Heaviness

      Чонин всё еще не может поверить в то, что сказал ему Кёнсу. Это казалось ему реальной дикостью. Парень влюбился в парня. Ну, не смешно ли? Только вот, Киму сейчас явно не до смеха.       Надеясь на провал, он решает проверить теорию Кёнсу.       Между парами он просит Чанёля подойти в небольшой закоулок в дальней стороне здания. — Ты о чём-то поговорить хотел? — спрашивает Ёль, но Чонин, не слушая того, просто молча обнимает друга.       Пак застывает, не понимая, что только что произошло, но через минуту сам обнимает его в ответ. Чонин крепко прижимается к Ёлю и вдыхает его аромат. — Что случилось, Нини?       Ким вдруг застыл. «Нини…» — звучит эхом в его голове. Пак называет его так очень редко, только тогда, когда Чонину плохо, и друг пытается его утешить. «Нини…» — тепло разливается от живота по всему телу до вцепляющихся в чужую одежду кончиков пальцев.       Что-то среднее между всхлипом и вздохом срывается с губ Чонина, вместо задуманного «Ничего». — Эй, — Чанёль пытается отстранить от себя парня и заглянуть ему в глаза, но ничего не выходит, так как тот вцепился, словно что и не оторвать. Ёль смеётся и треплет мальчишку по голове.       Буквально через мгновение Ким отталкивает друга и со словами «Всё нормально, прости» убегает. Чан стоит на одном месте ещё пару минут, пытаясь осознать, что такое тут внезапно произошло.

***

      «Почему???» — единственное, что крутится в голове у Чонина.       Он не знает, что ему следует делать дальше. Продолжать дружить с Ёлем? Признаться в чувствах?       Нет, это всё не то. Он понимает, что единственный и верный вариант — это оборвать с Ёлем всевозможные связи. Чан никогда не интересовался парнями, так что — они не могут быть вместе. Чонину странно думать о таких вещах, но при этом безумно больно. Будто кто-то раз за разом вгонял в парня нож и при этом делал это мучительно медленно, чтобы тот смог прочувствовать все грани лезвия.

***

…Спустя месяц.

      Жизнь Чонина теперь состоит из трёх лично принятых вещей: учёба, танцы и прятки от Пака.       Парень старательно избегает везде и во всем Ёля. Сначала, он «заболевает» и целую неделю не появляется в университете. Когда же он ходит на учёбу, то во время обеда просто не приходит в кафетерий, а идёт подальше от университета, таская за собой Кёнсу. В остальное время, если Ёль предлагает встретиться, он говорит, что занят, и нет ни минутки.       Всё свободное время он проводит в студии Исина, а отдыхает только тогда, когда ему удаётся вытащить Кёнсу из общаги и посидеть с ним в сауне, что случается крайне редко.

***

      Ёль сидит на лавке рядом с университетом и ждет, пока Чонин выйдет. Ему надоело, что друг играет с ним в прятки.       «Если уж он не хочет со мной общаться, то пусть так и скажет», — печально думает Чанель.       Через минуту, после звонка, парень видит, как Ким выскакивает из здания и летит в сторону остановки. Выкинув пустой стакан из-под кофе, Чан направляется за ним. — Стой, Ким Чонин! — кричит на ходу Ёль, пытаясь догнать парня.       Но тот лишь ускорился. Подлетев к закрывающемся дверям автобуса, он требовательно стукнул по ним, и они снова распахнулись.       Встав лицом к окну, он не успел перевести дух, как услышал: — Ну, что, может, всё-таки, поговорим? — прошептал Ёль прямо на ухо Чонину.       Чонин испуганно вскрикнул. В нём смешались все чувства: и страх, и удивление, и… нежность? Он чертыхнулся на Пака и покраснел. Всю дорогу до дома Чонина они молчали. — Ну что, объяснишься? — спрашивает Чанёль, когда ребята подходят к двери. — Что? — не понимает парень. — Не прикидывайся дураком, Ким Чонин! — громко восклицает Ёль, раздражаясь. — Ты постоянно прячешься от меня, постоянно занят, тебя постоянно что-то гложет. Может, хватит, а? Я устал гадать, а ты ещё и бегаешь от меня, — он размахивает руками от злости, а Чонин понуро смотрит на свои ноги. — Меня задалбывает тебе звонить и слышать в ответ твое фирменное «Я занят», а потом видеть тебя с Кёнсу. Что с тобой не так? Почему ты так обращаешься со мной? — его переполняет ярость. Ярость на Чонина и на себя. — Я жду ответа, — чеканит Ёль. — Ты не поймёшь, — мямлит в ответ Ким. — А ты даже не пытаешься объяснить! — Пак чувствует, что он готов разнести всё на этом свете. — Я же сказал, тебе знать не обязательно. — ТВОЮ МАТЬ, Я ДОЛЖЕН ЗНАТЬ ЭТО! — он кричит прямо в лицо своему другу. — Я, ЧТО, НЕ ИМЕЮ ПРАВА НА ЭТО, А ЧОНИН-И? ТЫ ОБРАЩАЕШЬСЯ СО МНОЙ, КАК С КУСКОМ ДЕРЬМА. МНЕ НА-ДО-Е-ЛО. — Я не хочу с тобой больше общаться, — тихо молвит Чонин. — ЧТО? — взревел Ёль. — А СРАЗУ СКАЗАТЬ БЫЛО, НЕ СУДЬБА? ПОЧЕМУ ТЫ СКРЫВАЛ ЭТО? Я ТЕБЕ ОТКРЫЛ ДУШУ, ТЫ ЗНАЛ ВСЁ, И ПОСЛЕ ЭТОГО ТАК ПОСТУПИЛ? ЗНАЕШЬ, Я ОШИБАЛСЯ, ТЫ ТАКОЙ ЖЕ ГНИЛОЙ, КАК И ВСЕ.       Всё то время, пока Чанёль выплевывал на него свои неприятные, колющие фразы, в Чонине росли злость и негодование, что потом превратилось в ту же ярость и боль, что и у Пака. — Ты хочешь знать, правда? — тихо, но чётко произнёс Ким, уже не пытаясь справиться с эмоциями. — Во время того, пока ты развлекался со своими дружками, я ждал тебя. Я был один, а ты выменял меня на всяких Сехунов! Ты не задумывался, каково мне без тебя? Что я чувствую? Мне было так плохо! Без тебя я умирал. Мне казалось, что со мной творится что-то неладное, что я болен. А тебя так вечно мало. — ТАК ПОЧЕМУ ЖЕ ТЫ НЕ СКАЗАЛ? Я КАК ДОЛБАНУТЫЙ ПОПУГАЙ ХОДИЛ ЗА ТОБОЙ И ВЫСПРАШИВАЛ, ЧТО ЖЕ У ЧОНИН-И НЕ ТАК. ТАК ЧТО, ТЫ ВЫЯСНИЛ?       Молчание. — ТЫ МОЛЧАТЬ СОБИРАЕШЬСЯ? — взревел Ёль.       Чонин внезапно вскинул подбородок и посмотрел тому прямо в глаза. — Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ, ЧАННИ, ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, ДА? — с вызовом и болью кричит Чонин. — НЕ ОЖИДАЛ? Я ВОТ ТОЖЕ, КАК-ТО, НЕТ.       Чанёль застыл от слов. Ким вздохнул и, несмотря на чувства, обуревавшие им, обречённо добавил: — Я знаю, что ты не примешь меня, не полюбишь в ответ. Вот поэтому, я и решил избегать тебя. Уж лучше так, если не буду видеться с тобой, то возможно, что справлюсь с чувствами. Так что, ты не волнуйся, твой бывший друг-гей не будет больше доставлять тебе неудобства.       С этими словами Чонин удалился, а Чанёль так и продолжал стоять, смотря в никуда.

***

      После разговора, Чонин ещё старательней стал избегать Чанёля. Чтобы не страдать, он даже с Кёнсу перестал общаться вне универа, и всё время стал проводить в студии, оттачивая свои навыки до совершенства.       Каждый день он настолько устаёт, что иногда засыпает за ужином. Но Чонина это вполне устраивает — так он меньше думает о Чанёле.       Всячески пытаясь заглушить боль, которая навечно поселилась в сердце Чонина, он, к сожалению, не может полностью прогнать Чана из своей головы. Каждую ночь ему снится один и тот же сон: Чанёль кричит на него, размахивая кулаками. А в голове прочно засели его слова: «Я ошибался, ты такой же гнилой, как и все».       «Такой же гнилой… гнилой». Он — гнилой, Чонин — гнилой. Он повторял это как мантру, проглатывая слёзы.       «Почему я такой? Что со мной не так? Я всё испортил. Я испортил нашу дружбу. У меня никогда больше не будет друга. Никогда. Я буду всегда один. Я заслуживаю этих страданий, раз посмел влюбиться в него»…