Непримиримая Тина

      Одинокая искра сознания скользила во тьме небытия. Здесь не было времени, не было пространства и вообще не было ничего. Одинокая душа была пылинкой в огромном океане из ничего и в то же время заполняла собой всё свободное место. Это было очень странное состояние. Когда у тебя нет рук, ног, головы, твоё сердце не бьётся, потому что его нет. Ты не дышишь, но не испытываешь удушья. Может так себя ощущает ребёнок в утробе матери? Но он слышит её голос, биение её сердца, урчание её кишечника. А вот Тина не видела, не слышала и не ощущала ничего. Прошло мгновение, которое она могла едва ли заметить и вместе с тем потянулась вечность, способная свести с ума. Мысли обрушились шквалом, и их одновременно не было не единой. Хотя слово одновременно в состоянии отсутствия этого времени выглядело довольно абстрактно. Не было даже размышлений. Вообще ничего не было и вместе с тем было всё и сразу. Ломборк даже не ощутила того момента, когда свод рухнул на неё. Видимо душевная боль была сильнее физической. Впрочем, и здесь у девушки не было размышлений. Не было ничего, хотя остального было столько, что оно сплеталось в чудовищный клубок. Наверное, можно было сойти с ума, но Тина сомневалась, что мёртвые могли сойти. Но вместе с тем она соглашалась, что мёртвые могут сойти с ума и что она уже сошла с ума. Она не выбирала одну дорогу, она шла по всем дорогам сразу.       А потом Тина осознала, что она спит. Пространство развернулось вширь и ввысь, затем резко сжимаясь и принимая форму девушки. Вбок упиралась твёрдая поверхность, похожая на лапник, покрытый парусиной, сверху лёг плащ. Осязание вернулось одним из первых. А затем резко завопило чувство опасности. Это ощущение, что рядом что-то явно опасное и недоброе подтвердилось ещё двумя чувствами, пришедшими следом. Страх и похоть. Зловещая аура, которая сопровождала только одно известное существо. Однако, к ужасу девушки, она не могла двинуться. Все чувства возвращались поочерёдно. В следующий миг до слуха Тины донёсся шелест листвы и потрескивание остывающих углей в костре. Воительница между делом поставила себе заметку, поговорить с Василием, поскольку он должен был дежурить и поддерживать огонь… Что? Эта мысль казалась неуместной. Какой костёр, какое дежурить? Её же недавно раздавило камнями по храмом Падшей богини! Или не раздавило? Кто-то погладил её, и знакомый голос ласково произнёс: - Не волнуйся. Это сонный паралич, это скоро пройдёт.       Тине пришлось мысленно скрипнуть зубами и снова пытаться пошевелиться. Постепенно её усилия стали приносить успехи. Наконец, ей удалось открыть глаза. Её взору предстал ночной лес, камни вокруг костра едва подсвечиваемые углями, и бессовестно дрыхнущий Василий, чьё сопение она сперва приняла за особенности в шуме листвы. Рядом с парнем стояла монстрица из рода кентавров. Её лошадиная часть была фиолетовой, а человеческая пряталась под плащом того же цвета. На плече покоилась огромная коса. Тина мгновенно узнала кошмара. А затем она поняла, что её голова покоиться не на вещмешке, а на чьих-то коленях. Резко вскочив, Тина, наконец, увидела, то, чего и ожидала. На земле сидела Натария, собственной персоной. Это на её коленях только что лежала голова воительницы. А верный меч пребывал на земле в нескольких шагах от девушки. Что ж понятная предосторожность. Мир слегка качнулся, но Тине удалось устоять. Она всё ещё пыталась понять, что происходит. Лилим тем временем улыбнулась и похлопала по земле рядом с собой. - Может, поговорим? Просто поговорим.       Девушка вспомнила, что о Натарии говорил инкуб Кир, когда она с командой Командора была в Харайе. «Будь это Друэлла, вам бы не избежать обращения. Натария военная, она ценит сильного противника. Будь у вас действительно серьёзные проблемы, которые можно было решить мамонизацией, или будьте вы в два раза опаснее, тогда, конечно, были бы приняты меры» Что ж, значит, немедленного обращения не состоится. Воительница была явно в проигрышном положении. Она не верила, что лилим не подстраховалась на случай, если Тина решиться всё-таки напасть. Нахмурившись, девушка села на расстоянии одного шага и вытянутой руки, и не просто села, а так, чтобы можно было быстро вскочить. - Ну, давай поговорим. - Интересный сон был? – Внезапно спросила лилим. - Твои штучки… - Злобно буркнула Тина. - Нет. Моего там было совсем мало. – Натария даже не смотрела на девушку, уставившись куда-то вдаль. – Сейчас первая ночь, после убийства вурм. Если тебе интересно с какого момента начался твой сон. Дубовал похоронил девушку, измяв её грудь, охальник. – Лилим помрачнела. – А ведь у этой монстрицы было имя. Она помогала людям и монстрам. Спасла целую деревню от затопления. А ты, Тина, сколько жизней спасла? - Я спасла людей от превращения в монстров. – Высокомерно заявила девушка. - Вот как. Понимаю. Убивать ведь легче, чем спасать. Но не думаешь ли ты, что убивая, ты никого не спасаешь? Чтобы одолеть армию, не нужна ещё более сильная армия. Две толпы людей сойдутся вместе и начнут убивать друг друга. Кого они спасут? Своих родных? Но если одна армия победит вторую, то они ворвутся на земли убитых солдат и убьют их родственников, изнасилуют жён и дочерей. Ты знаешь, что солдаты насилуют даже девочек и трупы убитых женщин в захваченных селениях? Вижу, что знаешь. Это делают не монстры, это делают люди. Война с мамоно выглядит иначе. Мы соблазняем мужчин и дарим женщинам свободу. - Вы крадёте наших мужчин! - Примеры, пожалуйста. – Улыбнулась Натария. – Твоя история не аргумент. Ты даже не вышла замуж за своего любимого человека, вы не виделись три года. А напомнить тебе, кто ему подсказал заказать доспех у циклопа? Ты ведь знала, что она потребует в оплату. - Это так, но я же не знала, к чему это приведёт. – Попыталась оправдаться Ломборк. – Я тогда мало знала о монстрах. - Это у вас у людей, перепихнулись и распрощались. А у нас всё иначе. Могла циклоп и дальше с мужчинами спать? Люди бы могли. Беспорядочные сексуальные связи. Это же вы нарушаете заповеди Верховной богини, а не мы. Не прелюбодействуй, это закон только для мамоно. Нет такой заповеди – сношайтесь пореже. Каждый мужчина хочет, чтобы его жена вела себя грязно и развратно, как продажная девка, но при этом, чтобы она была такой только с ним. Мамоно верна своему мужу, а муж, своей монстрице. Не убий! Люди убивают людей, твердя о засилье монстров. Но зачем они убивают друг друга? Что бы нам оставить больше места для жизни? Благодарю, но не надо. Мы сами можем об этом позаботиться. Ты говоришь, что мы крадём мужчин. Но твоего возлюбленного никто не крал. Он сам пришёл к той, кто сделала твой меч, коим ты так лихо поражаешь монстров. Или ты хочешь рассказать о драконице, что унесла жениха Райки? Знаешь, мужчина был не против. Да и Райка, судя по всему, не сильно по нему скучает. Она сама тебе это сказала. - Это был лишь сон, навеянный тобой. – Возражения Тины были быстро отметены. - Ничего подобного. Я практически не вмешивалась. Ты и сама это знаешь, но не признаёшься себе. Что я сделала? Ровно три вещи. Я отпустила на волю твою фантазию, твою логику, твоё безумие. Остальное отдала на откуп твоему подсознанию. Я позволила тебе создать ту реальность, которую ты хотела видеть. - Хотела? Думаешь, я хотела увидеть гибель Нины и Райки?! – Возмутилась воительница. - Тихо, тихо. – Успокаивала Тину Натария. – Васятку разбудишь. Он сейчас видит сладкий сон о развратной девушке. Да и кошмарке надо прийти в себя. Твой безумный сон нанёс травму её нежной психике. Разберём смерти твоих соратниц. О том, что происходит, когда маг выпускает инферно, ты знаешь со слов самой Нины. Я вмешалась в этот момент только один раз, создала множество монстров. Остальное домыслила ты. Нет, ну надо же такое придумать – мамоно убивает человека не для защиты себя, детей или своего мужа. Знаешь, ты меня сильно удивила. Но потом я поняла, что это твоё безумие. Твоё подсознание пыталось тебе объяснить, что будет, если ты не начнёшь себя контролировать. Сны это его территория. Так что ты, по сути, вела бой сама с собой. Почему Нина не сгорела заживо на стене или почему её не смогли спасти лекари? Об этом нужно спросить у твоей аналитической части. Именно она решила, что спасти Нину после выпуска инферно – невозможно. Ты чувствуешь боль, теряя друзей, но внутри ты уже смирилась с тем, что именно так и будет. Охота гарпии на Райку объясняется тем, что ты уверена, что монстры будут мстить. А они, негодяйки, не мстили тебе. Ты хотела видеть их озлобленными и агрессивными, чтобы твоей совести было легче объяснять, зачем ты убиваешь их.       Вотельнице стало нехорошо. Натария, казалось, видит её насквозь. Ни единого удара мимо. От этого ей было больней, и она злилась на саму себя за то, что ей нечем возразить. - Почему же погибла Райка? Ты ведь её любишь, только признаваться в этом не хочешь даже самой себе. И даже не показываешь Райке, что её чувства к тебе взаимны. Ты готова была отдать жизнь за неё. Но она тоже оказалась помехой на твоём пути мести. - Это абсурд! - Почему же? Это вполне логично. Ты вывела свою месть на новую высоту. Сперва ты хотела перебить как можно больше монстров, затем нацелилась на меня и моих сестёр и даже на мою маму. А конечной целью стала Верховная богиня. Однако чем больше разрасталась месть, тем меньше оставалось места для любви. Перед тем, как отправиться на беседу с тобой я посмотрела в души твоих соратников. Это было непросто, поскольку приходилось скрывать своё присутствие и свою ауру. Но я поняла, что Райку будет отталкивать твоё безумие. И ты поняла это сама, без моей подсказки. Твой разум сам сгенерировал ситуацию, в которой Райка тебя покинет, чтобы сохранить в своём сердце память о той Тине, которую она любит, а не той, которая стала безумной убийцей монстров. Только ты выбрала наиболее трагичную сцену. Погибнуть от стрелы в руке монстродевы? Для этого нужно хорошо подставиться. - Но это же только сон. – Тине не хотелось признавать поражение. - Сон. – Кивнула Натария, внимательно посмотрев на Тину. – Но этот сон создан из твоей интуиции и умения связывать в логическую цепь события. Падение Каргобурга было легко предсказать. А вот амулет валькирий стал для меня неожиданностью. Тебе очень хотелось, чтобы нашёлся хотя бы один артефакт, который позволил бы тебе дойти до дворца Повелительницы демонов, не превратившись при этом в монстра. Орден, конечно, несколько продвинулся в этом направлении, но до сих пор не смог создать ничего столь долго действующего и недоступного для способностей гремлина. Второй раз я вмешалась в твой сон в момент поединка. Ты почти свела его вничью, потому что глубоко внутри была уверена, что победить лилим – невозможно. Но вера в чудо тоже была. Мне пришлось изменить поединок в конце, чтобы поговорить с тобой, но дело закончилось нервным срывом, и ты разрушила храм, поскольку не могла проснуться, но хотела, чтобы этот кошмар поскорее закончился. – Натария вздохнула и перевела свой взгляд на кошмарку, стоящую рядом с Василием. Судя по дёргающемуся хвосту кентаврицы, она была в восторге. – Тина, мне не просто такое говорить, но я обязана буду обратить тебя в монстра. Во-первых, чтобы спасти тебя от той бездны безумия и одиночества, на которые ты себя обрекаешь. Ведь так оно всё и будет, если ты не свернёшь с этого пути. Ты будешь испытывать наслаждение от убийства монстров, и будешь хотеть убить их ещё больше. От тебя, постепенно, отвернуться все. - Допустим. На минуту допустим, что ты права. – Тряхнула головой Тина. – Но ты не можешь отрицать того факта, что монстры всё ещё остаются врагами людей. Весь мир, который мы так долго строили, рухнет в лапы монстров, которые не приложили ни единого усилия для его строительства, а человечество вымрет. Разве это не повод сражаться с вами? Стремиться убить твою мать? - Ты думаешь за всё человечество? Прямо вот к каждому подошла и спросила? Допустим, ты убьёшь мою мать и всех наследных принцесс. А что дальше? Даже до нынешней Верховной ты не достанешь. Что говорить о той, кто действительно породила монстров? - Ты пытаешься убедить меня, что Падшая богиня это та Верховная, которая всё начала? – Вопрос Тины был риторическим, поскольку она и сама знала ответ. В голосе девушки уже не слышалось прежней злобы. Мирная беседа не способствовала постоянному кипению. - Ну, ведь откуда-то она упала? И я не думаю, что она просто навернулась со ступенек. Да и была бы она тогда Упавшей богиней, а не Падшей. Так что ты намерена сделать потом? Уйдёшь, а монстры выберут нового Повелителя. Тина, тебе не кажется, что пора остановить эту кровавую карусель? Ты говоришь о достижениях мира людей, но они такими были и тысячу лет назад. Ничего не изменилось, можешь мне поверить. Я застала ещё времена до падения Лескатии. Правда я была тогда совсем ещё девчонкой. И знаешь, люди развиваются очень медленно. Но вот на севере, где нетерпимость к монстрам ниже, уже освоили невероятные технологии использования пороха и пара. Ты слышала о паровых двигателях? - Один раз видела паровую молотилку. Да, она была привозная. Что ты хочешь сказать? - Прогресс не зависит от наличия или отсутствия монстров. Даже там где их больше, люди могут создавать что-то новое, будучи не так сильно занятыми заботами о собственном выживании. Но вернёмся к моему вопросу. Как ты собираешься остановить эту вечную войну людей и монстров? Истребить всех монстров, ты не сможешь. Твоё безумие не позволит воспитать соответствующую смену. Убив мою мать, ты не получишь особых сил. Так что дальше? - Но ведь человечество… - Человечество не такое уж и слабое. – Усмехнулась Натария. – Оно ещё тысячу лет просуществует. О тебе забудут. Представь, что сон твой сбылся. Как ты считаешь, урон, что ты нанесла нам, будет велик? Я хочу остановить тебя, для того, чтобы спасти тебя от себя самой. А твои деяния только укрепят наши позиции. Ведь почти все монстры, которых ты убила, помогали людям, не обращая женщин в монстров и не похищая мужчин. И вот ещё что, почему ты постоянно пытаешься что-то делать во благо всего человечества? У тебя есть восемь человек под рукой, которым очень нужно помочь, может, начнёшь с тех, кто поближе? - Я не могу думать о себе. Это слишком эгоистично. - Но ты постоянно думаешь именно о себе. Это твоя обида на ушедшего к мамоно жениха, желание достичь чего-то просто убивая и разрушая. А попробуй родить и построить. Хотя, чего мне тебя отговаривать? Я просто отпущу тебя и посмотрю, что будет дальше. Вот только штурм Каргобурга будет иным. План моего генштаба отличается от того, что ты видела во сне, хотя ты правильно решила, что я вмешаюсь. Только вот лилим Натария вмешается не после первого штурма, а перед ним. Я не допущу смерти людей. - Для них обращение в монстров и инкубов уже равносильно смерти. - А вот Командор так не думает. У него гарем из пяти мамоно и он, тем не менее, приводит в порядок разбитые земли. Помнишь этот край? Михаил остался таким же, как и был. Только теперь ведёт не отряд против монстров, а целую область к процветанию. Количество жён не мешает ему оставаться деятельным и уверенным управленцем. - Но ведь не будет людей. Люди исчезнут как вид. - Если следовать твоей логике, то монстры уже исчезли как вид. Раньше они тоже были другими. Теперь они изменились, так что можно сказать, что они вымерли. Люди останутся, но будут совершенно другими. Монстр, это убийца-людоед. Но теперь монстры не убивают и не едят людей. Почему же люди до сих пор называют нас монстрами? И с людьми будет также. Слово «инкуб» скорее всего не приживётся. Это и будут люди. Люди, живущие в мире с монстрами. Мир, в котором остановилась извечная кровавая мясорубка между людьми и монстрами. – Лилим внимательно посмотрела в глаза Тины. Девушка и не заметила, что за время разговора, монстродева приблизилась почти вплотную. – Так скажи, Тина, ради чего ты сражаешься? Ты почитаешь Арес, так вспомни, кому покровительствует Арес? - Арес предоставляет силу и защиту всем своим почитателям, как людям, так и монстрам, если те сражаются для чего-то большего, чем просто убийство. – Ответила Тина заученной фразой. - Так для чего ты сражалась на самом деле?       Некоторое время Тина молчала, глядя в землю. Ей хотелось схватить меч и проткнуть сидящую рядом мамоно, которая была такой же убедительной, как собственная совесть, но вот заключить с ней сделку не удастся. Девушка понимала, что больше всего она злится не на саму Натарию, а на саму себя. Слова лилим казались ей достаточно убедительными. Наконец она спросила: - Ты ведь не собираешься отпускать меня самом деле? Я имею в виду без обращения? - Разумеется, нет. – Натария стала серьёзной. – Я больше не могу наблюдать за твоими страданиями и за страданиями других людей и монстров, которые ты им несёшь. - А что же мне делать потом? Я же не могу просто уйти. Это будет выглядеть странно. - Потом? Никто тебя не осудит, если ты полетишь туда, где тебя ждёт твой жених и его жена. Они ведь ждут тебя до сих пор. Даже если ты сделаешь сразу после того, как у тебя появятся крылья. Да, я уже знаю, кем ты станешь. Нет, не драконицей, конечно. Прости, но это у тебя на лице написано было. Но я бы, на твоём месте, поработала бы над кое-чем. Всё-таки все эти люди, тебе уже не чужие. И ещё вот что я тебе скажу. Подумай о себе не так, как всегда. Подумай о своём будущем. Жить ради убийств? Даже Георг не сражается за любого, кто предложит больше денег. У него есть некоторые нравственные запреты. А твоя месть направлена просто на монстров. Почему ты не убьёшь ту циклопшу?       На этот раз Тина замолчала надолго. На этот вопрос она не могла ответить сразу. Действительно странно, что она не убила ту, кто увела у неё жениха. Как ни крути, а это ведь тоже монстр. Может в первые минуты или даже часы, это было шокирующей новостью, но потом у неё была такая возможность. Девушка внезапно почувствовала влагу на своих щеках. Она не сразу поняла, что это слёзы, её слёзы. Ответить лилим было трудно, поскольку в горле появилось странное чувство давящего комка. Но Тина взяла себя в руки, промокнув слёзы рукавом, и наконец, выдохнула: - Я не могла… Ведь он был счастлив с ней. А я… я слишком сильно его любила, чтобы… Пусть будет счастлив. - Понимаю. Ты действительно его любишь. – Улыбка Натарии была пронимающей и практически материнской. – У тебя большое сердце, Тина. Ты можешь любить и его и свою подругу. И ты обоим желаешь счастья. А что насчёт своего собственного счастья? В мире не так уж и много тех, кто готов пожертвовать собой ради других. А знаешь, твой сон подсказал мне кое-что. Если ты согласишься убрать свой меч войны против мамоно в ножны, я тебе расскажу кое-что очень полезное, пока буду освобождать от оков твою душу. - Можно подумать, у меня есть выбор. – Буркнула Тина, глотая слёзы. - Вспомни, что говорил ваш мудрый Командор. «Выбор есть всегда. Не всем его суждено увидеть, но он есть». Держи. – Лилим протянула Тине её меч. – Ты можешь попытаться убить меня, можешь сама броситься на меч. А можешь отбросить меч в сторону и отдаться мне. Только когда будешь махать мечом, вспомни, как больно терять друзей из-за своего безумия, которое охватывает тебя, поскольку месть, это то, что разрушает нас. И вспомни, что ты испытала, когда Райка умерла в твоём сне. Ты хочешь, чтобы она испытала такую же боль?       Тина взяла меч в руки и некоторое время сквозь слёзы смотрела на руны лезвия, едва заметные в слабом отсвете углей костра. Рука задрожала и, наконец, оружие упало на лесную подстилку. Натария встала и раскрыла свои объятия. - Я знаю двоих человек и одну монстрицу, которые точно примут тебя любой. Впрочем, я думаю, всю команду Командора тоже можно будет включить в этот список. Но для первых троих ты особенно важна.       Тина всхлипнула и почувствовала облегчение, когда шагнула навстречу лилим, позволяя щупальцам демонической энергии окутать себя. Жизнь не заканчивалась, просто началась новая её страница.       Василия разбудила настойчивая тряска. Совсем недавно он смущался и краснел от действий прекрасной, но весьма развратной особы. И теперь он пытался снова найти её где-то на полях своего подсознания, чтобы продолжить, то, что ему понравилось. Однако кроме тактильных ощущений его ещё и звал кто-то по имени. И этот кто-то находился вне сна. Когда оковы сна отпустили юношу, то он не поверил своим ушам. Его будила Тина. Это было совсем не похоже на ту, кого он почитал как наставницу. А где же пинок в бок? Где грозная брань о необходимости дисциплины? Охотник сразу понял, что он заснул на посту и снисхождения не заслуживал от слова совсем. Вокруг царила предутренняя мгла, так называемый час лешего. Костёр погас, а над Василием стояла фигура, полностью сокрытая под плащом с капюшоном. Именно она звала мужчину по имени. - Госпожа? – Василий сел, усилием воли прогоняя остатки сна. - Просто Тина. - Неожиданно мягко ответила девушка. Но затем снова прорезался строгий, немного грубоватый тон. – Мне нужно отлучиться. Скорее всего, мы уже не увидимся. Не перебивай! Дождись Валидуба, и оба отправляйтесь ко мне домой. Скажешь ему, что мы оба ошибались. Впрочем, я пришлю ему и тебе письмо. А теперь мне пора. - Но как же так? – Василий вскочил на ноги. - А вот так. Эх, не зря я не хотела брать учеников. Мне нужно будет кое-кого отыскать. Я сейчас скажу тебе, кое-что очень странное, просто постарайся мне поверить. Потом сам найдёшь доказательства моей правоты или моей самой большой ошибки. Просто убивая и разрушая, ты убьёшь себя и разрушишь свою жизнь. Я не говорю, что нельзя убивать тех, кто угрожает твоей жизни или кто своим мясом спасёт тебя от голодной смерти. Но тех, кто обладает разумом и не желает тебе и твоим близким зла, не нужно приносить в жертву тем, кто всё равно не оценит этот жест и забудет тебя, после твоей смерти. Люди, что завоевали себе славу горой трупов, оставленных после себя, в памяти людей сохраняются недолго. Даже самые жестокие тираны что-то строили. И ты, Василий, запомни это. Начни строить и начни с себя и своих близких. А теперь, прощай.       Развернувшись, Тина скрылась среди деревьев, прихватив с собой только сумку с головой вурм и свой меч. Василию же предстояло понять, что имела в виду его бывшая наставница и что он скажет Валидубу. А на лесной поляне в нескольких сотнях шагов от него, суккуба Тина скинула плащ и расправила крылья, чтобы впервые взмыть в небо. Она многое узнала, пока щупальца лилим делал своё развратное и приятное дело. Чем больше среди монстров оказывалось обращённых мужчин и женщин, эльфов и карликов, тем больше монстры проявляли интереса к наукам и искусствам. А сами новообращённые учились у монстров жить в гармонии и любви, не ведя войн и воспитывая детей, чтобы из них не вырастали одержимые кровью маньяки.       Путь Тины закончился у самого дома уже к полудню. Она затаилась на крыше и теперь с интересом наблюдала за Райкой, которая ставила ловушки на свою возлюбленную. Тине было сложно поверить, что её сон был всего лишь сном. Райка расставила всё в точности, как и во «сне». Ложную ловчую петлю, которую Тина точно бы заметила из-за небрежной маскировки и тщательно скрытую ловчую сеть. Когда девушка скрылась в доме, чтобы затопить печь, Ломборк спустилась вниз и осторожно переставила сеть. Затем она сильно дёрнула за сигнальную нить и быстро отскочила в сторону. Выбежавшая на улицу Райка сначала не поняла, что произошло. Потому что никого в сети не было, зато немного поодаль стояла знакомая фигура в плаще. Тина успела замаскировать свои рога волосами и теперь, скинув капюшон, приветственно махала рукой. - Ти-и-иночка-а-а-а! Девушка бросилась с радостными криками к подруге, обходя место, где, как она помнила, лежала сеть, но в результате попалась в неё уже на новом месте. Суккуба, покачав головой, подошла к своей соратнице, привычно ворча: - Райка, ну вот на кого ты вздумала охотиться? Признаю, что трюк с ловчей петлёй был неплох, но старую волчицу не проведёшь. И ещё, у меня есть одна очень необычная новость. Оглянувшись вокруг, и убедившись, что их никто не видит, Тина, наконец, сняла с себя плащ, являя себя во всей суккубьей красе. Затем она обрезала мечом верёвки, удерживающие сеть и тихо добавила: - Идём в дом, есть разговор.       Когда Ломборк и её ошарашенная подруга оказались внутри, Тина протянула свой меч Райке. Силидзи не сразу поняла, что его нужно взять в руки, она смотрела на Тину настолько большими глазами, что совы могли бы вешаться от зависти. Даже взяв меч, воительница всё ещё сомневалась в реальности. Всё ещё не веря своим глазам, она сказала: - Тина, тебя не узнать. Брови, что ли выщипала? - Райка, побудь хоть немного серьёзной. – Грустно улыбнулась бывшая истребительница монстров. – Я теперь монстр. Лилим Натария сказала, что я обратилась сразу в старшую суккубу благодаря тому, что обладала сильной волей и достаточным безумием, чтобы принять всё это. Итак, я монстр, а у тебя в руках меч, способный убить даже вурм. Я решила, что не стоит уходить, оставляя долги. Всё должно быть подчищено и уплачено по счетам. Решение моей судьбы сейчас в твоих руках. - Дура! – Внезапно разозлилась Райка, отбрасывая меч в сторону. – Ну, вот какая же ты всё-таки дура! Я же люблю тебя! Даже несмотря на то, что ты стала монстром. – Девушка крепко обняла подругу. – Неужели ты думаешь, что я смогла бы убить тебя? Я бы сама дала тебе меч в руки, если бы стала монстром. Лучше совсем не жить, чем жить без тебя. - Райка, прости, я всё это воспринимала не так серьёзно. – Тина стала гладить свою возлюбленную по голове, стараясь успокоить её. – Я тоже тебя люблю. Это правда, только раньше я не могла в этом признаться даже себе. - Знаешь, Тина, я тут подумала. – Райка отстранилась немного и лукаво посмотрела подруге в глаза. – Ты говорила, что старшая суккуба может заняться развратом с женщиной и обратить ей в младшую суккубу. - Так оно и есть. – Кивнула Ломборк, уже понимая, к чему клонит девушка. - Знаешь, что-то мне так сильно захотелось стать монстром… - Ах ты, развратница! – Картинно возмутилась Тина. – Я знаю, чего тебе на самом деле хочется. Пошли в спальню!       Впервые в жизни Райка была настолько приятно удивлена. Она и не думала, что одна из её фантазий однажды воплотиться в жизнь. Любимый человек тянет её за собой в спальню, что бы предаться плотской любви. И в этот раз дело явно не ограничится массажем. И что с того, что у Тины теперь есть рога, крылья и хвост? Это всё равно всё та же Тина. Даже шрам на её лице остался, только стал гораздо милее и уже действительно придавал воительнице дополнительный шарм.       А вечером суккуба и её младшая сестра сложили перед домом весь охотничий инструмент и трофеи, включая головы монстродев, и запалили их, превращая эту кучу в один костёр. Обнявшись, подруги смотрели, как в небо улетают снопы искр. Некоторое время они наблюдали за этим молча, пока Райка не высказала общую мысль. - Прямо погребальный костёр для монстродев. - Ага. И для одной безумной охотницы на них. – Добавила Тина. - Тогда уж для парочки охотниц, сестрёнка. – Улыбаясь, ответила Райка. Её превращение в суккубу сделало более весёлой. – Интересно как скоро похоть охватит нас? – С этими словами младшая суккуб дала волю своим рукам, тиская старшую и проникая под одежду. - Тебя она, похоже, и не отпускала. – Сдержанно ответила Тина. - Я имею в виду, когда нам захочется мужиков, и мы отправимся на охоту? - Как только раздадим все долги. По крайней мере, у меня есть ещё парочка должков, которые нужно будет вернуть. И охотиться не нужно. Я вернусь к тому, кого люблю до сих пор. - Ты же сказала, что любишь меня. – Райка мстительно ущипнула Тину за сосок. - Ах, не возбуждай меня. – Томно простонала Ломборк. – Я могу любить тебя как свою развратную сестрёнку и своего жениха, как мужа. Кстати, ты тоже можешь присоединиться к нам. Не думаю, что он будет против небольшого гарема. А теперь летим, вон пыль по дороге стелется. Никак Василий с Валидубом поспешают. Я им записку оставила на столе в кухне. Они мальчики грамотные, пусть почитают на досуге. ____________________________       Нина задержалась со своей миссией. Найти и собрать всех участников отряда Тины, дело не простое. Саймон обещал находиться неподалёку, если понадобится. Поиск Пелагеи и Алексея поручался Райке, но в её надёжность верилось с трудом. Последняя ночёвка прошла спокойно на постоялом дворе. Когда Нина путешествовала одна, то старалась всеми силами избегать ночёвок под открытым небом. Из-за этого она частенько задерживалась, но считала, что безопасность превыше всего. До места встречи в доме Тины оставалось несколько часов рысью, но организм магички начал выдвигать свои требования. И почему ни один маг ещё не придумал заклинания для удовлетворения естественных нужд? Пробормотал нужное заклинание, и ближайшие кусты уже не становятся вожделенной целью. Нине пришлось остановить коня и привязать его к дереву. Дорога была довольно пустынной и на ней редко появлялись другие путешественники. Но они всё-таки появлялись, и Нина отошла в кустики, а не разместилась на обочине. Когда она уже поправляла одежду, позади раздался треск веток. Сперва девушка решила, что кто-то тоже избрал это место в качестве альтернативы удобному туалету. Но обернувшись, она оторопела. Перед ней стояла Тина. По крайней мере, это существо было похоже на Тину. То же лицо, телосложение, осанка, но на голове явно были видны рога, за спиной пара кожаных крыльев, а юбка слегка топорщилась и колыхалась явно не из-за веток. Кроме того, её шрам на щеке удивительным образом красил девушку. - Здравствуй, Нина. – Знакомым голосом поздоровалась суккуба, виновато улыбаясь. – Прости, но монстры сочли меня слишком безумной и решили взяться за меня серьёзно. Странно, но они даже оставили мне некое подобие выбора. Однако перед этим они привели столько доводов в пользу подобного пути, что мне было очень трудно возразить. - Ты здесь только чтобы это сказать мне? – Четверц напряглась. – Ты же не собираешься меня обращать? Ведь только бафометы могут превращать магов в ведьм. - Бедная Нина. – Вздохнула суккуба. – Дались тебе эти ведьмы. Женщины-маги не обязательно обращаются в ведьм. Они могут стать суккубами или ламиями, кем угодно. При этом их магический потенциал никуда не уходит. А ещё есть тёмные колдуньи. Женщины с впечатляющими бюстами. Как у тебя. - И что? – Нина попыталась незаметно вытянуть из-за пояса магический жезл, но её руку ловко перехватили сзади. - Оп-па! А куда это мы полезли? – Второй знакомый голос заставил сердце магички похолодеть. Она бросила взгляд через плечо и увидела низшую суккубу с лицом Райки. – И ты, Райка? - Ну, прости, я не смогла сдержаться и насладилась с Тиной прелестями однополой любви. Кто ж знал, что от этого вырастают рога и крылья? – Райка старалась просто получать удовольствие от дальнейшей жизни и потому радовалась возможностью прислониться к ещё одному женскому телу. - И что вы со мной теперь сделаете, тоже превратите в монстра? – Нина приготовилась к худшему. - Нет. - Покачала своей рогатой головой Ломборк. – Я за добровольный выбор. Просто хочу дать тебе два совета. Во-первых, никогда не выпускай инферно. Я многое узнала об этом заклинании. Оно невероятно жуткое и опасное, но поверь – овчинка выделки не стоит. Инферно не разбирает, кто магу враг, а кто друг. Оно пожирает и самого мага. Ты только слышала об этом, а мне довелось видеть. – Тина проникновенно посмотрела на бывшую соратницу, но не стала говорить, что это было частью странного сна, который казался реальным до зубной боли, навеянного рассказами самой Нины. – И во-вторых, откройся Саймону. Нет смысла отказываться от него только из-за разницы в возрасте. По крайней мере, ты узнаешь о его чувствах, а не будешь просто тешить себя мыслью, что возможно он тоже любит тебя. Когда становишься монстром, то начинаешь понимать, что нужно быть намного смелее в любви, поскольку это сложнее, чем быть смелой на поле брани. И что-то мне подсказывает, что скоро он направится к Костяной гряде, если быть точнее, то к Бледному ручью. Говорят там стоит храм Падшей богини. - И что, это всё? – Удивилась магичка. - Да. – Улыбнулась Тина и взлетела вверх. – Райка, похотливый жучок, хватит лапать Нину, нам надо ещё кое-что сделать. - А ты ревнуешь? – Радостно спросила младшая суккуба, выпуская Нину и устремляясь за своей старшей сестрой. - Да, ревную. – Согласилась Тина, чтобы порадовать Райку. __________________________________       Человек, больше похожий на странствующего монаха весьма зрелых лет, не спеша шёл по пыльной дороге, улыбаясь своим внутренним мыслям. Его походка выдавала в нём человека привыкшего к длительным пешим переходам. А переходу помогал посох с массивным набалдашником от разбойников и диких зверей. Однако за очередным поворотом он остановился. Увиденное его поразило. На придорожном столбе сидела монстродева, всеми чертами лица схожая с его знакомой воительницей Райкой. - Привет, Саймон! – Суккуба приветственно подняла руку. – Как дела? - До этого момента я думал, что они хороши. – Улыбка сползла с лица монаха, как капля воды с листа лотоса. – Райка, как же так получилось? - Это не важно. У меня к тебе есть дело чрезвычайной важности. Тебе знакомо имя Сильвия? - Возможно. – Спокойно ответил Саймон. Хотя в его душе снова закровоточила старая рана, которая так и не смогла до конца затянуться. - Что-то мне подсказывает, что ты очень хорошо её знаешь. А знаешь, что мне это подсказало, вернее кто? - Эх, не следовало мне трепаться о своей жизни. – Рука Саймона медленно двигалась к поясу. Выхватить лук или натянуть арбалет священник не успевал, да и не было у него лука, а арбалет был сломан и положен на дно заплечного мешка. Но на поясе висело несколько метательных лезвий в маленьких ножнах. В глубине души мужчина сомневался, стоило ли пытаться убить эту странную монстродеву. Ведь когда-то это была его боевая соратница. К тому же суккуб сидела абсолютно безоружной и явно не собиралась нападать. - Саймон, если я стала суккубой, это ещё не значит, что я ничего не вижу. Что случилось с твоим чувством юмора? – Райка укоризненно покачала головой. - Хорошо. – Священник выпрямился и убрал руки от пояса, перехватывая посох. – И что ты намерена делать? - Всего-навсего передать тебе две новости. Во-первых, не ищи больше Тину. Она сама тебя найдёт, когда ты будешь готов спокойно поговорить с ней. А во-вторых, я знаю, где найти Сильвию и могу тебе подсказать, если ты заинтересован. Правда, сразу хочу предупредить, если явишься не один, то никакой тебе Сильвии. И ведь она до сих пор не обрела себе мужа. Не боишься, что она тебя охомутает? Она девушка свободная, может и пошалить. - Ничего, я морально устойчив. Ладно, лилим с тобой. – Отмахнулся Саймон. – Ты права, я действительно хочу поговорить с Сильвией. Где её искать?       Саймон очень давно искал свою старую подругу, поскольку хотел разобраться с той давней неприятной историей. Поставить, так сказать точку. Хотя будет ли эта точка поставлена кровью или нет, он не смог бы сказать с уверенностью. Только, несмотря на то количество монастырей и храмов Падшей, которые он разгромил, ему не удалось с ней свидеться. - Знаешь, где расположена Костяная гряда и где протекает Бледный ручей? Пять лет назад там был возведён храм Падшей богини. Там она и будет тебя ждать. Вот и всё, а мне пора. Прощай!       И Райка улетела, оставив мужчину в тяжёлых раздумьях.       Две пары крыльев размеренно взмахивали, практически синхронизировавшись. Две суккубы летели на юго-восток в сторону гор. Райка немного волновалась из-за того, как её примут там, где ждали только Тину, и поэтому решила разбавить их полёт разговорами. - Думаешь, Сильвия, Нина и Саймон будут жить вместе как супруги? - Как знать? – Тина пожала плечами. Госпожа Натария только посоветовала отправить Нину и Саймона на встречу с тёмной жрицей Сильвией. Думаю, что монстры подготовили засаду. Но не думаю, что дела пойдут хуже, чем у меня. Натрия не столь радикальна, как некоторые её сёстры. - А что будет с остальными? Планы есть на всех? - Конечно. Я же переживаю за всех вас, поэтому расспрашивала лилим обо всех. Валидуб, скорее всего, не сможет в одиночку продолжить охоту. Лилим обещала подыскать ему достойную партию и подстроить их встречу. Василий, даже если набьётся к нему в ученики, тоже долго не протянет. Оказывается, очень многие монстрцы считают его «вкусным». То есть, это значит, что наш скромный охотник очень обаятелен с точки зрения мамоно. И о чём они только думают? Хотя этот вопрос чисто риторический. Возможно, он обзаведётся гаремом. Но эти двое самые безобидные с точки зрения Натарии. Каргобург будет скоро захвачен монстрами. Им не нравится, что в городе, вокруг которого живёт так много монстров, почти каждый день сжигают заживо людей. Девять из десяти, при этом, ненавидят монстров. Но эти нелепые и чудовищные казни позволяют поддерживать видимость порядка на улицах. Так что Пелагея и Алексей будут вместе жить у Алексея на Родине, в Дартмунде. - Это если Алексей с Пелагеей не сбегут. – Фыркнула Райка. - Не сбегут. Натария будет ненастойчиво за ними наблюдать. Ах, да, она ещё кое о ком мне рассказала. О нашем славном друге Георге и его непобедимом копье. За два дня до моей охоты на вурм на их отряд напали из засады злобные монстры. Сила их любви и ласки была так велика, что они позорно проиграли сражение в горизонтальной плоскости. Они пытаются снова собраться в боевую ударную силу и продавать свои услуги тем, кто согласится заплатить, что у них никак не получается. Сама понимаешь, любящие жёны их так просто не отпустят. - Получается, монстры победят? – Голос Райки был спокоен, и она явно не ждала ответа. - Как знать? – Тина пожала плечами. – Время покажет. Вдруг окажется, что нам с тобой всё приснилось? Мне недавно сон приснился, длинный такой, невероятно реалистичный. И ещё крайне неприятный. Может, утром мы проснёмся в мире, который и будет настоящим. Там я буду женой, ты мужем и мы будем делать кучу скучных вещей. А может, мы с тобой там будем сёстрами. Предлагаю не забивать себе этим голову. Но я для себя уже всё решила. Я буду сражаться за мир, где не придётся страдать моим близким. Пусть это и звучит эгоистично, но я не вижу смысла разрушать чужое, лучше начать строить своё.