Новые открытия

Ощущение того, что тьма затягивала в свой водоворот, не отпускало Бонни ни на секунду. Холодные белые стены давили, заставляя сжиматься всё внутри. Смахнув с щёк солёные дорожки слёз, девушка попыталась сосредоточиться на словах доктора. Когда эта трагическая буря закончится? Все слова смешались в сплошной поток всхлипов и тяжёлых вздохов. Кэролайн. Её больше нет. Она погибла, защищая Елену от удара. Страшная авария оборвала нить солнечной души. Бонни повернула голову и столкнулась со взглядом тёмно-карих глаз. Тайлер стоял позади врача и молчал, сжав кулаки. Глубоко вздохнув, брюнет закрыл глаза. Земля постепенно уходила из-под ног. Он не успел сказать любимой те важные слова, которые Кэролайн Форбс так мечтала услышать. Теперь поздно что-либо делать. Время, как песок, скользнуло сквозь пальцы. - Не может быть, - тихо шепчет мужчина и закрывает лицо руками. Мгновение, и он ощущает крепкую хватку Стефана и слова успокоения. Но пустота уже давно всё разъела изнутри. Тайлер молча кивает и усаживается рядом с Бонни и Джереми, которые также раздавлены потерей. Кажется, будто весь мир сорвался с цепи. Почему жизнь столь несправедлива? Почему те, кто совершает множество ужасных и столь гнусных поступков, живут на земле, не думая о последствиях, а те, кто освещал эту жизнь, уходят так рано? Эти вопросы крутились в голове у каждого сидящего на этих креслах. Лишь Кэтрин внимательно слушала врача и старалась не глядеть на лица рядом сидящих людей. Они потеряли подругу, близкого человека. Как когда-то она. Ребекка умерла у неё на руках. И она никогда не забудет взгляд мёртвых голубых глаз. С тех самых пор Кэтрин являлась противницей каких-либо зависимостей. Даже любовных. - Мистер Сальваторе уже очнулся, завтра мы переведём его в обычную палату. Организм оказался достаточно крепким, чтобы выйти из комы. Никаких провалов в памяти, так что не стоит волноваться, - слова врача заставили Пирс слабо улыбнуться. - А можно будет навестить его? – тихо спросила девушка, боясь реакции остальных. Сейчас ей хотелось убежать от всей этой боли и слёз, которые царили в этом белом коридоре. - Завтра. Сейчас ему нужен отдых, да и всем вам, - констатировал мистер Ройс. - Мистер Коултхёрст, можно Вас на пару слов? Тот коротко кивнул, оставив убитых горем Тайлера, Бонни и Джереми. Кэтрин, осознав, что она здесь лишняя, тихо поднялась со стула и направилась в сторону кафетерия. Сейчас ей была просто необходима чашка горячего крепкого кофе, чтобы прийти в себя после всех этих новостей. А затем она просто отправится домой, а завтра обязательно навестит Деймона. Ведь когда-то он сделал точно также. Моральная поддержка необходима каждому. - Тай, - тихо прошептала Бонни и взяла парня за руку. Но Локвуд не слышал. Осознание того, что Кэролайн больше нет, привело его в ужас. Самый жуткий страх осуществился, и он не смог этому помешать. Почему именно она? Сейчас совесть корила за такие мысли сердце. Елена осталась жива, а его Кэролайн нет… - Мне нужно к ней, - прохрипел Тайлер и резко поднялся со стула. Мужчина уже хотел направиться к доктору с просьбой увидеть тело любимой, как вдруг остолбенел. Возле входа на этаж стоял Клаус. Опершись о стену рукой, мужчина тяжело дышал, как будто после долгого кросса. В серых глазах плескалась боль, смешанная с шоком. - Ты? – Локвуд ощутил, как гнев закипал в крови. – Как ты посмел явиться сюда? Ублюдок! Пара секунд, и он уже схватил Лайнфорда за грудки и резко прижал к стене. Клаус прекрасно понимал, что ждало его здесь. Но он слишком долго добивался своей цели, при этом не осознавая до конца, что Кэролайн была его личным солнцем. А теперь судьбоносное небо покрылось темной пеленой отчаяния. Бесконечного и обжигающе-ледяного. - Успокойся, - резко выдохнул Клаус в лицо разъярённому Тайлеру, - Кэролайн была мне другом. Кроме того, сейчас встанет вопрос о том, кто будет руководить компанией, пока Елена находится здесь. Лайнфорд попытался успокоиться, но дрожащие пальцы и рваное дыхание держали в тисках. Он не ожидал. Не ожидал того, что игра зайдёт так далеко. - Может, ты прекратишь говорить об этих чёртовых делах? – с трудом вымолвила Бонни, пытаясь сдержать приближающиеся слёзы. Она тяжело вздохнула и уткнулась в плечо Джереми, который заботливо обнял девушку. - Здесь есть хоть один адекватный человек, способный объяснить всю ситуацию? – Клаус оттолкнул Тайлера и поправил ворот пальто. - А что ты хочешь знать? Кэролайн больше нет, Елена в коме. Даже Деймон пострадал. Тебе ли не знать, ведь так? - Прошу не делать столь поспешных выводов, Тайлер, - ровным тоном ответил Клаус, показывая напускное спокойствие, - не нужно обвинять меня в том, чего я не совершал. - Лжёшь, - твёрдо заявил мужчина, глядя Лайнфорду в глаза, - ты ведь любил её. Как можно убить того, кого любишь? Клаус сглотнул и пристально взглянул на бывшего соперника. Угроза разоблачения медленно, но верно срывалась с цепей, в которые её заковала тайна. - Прекратите! – тут раздался голос проходящей медсестры. – Я сейчас позову охрану, если вы оба не покинете помещение. - Вам действительно нужно успокоиться, - вмешался в разговор Джереми. - Тайлер, давай я подброшу тебя до дома. Думаю, сейчас ты не в состоянии сесть за руль. - Не нужно. Я доберусь самостоятельно. - Тяжело переживать горе в одиночку, - всхлипнула Бонни. - Я просто не верю в её смерть. И точка, - с трудом произнёс Тайлер и направился к выходу, понимая, что все сказанные слова - глупая ложь. Когда ты теряешь близкого человека, то до последней секунды не веришь в трагедию. Стараешься не думать о плохом, но проклятые слёзы застывают на глазах. *** - Извините, но я просто не хотел говорить новости о состоянии мисс Гилберт при всех. Вы, как врач, должны меня понять. - Конечно, - кивнул Стефан, - повреждения серьёзные? - Да, - удручённо ответил мистер Ройс, - тяжёлая черепно-мозговая травма спровоцировала потерю сознания и кому. Также повреждён и позвоночник. Травмы, не совместимые с жизнью… - Но ведь она… Ещё дышит, - на мгновение Стефан ощутил нарастающую панику. Несмотря на большой стаж работы хирургом, где мужчина почти всегда скрывал свои эмоции, именно сейчас невозможно было скрыть страх потерять Елену. Пусть она уже бывшая его жена, но любовь к ней не угасла за столь короткий срок. Страшно потерять близкого человека. Страшно осознать, что, возможно, маленькая Алиса останется без матери. - Аппарат жизнеобеспечения поддерживает мисс Гилберт. Елена находится на грани жизни и смерти. Но мы надеемся, что всё-таки она очнётся. Ну а пока мы будем наблюдать за её состоянием. Нужно верить в лучшее. - Спасибо. Я все же верю, что Елена поправится. Как же Стефану хотелось верить в свои слова полностью. *** Стефан уже несколько минут стоял у квартиры Елены, не решаясь постучать. Девушка отменила вечерний поход в кино из-за болезни Алисы, но парень не мог не прийти. Во-первых, их отношения плавно перешли на новый уровень, и теперь в его сердце поселилось чувство, намного более сильное, чем просто симпатия. Во-вторых, желание познакомиться с малышкой вертелось в голове уже давно. И вот, глубоко вздохнув, он постучал в дверь. Спустя несколько минут он услышал приближающиеся шаги, и дверь распахнулась. Девушка удивлённо ахнула, увидев парня на пороге своей квартиры. - Стефан? Мы ведь вроде отменили свидание, - брюнетка потёрла переносицу, - или нет? У меня совсем из головы вылетело. - Всё в порядке, - успокоил её Коултхёрст, - просто я решил проведать тебя и Алису. Я принёс фрукты и игрушку. Его смущённый взгляд заставил Елену улыбнуться. Жестом пригласив гостя в дом, она захлопнула дверь. Парень огляделся по сторонам: маленькая квартирка на окраине Бронкса была настолько уютной в отличие от его холостяцкого жилища в центре города. Вот маленький диванчик с красивыми бархатными подушками цвета кофе с молоком, несколько стеллажей с книгами, рабочий стол и телевизор. А возле окошка стояла кроватка, в которой возилась со своими игрушками малютка. Стефан подошёл ближе и взглянул на Алису: девчушка улыбалась, играя с погремушками. Тёмные кудряшки весело подпрыгивали, и это заставило парня улыбнуться. Минуту спустя девочка обратила внимание на нового гостя. Большие серо-голубые глазки с неподдельным интересом изучали Стефана, а спустя секунду Алиса вновь улыбнулась. - Ты ей нравишься, - подметила Елена, стоя неподалёку. - Я принёс ей подарок, - он достал из пакета большого белого зайца и протянул девочке. - Какая прелесть! – воскликнула Елена. – Подари ей сам. Ей нужно привыкать к тебе. Стефан улыбнулся в ответ и подошёл ближе кроватке. - Держи, солнышко, - девочка подняла ручки, и заяц оказался в кроватке, - этот зайчик будет твоим защитником и другом. Прямо как я для твоей мамочки. В этот момент сердце Елены дрогнуло. Понимание того, что Стефан будет больше чем просто друг, заполнило всё душевное пространство. С ним уютно и легко, а, главное, ощущение счастья не покидало ни на минуту. *** Бывший дом встретил Стефана гнетущей тишиной. Пройдя в более просторную гостиную, он увидел Джереми, Бонни и Маргарет. Включённый телевизор создавал лишь видимость спокойного вечера. - Вы сказали ей? – спросил Стефан, присаживаясь на свободно кресло. - Нет, - тихо произнесла Бонни, вытирая вновь подступившие слёзы. – У нас не хватило смелости. - Можно ведь и не говорить, - вмешалась в разговор гувернантка, - я даже представить не могу, что будет, когда она узнает. - Но врать сейчас нельзя. Она девочка умная, и начнёт задавать вопросы, - констатировал Джереми. Минуты длились безумно медленно. Подумав, Стефан поднялся с дивана и направился в комнату девочки. Никто не стал его останавливать. Поднявшись на второй этаж, мужчина увидел, что дверь в комнату была приоткрыта. Алиса сидела за письменным столом и делала уроки. - Солнышко? – Стефан зашёл в комнату и закрыл за собой дверь. Девочка повернулась и улыбнулась, закрыв книгу. Быстро поднявшись из-за стола, она подбежала к гостю. - Папочка! Я давно тебя не видела. Почему ты не приходил? - Алиса, ты ведь знаешь мою работу. - Она требует большой ответственности, - серьёзным тоном произнесла девочка, копируя Коултхёрста, - а мама пришла с тобой? Сегодня все какие-то грустные. Что-то случилось? Стефан присел на кровать и жестом позвал девочку присесть рядом. - Ты слишком серьёзный, пап, - Алиса внимательно взглянула на него. - Твоя мамочка сейчас в больнице вместе с Деймоном. Но у них всё будет хорошо. Они просто немного приболели. - Сразу оба? – растерянно спросила она. - К сожалению, да. - А почему мне никто не сказал? Ни дядя Джереми, ни тётя Бонни… - Они не хотели тебя расстраивать, солнышко. Девочка глубоко вздохнула и поправила складки на юбочке. - С ними ведь всё будет хорошо? - Да, милая, - он слабо улыбнулся и обнял Алису. – Хочешь, я побуду сегодня с тобой? - Хочу, - в серо-голубых глазах мелькнула грусть, - тогда мне не будет так страшно. А мы Банни возьмём в кровать? Девочка направилась к полке с игрушками и достала большого белого кролика. Того самого, которого Стефан подарил, когда она была ещё совсем маленькой. - Конечно. А пойдём и съедим мороженого? Сразу настроение поднимется. - Вы с мамой всегда так делаете. Когда грустно, то едите мороженое, - после этих слов девочка взглянула на тумбочку, где стояла фоторамка с фотографией Елены. Порой нам всем нужно немного отвлечься от той боли за поворотом. Столкновение с реальностью неизбежно, но хочется немного спокойствия. Хотя бы на час. *** - Ты бы видел лицо Стефана, когда в новостях сообщили об этой аварии, - тихо произнесла девушка, держа в руках кружку горячего чая. Мэтт присел рядом на диван и обнял Мередит, грея ладони об горячую чашку. - С ними всё будет хорошо, - прошептал мужчина, целуя её в висок. Некое чувство умиротворения приятно проникало под кожу. Но тревога была настороже, и в любую минуту могла повредить светлую броню. - Будь осторожен, хорошо? – Мэтт улыбнулся, заметив волнение в глазах девушки. - Со мной ничего не случится. И вообще нам следует обсудить дальнейшее совместное проживание. Мередит поставила чашку на стол и внимательно взглянула на собеседника. Неужели тот самый момент настал? И теперь её мама не будет звонить ей и убеждать сходить на очередное свидание. Но ощущение того, что момент был не совсем подходящий, не давало покоя. - То есть, теперь есть «мы»? - Да. А разве нет? Девушка нахмурилась. - Это неожиданно и даже странно. Мэтт прищурился и глубоко вздохнул. Такой настрой Мередит Фэлл его откровенно не устраивал. Просто сегодня пришло осознание того, что жизнь может оборваться в любую секунду, и тогда ты не успеешь сделать то, чего так хотел. - Давай жить вместе? Ничего странного. Я могу тебе готовить ужины, когда ты возвращаешься после дежурства. - Заманчиво. - Соглашайся. Я всё-таки в выгодных сделках знаю толк, - он слабо улыбнулся, когда девушка коротко кивнула. Наверное, можно надеяться на счастье. Хотя бы минутное. *** С трудом добравшись до номера, Клаус с грохотом закрыл дверь и взял полупустую бутылку виски со стола. Сделав пару глотков, мужчина заплакал. Откинув бутылку, он сел на пол и закрыл глаза. Внутри него была зияющая пустота, от которой дрожали руки. Теперь её нет. - Прости, Кэролайн, - прошептал мужчина в пустоту. Только теперь извинения никому не нужны. Нажав на рычаг, мы обрекаем себя на вечные муки. Невидимая кровь на руках. Грязный успех дела, который теперь стал не нужным. Горько усмехнувшись, Клаус вспомнил тот самый день похорон брата, когда Кэролайн, наплевав на все предрассудки, не оставила его одного. А он отплатил ей такой монетой. Чувство вины сжимало горло своей мощной рукой. Теперь уже ничего не исправить. Нужно с этим жить. *** Противное тиканье часов на одной из стен в гостиной заставили Тайлера тихо выругаться. Медленно пройдя в спальню, он увидел, красный огонёк, оповещающий об оставленных сообщениях. « Тайлер! Это мама. Я узнала из новостей по поводу этой страшной трагедии. Безумно волнуюсь за тебя. Перезвони, пожалуйста». Тайлер горько усмехнулся и стёр оставленное сообщение. Неужели Кэрол Локвуд позволила себе некое волнение. Она всегда была на стороне отца, это касалось даже выбора сына. Обернувшись, он увидел совместную фотографию, сделанную в Испании. Кэролайн задорно улыбалась в кадре, а Тайлер целовал её в щёку. От этой счастливой картины стало невыносимо горько и пусто. - И вот зачем ты меня оставила, а? – мужчина сжал кулаки, глядя на фотографию. – Мне ведь будет тяжело без тебя, Кэр. Всю ночь пытаясь заглушить свою боль несметным количеством алкоголя, Локвуд вспоминал и упрекал за себя за враньё, за ошибки, которые он теперь уже не исправит. А противное тиканье часов напоминало о том, что приближался новый день. День, когда на свете уже больше нет Кэролайн Форбс. *** Следующий день. Ранним утром, наспех выпив кофе и не сказав никому ни слова, Бонни покинула дом Гилбертов. Бессонная ночь нахлынувших воспоминаний заставила девушку взять себя в руки. По крайней мере, на несколько часов. Квартира подруги встретила девушку мёртвой тишиной. Бонни прошла в гостиную и присела на диван. На маленьком столике лежала потрёпанная пачка ментоловых сигарет. - А ты так и не бросила, Кэр, - брюнетка грустно улыбнулась, а затем замолчала. По щекам текли предательские слёзы. Время навсегда остановилось в этом месте. *** - Когда я буду совсем старушкой, и моя жизнь подойдёт к концу, - Кэролайн сделала ещё глоток вина и продолжила, - то похорони меня в самом шикарном платье из моего гардероба, Бонни. - Глупая! Не смей даже думать об этом. - Почему? Все люди рано или поздно покидают этот мир. *** Стало трудно дышать. Девушка поднялась с дивана и направилась в ванну, чтобы умыться. Обстановка давила. Напоминала, что хозяйка этой светлой и уютной квартиры покинула этот мир. Взглянув на себя в зеркало, Беннет покачала головой. Не нужно было раскисать. Этого бы Форбс ей не простила. Секунду спустя ей на глаза попалась небольшая розовая коробочка. Аккуратно взяв её в руки, взгляд Бонни заскользил по строчкам. Секунда, и девушка достала из упаковки небольшой тестер, где отчётливо видны две полоски. - Не может быть, - тихо прошептала она. Прислонившись к стене, брюнетка закрыла лицо руками, а глухие рыдания вырвались наружу. Этот мир потерял целых две жизни. *** Поправив выбившуюся прядь из причёски и накинув на плечи белый халат, Кэтрин зашла в палату. Ожидание того, что Деймон спит, не оправдались. Услышав шорох, мужчина развернулся и внимательно взглянул на гостью. - Не ожидал тебя здесь увидеть, - он аккуратно приподнялся на руках и опустился на подушку. - А я тебя, - слабо улыбнулась собеседница, пытаясь разрядить обстановку. - Проходи. Не стой на пороге. В отличие от многочисленных лиц в белых халатах, ты будешь собеседником получше. - Возможно. Взяв стул в углу палаты, Кэтрин поставила его у кровати Деймона и присела. - Ты знаешь о Елене? – робко спросила девушка. - Да. Она сейчас на грани жизни и смерти, - голубые глаза были наполнены отчаянием и страхом потери. - Всё будет хорошо. Вот увидишь, - взяв его руку, Пирс глубоко вздохнула. - Я надеюсь на то, что её материнский инстинкт ей поможет. Не сможет допустить, чтобы девочка осталась без матери, - он говорил серьёзно, без всякой доли иронии. Острая необходимость в таком общении заставила Деймона не отдёрнуть руку от прикосновения бывшей пассии. Чувство благодарности, смешанное с грустью наполнило душу. - Как ты поживаешь? Нашла работу? – спросил мужчина, понимая, что просто необходимо сменить тему. - Да. Продавец в цветочном магазине. Мне нравится. Уютно и спокойно. После бурного прошлого пора бы уже остепениться. - Пора, - казалось, будто он совсем не слушал. Кэтрин замолчала, понимая, что эта беседа всего лишь формальность. Сейчас ему не до неё. Деймон потёр переносицу и вновь взглянул на девушку. - Прости, задумался. После этих событий в голове каша. - Конечно. - Спасибо тебе, - он улыбнулся и продолжил, - я так понимаю, что никто из прошлого тебя больше не беспокоит? - Никто, - она утвердительно кивает. – Не думаю, что заинтересую Клауса спустя столько лет. *** Кэтрин с трудом открыла глаза. Бессонная ночь, проведённая в полиции, и новость о том, что её единственная сестрёнка умерла от передозировки, дала о себе знать. Голова нещадно болела, а солёные слёзы разъедали глаза. - Я принёс тебе поесть, - она услышала голос позади себя. Парень слабо улыбнулся и поставил поднос на столик у дивана, где сейчас сидела Кэтрин. - Спасибо. А где я? - Ты в гостиничном номере, - он заметил панику в карих глазах и поспешил успокоить, - я не стал тебя привозить обратно. Мы в другом месте. И тут Кэтрин не выдержала. Слёзы покатились градом, а крик застрял где-то в горле. Боль выжигала изнутри огромную рану с острыми краями, которая не затянется. Это уже навсегда. - Эй, - Деймон подошёл и присел рядом на диван, - всё наладится. По крайней мере, всегда так успокаивают. - Не нужно, - собеседница вытерла слёзы и глубоко вздохнула. - Клаус…Он… - На свободе. При его деньгах он выкрутится. Ублюдок. - Но ты ведь его друг? Я права. - Был другом. Мы оба знаем, что он виноват в смерти твоей сестры. И если у меня получится, то вину признают. - Вряд ли… - Кэтрин обняла себя за плечи и содрогнулась от очередных рыданий. Сальваторе взглянул на плачущую девушку и обнял. Терять родных всегда страшно. - Я тебе помогу, обещаю, - прошептал парень. *** - Так вот, значит, какое лечение проходит Деймон Сальваторе после несчастного случая? – мужчина услышал знакомый баритон. - Рик? – Кэтрин резко отпустила ладонь бывшего возлюбленного и отвернулась, скрывая свои покрасневшие щёки. Было жутко неловко. По крайней мере, Кэтрин. - А ты явно не ожидал меня увидеть, - старый друг зашёл в палату и взглянул на собутыльника. – Только сегодня утром вернулся из командировки, и Дженна ошарашила меня такой трагической новостью. Умеешь ты вляпаться по самые уши. - Я стал знаменитостью, чёрт возьми. - Я, пожалуй, пойду, - вдруг вмешалась в разговор девушка, - думаю, что вам двоим будет что обсудить. - Спасибо, что навестила, Кэт, - Сальваторе искренне улыбнулся. – Береги себя. - То же самое могу сказать о тебе, - она поднялась со стула и покинула палату. Как только девушка покинула палату, старые друзья продолжили беседу. - Всё-таки я многое пропустил за эти месяцы. Получается, что свадьбу я, наверное, перенесу. Тебе нужно выздороветь. То есть тебе и Елене. - Рик, я не думаю, что на это потребуется лишь пара недель. Лечение затянется. И, вообще, я не представляю, что будет завтра. А вдруг Елене станет хуже? Я не представляю свою жизнь без неё. Голос задрожал. Деймон глубоко вздохнул, ощущая нарастающую панику. - Кстати, ты ведь знаешь, что Елена не одна была в машине? - А кто с ней был? – взгляд Сальваторе похолодел. - Кэролайн Форбс. Она погибла на месте. Мужчины замолчали. Пусть они и не знали толком девушку, но то, что она погибла, не могло не огорчать. - Она одна из лучших подруг Елены… - мужчина уставился в потолок и вновь продолжил, - я не представляю, в каком будет состоянии моя любимая, как только узнает об этом. - Я тоже. Дженна сказала, что эта новость повергла всех в шок. Но, друг, что произошло за время моего отсутствия в городе? Мне кажется, что я много пропустил. Деймон кивнул. Рику предстояло многое узнать о новом мистере Сальваторе. Ведь он теперь отец, при этом влюблённый в собственную бывшую жену. Так странно. Колесо судьбы направило жизнь мужчины совсем в другое русло. А если бы он не решился на партнёрство с Маркусом, что тогда? Он бы так и не встретил Елену вновь, спустя десять лет. - Эта долгая история. - Я никуда не тороплюсь, Деймон. *** Стефан сидел в кафетерии и пил очередную чашку крепкого чёрного кофе. Толком не отдохнув, мужчина решил никуда не ехать, пока Елене не станет лучше. Тем более, Деймон в больнице, а Алиса боялась оставаться одна. Пусть Маргарет и рядом, но Коултхёрст чувствовал острую необходимость позаботиться о ребенке, хоть девочка и не была его дочерью. Он вышел из кафетерия и направился в палату к Елене. Конечно, его не подпустили слишком близко. Бледная кожа с едва заметными ссадинами на лице контрастировала с тёмными разметавшимися по подушке волосами. Грудь Елены равномерно поднималась, подтверждая, что душа не покинула тело. Надежда есть. Пусть едва ощутимый огонёк, но есть. - Никаких изменений, мистер Коултхёрст, - он услышал голос врача за спиной. – Состояние тяжёлое, но стабильное. - А что с мистером Сальваторе? Он знает о ней? – спросил Стефан, не сводя взгляда с бывшей жены. - С ним всё хорошо. Травмы не угрожают жизни, - ответил доктор Ройс и продолжил, - мистер Сальваторе волнуется так же, как и вы. Но смею вас заверить в том, что всё будет хорошо. - Не нужно. Я хирург и понимаю, что когда так говорят, то всё не очень радужно. - Нужно верить в лучшее. Вот и всё. Советую вам выспаться. Выглядите не очень хорошо. - Знаю, - горькая усмешка коснулась тонких губ, а в зелёных глазах плескалось отчаяние. Всё происходящее казалось страшным сном. Кошмаром, от которого пугаются не только дети, но и взрослые. *** Елена оглянулась по сторонам. Повсюду были огромные зеркала с пугающим отражением. Спутанные волосы, окровавленное лицо и глаза, взгляд которых был полон безумия. Неужели это она? Отражение в зеркале пронзительно засмеялось. Эхо разнеслось по комнате, которая казалась бесконечной. - Где я? – испуганно прошептала Елена и закрыла лицо руками. Секунда и неведомая сила заставила ноги подогнуться. Резкий хруст костей в сопровождении ужасного крика. Слёзы брызнули из глаз. Упав на грязный пол, Елена закрыла глаза и попыталась успокоиться. Игры разума сопровождались потерей подвижности. Ноги не слушались, сил не осталось. А ведь последнее, что она помнила, это крик Кэролайн и резкий удар. Неужели их настигла смерть, а это - место, где душа будет обитать вечно? - Кэролайн, - позвала подругу брюнетка, но никто не ответил. Мёртвая тишина пропитана страхом. *** Два дня спустя. Холодные капли дождя как будто давали разрешение выплакаться по - настоящему. Церемония на кладбище была скромной и очень тихой. Лишь тихие всхлипы Бонни и Лиз Форбс, матери Кэролайн, разбавляли мёртвую тишину. Кинув на тёмно-коричневый лакированный гроб горсть земли, он мысленно попрощался с любимой девушкой. - Я люблю тебя, милая моя, - прошептал Локвуд. После того как гроб погрузили в землю, дышать всем стало совсем трудно. Бонни отвернулась и направилась прочь. Осознание того, что теперь она не услышит задорного смеха подруги и не увидит ослепительной улыбки, было слишком болезненным. Девушка остановилась и прислонилась к железной ограде, за которой находился какой-то фамильный склеп. - Нам всем её будет не хватать, - обречённо произнёс Тайлер. Бонни обернулась и увидела мужчину, который, оказывается, последовал за ней. - Всем сейчас нужно одиночество, - продолжил он монолог. - Тайлер, мне нужно кое-что тебе сказать, - тайна вертелась на языке. - Что такое? - Кэролайн была беременна. Молчание. Тайлер отшатнулся, словно от удара молнией. Беременна? - Ребёнок ведь не мой, верно? У нас не было ничего после приезда из Испании… Он ведь был от Клауса? - Не говори так, - она глубоко вздохнула и продолжила, - не стоит сейчас что-то обсуждать. Я не могла не сказать об этом тебе. - Понимаю. Но ты не видела, как они смотрели друг на друга при встрече или не замечала того, что порой Кэролайн и её мысли парили где-то далеко. Всё было не просто так. - Уже поздно что-то исправить. Думаю нам пора. Дождь усиливается. - Прости её. - Уже простил. *** Спустя полчаса после того, как все друзья и близкие отправились подальше от этого печального места, чёрный лимузин остановился недалеко от свежего захоронения. Клаус накинул куртку и вышел из машины. Он не мог не попрощаться с ней. Слишком сильная связь оборвалась, не оставив ни единой надежды на восстановление. Чувство вины тяжёлым камнем лежало на душе. Грустная улыбка коснулась очерченных губ, а серые глаза были под стать пасмурному небу этого дня. Коснувшись ладонью холодного мокрого мрамора, мужчина заплакал. Позволил себе слабость в гордом одиночестве. - Прости меня, - хрипло произнёс Клаус, смотря на улыбающуюся с фотографии Кэролайн. Всего лишь фотография и счастливые моменты, которые можно пересчитать по пальцам. - Моё личное солнце, я никогда не забуду тебя.