Я буду готова. А ты готов?

      «Люмос» - небрежно произнёс Драко в своей голове и на кончике его волшебной палочки тут же появился свет.       Он продолжал стоять на прежнем месте, вальяжно опираясь плечом о стену. Одна рука была в кармане, вторая держала палочку. Взгляд был направлен в пол.       Он не хотел даже самому себе объяснять принятое им решение. Он пришёл. На этом всё.       Гермиона вздрогнула, испуганно всхлипнув. Небольшой огонёк света буквально ослепил её, и ей потребовалось немного времени, чтобы понять, откуда именно он исходит. Она увидела перед собой Малфоя, который стоял у стены довольно расслаблено. Значит, он находился здесь всё это время и наблюдал за её метаниями и растерянностью.       Самовлюблённый кретин.       Гермионе пришлось поморгать несколько раз подряд, чтобы слезы, которые до сих пор застилали глаза, ушли. Не хватало ещё, чтобы и это он успел увидеть.       Малфой уверенно оттолкнулся от стены и начал приближаться к Гермионе. Расстояние сокращалось и сейчас составляло не более двух метров. Всё это проходило в абсолютной тишине. Вот и сейчас, они лишь уставились друг на друга. И, кажется, никто не собирался начинать диалог. Точнее сказать, они просто не знали как.       Дыхание Гермионы стало более частым и отрывистым. Глаза метались из стороны в сторону, не отрывались от лица Малфоя. Она, почему-то, боялась моргнуть. Она вглядывалась в его глаза, такие серые, практически бесцветные в этот раз. Его волосы небрежно падали на лоб. И Гермиона внезапно поймала себя на мысли о том, что ему идет эта прическа. И глаза сейчас совершенно не искрятся яростью и злобой, как это бывало обычно.       Сейчас всё по-другому.       Он изучал её. Немного прищуривая глаза, фокусируя особое внимание на тёмных кругах под её глазами и блеском в них. Как будто бы собиралась заплакать прямо сейчас.       Он молчал и сверлил её взглядом.       И, Гермиона никак не понимала, почему она не видела в них ненависти. Ей просто было ужасно неловко. Больше не сумев этого выдерживать, Гермиона поспешно отвела глаза в сторону, небрежно заправляя за ухо выбившуюся прядь волос. Драко медленно повернул голову вправо, изучая стену, которую видел уже слишком много раз. Только пока на ней не было никакой двери.       — Ну… - неуверенно начала Гермиона, продолжая сверлить взглядом пол. Она чувствовала, что Малфой уже во всю таращится прямо на неё. — Думаю, что…       Слизеринец недовольно прицокнул языком, будто бы вся эта ситуация его безумно утомляла. Как будто кто-то его сюда притащил насильно. И он ждёт не дождётся, когда это всё закончится.       — Можешь покороче, Грейнджер.       Гермиона начала злиться. От этого пришлось, наконец, поднять глаза и посмотреть на Малфоя, который стоял совсем близко.       — Знаешь, ты говоришь так, будто бы мне только одной всё это нужно.       — Надо было сидеть в гостиной, - тихо проговорил Драко, начиная расхаживать по коридору.       Все это разозлило Гермиону ещё больше. Значит, он всё это затеял, чтобы теперь расхаживать здесь с недовольным видом? Выглядит так, будто бы именно она писала записку всего лишь несколько часов назад.       — Да, может быть, и надо было бы остаться в гостиной. И тебе, и мне. Вот только никто этого не сделал. Не ты, не я, - Гермиона хотела употребить «мы», или «нас», но во время осекла себя. — Так что, может быть, попытаемся хоть что-нибудь сделать? Раз уж все равно торчим посреди коридора после отбоя?       — И у тебя, конечно же, есть план, - издевательски произнёс Малфой, начиная прокручивать палочку в руках.       Гермиона глубоко вздохнула прежде, чем начала говорить.       — Как я уже говорила ранее, комната приняла одинаковый вид для нас двоих. Нравится тебе это или нет, - уточнила Гермиона прежде, чем Малфой снова не завёл свою шарманку о том, что нет никаких «нас».       — Предположим, - он буквально выплюнул это слово, от чего Гермионе стало не по себе. Это уже прогресс, отметила она про себя.       — Каждый использовал определенный запрос прежде, чем комната открылась. Думаю, стоит немного изменить формулировку, - с каждым новым словом смелость Гермионы куда-то улетучивалась, потому что Малфой не переставал демонстрировать отвращение на своём лице.       — И что стоит сказать? Комната, откройся мне и душной заучке Грейнджер? – усмехнулся Драко. Все это казалось ему тупым, смешным и бессмысленным.       Гермиона предпочла пропустить это мимо ушей. Если они снова начнут ругаться, то это никогда не закончится.       — Просто нужно попросить, чтобы комната открылась не только для тебя.       — Так может, ещё и за ручки возьмёмся? Для пущего эффекта, - он снова издевался.       Гермиона больше не могла этого выносить. Она, действительно, начала жалеть, что пришла сюда. Но сдаваться не в её правилах. Так что, раз уж она здесь, то сделает всё возможное, чтобы добиться своей цели.       — Я не прошу брать меня за руку или же начинать со мной общаться. Нужно просто признать, что данная комната принадлежит не только тебе. Это даже не нужно произносить вслух, ты же и сам прекрасно знаешь. И я надеюсь, что проблема будет полностью решена. Помещение откроется и каждый сможет проводить там столько времени, сколько захочет, - она выпалила это на одном дыхании. Возможно, она была слишком груба, но её терпение не безгранично. К тому же, она, кажется, говорила уж слишком громко.       Вдалеке начало слышится мяуканье миссис Норрис. Сердце Гермионы камнем рухнуло в пятки. Она поняла, что в этот раз им точно не удастся скрыться от наказания. Начнутся проблемы и много разговоров вокруг их персон. Как она всё это будет объяснять? Нужно было срочно что-то делать.       Гермиона и Малфой, не сговариваясь, начали вглядываться в самый конец коридора. Оттуда вот-вот должны были появиться красные глаза кошки школьного смотрителя. А затем, и он сам.       — Нам нужно срочно открыть комнату, - в панике проговорила Гермиона.       Никакого другого варианта спасения у неё просто не было. Хоть она и понимала, что это не реально.       — Нужно сваливать отсюда, идиотка, - удивительно, но в его голове не было и нотки паники.       Драко не раз оказывался в подобной ситуации, находясь на шестом курсе обучения. Он проводил в комнате много времени, и постоянно убегал от Филча. Иногда до комнаты добраться не получалось и ему пришлось изучить местность в этом коридоре как свои пять пальцев. Так что сейчас он уверенно двинулся в противоположную сторону коридора. Он бы предпочел вообще не оказываться в подобной ситуации. Но уже ничего нельзя было поделать. Но ещё хуже то, что он оказался в подобной ситуации вместе с Грейнджер. В любой другой момент он бы смылся и даже не подумал бы о ней, слишком много чести. Но сейчас, у них есть незаконченное дело. Так что лучше не только ему избегать проблем. Твою мать, Малфой, как ты жалок. С каких это пор ты думаешь не только о себе? С тех самых пор, когда перспектива сдохнуть кажется ему все более заманчивой?       И в этот момент он ощутил себя ещё более жалким. Это был не он. Ему срочно нужно было вытаскивать себя из этого дерьмового состояния. Так что сейчас вариант был лишь один.       — Так и собираешься там стоять? – злобно проговорил Малфой, оборачиваясь и замечая, что Грейнджер продолжает стоять на месте.       Гермиона, и правда, не понимала куда ей бежать и что делать. Она уже выстраивала план, как добраться до гостиной Гриффиндора. Однако, Малфой окликнул её и она начала догадываться, что он указывает ей следовать за ним.       Она не доверяла ему, но шла следом. Хотя это и было довольно глупо. Другого выбора просто не было.       Слизеринец остановился возле гигантской статуи, которая находилась прямо посреди коридора. Позади было окно с тёмными и массивными шторами. Драко быстро отодвинул одну из них. Он точно знал, что делает. А Гермиона с трудом разглядела там небольшую нишу. Но это было идеальным местом, чтобы спрятаться. И если Малфой знает об этом, значит, он так делал уже не раз.       — Откуда ты знаешь об этом месте?       Малфой приблизился к ней вплотную. Так что, теперь она могла чувствовать его горячее дыхание. И от этого все внутренности за одну секунду скрутились в тугой узел.       — Ты действительно хочешь сейчас об этом говорить? – он грубо схватил её за локоть и толкнул прямиком к нише.       Гермиона немного потеряла равновесие и здорово ударилась об угол коленкой. Но пришлось взять себя в руки и начать пробираться в самый дальний угол. Давалось это, с большим трудом. Следом зашёл Малфой и вернул штору на её прежнее место.       Оставалось лишь надеяться на то, что Филч их не найдёт. А его голос уже слышался в другом конце коридора. Он снова завёл диалог со своей кошкой о нарушителях. Им наверняка не удалось остаться незамеченными. А значит, он будет их выискивать.       — Почему ты просто не можешь смириться с тем, что комната открылась не только тебе? Нужно лишь попросить по-другому, - прошептала Гермиона. В её голосе слышалось отчаянье.       — Я не могу, - резко выпалил Малфой, поворачиваясь к ней.       Он не собирался ничего объяснять этой доставучей Гриффиндорке. Достаточно было того, что он сказал правду. Он просто не мог заставить себя смириться с этим. Будто бы он кого-то предает. Хотя, он прекрасно знал, кого именно. Несмотря на то, что здесь было темно, она ощутила его взгляд на себе. Он буквально пронзал её насквозь, от чего становилось не по себе. Больше Гермиона не осмеливалась ничего сказать.       В этом небольшом помещении, в которое они с трудом поместились, напряжение можно было резать ножом. Гермиона изо всех сил вдавливалась в стену, но всё равно её локоть касался руки Малфоя. Но никто из них этого, словно бы, не замечал. Она никогда не находилась настолько близко вместе с ним. И сейчас это казалось чем-то совершенно нереальным. Будто бы Гермиона Грейнджер находится в параллельной Вселенной.       Но всё это было правдой.       Гермиона ощутила, что волна жара прошла по всему её телу. Она боялась сделать лишний вздох, чтобы не наделать шума. А Малфой ощущал, что его запас воздуха в лёгких уже давно равен нулю. И он удивлялся, как это ещё не свалился заживо. Он украдкой сжимал кулаки, чувствуя, как локоть Грейнджер касается его собственного. Сердце слишком громко стучало.       Филч проходил уже около них. И им двоим пришлось затаить дыхание. Гермиона даже закрыла глаза, мысленно умоляя, чтобы они не были обнаружены. Она начала дрожать украдкой. И точно не знала от чего, от приближения опасности или же от Малфоя, который стоял совсем рядом. Она не знала, сколько прошло времени. Гермиона словно перестала осознавать реальность. Глаза она открыла только тогда, когда Малфой снова с ней заговорил.       — Решила остаться здесь? Отлично, тогда я заберу себе комнату, - насмешливо проговорил он, поворачиваясь и возвращаясь на то место, где они встретились.       Только тогда Гермиона осознала, что все позади. Филч ушёл и опасность миновала. Она с трудом отлипла от стены и неуклюже выбралась из ниши.       — Заткнись, Малфой, - проворчала Гермиона ему вслед, стараясь поправить шторы, чтобы тайное убежище никто не обнаружил.       — Ничего более остроумного не могла придумать?       Ему всё это давалось легко. Никакой паники. Никаких переживаний. И Гермиона не понимала, как ему это удаётся?       Только Драко знал, какой ураган бушевал внутри него. Но он слишком хорошо умел всё это скрывать. Правда, с каждым днём ему это давалось всё сложней. И никто не знает, когда должен будет произойти очередной взрыв.       Они оказались у той самой стены. Малфой резко затормозил, и Гермиона едва не влетела в его спину. К счастью, ей удалось во время остановиться.       — Нужно попытаться, - это всё, что смогла выговорить Гермиона.       Она повернулась лицом к стене, медленно прикрывая глаза и спокойно выдыхая. Она чувствовала, что в этот момент всё решится. Она чувствовала, что это её. Их. Последний шанс.       Мысленно она начала повторять те слова, которые помогли ей открыть комнату в тот раз. Она не останавливалась и хотела верить, что Малфой делает тоже самое.       Драко смотрел, как она поворачивается и прикрывает глаза. Ее грудь вздымалась от тяжёлого дыхания. Из-за этого рот был слегка приоткрыт. Он снова изучал её, заостряя внимание на мельчайших деталях. Он изучал её и ничего не мог с собой поделать. Резко опомнившись, и отругав себя, Драко дернул головой, начиная сверлить стену взглядом. Затем, он так же прикрыл глаза и начал свою мысленную речь.       И ещё никогда в жизни она не давалась ему с таким большим трудом.       Мне всего лишь необходимо место, чтобы скрыться от всего этого поганого мира.       Мне всего лишь необходимо место, чтобы скрыться от всего этого поганого мира.       Мне всего лишь необходимо место, чтобы скрыться от всего этого поганого мира.       Драко украдкой приоткрыл глаза и увидел, что ничего не произошло. Волна разочарования ударила его, от чего он испытал невероятную боль. Он больше не мог мириться с разочарованием.       Он больше не мог.       Он снова посмотрел на Грейнджер, которая стояла рядом с закрытыми глазами и продолжала свой монолог.       Он ненавидел её.       Она ненавидела его. По крайне мере, он был четко в этом убеждён. Он хотел, чтобы так было. И разве могло быть как-то иначе?       Тогда, какого чёрта?       Драко вновь закрыл глаза, начиная повторять.       Мне всего лишь необходимо место, чтобы скрыться от всего этого поганого мира.       Нам всего лишь необходимо место, чтобы скрыться от всего этого поганого мира.       Нам всего лишь необходимо место, чтобы скрыться от всего этого поганого мира.       Нам всего лишь необходимо место, чтобы скрыться от всего этого поганого мира.       Он боялся открыть глаза. Он больше не мог мириться с разочарованием. Но нужно было сделать это.       Драко открыл их, смотря себе под ноги. Лишь спустя минуту он осмелился поднять взгляд. Уголки его губ дернулись вверх, и он едва слышно усмехнулся.       Грёбаная Грейнджер оказалась права. Десять очков Гриффиндору. Какого чёрта? Опять эта грёбаная Грейнджер права. Он шагнул вперёд, уверенно хватаясь за ручку двери.       — Эй, ты долго будешь там стоять?       Он наблюдал за тем, как она открывает глаза и начинает часто моргать. Её взгляд метался от Малфоя до двери. И, все же, задержался на нём. Сейчас в его глазах уж точно не было и капли ненависти. Или она просто хочет в это верить?       Гермиона настолько сильно погрузилась в свои мысли, словно в какой-то транс, что даже не сразу осознала тот факт, что Малфой её вновь зовет. Уже какой раз за эту ночь? Она смотрела на него, такого довольного и самовлюблённого. Такого наполненного гордостью за то, что произошло. В этот момент он выглядел как самый настоящий самовлюбленный идиот. Будто бы он решил все их проблемы.       Она смотрела на дверь, которая была распахнута прямо перед ней. Дверь, которую он распахнул прямо перед ней.       И ей не терпелось снова переступить её порог.