Поймать Красного Человека

      Леш­ка при­от­крыл тя­желые ве­ки и низ­ко, том­но вы­дох­нул. Го­лова бо­лела. Нет, не так. Го­лова рас­ка­лыва­лась на ты­сячи не­подъ­ем­ных ку­соч­ков, буд­то кто-то про­шел­ся пер­фо­рато­ром по нес­час­тной че­реп­ной ко­роб­ке. Та­кого сос­то­яния у Леш­ки не бы­ло да­же пос­ле са­мой безбашенной по­пой­ки…              — Леш… Леш­ка, ты как? — за­бот­ли­во, неж­но и неп­ри­ем­ле­мо гром­ко раз­да­лось где-то над ухом.              Зак­рыв гла­за, Леш­ка че­рез не­кото­рое вре­мя при­от­крыл один, что­бы не­доволь­но зырк­нуть на ус­тро­ив­ше­го го­лову на его гру­ди Гле­ба. За­метив, что па­рень прос­нулся, Глеб под­нялся и по­мог прив­стать от­ча­ян­но соп­ро­тив­ля­юще­муся Леш­ке. Воз­ле пе­ресох­ших Леш­ки­ных губ ока­зал­ся ста­кан с чис­той во­дой, на лоб лег­ли прох­ладные ла­дони, а ря­дом ус­тро­илось теп­лое Гле­бово те­ло, поз­во­ля­ющее об­ло­качи­вать­ся на се­бя. По­думав, Леш­ка ре­шил не соп­ро­тив­лять­ся и, ус­тро­ив­шись по­удоб­нее, тя­жело вы­дох­нул. Боль нем­но­го от­сту­пила, ос­та­вив пос­ле се­бя ощу­щение не­быва­лой тя­жес­ти в го­лове.              — Как се­бя чувс­тву­ешь? — уже ти­ше спро­сил Глеб, при­нимая пус­той ста­кан из тря­сущих­ся рук и при­об­ни­мая их об­ла­дате­ля.              — Го­лова бо­лит…              — Ко­неч­но, на те­бя ж по­лоч­ка свалилась. С ма­мины­ми фи­гур­ка­ми…              — Понавешали по­лочек, — не­доволь­но про­бор­мо­тал Леш­ка, вспо­миная перед потерей соз­на­ния. По­лутем­ная ком­на­та, мед­ленно приб­ли­жа­юща­яся к го­лове по­лоч­ка и зап­ла­кан­ная фи­гур­ка ря­дом… — Слу­шай, а па­цан тот где?              — Кто? — Глеб от­крыл гла­за и пос­мотрел на задравшего го­лову Леш­ку. Выг­ля­дел он, вро­де бы, здо­ровым…              — Ну, па­рень из трав­мпункта. Он в ком­на­те был, на кро­вати.              — Не бы­ло ни­кого. — Под вни­матель­ным взгля­дом пар­ня Глеб по­качал го­ловой для пу­щей убе­дитель­нос­ти.              — Да точ­но был. Си­дел там, пла­кал…              — Ты го­ловой уда­рил­ся? На дво­ре ночь, квар­ти­ра за­пер­та, от­ку­да тут взять­ся ко­му-то? — Глеб на­чинал вол­но­вать­ся за здо­ровье сво­его пар­ня. Тот выг­ля­дел хму­рым и нем­но­го рас­те­рян­ным, но, по­хоже, был свя­то уве­рен в сво­ей пра­воте.              — Нет, он там был. Пря­мо там си­дел, го­ворил что-то… — Леш­ка нап­ряг вмиг сно­ва за­болев­шую го­лову. — Что его не лю­бят или ти­па то­го…              — Что ж, лад­но. Был, так был. Пош­ли, спать по­ра. — Глеб спра­вед­ли­во ре­шил, что Леш­ке это все при­виде­лось. Ско­рее все­го, он опять хо­дил во сне, вот и за­дел нес­час­тную по­лоч­ку. В по­луд­ре­ме вспом­нил то­го па­цана, что так на­пугал и вз­бесил его се­год­ня в трав­мпункте… С улыб­кой Глеб по­думал, что Леш­ка слиш­ком впе­чат­ли­тель­ный.              — Ты мне не ве­ришь, да? — Леш­ка оби­жен­но за­сопел, но все-та­ки под­нялся и уг­рю­мо поп­лелся вслед за Гле­бом в ком­на­ту.              — Ве­рю-ве­рю. — Че­рез пять ми­нут воз­ни и не­довер­чи­вых взгля­дов Глеб уже при­жимал к се­бе ху­доща­вое Леш­ки­но те­ло и бла­жен­но со­пел в его ма­куш­ку.              Леш­ка же прос­то ле­жал в ти­шине и ду­мал, ду­мал, ду­мал…       

***

             Сле­ду­ющее ут­ро сме­ло мог­ло пох­вастать­ся по­битым ре­кор­дом по ко­личес­тву не­удач за пос­леднее вре­мя. Рез­кое про­буж­де­ние под вне­зап­но за­вопив­ший не сво­им го­лосом бу­диль­ник, си­няк на пле­че от сон­но­го стол­кно­вения с двер­ным ко­сяком, так еще и ку­ча сло­ман­ной тех­ни­ки…              По­ка хму­рый Леш­ка уби­рал пос­ледс­твия бун­та ко­февар­ки, од­новре­мен­но скор­бя о без­вре­мен­но ушед­шем тос­те­ре, Глеб отод­ви­нул лег­кую за­навес­ку и выг­ля­нул в ок­но. Там, на ла­воч­ке дет­ской пло­щад­ки, оди­ноко бол­тал но­гами па­рень в крас­ном дож­де­вике.              Че­рез не­делю Глеб уже не удив­лялся этой кар­ти­не. Стран­ный па­рень прес­ле­довал их вез­де: на уче­бе и ра­боте, в ма­гази­не и на зап­равке, да­же под ок­на­ми собс­твен­ного дома. Гле­бу не ка­зались уже та­кими ду­рац­ки­ми сло­ва Леш­ки о том, что пар­нишка был и в квар­ти­ре…              И Глеб обя­затель­но вы­шел бы к пар­шивцу, по­казал ему, что вме­шатель­ство в чу­жую жизнь мо­жет пло­хо пов­ли­ять на сос­то­яние зу­бов, но боль­ше стран­но­го маль­чиш­ки его вол­но­вало дру­гое. От­но­шения с яв­но пе­режи­ва­ющим о про­ис­хо­дящем Леш­кой каж­дый день ста­нови­лись все ху­же и ху­же. Сей­час Глеб с пе­чаль­ной улыб­кой вспо­минал ночь не­делю на­зад, ког­да они, при­жима­ясь друг к дру­гу и ук­радкой во­руя лег­кие по­целуи, спа­ли на уз­ком ди­ване и не ду­мали ни о чем пло­хом или тре­вож­ном. Те­перь же Леш­ка, став­ший не­раз­го­вор­чи­вым и хму­рым, ред­ко поз­во­лял да­же приобнять се­бя, не го­воря уж о по­целу­ях или чем-то боль­шем.              Все вре­мя, ко­торое они про­води­ли вмес­те, Глеб чувс­тво­вал гне­тущую ат­мосфе­ру не­лов­кости и враж­дебнос­ти, но не ви­дел ни ис­точни­ка проб­ле­мы, ни ее ре­шения. Нес­коль­ко раз он пы­тал­ся по­гово­рить о про­ис­хо­дящем с Леш­кой — все раз­го­воры за­кан­чи­вались ли­бо рез­кими об­ви­нени­ями на­хох­ливше­гося, слов­но во­робей, Леш­ки, ли­бо злостью са­мого Гле­ба.       — Это все ме­ня прос­то уби­ва­ет… — Ле­жа на при­лав­ке, Глеб прик­рыл гла­за и по­пытал­ся рас­сла­бить­ся. Злость и уп­ре­ки все рав­но ни­чего не да­дут, на­до взбод­рить­ся.              — Спать ночью на­до, а не… бодрство­вать, — нас­та­витель­но за­метил кол­ле­га Гле­ба по ра­боте — флег­ма­тич­ный и бес­це­ремон­ный ад­ми­нис­тра­тор ка­фе. В это не осо­бо по­пуляр­ное, не осо­бо до­рогое мес­течко Глеб ус­тро­ил­ся боль­ше го­да на­зад и пер­вое, что он уви­дел тут — это ску­ча­ющее, ле­нивое ли­цо бу­дуще­го на­чаль­ни­ка. Кто зна­ет, мо­жет, ца­рив­шая под на­чалом Пав­ло­ва Ми­ха­ила сон­ли­вость ка­фе и по­буди­ла Гле­ба ос­тать­ся.              — В том-то и проб­ле­ма, что я спал всю ночь, — пе­чаль­но по­жало­вал­ся Глеб, вста­вая. Глу­боко вздох­нув о сво­ей пе­чаль­ной судь­бе, он поп­ра­вил во­лосы и пох­ло­пал се­бя по ще­кам. Грус­тить мож­но сколь­ко угод­но, но ес­ли ни­чего не де­лать, все из­ме­нит­ся толь­ко к худ­ше­му. — Вот ска­жи, Миш, — пы­та­ясь как мож­но дру­желюб­нее улы­бать­ся, на­чал Глеб, внут­ри за­мирая. — Ты же хо­рошо с же­ной ла­дишь, да?              — Ну, непло­хо, — от­во­дя взгляд и по­чему-то слег­ка крас­нея, от­ве­тил ад­ми­нис­тра­тор. По­жени­лись они все­го-то па­ру ме­сяцев на­зад, но, ка­залось Гле­бу, уже дол­жны бы­ли при­тереть­ся друг к дру­гу.              — Так вот… Что вы ­дела­ете, ес­ли у вас… ну, ин­те­ресы раз­нятся? К при­меру, фильм выб­рать не мо­жете или там… еду на ужин?              — Чем-ни­будь треть­им за­нима­ем­ся. Или я ус­ту­паю, — серь­ез­но от­ве­тил Пав­лов, пе­рево­дя по-преж­не­му сму­щен­ный взгляд на под­чи­нен­но­го. — А что?              — Прос­то… Мы с мо­ей де­вуш­кой… ссо­рим­ся час­то. Из-за ерун­ды, в об­щем-то… Но все рав­но это очень… уд­ру­ча­ет. — Глеб сно­ва по­лулег на при­лавок, спра­вед­ли­во ре­шив, что мож­но и рас­сла­бить­ся, по­ка нет кли­ен­тов.              — Пф-ф, поп­ро­буй ус­ту­пать ей. Ты ж муж­чи­на.              — Кхем, ну да… — Глеб за­дум­чи­во пос­мотрел на ули­цу сквозь ши­рокую вит­ри­ну. Ту­да, где на ла­воч­ке, бол­тая но­гами, си­дел па­рень в яр­ко-крас­ном дож­де­вике. — Ес­ли б все так прос­то бы­ло…       

***

             Се­год­ня Глеб за­дер­жался — по­могал с убор­кой и зак­ры­ти­ем ка­фе вмес­то по­рань­ше от­про­сив­ше­гося ад­ми­нис­тра­тора. Бес­по­кой­ство прес­ле­дова­ло его всю до­рогу до­мой, хоть ночь и бы­ла по-зим­не­му мо­роз­ной и яр­кой. Мо­жет, это из-за неп­ри­выч­но спо­кой­ной зим­ней но­чи, мо­жет, из-за ма­ячив­шей не­пода­леку фи­гуры в крас­ном, а мо­жет, из-за то­го, что за весь ве­чер с дав­но за­учен­но­го но­мера не пос­ту­пило ни од­но­го звон­ка…              До­ма то­же бы­ло ти­хо. В гос­ти­ной буд­нично шу­мел те­леви­зор, но в ос­таль­ной квар­ти­ре свет был вык­лю­чен, что на­вева­ло не са­мые при­ят­ные мыс­ли. Сбро­сив кур­тку и по­молив­шись, что­бы Леш­ка был се­год­ня в хо­рошем рас­по­ложе­нии ду­ха, Глеб про­шел в гос­ти­ную.              Его па­рень дей­стви­тель­но был тут — си­дел, по­доб­рав под се­бя но­ги, и удоб­но ус­тро­ил гипс на ос­трых ко­лен­ках. Он хму­ро пя­лил­ся в те­леви­зор, иног­да бро­сая в рот горсть ореш­ков из сто­ящей тут же ва­зоч­ки или нер­вно про­веряя те­лефон.              По­дой­дя сза­ди, Глеб ак­ку­рат­но по­ложил ру­ки на вздрог­нувшие пле­чи пар­ня и по­цело­вал его в ма­куш­ку. За­мер­зшим ще­кам сра­зу ста­ло теп­лее, да и смут­ная тре­вога по­тихонь­ку спря­талась за у­ют­ной сте­ной до­маш­не­го теп­ла.              — При­вет, — плюх­нувшись ря­дом и ус­та­ло от­ки­нув­шись на спин­ку ди­вана, ска­зал Глеб. Де­лал он это мак­си­маль­но ак­ку­рат­но и об­ду­ман­но, что­бы не за­цепить Леш­ки­ну ру­ку.              — Ага. Прос­ти, еды не­ту, сам зна­ешь, с та­кой ру­кой… — нап­ря­жен­но от­ве­тил Леш­ка, не от­ры­вая по­тух­ше­го взгля­да от эк­ра­на.              — Все в по­ряд­ке. — В по­рыве не­ожи­дан­но неж­ности Глеб нак­ло­нил­ся к Леш­ке, неж­но це­луя его сна­чала в гу­бы, по­том в нос и ще­ки. — Ме­ня на ра­боте за­дер­жа­ли се­год­ня… Это же ни­чего?              — М-м-м, ага, нор­маль­но, — быс­тро от­ве­тил Леш­ка, но имен­но в этих сло­вах Глеб по­чувс­тво­вал нап­ря­жение.              В этот мо­мент те­леви­зор миг­нул и по­гас с ти­хим хри­пом. Глеб по­чувс­тво­вал, как на его пред­плечье рез­ко сжа­лись паль­цы всег­да не­долюб­ли­вав­ше­го тем­но­ту Леш­ки, и про се­бя ус­мехнул­ся. Это по-сво­ему ми­ло.              — Проб­ки вы­лете­ли, на­вер­ное. — В аб­со­лют­ной тем­но­те го­лос Леш­ки зву­чал сла­бо и не­уве­рен­но. Че­рез се­кун­ду он от­пустил ру­ку Гле­ба и вклю­чил эк­ран те­лефо­на. От не­ров­но­го, си­нева­того све­та ста­ло еще жут­че…              — Ага. Пой­ду, вклю­чу. — Глеб под­нялся, так же за­жигая свой мо­биль­ник, и, сдер­жи­вая улыб­ку, обер­нулся к Леш­ке. — Пой­дешь со мной?              — Че­го я там не ви­дел… — про­бур­чал па­рень в от­вет, силь­нее под­жи­мая но­ги под се­бя. — Иди быс­трее да­вай…              — Хех, хо­рошо…              — И хва­тит ржать! — Леш­ка воз­му­щал­ся вслед уже пус­то­му двер­но­му про­ему. Од­но­му ста­ло еще не­уют­нее, хоть Леш­ка и знал, что это их квар­ти­ра и ни­чего страш­но­го, в прин­ци­пе, слу­чить­ся не дол­жно. Не дол­жно, ко­неч­но, но шо­рохи вок­руг ка­кие-то очень по­доз­ри­тель­ные…              По­ка Леш­ка ста­ратель­но рас­смат­ри­вал свой бинт, что-то щел­кну­ло в глу­бине квар­ти­ры, и из ро­зет­ки, пря­мо нап­ро­тив сжав­ше­гося Леш­ки, по­сыпа­лись круп­ные, оран­же­вые ис­кры. За­пах­ло па­леным, но миг — и сно­ва все за­тих­ло.              В ком­на­ту во­шел встре­вожен­ный Глеб, также ос­ве­щая се­бе до­рогу те­лефо­ном.              — У нас ро­зет­ка, ка­жет­ся, нак­ры­лась. Ис­кри­ла толь­ко что, — преувеличенно спо­кой­но, слов­но о чем-то не­важ­ном, со­об­щил Леш­ка.              — То-то я ду­маю, пре­дох­ра­ните­ли вто­рой раз от­клю­чились. — Тя­жело вздох­нув, Глеб по­дошел к ро­зет­ке и пе­чаль­но вы­дер­нул из нее шнур те­леви­зора. Ка­жет­ся, зав­тра при­дет­ся вы­зывать мас­те­ра… — Ну что ж, по­ка элек­три­чес­тво луч­ше не вклю­чать. Зна­чит, идем спать?              — Ну, идем. — Леш­ка уже под­нялся с ди­вана, все так же закутанный в плед на ма­нер пла­ща. — А ты жрать-то хо­чешь?              — Пф-ф, не-а. — При­об­няв Леш­ку и под­тол­кнув его к спаль­не, Глеб да­же по­радо­вал­ся, что все так выш­ло. Все-та­ки это шанс хоть нем­но­го по­быть вмес­те. Пусть да­же Леш­ка был сей­час за­дум­чи­вее, чем обыч­но.              О том, что на­до­ед­ли­вый Крас­ный Че­ловек в не­ров­ном све­те искр бук­валь­но се­кун­ду на­зад сто­ял в их гос­ти­ной, ми­ло улы­ба­ясь, Леш­ка пред­по­чел про­мол­чать.