В красной упаковке

Гермиона Грейнджер обожала период зимних праздников. Ей нравился снег, который мягко падал над замком. Ей нравились двенадцать рождественских ёлок, которые Хагрид каждый год волок в Большой зал, все украшенные сверкающими блестками и мишурой. Она обожала то, как омела так часто появлялась над ничего не подозревающими жертвами. Было что-то в этом времени года, что заставляло ее сердце буквально светиться. Не было ничего лучше на свете, по крайней мере, по мнению Гермионы, чем иметь возможность поскорее облачиться в теплую шапочку с подходящим шарфом и перчатками. Ничего приятнее, чем согреть руки прекрасной чашкой горячего шоколада, под звуки нежно звучащих рождественских мелодий. Даже музыка делала ее счастливой. Она обожала все множество тех знакомых рождественских мелодий, что слышались в разных уголках замка. — Я хочу сделать в этом году что-то действительно особенное, — объявила Джинни, оказавшись рядом с Гермионой, которая сидела за столом Гриффиндора в Большом зале. Та потягивала свой горячий шоколад и зачарованно наблюдала, как профессор Флитвик украшал ёлку. Стараясь нарядить ее как можно ярче, он левитировал веточки остролиста и мишуру в таком количестве, какого она ещё не видела в этом зале в предыдущие годы. Гермиона обожала, что Профессор настолько увлекался магией праздника и напевал придуманные на ходу рождественские песенки, будто ничего в этом мире его вовсе не заботило. — На Рождество? – спросила Гермиона, приветственно ей улыбаясь. — Да, я хочу сделать его неповторимым, — сказала Джинни, — мне нравятся традиции, которые у нас сложились, но я хочу сделать это Рождество максимально запоминающимся. У нас, возможно, не будет другого шанса провести праздники так же счастливо и беззаботно. Возможно, мы и вовсе не сможем снова собраться и отметить это Рождество. Давай сделаем его особенным. — И что же ты надумала? — улыбнулась Гермиона, раздумывая о самой идее. — Как насчет «Тайного Санты»? Можно провести его среди нас всех, чтобы действительно было весело, — честно сказала Джинни. — В нашей жизни есть люди, ради которых мы обычно не утруждаем себя покупкой подарка, и я думаю, что это неправильно. Я хочу, чтобы в этом году все ощутили магию Рождества. — Джинни, мне кажется, это прекрасная мысль, — сказала Гермиона, еще больше задумавшись над ее предложением. Мозг уже начал лихорадочно работать, подкидывая всевозможные идеи. — Как думаешь, нам стоит поспрашивать у ребят? Посмотреть, кого это заинтересует? — У меня есть идея получше, — сказала Гермиона, — давай поговорим с профессором Дамблдором и предложим провести общешкольного Тайного Санту. Если кто-то из учеников не празднует Рождество, им не обязательно будет участвовать, и если будут люди, которые не заинтересуются этой идеей вообще, то никто их заставлять не будет. Но, я думаю, что это чудесный способ наладить общение между факультетами. Если каждому достанется ученик из другого факультета, то Тайному Санте придется узнать своего подопечного поближе, чтобы понять, что он или она хотели бы получить в качестве подарка. Мы можем установить ограничения по цене на тот случай, если некоторые ученики не смогут позволить себе большие растраты и чтобы другие не покупали невероятно щедрые подарки. Это просто фантастический способ наладить связь между всеми учениками, также как и сам процесс поиска своего Тайного Санты. — Ты гений, Гермиона, — объявила Джинни. — Спросим его об этом сейчас? — Конечно, — Гермиона кивнула и, поднявшись из-за стола, они с Джинни двинулись к профессору Дамблдору. Тот сидел за преподавательским столом и с ноткой веселья в голубых глазах осматривал Большой Зал. — Добрый день, мисс Грейнджер, мисс Уизли, — приветствовал он учениц. — Здравствуйте, профессор Дамблдор, — Гермиона улыбнулась директору. — У нас есть к вам одна просьба. — Неужели? — улыбнулся он, окидывая девушек любопытным взглядом поверх своих очков-половинок. — Да, видите ли, Джинни только что упомянула, что хотела бы сделать что-то особенное, чтобы отпраздновать это Рождество, и я подумала, что может быть полезно для межфакультетского единства и студенческих отношений, если мы проведем в школе что-то вроде Тайного Санты для всех студентов. Профессор Дамблдор выглядел заинтригованным. — Дело обстоит так, что это возможно будет последнее Рождество, которым мы все сможем насладиться в полной его мере, сэр, — подхватила Джинни, — суета по поводу этого события объединит студентов. — А что насчет тех, кто не празднует Рождество или вовсе не будет иметь возможности участвовать? — серьезно спросил профессор Дамблдор. — Что ж, я тоже об этом задумалась, профессор, — начала Гермиона. — Я замечала, что многие люди, которые не празднуют Рождество по религиозным или личным причинам, все равно всегда рады получать подарки. Мы можем назвать это событие Сезонным Обменом Подарками в Хогвартсе, или что-то в этом роде, если все будут категорически против самого названия «Тайный Санта». Мы также можем установить ценовой диапазон на подарки между пятью и двадцатью сиклями. Это не так уж и много. Даже за один можно купить что-нибудь в Сладком Королевстве. — А что делать с теми, кто и этого себе позволить не сможет? — спросил Дамблдор. — Не пойдет исключать студентов от участия в этом мероприятии, просто потому что у них не хватит на это средств. — Говоря со всей искренностью, профессор, — сказала Джинни и ее уши начали краснеть, — мы с Роном не самые обеспеченные из всех студентов. И все же мы сможем себе это позволить. Профессор Дамблдор выглядел задумчивым. — Мы могли бы отметить, что если студенты действительно не смогут позволить себе купить подарок, им будет предложено создать его. Было бы полезно помочь людям думать нестандартно, дать им возможность превратить обычную вещь во что-то особенное, достойное для подарка кому-нибудь, — предложила Гермиона. — Как вы предлагаете выбирать подопечных для Тайных Сант? — спросил Дамблдор. — Для укрепления межфакультетских отношений, мы подумали, что можно собрать все имена студентов, желающих участвовать, исходя из их факультета. Затем каждый факультет пусть вслепую выбирает себе подопечных из трех других факультетов. Конечно, придется повозиться и отсортировать множество имен. Но если собрать имена всех студентов например со Слизерина, Равенкло, Хаффлпаффа в мешок и предложить выбрать Гриффиндору, то это точно будет означать, что наш факультет получил подопечных из всех других факультетов. Затем добавить имена Гриффиндора в мешок и то же самое проделать с другими факультетами по очередности. — Что ж, я посоветуюсь с другими преподавателями, чтобы обсудить эту идею, — заверил их профессор Дамблдор, когда у него больше не осталось вопросов. — Вы узнаете о решении завтра. Гермиона широко улыбнулась. На следующий же день в главных гостиных факультетов начали появляться баннеры, предлагающие принять участие в Рождественском мероприятии. Гермиона улыбнулась, когда увидела что их идея про Тайного Санту получила одобрение. Ученики, желающие принять участие, должны были сообщить об этом главе своего факультета до конца недели. Как и было предложено, подарок должен был быть в ценовом диапазоне между пятью и двадцатью сиклями, или же сделан собственноручно. Все, кто обычно не отмечал Рождество, мог принять участие в Тайном Санте просто для того, чтобы весело провести время и обменяться с кем-нибудь подарками. Студентам также напомнили, что если они пожелают, то могут с радостью остаться в Хогвартсе в течение рождественских праздников. На плакате было также предупреждение, что регистрация на участие в «Тайном Санте» обязывает учеников хранить в секрете имена своих подопечных и не раскрывать себя до тех пор, пока не произойдет обмен подарками на Рождество, чтобы сохранить дух волшебства. Ученики смогут поговорить о своих подопечных только с главами своего факультета. — Чувствую, это будет просто потрясающе, — сказала Джинни, взволнованно хлопая в ладоши, подбежав к Гермионе и буквально сияя от таких замечательных новостей, — не терпится узнать, кто же мне достанется. Надеюсь, это будет кто-то хороший. — Хороший? — Гермиона рассмеялась, — не в этом был смысл наших стараний, Джинни. Вся суть в том, чтобы хотя бы чуть-чуть узнать человека, с которым ты в обычной ситуации не стала бы пересекаться. Я лишь надеюсь, что тот, кому достанусь я, выберет подарок вдумчиво и не пойдет по лёгкому пути, обойдясь простой покупкой сладостей. — И тебя даже не беспокоит то, что тебе может достаться человек, который тебе не нравится и которому ты бы никогда сама не купила подарок? Представь, что это будет Паркинсон или кто похуже, — сказала Джинни, поморщив нос в отвращении. — Я полагаю, что цена подарка и его содержание будет продиктовано тем, кто нам достанется в конечном итоге. Это правда. Естественно, если бы мне досталась Паркинсон, я бы с большей вероятностью купила ей что-то незначительное, нежели если бы это был кто-то, кто мне симпатичен, вроде Луны, — призналась Гермиона, хотя и почувствовала себя скверно, думая об этом. — Все равно, это будет весело, — ухмыльнулась Джинни. — Пойдем, сообщим МакГонагалл о своем желании участвовать. Будет настоящей пыткой ожидать конца недели, чтобы иметь возможность выбрать подопечного. — Еще хуже будет то, что мы не сможем рассказать друг другу, кто нам достался, — возразила Гермиона. — Не представляю, как сложно нам будет это скрывать…