Милосердие

Дверь в его кабинет была приоткрыта: каждый из потевших в своей форме копов мог увидеть, как вальяжно Ниган листает бумаги, закинув ноги на стол. Рядовые офицеры сновали туда-сюда, будто муравьи. Кто-то бросал взгляд в сторону врача, кто-то просто проходил мимо. И чем громче были их раздраженные шаги, тем шире улыбался Ниган, лениво облизывая палец, чтобы перевернуть очередную страницу. Увидеть Рика Граймса таким уязвимым, неловким, даже смущенным — чувство удовлетворения смешивалось со скрытой злобой. Нигану не хотелось делиться Риком, не хотелось давать кому-то прав больше, чем есть у него самого. И если бы он сам избил Граймса до бессознательного состояния, он бы совсем не так беспокоился об этом. Хрустнув пальцами, мужчина тихо усмехнулся. Сейчас он уже не мог однозначно ответить, кто находится в большей зависимости друг от друга: оба Граймса от него или наоборот. — Ниган? Нечасто встретишь тебя в кабинете, — Брэд перешагнул порог и прикрыл дверь. — Как раз вовремя, мне все равно нужно с тобой потолковать. — О-о-о, какое совпадение, — терапевт бегло улыбнулся и вскинул брови. — Садись, кэп, будь как дома. Мужчина кивнул и опустился в неудобное кресло по другую сторону стола. Ниган не спешил убирать ноги и только пил кофе. Капитан многозначительно кашлянул, но даже это не возымело должного эффекта. — Пришел передать привет от своей жены? Я чертовски по ней скучаю! — Ниган показательно причмокнул и растянул улыбку. — У меня серьёзный разговор. Это по поводу Рика. — Да что ты! Собираешься послать ему букет и открытку? — ведя плечом, он медленно скинул ноги со стола и наклонился ближе. — Или ты ещё не видел итоги трудов своих старательных мальчиков? Мой тебе совет, — док говорил тихо, смотря мимо капитана, — присматривай получше за этим гадючником. — Я не знаю, кто это сделал. — Ну что, хреновый тогда из тебя капитан. Кажется, что Ниган вновь расслабился: он надел очки и улыбнулся. Его издевки всегда достигали цели, когда речь шла о капитане — тот совсем не доверял терапевту, однако всегда был вынужден с ним считаться. Док был первоклассным специалистом: он будто видел полицейских насквозь и никогда не ошибался в своих характеристиках. И пусть к нему на сеансы приходили лишь по принуждению и никогда добровольно — это не мешало Нигану делать свое дело. Даже сам Брэд когда-то был на месте пациента. Возможно, именно из-за этого его симпатия к Нигану сошла на ноль, но только благодаря ему он все еще носит звание капитана, а не гниет на бумажной должности. — Убойный отдел в тупике, Ниган, — Брэд устало трет подбородок и поднимается, чтобы налить себе кофе, который ему так и не предложили. — Мне нужна характеристика на Граймса. Кажется, вы сблизились в последнее время. Не замечал, чтобы ты заводил себе друзей на работе. Пролив немного кипятка мимо чашки, капитан выругался. — Здесь были дела и посерьезней Уолша. Может подскажешь, что это за мышиная возня? — Убит сотрудник полиции, тебе этого мало? — на мгновение Брэд почувствовал себя слишком уязвимым под внимательным взглядом терапевта. Следом за кипятком просыпался сахар. — Так что с Граймсом? — На первых сеансах он был достаточно закрытым, что нормально, но честным. К слову, в этом плане он даст сто очков вперед даже тебе, — врач улыбнулся на бок и скользнул взглядом по массивной фигуре служащего. — Социальный интеллект на высоком уровне, но пользоваться им он способен только во время выполнения работы. В повседневной и личной жизни Граймс ведет себя иначе, менее открыто. Присутствует острая зацикленность на своих детях, но, — Ниган предупреждающе поднял палец, вынуждая капитана замолчать, — это не мотив, если вы хотите повесить убийство Уолша на него. Заметь, кэп, когда экс-супруга забрала дочь, Рик не приближался к дому Уолша, а с женой встречался только на судах. И если ты удосужишься поднять его финансовую историю, то, перестав трахаться в глаза, заметишь, сколько чеков на разные суммы Рик передал жене для содержания дочери. Чертовы детишки требуют много вложений, знаешь ли. — Граймс рассказал, по какому поводу его отправили на сеансы именно к тебе? — Из-за попытки столкнуть Уолша со ступеней? Да, в первый же день, — заметив тень замешательства на лице Брэда, он с издевкой повел бровью. — Неожиданно, правда? Я же сказал, что он очень честен. Психологические тесты были сданы практически без нареканий, а все остальное я вытянул из него без большого труда. Граймс хороший мужик и он мне чертовски нравится. Ну, а кому, как не тебе, кэп, знать, что я не вожу дружбу с теми, кто не вызывает у меня доверия. — Так говоришь, будто вы каждое воскресенье устраиваете барбекю на заднем дворе, — Брэд раздраженно хмыкнул. — Что еще? — У Граймса сильные лидерские качества, он действительно хороший кадр для такого курятника, как этот департамент. Что до его способности убить, то он может это сделать ввиду крайней необходимости, как это было во время операции в школе, — врач лениво зевнул, словно потеряв интерес к разговору. — Но необходимости убивать Уолша у него не было — это все равно вылезло бы ему боком. Да и это скорее Шейн был враждебно настроен, а не Рик. У детектива были явные проблемы с тестостероном в его яичках, если ты не заметил. — По-твоему, Рик действительно чист? — Поживем — увидим, но я был с ним в ту ночь, когда по идее пропал Уолш. Какое алиби еще ему нужно? У него нет дружков-отморозков, в отличие от многих служащих вашего отдела. Да и Рик не из тех, кто будет что-то делать чужими руками. Пожав плечами, Ниган вложил в рот сигарету. — Может, ты необъективен? — В таком случае я бы не сказал бы тебе и половины того, что ты услышал. Кстати, кэп, все это есть в моих отчетах. Зачем вообще приходил? Или у тебя проблемы с чтением букв? — Ладно, я понял, — Брэд сделал глоток из чашки. — Я давно знаю Рика. Мне и самому слабо верится в его причастность. — А значит, кто-то просто продвигает версию его виновности? Что же, кэп, надеюсь, тебе нравится быть на побегушках у начальства. Тихо хмыкнув, Ниган поднялся из-за стола. Брэд тоже встал и неловко шагнул в сторону двери. Тесный кабинет столкнул их лицом к лицу: врач как обычно вторгся в чужое личное пространство, оказавшись слишком близко. — Ты мне скажи, мог Граймс убить Уолша или нет? — Брэд по-солдатски прямо смотрит в улыбающиеся глаза, но Ниган не отводит взгляд. — А ты доеби его хорошенько и проверь сам, — он оглаживает лацканы форменного пиджака капитана и легко хлопает ладонями по широкой груди. — Хорошего дня, сэр. Раздраженно дернув углом губ, капитан выходит из кабинета терапевта. Этот сукин сын порядком действовал на нервы, но он был прав: любой коп способен на преступление, если этому будут способствовать обстоятельства. Ниган был фантастически проницателен и это нервировало. Терапевт выбрал себе идеальное призвание: ему нравилось демонстрировать свое превосходство, издеваясь над любым носителем значка, не зависимо от его звания и послужного списка. Это делало врача исключительным: Брэд еще ни разу не встречал штатного психотерапевта, который бы не пожертвовал своим профессионализмом в угоду личной выгоде. Все кого-то отмазывают, под кем-то ходят. Но только не Ниган. Этот социопат вынуждал доверять себе, насколько бы неприятно это было осознавать.

***

Ниган выбрал его простой считалочкой. Разложив перед собой досье случайных сослуживцев Граймса, док принялся играть. Эни, мини, майни, мо — этого оказалось достаточно, чтобы мужчина оказался перед подъездной дверью человека, которому просто не повезло. Стянув с носа сложенную треугольником бандану, врач нетерпеливо стукнул битой об угол дома. Он простоял тут не так уж и долго, когда высокий крупный мужчина наконец-то вышел во двор, направляясь в сторону одного из частных районов Округа Кинг. Полицейский нес в руках небольшую коробочку. В свете фонарей она отблескивала нарядной упаковочной бумагой, сбоку свисала лента от тряпичного банта. Ниган неторопливо шагал в отдалении. Людей на улице не было, а если кто-то и появлялся, то док быстро нырял в тень. Уличное освещение то включалось, то отключалось, следуя выверенному графику, чтобы город смог сэкономить на потреблении электроэнергии. Ниган подловил этот ломанный ритм, легко оставаясь не замеченным. Чуть помявшись у цветочного магазина, предмет внимания терапевта шагнул внутрь. Сквозь запотевшие окна было видно, как торопливо и неловко он берет из рук продавца большой, немного аляповатый букет. Ниган усмехнулся, наблюдая за этим зрелищем. Однако Форд так и не попал на свидание — на последнем повороте перед частным сектором, который был отделен от города парком, сильная рука резко дернула его в переулок. Потянув носом, Ниган почувствовал навязчивый душок одеколона. Определенно, мужчина собирался хорошо провести время. Тяжелая, обмотанная колючей проволокой бита впилась под колени, заставляя Форда рухнуть. Букет упал на грязный асфальт, а коробка с подарком так и осталась в мясистых скрюченных пальцах. Абрахам глухо рыкнул, но резко замолчал: его ударили в живот, переворачивая на спину. Полицейский ощутил сильный запах мочи и блевотины, его затылок проехался по неглубокой луже. — Какого хре...? Но Ниган не ответил и замахнулся битой: звук удара разнесся коротким эхом по узкому переулку. Форд был еще жив, когда терапевт опустил биту на его голову во второй раз. Черепная коробка треснула, а кровь брызнула во все стороны. Казалось, что глаза Форда сейчас вылезут из орбит: он уже больше не мог моргнуть. Его сознание едва-едва цеплялось за реальность — человек умирал. Вскинув биту, Ниган брызнул кровавой жижей на стены и перекошенное лицо Абрахама. Он рассмеялся, скаля зубы и расслабленно перехватывая снаряд. Форд захрипел в последний раз, но Ниган заставил того замолчать еще одним мощным ударом. Голова наконец-то лопнула, как гранат, на который наступили тяжелым ботинком. — Черт, ты только посмотри на мою грязную девочку! — Ниган самодовольно улыбнулся, смахнув с проволоки лоскут рассеченной кожи. Он оставит Форда здесь, среди помоев и жирных крыс. Отличное место для завершения карьеры. И отличное место для утренней сенсации.

***

Он беспокойно спал, то и дело проверяя телефон: непонятная тяжесть сжимала ребра и заставляла постоянно ворочаться в постели. И только утром, проснувшись от резкой трели будильника, парень ощутил как полуночный кошмар отступает вместе с вышедшими лучами солнца. Граймс младший сладко потянулся и снова посмотрел на телефон — все так же ни звонков, ни СМС, как будто о них забыли и ничего не случилось. Эта мысль показалась ему слишком нереальной. Лениво опустив голые ступни на пол, подросток поежился: в доме будто стало холоднее, нужно проверить котел. Карл заглянул в комнату отца, но тот все еще спал. Было странно просыпаться раньше и видеть папу в постели, когда солнце уже встало. Аккуратно прикрыв за собой дверь, он спустился на кухню. Отсутствие отца чувствовалось: немытая посуда, пустой холодильник, раздражающие рождественские игрушки, которые снимались спустя неделю после праздника. Граймсу стало неуютно и вместе с тем он ощутил странное воодушевление. Почему бы ему самому не побыть отцом какое-то время? По-детски улыбнувшись, Карл включил кофеварку и поставил на плиту кастрюлю с молоком для овсяной каши. Он накинул на плечи любимую отцовскую куртку и, нырнув в ботинки, вышел на крыльцо. Утренняя газета, которую Рик листает каждое утро, уже валялась на газоне. Подобрав ее, Карл нырнул рукой в глубокий карман куртки и нащупал пачку сигарет. Он закурил, но едкий дым неприятно прочесал легкие изнутри, заставив закашляться. Сделав еще пару вынужденных затяжек, парень бросил тлеющую папиросу в кованную пепельницу на веранде и вернулся в дом. Овсянка запаривалась в тарелке и чтобы скоротать время, Карл включил радио. Покрутив рычаг приемника, он нашел неплохую волну: короткие и резкие рифы The Stooges поднимали настроение. Не утруждая себя стремянкой, он подпрыгнул и, ухватив фонари за край гирлянды, просто сорвал их с маленьких гвоздиков под потолком. Рождество напоминало ему об убийстве Уолша, а тот — о ранах отца. Карл задумчиво подбросил в руке стеклянный шар. Иногда ему хотелось узнать, как умер Шейн. Когда половина коробок для праздничных украшений была заполнена, Карл вспомнил о завтраке. Он уселся на стул и, перед тем, как поднести ко рту ложку, раскрыл газету. Передовица выделена жирной черной полосой, на которой огромными буквами было написано «ВТОРОЕ УБИЙСТВО ПОЛИЦЕЙСКОГО!». Не сразу поняв, что первым был Уолш, он было перевернул страницу, но тут его взгляд зацепился за фото погибшего. Кажется, он видел его в оперативной группе отца. Это был высокий, даже огромный мужчина с усами и слегка курчавыми волосами. Карл не мог вспомнить его имя. Резкий звук визжащих на тормозах шин заставил подростка вздрогнуть и ляпнуть жидкой кашей на чтиво. Он раздраженно выдохнул и облизал губы. Едва ему стоило вернуться к газете, как дверь открылась и Ниган лениво перешагнул порог. — Утречка, сосед. Соскучился? — терапевт довольно улыбнулся и сбросил на тумбочку потертые перчатки. — Ниган, — Карл удивленно посмотрел на врача, который вел себя слишком уверенно для того, кто считается гостем. — Решил навестить свое чертовски любимое семейство, — мужчина бегло осмотрел коробки и лежащую на полу штукатурку, которая предсказуемо осыпалась вместе с выдернутыми из потолка гвоздями. — Как там папаша себя чувствует? — Ниган подхватил любимую шляпу Карла со стола и водрузил на голову мальчика. Посмотрев через его плечо на открытую газету, он самодовольно усмехнулся. — Ночью ему стало хуже, но я вколол ему обезболивающее, которое ты оставил и он уснул, — Карл поджал губы и тряхнул волосами, скрывая непокрытую повязкой глазницу. — Я знаю, что ты звонил. Скорее, взорвал мой чертов телефон, — голос звучит мягко. — Но у меня была парочка дел. Карл молча повел плечом и ничего не ответил. Смахнув кашу с бумаги, он с показательной отстраненностью читал, не обращая внимания на Нигана. Этой новости был уделен целый разворот, который так и пестрил самыми разными догадками, рождающимися за счет отсутствия комментариев со стороны властей. Маньяк, месть преступной группировки, внутренние разборки — журналисты еще и сами не определились, какую версию будет выгоднее продвинуть. Когда все интересное закончилось, парень перевернул страницу и попал на рубрику хозяйственной ярмарки. Было глупо изображать заинтересованность в этом, но он чувствовал слишком острый укол раздражения и чего-то еще, что никак не мог обозначить словами, потому и молчал. Не смотря на свой внушительный опыт работы психотерапевтом, Ниган не совсем понимал, как стоит себя вести с Карлом. Порой он забывал, что тот всего лишь ребенок, чего уж там, даже хуже — подросток. И глядя на его спокойное лицо, но все еще по-детски угловатые плечи, врач не знал, как он мог так обмануться. В какие моменты парень был лишь школьником старших классов, а в какие — сознательным человеком со всеми зачатками психопатии, которую еще не успел заметить? Нет, разбирать Карла Граймса по кусочкам этим методом — явная ошибка. Он не его сраный пациент. Мысль о том, что у него слишком часто возникают трудности с каждым из Граймсов, бесила. Но чем дольше он был с ними, тем менее остро воспринимал такие моменты. Ему даже нравилось это привыкание. Они оба знали, кто он такой и что он способен сделать. Однако их это почему-то совсем не пугало. — Слушай, парень, — Ниган легко разворачивает стул вместе с Карлом к себе и склоняется над подростком. Их лица почти на одном уровне: Карл холодно смотрит на него одним глазом, легко щурясь. — Каких, блядь, слов ты от меня ждешь? Прости, папочка номер два не смог прилететь на помощь? — Одного «прости» будет вполне достаточно. — парень дернулся, желая спрыгнуть со стула, но Ниган удержал его, грубо сжав плечо. Аккуратно перехватив лицо мальчишки за подбородок, он приподнял его голову, отчего шляпа слетела и открыла увечье. Подросток неуверенно качнулся и попытался уйти от прикосновения. — Что? — Ты все понял, да? Совсем не боишься меня? — Ниган со смешком выпрямляет спину. — У меня от тебя, блядь, мурашки! — мужчина легко обхватывает рукой подростка и мягко обнимает. — Прости, Карл, но я действительно был чертовски занят. Поначалу Карл пытается вырваться, но после выдыхает и расслабляется. Привалившись к торсу терапевта, он безэмоционально смотрит на грязную кухонную плиту. — Не показывай папе газету. Потом, ладно? — Ты слишком проницательный для своего возраста, ты знал? Ниган с улыбкой ведет бровью и опускает взгляд на всклоченную макушку. Было так странно от того, что парень подпустил его настолько близко. Карл, как и сам Рик, отчего-то напоминал недоверчивую, но чертовски опасную тварь, которой так просто не протянешь лакомство в открытой ладони. Сейчас мальчик лишь дышал в его рубашку, не отстраняясь, но и не подаваясь ближе. Подобно отцу, он как будто позволял быть рядом. — Хочу посмотреть твой мотоцикл. — Валяй. Вот ключи, — нехотя разжав хватку, док протянул тому брелок. — Пойду поворкую с твоим батей. Воспользовавшись моментом, Карл неловко протиснулся между стулом и врачом, чтобы деланно спокойно дойти до двери. Не чувствуя на себе пристального взгляда, мальчик резво натянул сапоги и джинсовую куртку. Ниган успел заметить только, как захлопнулась дверь. Док бодро и торопливо поднялся на второй этаж, тут же вламываясь в комнату Рика. Мужчина лежал с полуприкрытыми глазами, одеяло сбилось на бок и одна рука выглядывала из-под его края. Упав на мягкую постель прямо в кожанке, Ниган вложил в его рот сигарету и подкурил. — Вот этого мне очень не хватало, — Граймс будто не удивлен его появлением. Он едва заметно улыбнулся и сделал глубокую затяжку. — Не смотри так на меня. — Чертовски хочу тебя трахнуть, — Ниган тихо смеется, проводя рукой по одеялу и дотягиваясь до косматой бороды Рика. — Вот откуда столько стараний для моего выздоровления. — А ты думал я, блядь, мать Тереза во плоти? — Мне кажется, я вообще не думал, когда связался с тобой. Потушив бычок в стакане с водой, Рик мягко перехватывает Нигана за волосы и притягивает ближе. Когда Граймс так непривычно торопливо сминает чужие губы, он улавливает почти незаметный, но слишком знакомый запах железа. От Нигана тянуло кровью, но Рик лишь скользит ладонью по его затылку и обводит языком ровный ряд зубов.