и поняла, что в мыслях моих совсем нет Тома. Наверно потому, что в глубине души во мне все равно сидит обида за его предательство. Я понимаю, что полгода без меня ему было нелегко, но это не повод вот так поступать со мной. — Тебе не понравилось? — отвлек меня Том.       Я поняла, что сижу с каменным лицом и поэтому постаралась исправить положение искренней улыбкой. — Конечно, понравилось, я просто задумалась… — Как можно более радостно ответила я, но голос предательски дрожал. — Я рад! — весело ответил Том, но по глазам я видела, что он тоже лишь делал вид, что поверил мне.       Я подошла к нему и села на колени. Уткнувшись ему в шею, я обняла его так крепко, как только могла. — Я скучала, — шептала я, а затем добавила. — Очень сильно скучала. — Я тоже скучал, Ежик.       Так мы и сидели молча. Нам не хотелось говорить о том, что произошло во время турне. Ему было тяжело говорить об этом потому, что он осознавал, как виноват передо мной, а мне было тяжело слышать о той другой, которая заменила ему меня. Думаю, он уже и сам не рад тому, что произошло, слишком больно он ранил мое сердце. Но вопреки всему, я не готова еще раз потерять свой луч надежды на будущее.       В его кармане зазвонил телефон. Том достал его и, вытянув шею, посмотрел за моей спиной, кто ему звонил. Я тоже развернулась и краем глаза увидела имя «Анабель». Он тут же скинул вызов. — Я все тебе объясню!       Но я накрыла его рот поцелуем, не дав ему договорить. Не надо рассказов, в которые я все равно не поверю. Он мой и точка!       Том отвечал на поцелуй сначала несколько настороженно, а затем погрузился в него с головой. Оторвавшись, я аккуратно сняла резинку с его головы, и длинные густые волосы упали ему на плечи. «Как же он красив!» — подумала я и буквально накинулась на него. От неожиданности Том опрокинулся назад, и мы упали на пол. Сегодня я была сверху и делала с ним все, что хотела, а он в ответ изнывал от желания моего тела. Я мучила его долго, медленно освобождая возбужденное тело от одежды, ласково гладила торс, спускалась ниже, нарочно касаясь пальцами резинки боксеров. Его тело дрожало. — Пожалуйста, не мучай меня… — выдыхал он, поднимаясь ко мне на локтях и целуя ключицы.       Я же наоборот укладывала его обратно и продолжала свою пытку. — Том, это так быстро не закончится, сегодня ты мой, — шептала я ему на ухо, от чего его тело дрожало, как от удара током.       Когда мы были уже полностью раздеты, я позволила ему войти в меня, и от ощущения соития наших тел по мне бегали мурашки. Я хотела чувствовать его и знать, что он искренне хочет меня, хотела знать, что ему ни с кем не было так хорошо, как со мной в тот момент.       Бедрами я набирала темп, а глаза Тома уже покрылись туманом страсти и стали бледно каштановыми в тусклом свете комнаты.       Он схватил меня за бедра и, прижав меня к себе, кончил, издавая сдержанный стон, больше похожий на рычание.       Мы долго обнимались с ним, переместившись на диван, а потом я решила пойти домой, наверняка мама волнуется, что меня опять не было дома. Мы оделись и вышли из студии. Пока Том закрывал дверь, я увидела, что в конце коридора есть общий балкон и направилась к нему.       Здесь открывался очень хороший вид. Раннее утро, сонные дворники уже приступили к своим обязанностям, машин на дорогах значительно меньше, чем днем. Лучи солнца бликуют на стеклах высотных зданий, пуская по всему городу тысячи солнечных зайчиков.       Том подошел ко мне сзади и, нежно обняв за талию, положил мне свою голову на плечо. — Куда ты смотришь? — На рассвет, — ответила я, обращая внимание насколько он сегодня красивый. Нежный, слегка розоватый, я думала, такой бывает только на картинах великих художников. Небо было чистым, ни одного облака, даже самого маленького. Только просыпающееся солнце, которое желало нам доброго утра.       Я развернулась к нему лицом, а Том так и продолжал заворожено смотреть вдаль. — Я дарю тебе этот рассвет, — шепнула я ему на ухо.       Том улыбнулся и нежно обнял меня за талию. Это было лучшее утро в моей жизни.